Миры Отверженных. Метаморфоза

Вегран снова заговорил тоном, от которого у Форесто прошёл холодок по спине. — А вот почему, мой недогадливый друг. Во-первых, потому что я знаю, кто тебе раскрыл это место. И если ты выдашь меня, твоего братца ждёт ужасная смерть. Поверь, Фалькур скор на расправу с предателями. Да и твоя участь тоже будет крайне незавидной.

— А во-вторых, — собеседник сделал паузу, — мне совершенно не нравится, что сейчас происходит на этом самом Таураане. До нас доходят вести, что там идёт какая-то грязная делёжка за нашей спиной. Фалькур оставил здесь наш отряд, потом отправился на этот Таураан, а после того как взял его приступом, и с него исчез куда-то, прихватив с собой все основные силы. И вот уже долгое время с нами уже никто почти не связывается. Создаётся впечатление, что все решают какие-то свои задачи, а мы тут как будто не при делах. Оттуда лишь присылают скудные пополнения, видимо, чтобы мы тут не подумали, что о нас совсем забыли.

И вот какое я тебе предлагаю дело. Раз на Таураане сейчас неразбериха, то побудь-ка ты моим представителем. Нас всё равно снабжают с этого Таураана, и топливом, и провизией. Так что оформлю я тебя как курьера на ту планету. И вот как мы это представим для всех. Поскольку у нас и так здесь мало кораблей для охраны, и вследствие этого будет большой роскошью использовать военные транспортники для перевозок, ты так и скажешь, что тебя наняли специально для таких рейсов, а по сути будешь отдельно контрабандой привозить для меня таураний. Потом ты поможешь нам выгодно сбыть его на Солоре. Мне всё это противно, но мне нужно как-то подбодрить своих парней. Ну, как тебе моё предложение, торговец? Не струсишь? Ты сможешь много заработать на нашей сделке. Гораздо больше, чем ты мог даже себе представить.

— Да-да, я согласен, — ответил Форесто, еле сдерживая себя, чтобы не завопить от счастья. — Только как это возможно будет сделать незаметно?

— А вот за это ты не переживай, это уже моя забота. Есть у меня на Таураане один проверенный дружок. Он сам с тобой свяжется. А сейчас я отправлю сообщение на Таураан временно заменяющему Фалькура, чтобы он принял тебя….

Вегран внезапно прервал свою речь. — Стоп, кто это прёт сюда на такой скорости? Да это же наш корабль, только почему он не включил торможение? И куда его, чёрт побери, несёт? Он что, сдурел, и не знает, что на южные территории соваться нельзя? Приём-приём, я капитан Вегран, ответьте, что у вас случилось?

— Так, торговец. — Вегран снова переключился на торговца. — Как тебя там зовут, Форесто, что ли? Стой пока там, не дёргайся. Я попозже с тобой… — и связь тут же оборвалась.

Транспортник флота гефестиан на полной скорости вошёл в верхние атмосферные слои Сивании, после чего, сделав крутой вираж, устремился к южным областям планеты.

На капитанском мостике стояли Миртаан и Деондам. — Сивус, а лихо мы мимо этих краснокожих проскочили.

Деондам буркнул что-то нечленораздельное, не разжимая плотно сомкнутых губ.

Миртаан сделал вид, что не заметил этого. — Деондам, а ты точно знаешь, куда мы летим?

Сивус произнёс холодным тоном. — Не мы, а я. Как только мы прибудем на место, мы разойдёмся в разные стороны.

— Да-да, конечно, но чуть попозже. Ты же обещал, что вначале представишь меня, как талана, который помог тебе спастись. Ты же дал слово, сивус. Ты же обещал.

Деондам повернулся к талану. — Я сдержу своё слово, потому что я Деондам, преданный сын народа сивусов, и мы всегда держим его. Но клянусь тебе, что я готов уже стать клятвоотступником, потому что в жизни у меня не было большего желания, чем задушить тебя вот этими руками. Сивус медленно протянул руки к горлу Миртаана и изобразил, как он сжимает их на шее талана.

— Эй, эй, полегче, парень. — Миртаан отшатнулся от сивуса. — Не переживай, я здесь ненадолго. Как мы и договаривались, большую часть таурания ты забираешь для своего народа. А меньшую часть я заберу вместе с кораблём. Мне просто здесь надо побыть некоторое время, подумать и осмыслить, куда мне тронуться дальше.

Деондам презрительно бросил, — Да нигде тебе не будет места, предателю своего народа. Ни на Таураане, ни на Земле, куда отправилась твоя нация.

