Путь в неизвестность (СИ)

Проснулся среди ночи, а причину понять не могу. Огляделся и, встретившись с горящим взглядом желтых глаз, замер. Едва удержался, чтобы не закричать. Очень испугался, но не заплакал — я ведь пообещал, что больше не буду этого делать. Потом глаза пропали, а я долго не мог уснуть, но, в конце концов, сон сморил меня.

На этот раз проснулся от того, что солнце своими лучами попало мне в глаза. Сладко потянулся, затем быстро заспешил в кустики. После этих дел, направился к ручью, дабы утолить жажду. Прямо над головой какая-то птица завела свою песнь, и я на ходу поднял голову, чтобы увидеть певца. Вдруг впереди раздался рык, и я замер. Посмотрел вперед — там стоял родственник виденного ранее хищника. Снова очень испугался, но тут его глаза сверкнули желтым огнем, а я понял, что это мой ночной гость. Страх тут же прошел.

— Так это ты меня так сильно ночью напугал? — спросил его и пошел дальше.

Вновь раздался грозный рык, но я совсем не обратил на него внимания — раз ночью не съел, значит он добрый. Подойдя ближе к ручейку, я увидел еще двух таких же зверей, только раза в два меньше размером. Они оторвались от питья и посмотрели на меня.

— Так это твои детки! — воскликнул я. — Какие хорошие! Можно я ними поиграю?

И не дожидаясь ответа, я опустился на корточки и погладил их. Они вначале настороженно посмотрели, даже сделали шаг назад. Но я протянул руку и погладил между ушками. Через минуту он вытянул шею и прикрыл глаза. Я же ожидал урчания, но его не было, поэтому окончательно убедился, что это не кошки. Второй малыш тоже попросил свою долю, поэтому стал гладить и его. Их мама, наверняка это была она, перестала рычать и, улегшись на траву, наблюдала за нами из-под полуприкрытых век. Через пять минут мы уже кувыркались вовсю, баловались, кусались. Правда, мне их укусить не получалось. Я даже забыл, что хотел пить, и только когда жажда совсем уж меня замучила, подошел к ручью, стал на четвереньки и начал пить из ручья. Рядом со мной расположились мои новые друзья и тоже с удовольствием лакали холодную, но очень вкусную воду.

Наигрался я с ними очень хорошо. Когда они устали, я лег под дерево на свое место, а они примостились рядом со мной справа, положив свои головы мне на грудь и живот. Обняв их правой рукой и вспоминая наши игры, я не заметил как уснул. Проснулся от того, что один из малышей лапкой трогал мои щеки и лицо. Открыл глаза и повалил его на землю. Но он быстро отскочил в сторону и чуть отойдя рыкнул, правда, совсем не так грозно как их мама. Подошел ближе и увидел, что на траве лежит какое-то мертвое животное. Теперь уже оба друга рыкнули и наклонились к зверьку. И тут я понял, что они предлагают мне покушать вместе с ними.

— Нет, — замотал головой, — у меня другая еда.

Я достал из чемодана еще один сухпай, добавил воду и, когда все приготовилось, принялся с удовольствием кушать. Сначала один подошел, понюхал, недовольно то ли рыкнул, то ли фыркнул и ушел к своей еде. Потом эту же процедуру проделал и второй. Их мама в это время вылизывала свою шерстку. После еды, немного отдохнув, мы снова начали играть и кувыркаться.

— Ай! — я схватился за лоб.

На руке была кровь. Я рукой нащупал торчащую палку, прикрытую густой травой. Больно! Малыши закрутились вокруг меня, заскулили. Подошла их мама и ткнулась носом мне в кисть, которой я закрывал лоб, сдвинула ее и стала вылизывать. Боль почти сразу прошла, а когда она отошла, и я коснулся места ссадины, то ничего там не почувствовал. Уходить решил завтра утром, а сегодня наиграться. На ночь легли все вместе: я, рядом малыши, а с другой стороны их мама.

