Приговоренные к вечности. Часть 3. Отринуть любовь (СИ)

— Ходить по Маару не пробовала?

— Пробовала, — кивнула девушка. — Но только во сне.

— Тебе он снился? — заинтересовалась Ширин.

— Я стала видеть странные сны, — призналась Юлька со смущением. — Сначала это обычный сон, что-нибудь из жизни, но постепенно события сна приводят меня в Маар, и там что-нибудь происходит.

— Опиши, как ты туда попадаешь.

— Все время одинаково, — вздохнула Юлька. — Я оказываюсь в храме с зеркалом, накрытым покрывалом. Снимаю покрывало, а там — Маар. Я делаю шаг в зеркало и тут же вижу уходящего человека, которого я должна догнать. Я бегу за ним… и либо теряюсь, либо попадаю в какое-нибудь интересное место и забываю о нем. Догнать никогда не получается, и мне от этого очень больно, я просыпаюсь с чувством мучительной потери.

— Но он остается жив, этот человек? — озадаченно спросила Ширин, внимательно глядя на Юльку.

— Не знаю, — вздохнула та. — Я ни разу его не догнала.

— Не умирает у тебя на руках? — уточнила Вечная.

— Нет.

— Кто из знакомых может вызывать у тебя подобное беспокойство? Иногда сны, связанные с Мааром, означают наши подсознательные, глубоко скрытые страхи за близких или друзей.

— Может, Румянцев? — предположила девушка. — Тот парень, вместе с которым мы с Сашей пересекали Грань. Мы считали его погибшим, но оказалось, что он попал в плен в Анг Мирте. Его там нашли и вернули обратно в Ар Соль.

— Вернули? — изумилась Ширин. — Как его вернули? И кто?

— Он как-то мало рассказывал… Мне, по крайней мере. Саша, наверно, знает подробнее, — Юлька задумалась. — Говорит, однажды пришли люди, забрали его и провели через шеадр в Ар Соль, поместили в красивый дом на озере, вылечили, а затем предложили работать на Коллегиум. Он занимался пространственными технологиями, чем-то связанным с многомерной математикой, а потом — системами защиты от нападений с воздуха.

— Коллегиум… — Хозяйка Некроса была заметно удивлена. — Странно. Хотя… то, что Кинэн в открытую не лезет в наши дрязги, не значит, что у него нет в них своего интереса. — А что говорит Рессер?

— Мы это не обсуждали, — вздохнула Юлька. — Шандр сказал, что его нет в Ар Соль, он в Анг Мирте, и он не знает, когда Рес вернется.

— Он вернулся, — хмыкнула Ширин, явно вспомнив что-то забавное. — Попробуй расспросить своего друга поподробнее, кто же все-таки его вытащил. Пусть опишет дом на озере и шеадр, через который его вели. Поверь мне, это очень важно.

Юлька кивнула. Ей хотелось подробнее расспросить Ширин о храме с зеркалом, но в этот момент дверь в кабинет открылась и на пороге появилась Ильнара.

— Я совсем забыла, что мы договаривались встретиться, — сказала она смущенно. — Вспомнила буквально пять минут назад… Прости.

Юлька растерялась, не зная, как теперь объясняться с подругой, над которой они поставили опыт, но Ширин взяла эту проблему на себя.

— Мы проводим научный эксперимент, — сказала она тоном строгой профессорши. — Нам нужны студенты с разных направлений. Твоя подруга согласилась участвовать и предложила тебя в качестве помощницы. Ты согласна?

Ильнара растеряно посмотрела на Юльку.

— Ничего сложного, — продолжила Ширин. — Выполняй мои команды и подробно описывай впечатления.

— Хорошо, — кивнула Ильнара.

— Выйди из помещения и попробуй позвать ее, держа фантом в памяти, — услышала Юлька голос Ширин, прозвучавший в ее сознании.

Покинув класс, она вспомнив крохотную фигурку в ариаде и несколько раз повторила призыв. Почти сразу же дверь открылась, являя ей изумленную Ильнару.

— Почему-то мне захотелось выйти за тобой, — сказала она растерянно. — Она не рассердится?

— Ты слышала мой голос? — спросила Юлька, заводя ее обратно под пристальным взглядом Хозяйки Некроса.

— Нет, — удивилась девушка. — Меня словно потянуло за тобой, но никаких голосов не было.

— Юля, выходи снова и делай то, что я скажу, — велела Ширин.

Оказавшись в коридоре, Юлька снова услышала в своей голове ее голос.

— Прикажи Ильнаре сесть за стол. Потом пусть подойдет к окну, постоит, вернется на то же место и закроет глаза.

Послушно выполнив указания, Юлька зашла обратно и увидела Ильнару, почти задремавшую за партой в первом ряду. Ширин смотрела на нее с выражением легкого недоумения. Медальон-ариад в ее руках ярко светился и пульсировал, словно бьющееся сердце.

— Попроси ее встать, — услышала она мысленный шепот. — Пусть подойдет ко мне.

На их глазах Ильнара встала, не просыпаясь, чуть покачиваясь, подошла к Хозяйке Некроса и замерла у стола.

— Разбуди ее, — попросила та со странным смущением в голосе. — И скажи, что она свободна.

Юлька мысленно повторила приказ. Ильнара, очнувшись, вежливо попрощалась с ними и, сославшись на занятия, поспешно ушла.

— То, что мы творим — неэтично, — пробормотала Ширин. — Но оно работает, надо же, я до последнего сомневалась… Нити видны очень четко, от Ильнары в Маар и из Маара к образу. Когда ты отправляешь приказ, они натягиваются и сияют твоей базовой силой. Она воспринимает приказ как свое собственное побуждение, хотя иногда он немного искажается.