Миртаан покачал головой. — Ну, это мы ещё посмотрим. Мне главное встретиться со своим дядей. Я ему всё объясню, и он всё поймёт. Я просто был в безвыходной ситуации.

Деондам хмыкнул. — Поверь, мне это уже неинтересно, и мне наплевать, что с тобой будет дальше. Лучше бы ты, конечно, сдох, но если ты будешь скитаться бездомным и неприкаянным по просторам вселенных, то это меня тоже устроит. А теперь по существу. Мы с тобой договорились, и я поддержу твою легенду, и забираю свой груз, и после этого на этой планете мы больше с тобой не пересекаемся. Ты меня понял?

— Куда уж яснее, — усмехнулся Миртаан.

— Ну тогда всё, я и так много сказал, и больше обсуждать это я не намерен. Деондам кивнул в сторону кресла. — Мы почти уже на месте. Скоро посадка, так что устраивайся. Приятной посадки не обещаю.

Деондам не зря так беспокоился о трудной посадке. На поверхности Сивании бушевала песчаная буря. Из-за сильных порывов ветра корабль удалось посадить лишь с третьей попытки. Сквозь иллюминаторы почти ничего не было видно, но всё равно сивус решил покинуть корабль.

— Куда ты? Там же не видно ничего. Уж на что у нас на Таураане бури, но такую я никогда не видел.

Деондам пробурчал, — Вот именно, вы слишком были изнеженны на своей планете, а здесь это обычная буря, и я не хочу больше ни минуты находиться с тобой под одной крышей.

Миртаан раздражённо бросил, — Да прекрати ты повторять одно и тоже. Я уже понял. Талан всматривался сквозь смотровое окно. — Только куда ты сейчас пойдёшь? Ты уверен, что это то самое место?

— Да, уверен, это место входа в Тибор, мой родной город. Уж поверь, я этот вход знаю как свои пять пальцев. — Сивус снова тщательно всматривался в иллюминатор, пытаясь что-то разглядеть, — Правда, раньше здесь была приветственная арка, приглашающая путников и торговцев в наш славный город, вот только сейчас её почему-то нет.

— А может, ты что-то перепутал?

— Ничего я не перепутал, — Деондам нахмурился. — Это точно здесь.

Сивус раскрыл двери шлюза и вступил на трап, ведущий к поверхности.

Но не успел он сделать и шага, как его повалили на пол. Через открытую дверь в переходной шлюз с криками ввалилось около дюжины сивусов.

— Ага, проклятые краснокожие, сейчас вы у нас за все поплатитесь! Будете знать, куда не следует совать свой нос!

Нападавшие внезапно остановились и растерянно осмотрелись по сторонам. К удивлению нападавших, пред их взором предстал зеленокожий талан и их соплеменник сивус.

Деондам вскочил с пола и тут же расплылся в широкой улыбке. Он расставил руки в стороны, обращаясь к самому крикливому из сивусов, — Терафос, друг мой! Как же я рад видеть тебя!

Сивус, к которому было направлено обращение, на секунду остолбенел, а потом набросился на Деондама. — Брат мой, Деондам, ты жив?!

Он стал жарко обнимать друга, после чего отталкивал его от себя, внимательно рассматривая, будто не веря своим глазам, после чего снова заключал Деондама в объятия.

— Ты жив, ты жив, — радости сивуса не было предела. Потом на лице Терафоса неожиданно изобразилось непонимание. — Подожди, а где краснокожие? Это же их корабль. Подожди, ты что, их всех перебил? Не может быть! Ты сейчас же расскажешь мне, как ты сумел расправиться с ними. Да я просто горжусь тобой, брат мой.

А, кстати, кто это рядом с тобой? Это друг или враг? — Терафос недоверчиво посмотрел на талана.

Миртаан выразительно глянул на Деондама. — Ну что, Деондам, ты, наконец, представишь меня своему другу? — прервал талан его молчание.

— Да, простите, — Деондам тяжело выдавливал из себя слова. — Это Миртаан с планеты Таураан, откуда мы получаем таураний и он спас… ну, в общем, он помог мне сбежать из плена гефестиан.

— Ааа, я так и думал. Меня не проведёшь. Я хороших парней сразу вижу. — Терафос расплылся в улыбке, подскочил к Миртаану и протянул ему руку. — Терафос, лучший друг вот этого славного сивуса. Отныне знайте, за то, что вы сделали, теперь у вас на этой планете есть ещё один верный друг.

Миртаан посмотрел на Деондама, который ценой неимоверных усилий старался не выказать свои истинные чувства, и вдруг почувствовал, что это можно обратить в свою пользу. Талан ответно улыбнулся и пожал руку сивусу. — Миртаан, представитель народа талан. Это честь и для меня, познакомиться с ещё одним славным представителем народа сивусов.