Утром, попрощавшись с ними, я пошел дальше. После встречи с семьей местных хищников, мой страх улетучился, и теперь я шагал по лесу, с интересом рассматривая местные деревья и кусты. Я помню десяток земных деревьев, но здесь ни одного похожего. По дороге мне пришла мысль, что еду надо экономить, поэтому решил только завтракать и ужинать.

Прошли еще два дня и я начал переживать, что заблудился. Задумался о том, как узнать дорогу, куда надо двигаться. Все, что пришло на ум, залезть на дерево и внимательно рассмотреть. И дерево должно быть очень высоким. Теперь уже выискивал лесного гиганта.

— Вот это да, — прошептал я, подойдя к необхватному стволу, примеченного мной дерева. — И как я на него залезу? Ни лестницы, ни веревки какой.

Надо сказать, что кора на нем была грубая, довольно часто встречались на стволе сучки и ветки. Поставил чемодан и с тоской посмотрел на верхушку, которая, казалось, уходила к самим небесам. Придется как-то цепляться за кору и ползти, как муравей. Подошел, вытянул руки и ухватился за кору, подтянул ноги и… чуть не упал на землю. Попытался еще раз — результат тот же. Попробовал с разбега запрыгнуть повыше, попытавшись зацепиться за самый нижний сук, но в итоге свалился в траву.

— Да я тебя сейчас, — зло воскликнул я.

Достал нож, подошел к дереву и вогнал в него, пальцами второй руки зацепился за кору, подтянул ноги и нашел упор для них. Резко выпрямился и вогнал нож выше, нашел пальцами левой руки ухват и… Таким образом, используя нож и встречающие сучки, долез до нижней ветки. Отдохнул и полез дальше. Преодолев треть, стало намного легче, поскольку ветви и сучья встречались значительно чаще. Залезать на самый верх не имело смысла — поднявшись на две трети, я уже мог осматривать окрестности. Первое, что бросилось в глаза, это в отдалении наличие еще таких же деревьев. Приметил небольшую речушку, но никаких деревень и городов не увидел.

— И куда мне идти? — расстроенно спросил себя, стараясь не заплакать.

«Иди вдоль реки», — пришла подсказка. Я хотел уже слезать, как сообразил, что могу уйти в другую сторону и снова заблужусь. Это отсюда все видно хорошо, а внизу все одинаковое. «Сориентируйся по солнцу», — появилась мысль и я осознал, что она означает. Оглянулся — оно сейчас справа сзади, то есть должно оставаться за моей спиной. Спускаться оказалось намного сложнее, особенно в нижней части. Я все-таки сорвался и полетел вниз, но как-то умудрился упасть так, что ничего себе не сломал. И вообще сумел как-то оттолкнуться от дерева и покатиться. Когда я вновь посмотрел на вершину дерева, то не мог понять, как я сумел совершить подъем и спуск. Мне показалось, что это делал кто-то другой, а не я. Задумался об этом случае, пока не мелькнула догадка: «Это сделал тот, кто мне подсказывает!». Получив ответ на свой вопрос, я с хорошим настроением отправился дальше.

Я все же ушел немного в сторону, но услышав характерный шум, взял левее и вскоре вышел к неширокой реке. Здесь был небольшой перекат, а в двух местах вода падала с метровой высоты, чем и создавался шум, на который я и пришел. Задумался в какую сторону идти, и почти сразу получил ответ: «Вниз по течению». Хорошо бы скорее выйти к людям. Впереди и чуть в стороне от речки раздался вскрик, тут же оборвавшийся. Поставил чемодан и пошел в ту сторону, вскоре увидев происходящее действо. Два каких-то дядьки держали на земле брыкающуюся девочку, а один стоял и смотрел на них. Мама всегда говорила, что девочек надо защищать, а тут такое происходит.

— Эй, отпустите девочку, — выйдя из-за дерева, сказал я.

Стоявший быстро развернулся и выхвалит пистолет, только какой-то странный, на мой совсем непохожий.

— …, — криво усмехаясь, сказал он что-то не по-русски.

