Академия попаданок. Третий семестр

Алексей Калинин

Академия попаданок. Третий семестр

1

— Дэвушки-кырасавыци! Па-а-адъём! Пора-пора вставать и укирашать мир сваей кирасатой! — пробился сквозь сон гортанный голос.

— Борзян, иди на фиг! Дай поспать! — привычно промычала я сквозь сон и метнула в сторону голоса подушку.

Подушка привычно сгруппировалась в воздухе, ударилась о стену и флегматично шлепнулась на пол — ей уже не привыкать, поэтому она нейтрально относится к утренним полетам. Знаю, что это бесполезно, но какой-то выплеск у меня должен же быть?

— Я нэ этот пазорный сын пазорного шакала! — загремел голос и в мою голову ударила улетевшая подушка. — Нэ смэй мэня так называть, врэдная дэвчонка!

Ого! Да это уже походило на атаку живых мертвецов, поэтому я заинтересованно отрыла левый глаз. Он обозрел картину происходящего и заставил распахнуться второй глаз. Посреди небольшой комнаты, где умещались две кровати, две прикроватные тумбочки, два шкафчика и два комода с зеркалом, краснело лицо призрака.

Да-да-да, им положено быть бледно-голубыми, но сейчас физиономия Хлипаря Зануда, очень похожая на лицо актера Фрунзика Мкртчана, алела ярким кумачом. Можно даже как флаг вывешивать, или вместо запрещающего сигнала светофора выставлять. И всё это потому, что у Хлипаря Зануда и Борзяна Задиры была давняя, прочувствованная и нежно лелеемая вражда. Ну, а я, назвав нашего нового будильника вражеским именем, только сковырнула корку со старой раны и явно вызвала кучу неприязни к собственной персоне.

Ну и ладно. Запомним его слабое место и при случае обязательно на нем поиграем. У всех мужчин есть слабое место, нужно просто найти его, а в драке ещё и правильно попасть.

— Агапа, просыпайся! Наша лафа закончилось, — перекинула я подушку на соседнюю кровать. — Этот призрак переходит к действиям.

— Что? Уже? А ведь каникулы только начались, — простонало из-под одеяла, а после оттуда вынырнула взъерошенная голова. — Хлипарь? Теперь ты будешь нас будить?

— Ага, я, — кивнул призрак. — А нэ будите вставать — зарэжу.

Он всегда так говорил. "Нэ будите эсть пахлаву — зарэжу!", "Нэ будите умыватся — зарэжу!", "Нэ будите спать — зарэжу". Говорил, но не резал. Он вообще был миролюбивым… пока не видел и не слышал Борзяна.

Второй курс должен был начаться с праздничного завтрака. Конечно, сегодня же мы увидим первокурсниц. Плюшки-ватрушки, а ведь всего год назад я очнулась у ворот Академии и окунулась в эту полную событий жизнь.

Меня воровали, меня пытались унизить, даже пытались опоить зельем Правды и вообще — нарисовать на волшебном холсте, но я через всё прошла с гордо поднятой головой и нахально выставленной грудью. Теперь же пришла очередь первокурсниц так ходить и испытывать то же самое.

Мы с Агапой прихорошились, надели пурпурные мантии — отличительный знак второго курса, и направились в сторону обеденного зала. Мы вышли пораньше, чтобы успеть занять места и посмотреть традиционное представление. Перед нами должны появиться перепуганные первокурсницы.

Я помню, как нас тогда подняла к потолку платформа…, было страшно, но получилось справиться с собой. Не за тем нас похищали, чтобы расплющивать о потолок, а вот новеньким девушкам это только предстоит выяснить.

Я оглянулась на преподавательский стол — там не хватало Симпатира, Крысиуса и Чистары. Зато там восседал ректор Фендюлятор Угрюмонский и два новых преподавателя — похожий на гиену-переростка Дровень Гнилозуб и огромная троллиха Дробинда Молотон. Оба преподавателя оказались нанятыми в Академию по настоятельной рекомендации Фендюлятора, что автоматом заставляло причислить их к числу предполагаемых врагов.