Терафос рассмеялся. — Да, вижу, у тебя глаз намётанный. Мы такие. Мы все, сивусы, такие. Ты убедишься в этом, когда побываешь в нашем чудо-городе Тиборе.

Деондам с недоумением и ненавистью уставился на талана, не понимая, откуда тот так хорошо знает язык сивусов. — Терафос обернулся в сторону друга. — Деондам, что с тобой? Тебе нехорошо? Ты нездоров? Солнце чужой планеты опалило тебя? — Терафос опять подскочил к Деондаму, схватил его за плечи и начал пристально рассматривать.

— Да всё нормально, друг мой, — Деондам попытался улыбнуться.

Терафос хлопнул себя по лбу. — Ах я болван, ты же, наверное, устал с дороги. Идём же скорей, мы накормим тебя настоящей пищей сивусов. Ты, видать, крепко уже соскучился по ней. Но ты обязательно должен рассказать, как это ты сбежал от краснокожих. Я очень хочу это знать. Да что я, это захотят услышать все тиборцы, не говоря уже о нашем старейшине Яртоге. И как это ты только умудрился похитить корабль гефестиан? Ну пойдём же, пойдём, чего же ты встал как вкопанный, пойдём скорее, обрадуем весь Тибор.

— А куда идти? Мы насколько далеко от него?

Терафос изумлённо уставился на друга. — Ты, мой друг, совсем плох. Ты что, не узнаёшь знакомые рельефы?

— Нет. Я нигде не вижу приветственной арки, — смущённо проронил Деондам, оглядываясь по сторонам.

Терафос недоумённо наморщил лоб, но тут же улыбнулся. — Точно, ты же этого не знаешь. Мы специально её демонтировали и спрятали, чтоб эти красные черти не прознали о нас. А вход в город мы замаскировали. Ну ладно, идёмте, друзья. Давай мы поведём твоего друга, чтоб он не заблудился. Только глаза сивуса могут хоть что-то разглядеть в такую погоду.

Деондам освободился от рук Терафоса. — Нет-нет, мой друг, я сам поведу нашего дорогого гостя. А вы идите вперёд, мы сразу за вами, я только сейчас возьму кое-какие вещи и мы вас догоним.

Деондам приблизился вплотную к талану и прошипел. — Для чего ты так хорошо выучил язык сивусов? Ты что, надеешься осесть здесь надолго? Это очень плохая идея, очень.

Миртаан наигранно улыбнулся. — Ну, должен же я знать точно, что именно про меня ты расскажешь. Вот и хорошенько выучил его за прошлую ночь.

Миртаан замахал вслед уходящим в песочную бурю. — Мы идём за вами, Терафос, идём!

Спустя недолгое время сивусы подошли к одной из скал. Терафос постучал палкой по стене. Стена раздвинулась и открыла взору Миртаана то, что он вообще не ожидал увидеть.

Талан был уверен, что пещеры, в которых живут сивусы, будут такие же, как шахты на его планете. Длинные перекрещивающиеся коридоры, кое-где переходящие в некие залы, освещённые кристаллами таурания.

Но то, что увидел Миртаан, поразило его до такой степени, что он издал возглас восхищения. Зрелище действительно поражало воображение. Не узкие коридоры, не норы, а целый небольшой город открылся его взору. Он был внизу на глубине, и небосводом ему служил внутренний купол скалы. Сотни самых разнообразных строений, зелёные пастбища для домашних животных, пара речек, стекающихся в большое озеро в центре города. И всё это было освещено с купола таким мягким, ненавязчивым светом, что его хватало настолько, как будто всё это происходило на поверхности в какой-нибудь лёгкий пасмурный день на Таураане.

— Ну что, талан? Правду я тебе говорил про наш чудо-город? — Терафос весь светился от гордости.

— Но как, почему? Как вам это всё удалось построить? И почему вы всех вводите в заблуждение, что вы живёте на всем обделённой планете? — Миртаан никак не мог прийти в себя от шока от всего происходящего.

— Всё это тебе лучше всего расскажет Яртог, старейшина нашего города. А теперь давай, проходи вперёд, все сейчас садятся в лифт, и он нас спустит на поверхность. И мы пойдём вон к тому жёлтому дому, к дому старейшины. — Терафос показал пальцем в сторону дома с высокой острой крышей возле озера.

По мере следования к домику старейшины, благодаря крикам Терафоса, что вернулся Деондам, маленький отряд обрастал радостными сивусами и, когда они подошли к домику Яртога, это была уже толпа внушительных размеров.

