Месть с того света

— Ладно, не хочешь в дом звать, тогда слушай здесь, — Ксения поставила чемодан на землю. — Я уже три года картами таро занимаюсь. Знаешь такие?

— Играешь что ли?

— Смешной ты, — ухмыльнулась она, показав свои ямочки. — Гадаю.

— Ну тебя занесло, подруга. Я был о тебе другого мнения.

— Ранних выводов не делай, — осекла Ксения. — Дело прибыльное оказалось. А со временем, смотрю, получаться начало. Много сходится, что я говорю. Люди благодарят.

— Ну хорошо, а я тут при чем?

— Разложила я на тебя. Карта смерти выпала, испугалась я. Поживу с тобой, ауру тебе почищу.

— Ты давай своей семьей занимайся, у меня тут проблем и без тебя выше головы. Не нужна мне твоя помощь, — Василий старался говорить твердо, но душа дрогнула. Глаза у Ксюхи очень уж грустные.

— Зря ты так.

— Ксения, не тарахти ерунду.

— Мне приснилось, что ты опять за старое взялся. Расследования свои ведешь.

— Не мудрено. Бывших полицейских не бывает.

— Женщина в белых кроссовках в беде, а ты опаздываешь.

— Моя женщина в кроссовках не ходит, — заверил Василий. — Езжай домой уже. Федьке привет.

Ксения, трогательно сложила брови домиком, покачала головой, схватила свой чемоданчик и потопала к остановке. Нет, на этот раз Василий не даст слабину. Он уже обжигался.

А через несколько часов в клинике красоты «Идентичность» Клара в приемной попивала кофеек и читала рекламный проспект, на страницах которого предлагались прогрессивные способы омоложения и авторские методики доктора Сологала. Ультраквазилифтинг, неообертывание, кванточистка, интегрированные программы похудения и много другое. Кузьминичне было не по себе оттого, что она так сильно отстала от трендов. Ведь ничего подобного она еще не пробовала. Вчитываясь в описания этих методик, Клара себя ощущала полной деревенщиной.

В приемную вошла симпатичная стройная девушка в салатовом халате.

— Я Ася Кривошеина, — представилась она. — Вы ко мне, я так понимаю?

Клара проследовала за девушкой в кабинет. Она себе представляла Асю иначе. Девушку с лохматыми розовыми волосами, ну или скуластую мужланку. Ася оказалась обычной девушкой, субтильного телосложения, с тонкими чертами лица. Как и положено косметологу, с идеальной кожей лица и легким пастельным макияжем.

— Времени всего час, большую процедуру я вам предложить не могу, — сказала она. — Выбирайте: чистка, массаж или масочка?

— Маску.

— «Волшебницу океана» или «Силиконовый корсет»?

— Это что?

— Названия масок, вот здесь можете прочесть состав, — Ася протянула буклет. — Они обе с лифтинговым эффектом, подтягивают тургор кожи. Но вторая посильнее будет. Это авторская маска доктора Сологала. Она обладает анестетическим эффектом и на время процедуры обездвиживает мышцы лица.

— Давайте ту, что сильнее, — Клара в вопросах красоты не мелочилась.

— Сейчас мы проведем легкий массажик, взобьем кожу, чтобы она стала восприимчивой.

— Ася, расскажите мне о Вере.

— Что именно рассказать?

— Все, что вы о ней знаете.

— Ну хорошо. Откиньте голову, расслабьтесь, — Ася начала делать поглаживания лица. — В десятом классе за мной ухаживал парень Дима. Он был постарше, после армии. Мне поначалу это льстило, перед одноклассницами я выглядела крутой, когда он меня у школы встречал. Мы с ним по дискотекам шастали, да по подъездам обжимались. Ну и как-то моя мать на ночевку на даче осталась, а он — у меня. Ну и произошло там у нас в первый раз. Димка-то дальше только распалился, даже замуж звал. А меня как отвернуло от него. Да не только от него, на мужчин и смотреть не хотелось. А потом избегать Диму начала. Замкнулась в себе. Не понимала, что со мной не так. Все подруги половой жизнью живут, пищат от удовольствия. А я — асексуалка какая-то. Меня тогда Вера поддержала. Заметила, что я одиночкой стала, подбодрила меня. Веселой болтовней из моей апатии вывела. И по учебе она сильно помогла.

