Ночь с Незнакомкой

– Так он, значит, красивый, – разглагольствует Андрей. – А я нет?

Обиду он изображает отвратительно и даже не пытается этого скрывать. У него тоже нет проблем с самооценкой. Учитывая, сколько женщин у него было, странно было бы, тушуйся он сейчас.

– Красивый, – соглашается Ди. – Наверное, я просто люблю зануд.

Я снова усмехаюсь, качая головой и по-дурацки не могу посмотреть на девушку, хотя чувствую, как она бросает на меня взгляд. Спешно пью свой кофе, пытаясь избавиться от неловкости, которую испытываю.

– Вот так значит, – кивает Андрей, обращаясь ко мне, – что по этому поводу говорит статистика?

– Что у каждого правила есть исключения, – улыбаюсь я ему.

– Это исключение нанесло мне сильную душевную травму.

– В следующий раз я снова угощаю, это поможет?

– Да, мне стало значительно легче.

Я все-таки поднимаю взгляд на девушку и ловлю ответный. Вежливо улыбаюсь и киваю, оставляя деньги за кофе на стойке. Она молча их забирает, но улыбаться перестает.

Я почему-то думаю об этом, когда мы выходим из бара. Все-таки любопытная девушка. Глупо было со стороны Андрюхи ее клеить, сразу же видно, она может дать отпор и вообще не в его вкусе.

– Смотри, какой ты человек, – замечает Андрюха, – мы встретились, чтобы ты рассказал о новой работе, а в итоге я так ничего и не узнал, к тому же меня отвергли из-за тебя.

Я только закатываю глаза и, кинув взгляд на часы, начинаю прощаться. До офиса минут десять ходьбы, не хочу опоздать. Друг идет на переход, чтобы нырнуть в метро, а я бодро шагаю по дороге в сторону нужного здания. На самом деле, новая работа и впрямь супер. Что-то нереальное, птица счастья, которую я чудом ухватил за хвост. И честно сказать, боюсь не удержать.

Нет, в своих силах я уверен, но страх все равно присутствует. Это шаг на новый уровень, серьезная ступень в карьерной лестнице. Даже если я проработаю в этой фирме полгода, это уже будет пункт в резюме, открывающий двери в крупные предприятия Москвы. А это очень много значит.

Да, придется вложить много сил и времени, но я к этому готов. Это с лихвой окупит себя. Должность коммерческого директора получить в принципе сложно, и раз я так близок к цели, глупо бояться.

Нынешний коммерческий перебирается в английский офис, где до этого сидел гендир. Он решил вернуться на родину, вот и нашел себе замену в московском офисе. А я должен буду занять место здесь. Если зарекомендую себя.

Сейчас я только вникаю в дела, кажется, все по силам, но наступит момент, когда поддержка в лице Марка отправится в Англию, и я останусь один на один с этим монстром на рынке строительства. Должен буду возглавить его, и по возможности увести к еще большим высотам.

Страшно-то как, черт возьми.

Домой я попадаю только в начале десятого, усталый донельзя. Маринка выскакивает навстречу, можно сказать, порхает. Она работает недалеко от дома, ходит пешком, потому лишена необычайной радости торчать в пробках. Иногда я всерьез думаю вернуться к метро, но статус вроде как не позволяет.

– Привет, устал? – она быстро чмокает меня в щеку и, не дожидаясь ответа, продолжает: – Ужин сейчас погрею, иди в душ.

Кивнув, прохожу в ванную. Стаскиваю одежду и запихиваю в стиралку, после душа натягиваю футболку и домашние штаны, висящие на крючке. Когда вхожу в кухню, тарелка с пловом уже ждет меня.

– Спасибо, – улыбаюсь Маринке, начиная есть.

Она усаживается напротив, подперев щеку локтем, углубляется в телефон. Судя по движению большого пальца, листает ленту в соцсети. Ем, наблюдая за ней, за пять минут она ни разу не поднимает на меня глаз, из звуков – только вилка скребется о тарелку.

– Как день прошел? – задаю вопрос. Марина кидает быстрый взгляд, снова возвращая внимание телефону.

– Нормально, как обычно. А у тебя?

– Тоже. Встретился с Андреем в обед.

– Ммм… Как он?

– Нормально. Как обычно.