Привлечённый шумом, недовольный Яртог вышел на крыльцо своего дома и вдруг увидел в толпе Деондама. Старец тут же удивленно выпалил. — Деондам, мой дорогой и любимый племянник, ты жив?

Деондам бросился к дяде и обнял его. — Дядюшка, ну как же я вас брошу? Я не мог иначе.

Яртог отвернулся, чтоб протереть намокшие глаза. — Ну как, как ты смог вернуться сюда? После того, какие здесь бесчинства и преступления творили эти краснокожие порождения зла, я уже думал, что не увижу тебя. И грешным делом подумал, что тебя постигла ужасная участь бедного Бирина…

— Дядя, я всё знаю про него. Я тоже сожалею о нём. — Деондам снова обнял старика.

Яртог похлопал племянника по плечу. — Судя по всему, твой поход за оружием сложился неудачно. И, скорее всего, таланы, видимо, тоже, как и мы, в тяжёлом положении.

Старейшина тяжело вздохнул. — Ну ладно, ладно, не сердись на старика, я тебя не виню. Главное, что ты прибыл живой.

Тут Яртог приметил в толпе талана. Хотя трудно было не заметить высокого иноземца среди уступавших ему в росте чуть ли не на три головы сивусов. Яртог отстранил от себя племянника, и голос его приобрёл ледяные нотки. — Кто позволил чужестранцу вступить на священные внутренние земли? Куда смотрела стража? Кто посмел нарушить многовековой постулат Сивании?

Терафос, радостный от возбуждения, выскочил из толпы навстречу старейшине. — Это Миртаан, он с планеты Таураан, он спас нашего Деондама. Они перебили всю охрану этих краснокожих, похитили их корабль, и примчались сюда. Старейшина, прости, ну не мог я не впустить сюда спасителя моего лучшего друга.

Яртог недовольно нахмурился. — Терафос, ты всегда был неблагоразумным сивусом. Я знаю, какой народ представляет этот чужеземец. И хотя у нас с ними многовековой договор о дружбе, но мы даже для талан никогда не делали исключения. На внутренние земли Сивании не должна ступать ничья нога, кроме сивуса. Никто не должен знать правду о нас. Поэтому мы никогда не содержали армию, ибо не было нужды в ней, и все наши силы и ресурсы мы тратили на процветание наших городов и поселений, живя в мире и согласии с душой нашей планеты, гостеприимно распахнувшей свои недра.

Старец вынул из-под платья кулон и поцеловал его. Потом снял кулон с шеи и вскинул его вверх — Во имя мира и единения! — Толпа громким хором подхватила призыв старейшины и трижды повторила, — Во имя мира и единения!

Яртог дождался, когда стихнут крики и продолжил. — Пусть чужеземец не обижается, но я не могу пока отпустить его. Так поступил бы любой другой старейшина на Сивании. Он свидетель нашей главной тайны. И я не могу отпустить его, пока не буду уверен, что тайна сивусов не покинет эту планету. А сейчас он будет здесь самым дорогим гостем. И пусть ни в чём не нуждается, и пусть будет здесь, сколько хочет.

Миртаан посмотрел в сторону побелевшего от злости Деондама и издевательски пожал плечами, словно поясняя, — Прости, но это не моё решение.

Яртог увидел расстроенное лицо племянника и расценил это по-своему. — Не сердись, Деондам, что я так несправедливо поступаю с твоим спасителем. Но я не могу поступить иначе. Да, я знаю, что нет смысла сейчас цепляться за это правило, когда у нас на северных территориях хозяйничают краснокожие. Но эти законы придумали наши предки, и мы обязаны их блюсти. Попозже, когда все разойдутся, зайдёшь вместе с ним ко мне. Я очень хочу знать, как вы смогли увести корабль краснокожих. А пока, — Яртог обернулся к Терафосу, — накормите наших гостей как следует.

Несколько позднее, после сытной трапезы, подходя к дому дяди, Деондам толкнул локтем шагающего рядом Миртаана. — Не вздумай болтать чересчур много, и не принимай всерьёз то, что тебе наговорили сегодня. Ты недостоин такого приёма от моих соплеменников. Мне очень не нравится, как меня всё больше затягивает та ложь, в которую я погружаюсь, поддерживая твою легенду о моём спасении. Но больше меня всего бесит, что ты играешь роль эдакого хорошего талана. Меня просто тошнит от этого.

Миртаан картинно развел руками. — Ну, я разве виноват, что твои так хорошо нас встретили?