Уже два часа девочки сидели за учебниками. Голова Аси дымилась от тригонометрических уравнений. Нестерпимо хотелось прервать эту пытку. Но Вера терпеливо и настойчиво ее наставляла. «Закончим школу, в Москву поедем поступать вместе. А с твоими тройками там нечего делать», — говорила она. Асе очень хотелось с Верой в Москву, но аксиомы и теоремы в ее голове никак не задерживались.

— Я устала, — скривив губы, сказала она.

— Капризуля моя, — Вера, стоявшая за спиной Аси, склонилась к ней, обняла и чмокнула в щеку.

У Аси аж мурашки пробежали по телу. Она сейчас осознала, что рядом с Верой ей тепло и радостно. Что она мила ее сердцу. Ася повернулась к подруге, провела ладонью по ее волосам, и коснулась губами ее губ. Девушки слились в жарком поцелуе. А после него было очень неловко. Но от воспоминаний стаи мурашек пробегали по коже, а живот превратился бабочковую ферму. Никакая она — не асексуалка, поняла Ася.

— А потом нас начали травить одноклассники, — продолжала свой рассказ Ася. — Но это все ерунда, ведь моя жизнь только тогда наполнилась смыслом. Мы с Верой чувствовали себя выше всего этого, будто бы только мы были причастны к сокровенной тайне. Пришло время, когда мы просто собрались и уехали из этого темного городка. И начали в Москве новую жизнь. Вера поступила в МГИК, ей дали комнату в общежитии. А я поступить в институт не смогла и пошла учиться на косметолога. Вера договорилась с комендантом общаги, чтобы меня подселили к ней.

Ася рассказала, что она проучилась на трехмесячных курсах и сразу нашла подработку. Частным порядком массажи делала, маски, вскоре хорошей косметикой обзавелась. В их девичьем союзе Ася добытчиком стала, Веру баловала. Но видно было, что Верке большего хочется. На одежду брендовую засматривалась, об иномарке мечтать стала. Понятно, что обо всем этом рано вести речь. Аська еще только холодильник набить могла, да тряпочки на рынке прикупить, а сама Верка и вовсе не зарабатывала.

Что-то неуловимое происходило в их отношениях. Изменилась подруга. Отдалилась, пропадать стала на каких-то своих тусовках. Ася скучала по старым отношениям. Ожидая ее долгими вечерами, боролась с приступами тоски и ревности. Пыталась успокаивать себя. Ведь Вера — не вещь, она имеет право на встречи с друзьями. Тем более, что круг общения у них сейчас совершенно разный. Разве могла Ася предложить ей возвышенные беседы про импрессионизм или модернистские течения.

Однажды Вера не вернулась домой ночевать. Возвратившись только на третьи сутки, она сообщила:

— У меня появилась другая.

Асю словно спилили пилой, она рухнула на кровать.

— Нет, — взмолилась она. — Я тебя люблю!

— Я ухожу, — ответила Вера.

— Нет, прошу тебя, — Ася бросилась перед ней на колени.

— Прости меня. Я люблю ее, понимаешь? — Вера гладила ее по волосам, Ася горько рыдала. Ее тело колошматило, а глаза застелила пелена.

Вера собрала вещи и вышла из комнаты.

— Я была уверена, что Вера вернется, наиграется и вернется. Ведь у нас была настоящая любовь. — Ася уже накладывала Кларе маску. — У меня в комнате, ожидая ее прихода, бутылка шампанского стояла, коробка дорогих конфет. Я сама книжку про искусство читать начала. Но шли недели, а Веры не было. Тогда я решила выследить ее после института, посмотреть, где она и с кем живет. И потом поговорить с той девицей, чтобы отстала она от нее.