Мда, второй курс явно обещает быть похуже первого, хотя и первый был не сахар. Вон, поодаль уселась моя давняя соперница Джулия Ангри, девица скверного характера, выскочка и карьеристка. Возле неё постоянно ошиваются две скандинавки, которые могут запросто согнуть в бараний рог прут арматуры, но по интеллекту недалеко ушли от того же самого прута. Приходится постоянно быть настороже, чтобы от этой троицы не получить очередную пакость.

С другими девчонками я более-менее в нормальных отношениях, поэтому приветливо моргнула каждой, как бы намекая — сейчас посмотрим на нас, какими мы были год назад.

— Студентки, не скажу, что рад видеть вас всех в добром здравии и хорошем настроении, но что поделать, приходится вас терпеть вплоть до выпуска, — такими словами начал свою приветственную речь вставший Фендюлятор.

Студентки молчали, только Джулия вскочила и захлопала что есть силы, как будто открыла дверь шкафа, а оттуда вылетела стая моли. Её подруги Юханна и Кристина поддержали жидкими аплодисментами. Больше никто не дернулся.

— Прежде, чем мы увидим новых студенток, я хотел бы познакомить вас с Дровнем Гнилозубом, который будет замещать герцога Крысиуса Грыза и обучать вас борьбе с темными силами, — при словах Фендюлятора гиена-переросток встала на задние лапы и кивнула мордой. То есть новый преподаватель поздоровался с нами. — А вторым преподавателем у нас будет Дробинда Молотон, она вместо Чистары Метловиры ознакомит вас с принципами домашнего быта.

Усеянное бородавками лицо троллихи безучастно парило над тарелкой. Она даже ресничкой не пошевелила, чтобы изобразить заинтересованность в происходящем. Крупная, зеленоватая, похожая на сложенный из замшелых камней холм, Дробинда бесстрастно смотрела на студенток.

Третьи и четвертые курсы молчали. Видимо, у них было выдержки побольше, а я не смогла удержаться от шепота:

— Агапа, какие же они страшные. Чистара и Крысиус были на порядок симпатичнее.

— Что ты там шепчешь, девчонка?! — ладонь Фендюлятора ударила по столешнице с такой силой, что светящиеся шары под потолком испуганно шарахнулись в сторону.

Он никогда не отличался особенной любовью ко мне, а после того, как я посмела выступить против него и заступиться за герцога, и вовсе воспылал яростной ненавистью. Но почему-то не отчислял… И это было странно.

— Я говорю, что мы находимся в недоумении — куда подевался герцог и миледи? — ответила я как можно более миролюбиво.

Даже улыбнулась своей самой сладкой улыбкой — обожаю троллить вредных и неприятных людей, а уж когда они закипают и начинают булькать…

— Их участь сейчас решает Магический ковен. Они содержатся в комфортных условиях в подвале Академии, под надзором грустников. Так что дальнейшая судьба этих предателей тебя не должна волновать! — с нажимом проговорил Фендюлятор.

— Они не предатели! — вырвалось у меня. — Похотун специально всё так устроил!

— Похозе, сто этой девоцкой завладели темные силы, — просюсюкал Дровень, с хрустом разминая пальцы. — Ницего-ницего, я смогу изгнать эти силы из девоцки. Я и не из таких изгонял злых духов и противные запахи.

При всём этом сюсюкании я услышала явную угрозу. У меня пару раз дернулись желваки, но я смогла сдержаться. Не стоит пока что лезть на рожон. Пока не стоит…

— Вот и хорошо, — скривился Фендюлятор. — Когда все разногласия разрешены, мы сможем приветствовать наших первокурсниц. Всё внимание на подъемник!

Я не сразу повернулась и успела заметить, как за спиной Фендюлятора показались два призрака. Хлипарь держался в стороне от Борзяна и явно сдерживался, чтобы не кинуться в драку. Борзян же дрожал, но храбрился, показывая себя самым независимым и смелым из всех присутствующих призраков.