— Отпустите девочку, а то будет хуже! — надеюсь, что грозно, сказал я.

Один из прижимающих девочку поднялся и что-то произнес. Здоровяк, а этот дядька был выше меня на голову, опустил руку с оружием и направился ко мне. Подойдя, он выбросил руку в мое лицо, и… Мое тело дернулось назад, имитируя падение от удара, а я еще и оттолкнулся ногами. В полете я, показавшемся мне привычными движением, выхватил пистолет и сделал два быстрых выстрела: один в грудь ударившему меня, второй тому, что стоял рядом с девочкой. Упал, перекатился в сторону и, не вставая, выстрелил в голову последнего. Поднялся, запихнул пистолет в карман.

— Какие плохие дяди, — сказал я и подошел к девочке.

Фронтир империи Аратан, система Кандо, планета Кандо, деревня Лесная.

Да́кки с прекрасным настроением пошла в лес. Два дня назад она нашла поляну с одной травкой, которую ее тетка рекомендовала срывать только во время цветения. Тогда бутоны готовы были распуститься, поэтому сегодня будет самое насыщенное цветение. Запах от их цветения чувствовался за десятки метров. Правда находилась эта полянка почти в пяти километрах от их деревни. Тетя говорила, что снадобье из нее хорошо помогает больным, а мазь также хорошо заживляет раны. Ходить по лесу девочка не опасалась, главное не подходить к болоту и не отходить далеко от деревни. Из всех хищников в данной местности водились только харты, но рядом с людьми они не селились.

Вот и речка с приметным камнем, теперь перейти на ту сторону и почти у цели. Дакки сняла обувь, закатила штанины и быстренько перебралась по камням на другой берег. Здесь, где речка немного разливалась, это можно проделать легко, а вот выше по течению или ниже, уже нет — бурные воды легко сбивали с ног ее двенадцатилетнее тельце. Она не выглядела на свой возраст, из-за чего немного комплексовала. Вдруг впереди она услышала звуки, похожие на стон, и направилась в ту сторону. Под деревом лежал мужчина и держался за ногу.

— Что с вами? — она подошла ближе.

— Да вот ногу подвернул и идти не могу, — он чуть скривился, — болит очень. Ты из деревни? — Дакки кивнула. — Тогда позовешь кого-то из взрослых, а сейчас дай мне попить.

Девочка достала из сумки небольшую бутылку и, подойдя, протянула мужчине. Но тот схватил ее за руку и уронил рядом с собой. Она так опешила, что не могла сказать ни слова. Появились еще двое, один из которых остался стоять, а второй опустился рядом и с какой-то ухмылкой положил руку ей между ног, легонько сжав. Вот тут она, наконец-то, поняла, что с ней сейчас будут делать, и закричала:

— А-а…

Но они, видать, ожидали чего-то подобного, потому что уронивший ее мужчина быстро закрыл ей рот. Она стала вырываться, но силы совсем уж были неравны. Он сдернул с нее штаны, хорошо, что хоть трусики остались, а когда он протянул руку к ним, раздался молодой голос. Стоявший быстро выхватил игольник, но стрелять не стал, увидев говорившего. Молодой парень, в камуфляже, стоял и гневно смотрел на него.

— Ты кто такой?

Парень что-то ответил на незнакомом языке. И тут тот, кто ее раздевал, поднялся и сказал:

— Разве не видишь, что он тебя не понимает? Подойди и выруби его, потом продадим как раба.

Тот так и сделал, подошел и резко ударил парня, что тот отлетел от него. Затем Дакки услышала какие-то хлопки, а два мужчины, как по команде, схватились за грудь. Затем парень перекатился и с его стороны раздался еще один хлопок, а державший ее мужчина откинулся назад. И только сейчас девочка поняла, что хлопки — это звук от оружия, которое держал в руках незнакомый парень. Он поднялся, как-то неуклюже положил свой игольник или что там у него в карман. Если бы она не видела, как он до этого стрелял, то подумала, что оружие дали человеку, впервые его видевшему. Он что-то сказал и подошел к ней.