— Выследила? — пробурчала Клара из-под слоя утягивающей маски.

— Не разговаривайте, сейчас маска схватится сильнее, — сказала Ася. — Выследила. В Химках по улице Круговой, дом восемь, первый подъезд. Она жила там. Я как чумная в засаде возле этого дома провела неделю, пока не застала их вместе. Когда я их увидела, издали мне показалось, что Вера с парнем идет. Плечистый такой, в бейсболке. Меня трясло оттого, что они шли в обнимку, счастливые. Не удержалась, выбежала им навстречу. Это женщина оказалась, на мужчину похожая. Меня просто накрыло, я полезла к ней выяснять, чья Верка женщина. Она мне тумака отвесила, я взбрыкнула. И пошла драка. Отмутузила меня эта баба крепко так, что я выключилась прям на тротуаре. А очнулась потом, Верка надо мной хлопотала, нашатырь под нос совала. Как я в себя пришла, так эта громила угроз мне насыпала и Веру увела за собой… Но на днях Вера неожиданно появилась, она приходила ко мне попрощаться. Говорит, что уезжает со своей девицей на неопределённый срок. Вроде, сегодня вечером они собирались отчаливать.

Клара хотела расспросить детали, но ее лицо было так жестко зафиксировано этой странной маской, что нельзя даже было открыть рта. Она подскочила с кресла, схватила свою сумку и достала оттуда фоторобот Княжны.

— Это она, — кивнула головой Ася.

Клара попыталась крикнуть «смывай», но губы не размыкались ни на миллиметр. Она размашисто показывала руками на свое лицо.

— Ложитесь, — строго сказала Ася.

Кузьминична продолжала истерично размахивать руками.

— Хотите смыть? — наконец, догадалась девушка.

Клара закивала головой.

— Не выйдет. Маска из специального прозрачного материала, он сейчас схватывается с кожей лица. Мышцы лица временно отключаются, как при наркозе. Недаром же называется «Силиконовый корсет». Через тридцать минут в лице активизируются процессы лифтинга, будет меняться химический состав, и маску можно будет снять. Так что придется еще подождать.

Но Клара уже ждать не могла. Когда Ася вышла из кабинета, Кузьминична нацепила солнцезащитные очки и направилась к выходу. Через полчаса этот злосчастный корсет отпадет, а к тому времени она уже приблизится к поимке Княжны.

Тем временем на террасе дома Василий корпел с чертежами. Он решил на участке Клары построить курятник. Настена с радостью поддержала эту идею и заверила, что цыплят будет выращивать сама. Дело ладилось, оставалось прикинуть смету.

Клара плюхнулась на заднее сиденье джипа. «Заводи!», — хотела сказать она. Но маска саркофагом держала лицо.

— Куда едем, Клара Кузьминична? — спросил недоуменно водитель.

Клара начала пальцем водить по кругу, пытаясь объяснить улицу Круговую.

— Садовое кольцо? — нахмурился Андрей.

Клара исступленно потрясла головой.

— Домой? — пытался угадать водитель. — Третье транспортное?

Клара схватила телефон, а отправила ему смс «Химки, ул. Круговая, 8».

— Теперь понял. У вас все хорошо? — Андрей внимательно посмотрел в глаза Клары, пытаясь понять причину такого странного поведения.

«Все хорошо, езжай уже», — написала смс Клара. Только сейчас водитель завел мотор. А Клара принялась за следующее сообщение: «Василий! Срочно приезжай по адресу Химки, ул. Круговая, 8. Возьми с собой Крюкова, будет задержание».

Тут же раздался телефонный звонок. Клара взяла трубку.

— Клара, что случилось? — встревоженно спросил Василий.

— Брр, — получилось шлепнуть губами.

— Клара, тебя похитили?

— Брр, брр..

— Кларочка, ты можешь написать, где ты?

Губы не размыкались, маска, действительно, оказалась сильной.

— Я еду, Клара, — заверил Василий.