В том месте, где должна была возникнуть платформа, раздались женские голоса и лай таксы по кличке Титан. Терпеливый баритон Глазуна пытался успокоить новоприбывших, когда раздался шум поднимающейся платформы.

Четыре-три-два-один…

Сначала одна, а потом тридцать глоток визгом приветствовало начало обучения в Академии. Ещё бы им не завизжать. Да любая тут завизжит, когда пол стремится встретиться с потолком, а рядом стоит невозмутимый мужчина и уговаривает сохранять спокойствие.

Из пола показалась довольная физиономия Глазуна Доносовича, а следом макушки присевших женщин. Брошенки-блондинки, вдовы-брюнетки, разведенки-шатенки… Всех их объединяла одна общая черта — на момент рекрутства в Академию они были одинокими.

Испуганные девушки и женщины поднимались сквозь пол с первого этажа и видели нас, сидящих за столами и наблюдающими в ответ. Это была своего рода традиция, обряд крещения. И мой курс год назад проходил то же самое.

Глаза…

У них у всех были глазищи как у героев японского аниме, такие же огромные и удивленные. Ну что же, это не первое чудо, которое им предстоит увидеть в этой Академии. Тут прохождение через потолок считается самым маленьким из чудес. Ух, как мои сокурсницы тогда визжали… Да что там скрывать — я тогда решила не отставать от других.

Вот только мой проход через потолок закончился усаживанием за свободный стол и знакомством с преподавательским составом, а вовсе не тем, что произошло дальше.

Стоило только Фендюлятору открыть рот, чтобы поприветствовать новеньких в своей брезгливо-ворчливой манере, как тут же грянул гром. Все присутствующие вздрогнули, а новенькие опять начали визжать.

Ну, новенькие они… Ну, нравится им визжать, что тут поделать…

А вот как раз повод для визга был и у второго курса, и у третьего, и у четвертого — посреди зала возник столб густого дыма и из него, как из маньяк из кустов ночного парка выступил черный маг Похотун. Обаятельный блондин в безупречно чистой мантии и со сверкающими злобой глазами.

Он кинул беглый взгляд на присутствующих, оскалился злорадной улыбкой и взмахнул платком. Непроглядный дым, как от горящих покрышек, послушным псом бросился на новоприбывших.

— Ищите подруг в Друмирии. А тебя, — черный маг показал на меня, — ещё ждут сюрпризы, дорогая моя.

И Похотун легким прыжком скрылся в облаке дыма.

— Шандарахус!!! — атакующее заклинание бросила не только я, но и некоторые мои сокурсницы.

Остальные курсы метнули что-то посерьезнее, позлее. Заклинания огненными шарами разных размеров и цветов пронзили то место, где стоял Похотун, но всего лишь разорвали дым в клочья… Сам маг успел испариться. За ним захлопнулся синий портал перемещения.

В портал втянулся и остальной дым, словно нашкодивший джин прятался в свою лампу. Втянулся и… и оказалось, что ряды новоприбывших поредели. Да ещё как — вместо тридцати студенток на площадке находилось всего около двух десятков.

Ого, да Похотун начал воровать студенток не поодиночке, а пачками? Прогресс налицо.

Но почему молчали преподаватели, которые могли сообща раскатать Похотуна по полу мелким слоем? Я кинула на них недоуменный взгляд, и он наткнулся на не менее удивленные — у всех преподавателей во рту виднелись кляпы, от которых они старались избавиться. Плюшки-ватрушки, да сейчас они походили на группу БДСМщиков на выгуле или же на заложников в обворованном банке.

— Встрэчу — зарэжу! — прозвучал в тишине голос призрака Хлипаря, который с мрачным видом пощипывал кончик огромного носа.

2

Первый шок прошел быстро, также быстро кляпы шлепнулись на пол. Возмущенные голоса раздались со стороны преподавательского стола. И это возмущение было направлено не на исчезнувшего Похотуна, а на хмурого Фендюлятора.