Дакки поднялась и начала благодарить своего спасителя, потом резко замолчала, сообразив, что стоит в одних трусиках. Покраснев, она схватила свои штаны и быстренько надела. Пока она это проделывала, он успел отойти, и девочка побежала за ним.

— Ты кто? Куда идешь? — спросила его, но вспомнила, что тот разговаривал на другом языке.

Потом она увидела, куда он шел — оказалось за своими вещами. Он взял свой кейс и вопросительно посмотрел на нее.

— Пойдем, — девочка взяла его за руку и потянула за собой.

Фронтир империи Аратан, система Кандо, планета Кандо, в пяти километрах от деревни Лесная.

Мы вернулись к убитым и моя спутница начала обыскивать своих обидчиков. Я увидел два тех странных пистолета и кучу других непонятных мне вещей. Потом она стала показывать на мой чемодан, на собранные вещи, снова на чемодан. Я понял, что она хочет их положить в него, что и сделал. Она снова взяла меня за руку и потащила за собой.

Я шел за ней, как на привязи, потому она никак не хотела отпускать меня, по-прежнему держась за руку. Очень надеялся, что придем в город и меня ее родители примут или кто— то другой. Мне сейчас самое главное надо научиться разговаривать на их языке. Но нет, пришли на какую-то полянку, где она стала рвать траву. «Венок, наверное, на голову хочет связать?», — подумал я. Решил ей помочь. Девочка показала, как правильно это делать и сбор травы ускорился. Потом она все собранное аккуратно сложила себе в сумку. «У нее что, дома кролик живет, что любит эту травку?», — подумал я. Когда закончили, я очень захотел кушать, поэтому открыл чемодан и достал два последних сухпая и залил их водой. Спутница с огромным интересом наблюдала, затем что-то спросила, но я замотал головой, показывая, что не понимаю. Когда все приготовилось, я один протянул ей и сам принялся с аппетитом жевать свою порцию. Она поначалу попробовала немножко, затем уже смелее доела ее.

— Дакки, — сказала она и показала на себя.

Я не понимал, что ей от меня надо. Посмотрел на нее, на ее руку, снова на нее.

— Дакки, — повторила она и показала на себя, затем перевала свою руку на меня.

«Имя», — появилась мысль. Точно, она хочет узнать мое имя. И тут я впал в ступор. Я совершенно не помню своего имени. Маму зовут Ира, папу — Леша, но свое имя я забыл. И знаю ведь, что так не бывает, но именно со мной такое и произошло. Я очень расстроился, почти до слез, как в голове всплыло слово «Ардайл». Наверное, это тот, кто живет во мне и помогает, хочет, чтобы меня так и называли.

— Ардайл, — отвечаю ей.

После еды, Дакки снова взяла меня за руку и потянула за собой. Сейчас мы шли дольше, зато пришли в небольшой городок. Нет, наверное, это село или деревня, я видел такие на Земле. Я с любопытством разглядывал одно и двухэтажные дома, людей, которые с не меньшим любопытством глядели на меня. Подошли мы к одноэтажному дому, где нас встретила, наверное, мама девочки. Они о чем-то стали разговаривать, Дакки периодически показывала на меня, а я понял, что она рассказывает о том, что с ней произошло. Затем тетя подошла, взяла меня за руку и повела в дом. Моя новая знакомая показала, что мы сейчас будем кушать, а пока ее мама накрывала на стол, я открыл чемодан и выложил собранные вещи. Девочка что-то начала говорить, замахала руками, потом к ней присоединилась ее мама. Но я помотал головой, показывая, что ничего не понимаю, и она, вздохнув, собрала их и отнесла в другую комнату.

А Дакки решила научить меня языку. Брала один предмет, показывала мне, называла его и ждала, пока я не повторю. До ужина я выучил целых два: стол и стул. До сна я выучил еще больше десяти слов. На следующий день моя учеба продолжилась, периодически прерываясь на прогулки по деревне и прием пищи. Познакомился с другими детьми, но играть нормально не мог, потому что не понимал разговоров.