Василий позвонил в ОВД, надеясь найти Крюкова. Но его след безвозвратно терялся во лжи прикрывавших его коллег. Благо, в домашнем справочнике Василий нашел телефон Антона Золотова.

— Антон, срочно нужно обеспечить подкрепление Кларе. Где Крюков живет?

— Первомайская одиннадцать, восемь, — ответил Антон. — Я выезжаю, встретимся по адресу.

Вскоре Василий с Антоном выволокли бранящегося Крюкова из квартиры и усадили в машину такси.

Потоки на дорогах загустели, превратившись в липкий кисель. Выскочив из одного затора, машина тут же влипала в другой.

Воздух в салоне тоже сгустился от паров перегара, испускаемых Крюковым. Водитель открыл окна. С улицы ворвался горячий смог, принесший еще больше мук. Василий ощущал себя мухой, безвозвратно увязшей в этой жиже. И душа была не на месте. Клара зачем-то решила объединить опрос Аси Кривошеиной с сеансом косметологии. Потому и решила ехать сама, чтобы не утомлять Василия ожиданием. Ну женщина, ладно, можно ее понять. Но, какого черта, он решил остаться дома? Знает же, что Клара человек увлекающийся и в какой-то мере безрассудный. Нельзя было ее одну оставлять!

А Клара тем временем была уже недалеко от Химок. Маска к этому времени вовсе не отпала от лица Клары, как заверяла Ася, и даже не ослабила хвата. Лицо превратилось в камень, эффект лифтинга, без преувеличения, был стопроцентный. Клара написала Асе гневное сообщение, на что та ответила, что для снятия маски нужен специальный раствор.

Деваться было некуда, Клара продолжила путь с идеально ровным лицом.

Когда джип Клары подъехал к одиннадцатому дому, Василий с командой были в получасе езды. Кузьминична ответила на его смс, в котором пообещала, что сама ничего предпринимать не будет. Она вышла размять ноги и осмотреться.

В подобных районах ей бывать не приходилось. Вокруг творился какой-то неприкрытый раздрай, просто верх неблагополучия. Никаких газонов, деревьев, возле подъезда побитая полоса асфальта. Мусорные баки, заваленные хламом, на которых худые коты ведут беспощадную войну с вороньем. На месте, где полагается детская площадка, утрамбованная земля с вереницей старых убитых автомобильчиков. О присутствии в этом ареале людей напоминает только запах мочи у подъездов и письмена на стенах. Зона отчуждения какая-то. Учитывая скрытный образ жизни Княжны, можно было понять, почему она выбрала жилище именно здесь.

Во дворе появилась девица шалавистого вида. Она шла на высоких цапельных каблуках, но вот цапельную грациозность сохранять не пыталась. Разухабистой походкой подвыпившего мужика она уверенно преодолевала ямы и рытвины, прекрасно ориентируясь в местном ландшафте. «Вот и представитель местной фауны появился», — подумала Клара.

Проходя мимо Кузьминичны, девица окинула ее презрительным взглядом. В нем читалось все: «Чего уставилась, дура? На себя посмотри. Мочалка старая. Вали, вали, давай, а то сейчас наподдам тебе…». От этой многозначительности у Клары враз зачесался язык. Но вот выпустить на свободу она его никак не могла. Это была самая адская пытка, что ей приходилось переживать.

Из первого подъезда вышел человек в бейсболке и пошел к площадке, на которой стояли машины. Это вполне могла быть мужеподобная Княжна. Клара бросилась следом. После вчерашнего дня, проведенного на каблуках, она поняла, что детективу следует одеваться комфортно. И сегодня в кроссовках она ощущала шесть степеней свободы4. Если, конечно, не учитывать склеенный рот.

Клара нагнала человека в бейсболке у новенького кроссовера Хендай, который выделялся на фоне других машин. Широкие плечи и мужская развязная походка никак не могли быть женскими. Но когда человек обернулся, Клара сразу узнала Княжну, это было то самое лицо с фоторобота.

— Чего? — спросила она подбежавшую Клару.