— Зачем вы накинули на нас заклинание Безмолвия? Это что — помощь Похотуну? — сурово спросила Ежина Колючкаускас.

Её тонкие брови подрагивали, а острые ушки покраснели и приняли вид острых листьев пуансеттии.

— Что это было, Фендюлятор? Надеюсь, у вас найдется объяснение такому поведению? — приподнялась Глистана.

— Да-да, объясните, почему вы заткнули нам рты? — отчеканил Болтуняго Скороговор.

— И я не смогла метнуть в Похотуна атакующее заклинание, — пожаловалась Арифметина.

Фендюлятор поднялся. Угрюмый, сдвинувший брови и метающий глазами молнии. Он выдержал театральную паузу и начал говорить:

— Коллеги, если бы я вам не закрыл рты, то вы обязательно начали атаковать Похотуна…

— Да! Ему нельзя было отдавать девушек!

— Конечно атаковать! Чтобы он забыл сюда дорогу.

— Тише-тише, — поднял Фендюлятор ладонь, она по размерам мало уступала снежной лопате, поэтому такой знак привлечения внимания трудно было не заметить. — Я в первую очередь беспокоился о судьбе девушек-первокурсниц. С нашего места можно было как раз попасть в них, а смертей нам в Академии только не хватало… Нет, вы видели, что студентки выпалили в мага боевыми заклинаниями, а они прошили дым насквозь. И это у них ещё не смертельные заклинания. А если бы вы попали в дым…

— Но Похотун же сбежал, — неуверенно начала Арифметина. — А его можно было остановить.

— Он снова вернется. Или мы его найдем. Какое место он назвал? Друмирию? Вот туда мы и отправим грустников. Пусть его отыщут, а заодно и наших первокурсниц вернут, — кивнул своим мыслям Фендюлятор.

— Кхм, а что здесь, собственно, происходит? — раздался строгий голос со стороны первокурсниц.

Я тоже бы хотела это узнать — почему такое произошло и почему преподавателям заткнули рты. Оправдания Фендюлятора меня не убедили… Да и вряд ли кого они могли убедить. Слишком уж всё притянуто за уши. Скорее, тут идет такое наглое покрывательство своего… напарника? Или это неизвестная Хозяйка дала такое задание?

— Проходите, садитесь. Вы будете обучаться в Академии попаданок, в том самом месте, где короли Стратуина обретают жен. Обычно выпускница точно становится королевой одного из королевств, но случаются и исключения — в прошлом году такой чести удостоились две девушки. Причем одна из них с первого курса. Так что обучайтесь лучше, не хамите и не показывайте свою вредную натуру и тогда у вас всё будет хорошо, — с важным видом проговорил Фендюлятор.

Плюшки-ватрушки, и ведь сказал это таким тоном, будто замужество нашей подруги Маньяры было его рук делом! А ведь это она сама нашла на свою… То есть нашла на свой палец кольцо от короля цвергов. И я по ней скучаю, честное слово.

— Но как же Похотун… — начала было Арифметина, но была остановлена взмахом ладони.

— Об этом можете не беспокоиться. Грустники будут направлены в Друмирию, они обязательно отыщут и девушек и Похотуна. Сейчас же не будем такой мелочью портить первый день наших первокурсниц, — отрезал Фендюлятор.

Я долго сдерживалась, я… я цеплялась пальцами за край стола… я сжимала зубы что есть сил, но последние слова были той самой соломинкой, которая сломала спину перегруженному верблюду. Я не помнила, как заорала матом, как вскочила на ноги и как запустила в его физиономию пустым кубком. Помнила только его удивленные глаза.