Я хмурюсь, понимая, что ответил теми же ничего не значащими словами, что и она мне полминуты назад. Маринка откладывает телефон и поворачивается ко мне.

– Слушай, Дим, я говорила с Надькой… Если мы хотим взять помещение на август, нужно бронировать и вносить предоплату. Уже почти все занято, самый сезон, ты понимаешь?

Я быстро доедаю плов и отодвигаю тарелку.

– Мы вроде не определились еще…

– Так я и говорю: пора. Мы обсуждаем это из года в год, сколько уже можно? Не переживай, я не буду тебя мучить свадебными вопросами, я же понимаю, новая должность требует много внимания.

Я едва заметно киваю, размышляя над ее словами. Маринка права, не первый год мы начинаем разговор о свадьбе, и каждый год так и не доходим до того, чтобы реализовать. То одно мешает, то другое. В конце концов, какой смысл тянуть? Мы вместе восемь лет, планируем жить всю жизнь вместе. Свадьба – это просто очередной этап. Вполне закономерный.

– Хорошо, – соглашаюсь я, Маринка расширяет глаза, словно не верит тому, что слышит.

– Хорошо? – переспрашивает меня.

– Да. Мы действительно собирались пожениться, так почему не в этом году? Выбери дату, займись подготовкой.

До нее как будто только доходит, она широко открывает рот и тут же прикрывает его руками. Вскочив, налетает на меня, обнимает и осыпает лицо поцелуями.

– Димка, я так рада! Я так ждала! Наконец-то мы поженимся! Боже, неужели это случится?

Отпустив меня, хватает со стола телефон, вижу, как подрагивают ее пальцы, разблокировать удается не с первого раза.

– Я тогда напишу Надьке. Как тебе восемнадцатое августа? Подходит?

– Да. Наверное… – я пожимаю плечами. – Это же выходной?

– Конечно. Суббота. Тогда договорились на восемнадцатое. Супер, Дим, я тебя люблю.

Она идет из кухни, по пути чмокая меня в щеку. Внимание уже в телефоне, что-то быстро пишет. Провожаю ее взглядом и устало откидываюсь на спину стула, задирая голову к потолку. Ну вот, мы женимся. Через два с половиной месяца. Да, это должно было произойти, почему не сейчас?

Хмурюсь, отгоняя прочь ненужные мысли. Все правильно.

Глава 3

Ди

– На самом деле, мало у кого получается развиваться и духовно, и физически гармонично. Обычно что-то перевешивает. Развиваешь дух, страдает тело, развиваешь тело, страдает дух. Найти золотую середину не так сложно, сложно ее держаться.

– Я говорила, что ты слишком умная для своего возраста? – улыбается Зоя, попивая безалкогольный коктейль в кафе. После СПА-процедур она разомлела, и расслабленность не дает ей загоняться о случившемся. Совсем другой человек, право слово.

– Я не такая уж маленькая, мне двадцать два.

– Поверь, это совсем немного, – она продолжает улыбаться. – Говорю тебе с высоты опыта сорокапятилетней женщины. Сознайся, ты училась на психологическом?

Я смотрю в сторону, держа в уголках губ улыбку. Я умею хорошо врать, но почему-то именно с Зоей мне это дается сложно. Может, потому что она слишком милая.

– Я училась на философском, – перевожу на нее взгляд.

– Ух ты, неожиданно.

– Когда еще в школе начинаешь интересоваться подобными темами, это может кончиться только философским.

– И… Где может работать философ?

– Зоя, что за глупые вопросы? Философ не может работать, он может только философствовать.

Она искренне смеется, мне снова становится стыдно за то, что я ей вру. Давно забытое ощущение, кстати. Раньше меня никогда не терзала моральная сторона лжи. Был только один человек, который, как Зоя сейчас, заставлял чувствовать стыд.

– Значит, ты – философствующий бармен.

– В точку.

– А твои родители, как они отнеслись к выбору такой профессии?

Я снова отвожу взгляд в сторону.

– Мамы давно нет в живых, а отец живет далеко отсюда. Он не очень интересуется моей жизнью. Если быть точной, совсем не интересуется.

Новая ложь.

– Мне жаль, Ди. Правда, жаль.

– Ничего, я привыкла.

– Встречаешься с кем-то? – переводит она тему.