С утра третьего дня, как я появился на этой планете, в деревне послышались крики и какая-то суета. Я вышел из дома и успел заметить, как с неба опускается самолет. С восхищением смотрел на него, лишний раз вспоминая, что хочу летать среди звезд. Приземлился он за пределами деревни, но посмотреть на него не пустила мама Дакки. А через несколько минут к нам во двор зашли трое мужчин и направились ко мне. Тот, что шел посередине, остановился и начал что-то говорить, но я, как всегда, ничего не понял. Затем ободряюще погладил по плечу и показал, чтобы я шел с ним. «Может быть, это знакомые папы?», — немного с сомнением подумал я, но все-таки направился следом.

Фронтир империи Аратан, система Кандо, планета Кандо, болото.

Фиалла сегодня решила сходить в деревню за едой. Она очень расстроилась, что ничего не получилось с космическим кораблем. И несколько дней провела на острове, обдумывая ситуацию. Если бы она могла изменить свою внешность, то было бы намного проще пробраться на какой-нибудь корабль, а так она вообще не могла ничего придумать. Как только ее кто-то увидит, то сразу же сообщит Доку. А сегодня ей обязательно надо сходить за продуктами, потом еще в город за другими полезными вещами. Подготовиться и где-то через неделю сменить место. Действовала она, как всегда — с утра наблюдала за жизнью деревни, чтобы ночью добыть себе продуктов. Дома выбирала те, где жильцы, желательно все, были пьяны или навеселе. Вот и сегодня она пришла утром, устроилась удобно на дереве и вела наблюдения. Вдруг она услышала звук садящегося флайера, который и приземлился на открытом пространстве перед деревней.

Когда она увидел вышедших людей, первой мыслью было: «Меня нашли! Надо срочно бежать!». Но они не торопясь направились в сторону построек. Но девушка все равно затаилась и постаралась слиться с деревом. Не прошло и десяти минут, как они вернулись обратно, ведя с собой и спасенного ею на болоте человека.

— Надо было тебя оставить там, слюнтяй, — в сердцах прошептала она. — Получается, что те поиски были направлены не на меня, а на этого, — сделала она вывод.

Теперь смена своего места жительства приобретала срочный характер. Как только флайер взлетел, она бегом побежала за вещами к своему схрону. Спустя два часа она покинула эту опасную зону.

Фронтир империи Аратан, система Кандо, планета Кандо, поместье Дока.

Хозяин поместья сидел и с задумчивым видом рассматривал предлагаемый работорговцами и пиратами живой товар. Он искал себе новое тело, но все, что предлагалось, было абсолютно бесполезно. Как жаль, что той сполотке удалось скрыться, а без сильных данных псиона ей никогда такого не совершить. Как жаль, что тогда он еще не мог расстаться с этим телом. По большому счету, это тело он занял вынужденно, так как недоброжелателям удалось его подстрелить, а этот человек находился рядом. Сколько потом пришлось ему приложить усилий, чтобы стать хозяином своего поместья и того, что к нему прилагается. Больше такой оплошности он не допустит. Но и переселяться в абы кого он категорически отказывался. В идеале нужен псион: либо сильный ребенок, либо взрослый не выше среднего ранга. Или молодой и полностью здоровый парень. Силы его сейчас уже не те.

Он вернулся к тем событиям, когда едва остался жив. Сполотам все-таки удалось где-то раздобыть излучатель драурров, с помощью которого они сумели остановить армаду хтоираимов и воевать на равных. Тогда, на этой планете он не попал под удар излучателя, но его все равно вырвало из тела носителя и началось развоплощение. С огромным трудом, потеряв больше половины силы и самого себя, он сумел прекратить этот процесс. Еще повезло, что рядом оказался человек. Это было первое и последнее поражение хтоираимов. Он не знал сколько их смогло выжить, а за все это время связаться смог только с пятью, так как все коммуникации, которые они контролировали, уничтожены. Доступ к новым средствам связи, которые сейчас налаживают Минматар, Аграф и Делус, получить не удастся.