Помнила, как повернула Драконью слезу в кармане и подскочила к этому мерзкому ректору. Помнила, как ударила его стулом, пару раз пнула по каменному заду и заехала в ухо. Потом помнила, как с моих глаз спала пелена и я вернулась на своё место. Меня трясло, когда я повернула Драконью слезу обратно. Трясло так, как будто схватилась руками за два конца оголенного провода, а по нему пустили ток…

Помнила, что Фендюлятор вскрикнул и перелетел через преподавательский стол, зацепив по дороге красную скатерть. Щепки от разбитого стула взлетели в воздух и дождем застучали по поплу. Мои удары не прошли даром. Меня ещё не до конца отпустило и когда он, ревя, как раненный медведь, начал подниматься, я хотела ещё запустить и тарелкой, но в этот момент в меня полетело заклинание.

— Столбнякиус! — вскрикнула Джулия и я застыла в виде статуи с прозаическим названием «Дискобол».

Мерзкое ощущение, скажу я вам. Почти что паралич, тело не двигается и только веками могу выщелкивать азбуку Морзе. Рядом ахнула Агапа, но что она может сделать, если на меня уже нацелен платок Фендюлятора? Поднять восстание не в её слабых силах, но вилку она спрятала в рукав — даже парализованная я смогла увидеть это «незаметное» действие.

— Ты… Ты… Ты надоела со своим камнем! — наконец смог подобрать нематерное слово Фендюлятор. — А ну давай его сюда.

— Она не может, сэр! Она мной обездвижена, сэр! — бодро отрапортовала Джулия. — Позвольте, я сама вытащу этот камень?

Мой камень? Мою Драконью слезу? А ведь он мне нужен для зелья Чудесного Воспоминания, чтобы привести в чувство Симпатира! Я не хочу его отдавать!

Рвануться! Вырваться из плена заклинания! Накостылять всем этим противным рожам, надавать им по щам и отобрать ключи от подвала, где томятся герцог с миледи. Вернуть память Симпатиру, прогнать прочь всех этих злыдней…

Только слезы из глаз. Только безуспешное хлопанье глаз, а рука Джулии уже лезет в карман моей мантии.

Какая же она мерзкая. Как же я сейчас её ненавижу! Вцепилась бы в волосы и показала, как дрались у нас в коммуналках, когда заставали соседей за воровством пельменей из кипящей кастрюли… Ух, я бы ей… Но остается только наблюдать и чувствовать, как рука гнилой сокурсницы скользит по моему боку.

— Вот он! — Джулия довольно подняла мешочек с Драконьей слезой.

Сссссс… сволочь!

Агапа дернулась к мешочку, но Кристина и Юханна уже схватили её за руки. Первокурсницы смотрели на всё широко открытыми глазами, но мне было не до них. Меня едва не разрывало на куски от несправедливости и бешенства.

Да как они могут?

Да куда смотрят преподаватели?

Да сколько это будет продолжаться?

Люди, столы, скамейки, цветные витражи — всё расплывалось перед глазами, когда на них выступили жгучие слезы. Я ожидала подлости от Джулии, но не такой.

— Так-так-так, — Фендюлятор подошел и взял из руки сокурсницы мой мешочек. — Прелестно-прелестно. Не вращай так глазами, я тоже знаю, что Драконья слеза не будет служить тому, кто взял её силой. Мне и не надо, главное, что ты останешься без козырей и не сможешь ничем отличаться от остальных.

— А можно её тоже посадить вместе с герцогом? Она же напала на ректора, — вкрадчивым голосом произнесла Джулия.

— Да что же вы делаете? У девочки просто не выдержали нервы! — вступилась за меня Арифметина, но Дровень надавил на её плечо волосатой рукой, и она, ойкнув, тут же замолчала.

— Ректор сам в силах разобраться со скодливой девцонкой, — улыбнулся Дровень.

Какая же у него была противная улыбка… Если бы могла, то и ему бы заехала кубком по мордасам.

Руки и ноги не двигались. Всё кругом расплывалось. Студентки молчали. Давно я не чувствовала себя такой беспомощной, с тех самых пор, как старшеклассники в школе отобрали шапку и забросили её на растущую неподалеку от входа липу. Я тогда прыгала, кидала в шапку снежки, но даже не добрасывала… Тогда я тоже плакала, как сейчас.