— Вот это меня и бесит. Прекрати, а то я уже устал притворяться. И ты особо не рассиживайся тут. В моём городе тебе нет места. Завтра я подумаю, как переправить тебя в другой город. Так что сейчас ты так и скажешь моему дяде, мол, у тебя дел полно. В общем, придумай сам что-нибудь.

— Ну почему же, Деондам. Мне здесь очень нравится. Зачем мне врать? — Миртаан не упустил возможности поддеть сивуса, но увидев вскипающего от негодования лицо сивуса, тут же поспешил его успокоить. — Стоп, стоп, остынь, вон твой дядя уже стоит на крыльце. Так что улыбайся, мой друг, улыбайся.

На орбите Сивании.

— Форесто, вы слышите меня? — раздался голос Веграна в динамике.

— Да, я здесь, — послушно ответил торговец.

— Отлично. Видимо на этом Таураане полный бардак, если стали так легко угонять гефестианские военные корабли, то и нам надо действовать решительней. Итак, давайте проработаем легенду, с которой ты и отправишься незамедлительно. А я сейчас отправлю послание для моего друга на Таураане. Только не суетись, он сам тебя найдёт.

Торговец немного замялся. — А здесь точно ничего нет интересного для мирного торговца? Возможно ли мне спуститься на поверхность, чтобы осмотреться? Вдруг окажется, что то, что неинтересно вам, будет интересно мне? Или, может, я смогу предложить наши гефестианские товары местным жителям?

Вегран рассмеялся. — Всё-таки ты торгаш по своей сути, до самых кончиков ногтей. Не знаю, чем ты сможешь здесь торговать, с этими местными злобными карликами. Но это только после нашей первой операции. Я не хочу терять зря время. И да, контактировать здесь ты сможешь только с несколькими городами, которые мы можем контролировать. А вот туда, куда сбежал наш похищенный корабль, тебе лучше не соваться. Итак, записывай и запоминай.

Глава 6. Новые горизонты.

Новая Надежда.

Мужские голоса, что так встревожили воинов, принадлежали матросам Трира, которые не подозревали, что за ними могут следить, и оттого вели себя громогласно и расслабленно.

— Ну чего ты так долго? — крикнул матрос своему другу, неспешно пробиравшемуся к нему сквозь густые заросли. — Я устал уже здесь попусту стоять. Давай, сменяй меня скорее. А то чего-то совсем в сон клонит.

Гулкое эхо в пещере позволяло спрятавшимся отчётливо слышать все звуки, производимые снаружи.

— Ой, можно подумать, ты так от этого устал? — с ухмылкой бросил подошедший. — Ты бы для начала стёр с лица куски персика. Ты опять, что ли, с поста уходил? Смотри, доиграешься ведь, вот узнают об этом Трир или Ульрик, они же с тебя живого шкуру спустят.

Часовой отмахнулся. — Не узнают, если ты не проболтаешься. Только лично тебе это ничего не даст. Мы с тобой птицы другого полёта. Видишь, пока мы с тобой тут, они там резвятся, наверное, с танцовщицей. А мы что, не люди? Вместо этого посылают нас сюда дежурить. Хорошо, что мы хоть сменили место обитания. И теперь не надо так далеко переться сюда. А смысл-то какой в этом? Приходи сюда, сиди и жди. Жди, а вдруг прилетят за этим зелёным гадёнышем его соплеменники, и заберут его и всю эту компашку римлянина и его верного подпевалы Хильдебальда, а нас даже искать не будут. Можно подумать, что сдались им, что мы, что римляне. Заберут своего мелкого детёныша и помашут нам ручкой.

Хильдебальд, услышав про себя обидные слова, вскипел от негодования, и хотел уже выскочить наружу, чтобы наказать наглецов, но римлянин успел его ухватить за руку и притянул к себе.

— Не дёргайся, вандал. — Леонтий зашептал ему на ухо. — Слышь, они скоро будут меняться, а мы проследим за тем, кто будет возвращаться к их лагерю. Так мы и узнаем, где Трир. Или тебе принципиально наказать этих мелких шавок, но при этом упустить главную добычу?

Хильдебальд резко отдёрнул руку, но остался на месте, скрежеща зубами.

Матросы продолжали переговариваться между собой. — Да, я тоже не вижу смысла в этом стоянии здесь. Мне кажется, что надо поступить, как говорит Ульрик. Надо выкрасть у римлян этого зелёного поганца и держать его подле себя. И когда появятся его сородичи, мы предъявим им ультиматум. Или они получают своего выродка живым, и они нас отправляют домой, или пусть ищут, где его могилка.