– Нет, – я качаю головой. – И хватит обо мне. У нас есть еще планы.

– Правда? – Зоя вздергивает брови. – А я думала, на сегодня мы уже закончили.

– Ну уж нет. В новую жизнь надо врываться стремительно. Идем.

– Сразу предупреждаю, что красить волосы не буду, – она встает, закидывая на плечо сумочку. – Ни разу в жизни не красилась, даже мелирование не делала.

– И правильно, тебе это ни к чему. Такой цвет волос не каждый стилист сделает. Но можно подстричься, так ведь? А вообще, по плану был поход по магазинам.

– Мне уже страшно.

– И правильно, – смеюсь я.

– Нет, нет, нет, – Зоя мотает головой, даже толком не успев рассмотреть, что я подсунула ей в примерочную. Кофта и правда легкомысленная, но не настолько, чтобы ее не купить и не носить.

– Просто примерь. Не понравится, не будешь брать.

– Я не буду.

– Отлично. Тогда просто примерь.

Зоя пытается прожечь меня взглядом, но я никак не реагирую, только улыбаюсь.

– Ладно, – она забирает кофту, а я следом подкидываю еще несколько, которые держала за спиной.

– Просто примерь! – быстро говорю на ее взгляд и задергиваю штору. – И мне не забудь показаться.

Через полминуты Зоя отдергивает штору и упирает руки в боки, глядя на меня.

– Супер, – киваю я. – Берем.

Она только возмущенно открывает рот, поворачиваясь к зеркалу. Критически себя осматривает, вставая то одним боком, то другим.

– Зоя, у тебя классная фигура, тем более для твоего возраста. Ты худая, талия тонкая. Грудь небольшая, но имеется же, главное, правильно все подчеркнуть. Что и делает эта кофта. Бери, ты ведь сама хочешь.

Она опускает руки, словно сдаваясь, и поворачивается ко мне.

– Мне нравится, – признает. – Но я уверена, что не наберусь смелости ходить в ней.

– Эй, не наберется смелости прежняя Зоя, и это понятно. А ты новая Зоя, и сама не заметишь, как скоро начнешь себя чувствовать в такой одежде комфортно. Она не пошлая и не вычурная, просто подчеркивает твою фигуру. Вот и все.

– Но куда я буду в этом ходить?

– Куда? – я делаю вид, что думаю. – Например, можем попросить продавца отрезать ярлык, и ты пройдешься в ней по торговому центру. Слушай, Зоя, у твоих предков стояли за стеклом сервизы, которые доставали только для того, чтобы стереть с них пыль?

Она смеется, взгляд становится мягче, видимо, думает о своей семье.

– Намек понят, – говорит мне. – Просто… Мне кажется, все будут на меня смотреть и думать, что я молодящаяся коровушка, – она понижает голос, а я прыскаю.

Черт, иногда забываю о том, что возраст мало что играет в жизни человека. В том плане, что Зоя такой большой ребенок, со всеми тараканами и комплексами из детства, которые таким вот образом трансформировались сейчас.

– Мужики так точно не будут думать. А что касается женского пола… Поверь, когда я вижу взрослую женщину, то ничего не думаю. Мне все равно. Мне двадцать два, я живу в другой реальности. У нас разные плоскости интересов, желания и методы их достижения. Тридцатилетним тоже по фиг, у них тоже своя реальность. Максимум, они могут подумать, что было бы классно выглядеть в сорок пять, как ты. Так что единственные, кто могут назвать тебя молодящейся коровушкой, это завистливые ровесницы. Но них просто глупо обращать внимание.

Зоя, вздернув брови, снова осматривает себя в зеркало с куда большей уверенностью, чем в прошлый раз. Спину выпрямила, плечи расправила, и даже сама не заметила этого. Иногда человеку нужно всего пару слов, чтобы что-то в нем изменилось. Или положило начало изменениям. А Зоя хочет меняться, просто боится. Но все равно тянется к новой жизни, и это круто. Такого человека стоит уважать.

– Слышала фразу, что женщины одеваются не для мужчин и даже не для себя? – спрашивает Зоя, когда я запахиваю штору, чтобы она примерила следующую кофту.

– А для кого?

– Для других женщин.

Усмехаюсь, качнув головой.

– Мне кажется, в наше время женщины одеваются для социальных сетей.