За это столетие ему удалось хорошо закрепиться на этой планете, организовать небольшой медицинский центр, отчего и получил прозвище Док, стать одним из тех, кто управляет планетой. И как всегда, находясь в тени. Медицинский центр ему нужен еще и для того, чтобы особо приближенным втайне ставить нейросети. В наличии у него были не самые лучшие, но лучше уж такие — то, что сумел найти и сохранить. А вот имплантов для псионов и против их воздействия у него не было, и как показали события годичной давности, его телохранители против них были бессильны. Он знал одно место, где те могли сохраниться, но соваться сейчас в империю Аграф было самоубийством.

Для себя он решил, что предстоит долгий, очень долгий путь наверх. Еще не меньше двух-трех сотен лет ему придется скрываться во фронтире, чтобы память о событиях войны немного стерлась. Очень аккуратно и тщательно выбирать свои жертвы и самое главное отказаться от возможностей увеличить силу за счет смертей. Три сильнейших на данный момент государства тщательно отслеживают такие события, затем прилетает корабль с излучателем и облучает всю территорию. В первые годы после поражения то тут, то там возникали войны и конфликты, но после прилета флота прекращались. Из этого он сделал вывод, что это его соплеменники пытались таким быстрым способом достичь вершин силы, вернуть былое могущество. Причем, на обыкновенные военные действия те не реагировали, какими-то методами определяя вмешиваться или нет.

— Док, — прервала ее воспоминания секретарша, — с вами хочет поговорить Крис Ворман.

Это был его человек, работающий на станции слежения, поэтому он приказал соединить.

— Док, — с экрана на него глядел тридцатилетний мужчина, — только что сканеры зафиксировали космический корабль, летящий к планете.

— Подробности, — приказал он.

— Откуда он взялся, я сказать не могу — сами знаете, что наши сканеры не охватывают всю планету. Летел он по пологой дуге, а зафиксировали только в пятнадцати километрах над поверхностью. Предположительное место приземление район Большого Болота. Сам корабль, скорее всего, яхта и мог отойти от корабля поисковика, каким-то образом залетевшего сюда.

— Кто еще знает об этом?

— Никто, — тут же ответил тот, — я был один и всю информацию стер. Вам только что сбросил все данные по кораблю и возможному месту посадки.

Он отключился и быстро выдал указания на поиски пришельца. Интерес его оставался все тот же — возможность найти хорошее тело для вселения. Спустя полчаса на связь вышел пилот флайера Грасс.

— Док, я обнаружил в болоте металлическую аномалию, по размеру подходящую для корабля, на глубине десяти метров. Как вы понимаете, достать корабль невозможно.

— Высади всех людей у озера, пусть осмотрят всю местность. Сам займись поисками с воздуха, потом возвращайся.

Пока его люди занимались поисками выживших людей, он решил уточнить у пиратов на счет подозрительного искателя, для чего связался с Черным Гархом.

— Приветствую тебя, — поздоровался он с мужчиной, выглядевшим на сорок лет.

— Док, какими судьбами? — широко улыбнулся тот в ответ.

— Хочу узнать у тебя по поводу искателя, что попал к нам в систему?

— А что тебя интересует? — подозрительно спросил он. — Ты же знаешь, космос — это моя епархия.

Док сразу понял, что тот разжился чем-то очень дорогим. Еще он понял, что о космическом корабле тот не знает, иначе начал бы торговаться, поэтому он задал совсем другой вопрос, чем хотел ранее.

— Слишком подозрительно очутился здесь этот искатель. Ты не находишь?

— Ах, ты об этом, — его собеседник не сумел сдержать облегченный выдох. — Нет, здесь все хорошо. Мы его преследовали, но далеко за фронтиром потеряли, а он и сам заблудился и случайно вышел. По поводу здешних координат тоже можешь не переживать — с искина его корабля все будет стерто.

Ему оставалось только ждать положительных вестей от своих людей. Пришли они только на третий день — в ближайшей к болоту деревне появился странный незнакомец шестнадцати-восемнадцати лет. Но самое важное было то, что он совсем не понимал местную речь, а с учетом того, что разговаривали здесь на общем языке Содружества, вероятность, что он с затонувшего корабля очень велика. Он сразу приказал Грассу готовиться к старту. К деревне они подлетели утром и сразу направились к дому местной лекарки. У дома он увидел парня, который и должен был прилететь на корабле. Что-то ему показалось странным в его взгляде, но сразу он не мог понять что именно.

— Это ты прилетел на космическом корабле, что затонул в болоте? — на всякий случай он решил проверить его знание языка.

Но тот стоял и непонимающе смотрел на него. Затем он повторил эту фразу на других языках, даже сполотов, но у пришельца по-прежнему оставался наивный взгляд. И тут он понял, что ему показалось странным — у взрослого парня был детский взгляд. Док улыбнулся, ободряюще погладил его по плечу и предложил идти с ним. Заметил, как тот немного поколебался, но направился следом. Ему это очень понравилось, поскольку он видел, что пришелец полностью здоров и подходит для его цели. А в этом случае лучше, чтобы никакого насилия не было.

По прилету, он первым делом уложил парня в капсулу и запустил полный тест. Результаты его шокировали. Самое первое — его организм был идеален, создавалось впечатление, что он только родился. Во время жизни происходит накопление шлаков, бывают растяжения, ушибы, переломы, микротрещины мышц и связок, но у этого пациента ничего подобного не наблюдалось. Такое можно объяснить лишь феноменальной регенерацией, устраняющей даже малейшие нарушения. А вот мышечная реакция и скорость прохождения импульсов оказались довольно низкие, чего быть не должно. С такими данными его не взяли бы в экипаж космического корабля. «Или у них там все по-другому?», — подумал он. После пяти минут раздумий, он пришел к выводу, что прав, поскольку стандарт члена экипажа во всех расах колебался в небольших пределах. С интеллектом тоже присутствовала большая странность — он колебался от ста пятидесяти единиц до двухсот. Но даже, если у него нижняя граница, то язык выучит довольно быстро — не более двух дней. Хорошо, что у него сохранился мнемообруч еще с тех времен.

Фронтир империи Аратан, система Кандо, планета Кандо, поместье Дока.

Когда мне предложили надеть на голову непонятную штуковину, я поначалу немного испугался, но после ободрения согласился это сделать. Я так и не понял, спал я или нет, но у меня перед глазами мелькали какие-то картинки, а в ушах стоял какой-то шепот. Проснулся с тяжелой головой, как будто кто-то у меня там ковырялся. Зато начал понимать местный язык, не все слова, а через одно-два, но сам смысл был понятен. Тогда же я сообразил, что с помощью этой штуковины, названия которой я пока не знаю, я изучаю местную речь. А еще через день, я уже понимал все и учился говорить. Когда у меня стало более-менее получаться, то со мной захотел поговорить дядька, которого я принял за друга отца.

— Расскажи мне, откуда ты и как очутился здесь?

— Я не знаю, — ответил я, — помню себя маленьким, а потом уже большим.

И я начал без утайки рассказывать все, что помнил. Он с улыбкой на лице слушал меня, а когда я заговорил и женщине-кошке, встрепенулся и начал задавать вопросы. Но я и так сказал все: она меня спасла и куда-то ушла.

— Ты еще когда-нибудь видел ее? — в третий раз спросил он.

— Нет, — я замотал головой, — больше не видел. Но, если мне будет плохо, то она вернется и снова поможет.

После этих слов он куда-то вышел, сказав, чтобы я его подождал. Когда он вернулся, я продолжил рассказ, хотя там и рассказывать уже нечего. Он только попросил более подробное описание зверей, с которыми я играл, и сказал, что мне очень повезло, что этот хищник не стал меня убивать.

— Знаешь, что Ардайл, — сказал он после того, как я умолк, — ты хочешь стать сильным?

— Хочу, но больше хочу летать среди звезд, — мечтательно ответил я, представляя себя в космическом корабле.