Юлька озадаченно смотрела на медленно потухающий в руках Вечной ариад.

— Так просто… неужели раньше у вас никто этим не пользовался?

— Не так уж и просто, — возразила Ширин с сомнением в голосе. — Во-первых, нужен специалист по стихиям высокого уровня, причем мы не знаем, важна ли устойчивость к Маару, как у тебя, или сгодится любой. Во-вторых, как и при установке следящего зеркала, нужен человек с художественным даром высокого уровня, чтобы создать истинный портрет. В-третьих, нужен концентратор высокой мощности. Возможно, есть в-четвертых и в-пятых, которые мы не видим из-за того, что наш эксперимент единственный. В-шестых, возможно, мы не создали ничего нового, а наткнулись на очередную давно утерянную — или запрещенную — технологию, которую чуть раньше нас раскопал кто-то другой. В общем, надо продолжать, — заключила она решительно. — Я поручу своим специалистам, это будет правильнее, чем такие… эксперименты.

— А как быть с фантомом Нигейра? Мне его делать? Джилейр заглядывал, интересовался, как дела.

— Боюсь, Вечного в обычный концентратор не запихнешь, — усмехнулась хозяйка Некроса. — Но ты все-таки попытайся, а если придет Джилейр, подробно опиши ему свои впечатления и понаблюдай за реакцией. Можешь даже прийти за советом, объяснить свои трудности и послушать, что он скажет.

Юлька поморщилась. Встречаться с этим рыжим типом ей больше не хотелось. Ширин, заметив это, сочувственно улыбнулась.

— Потерпи еще немного. Он непрост, этот Джилейр, за ним однозначно надо приглядывать. Он что-то знает… и больше, чем говорит.

Глава 3. Зависимый

Гостей в этот вечер в Наган-Кархе не было. Только свои: Саша, Румянцев, Юлька, да Кольер, который пробыл с ними из вежливости чуть больше получаса, извинился и ушел к себе, сославшись на усталость. Весь вечер Саша и Румянцев обсуждали политику в Ар Лессене, углубляясь в подробности и сыпя малознакомыми Юльке именами и названиями. В Ар Лессене назревало военное столкновение, и по-прежнему не было Вагабра, чтобы вмешаться в склоки бреннов Корта, да еще и Эрлен исчезла. Саша, получивший просьбы о поддержке от каждой из конфликтующих сторон, на этот раз осторожно выжидал, Румянцев же доказывал ему необходимость выбрать сторону с наибольшим экономическим и военным потенциалом и поторопиться, пока нет Вагабра. Аспид в Саше требовал обратного: в случае выигрыша у сильного противника он приобрел бы гораздо больше, начиная с политического влияния и повышении репутации, и заканчивая бесценным опытом решения гораздо более сложных задач, столь необходимым ему самому.

— Наши действия должны быть стремительными, — уже не в первый раз повторял он. — Один точечный и результативный удар. Я не могу допустить вмешательства других Вечных в мою войну, — говорил он с раздражением, потирая правое запястье, на котором уже давно восстановилась кожа.

— Никто не будет вмешиваться, — отмахивался Румянцев.

— Самостоятельно — нет, но можно будет опять апеллировать к Ворону, заявив, что военные действия угрожают безопасности шеадров. Или еще чему-нибудь.

— Кто апеллировать-то будет? Альсар-Феникс, что ли?

— В Лессене и Лимене второй по значимости — Реваль, — возразил Саша. — В Брантоме и Вижанне — Даллах, с полноценным доменом, разделяемым с Вагабром. Нет уж, торопиться я больше не намерен. Выждем.

Румянцев горячился и бросался доказывать ему по новой необходимость активного и скорейшего вмешательства.

Тронув спрятанное под одеждой ожерелье, Юлька бросила на Румянцева расфокусированный взгляд и вздрогнула. Те же нити, что и у Ильнары, только сияюще-белые, устойчивые и хорошо сформированные. Осторожно прикрыв глаза, словно задремывая, она скользнула в Маар, желая дойти по нитям до их хозяина, но они терялись где-то в глубине пространства Некроса, и она не рискнула идти дальше, опасаясь, что ее ментальное отсутствие станет заметно друзьям. Открыв глаза и пару раз демонстративно зевнув, она извинилась, пожелала им спокойной ночи и отправилась искать Кольера.

Старый наг нашелся в своем рабочем кабинете, за письменным столом, над аккуратной стопкой бумаг. На его малоподвижном лице проступил намек на улыбку, когда она вошла, которая сразу же исчезла за привычной маской каменной сдержанности.

— Слепка нет, — ответила на его немой вопрос Юлька. — Есть нити, уходящие в Маар. Хорошие такие, яркие. Идут далеко, искать источник я не стала, побоялась, что заметят. Надо посмотреть на него ночью, — продолжила она торопливо. — Если им кто-то управляет, нити напрягутся и будут наполнены базовой силой контролера.

Кольер пристально вгляделся в ее лицо.

— Что ты знаешь о технологии подчинения? — спросил он очень тихо.

— Пока немного, — ответила она с вызовом. — Но я узнаю.

— Надо понять, на какой стадии находится процесс, — Кольер встал, прошелся по кабинету и остановился у окна. — Он еще подчиненный или уже зависимый.

— Зависимый? — переспросила Юлька. — Зависимыми же только Двуликие бывают. У которых есть хозяин.

— Всю историю Ар Соль люди пытались найти способы подчинять разум населяющих ее существ, — начал старый наг после длительной паузы. — Двуликие зависимы с очень давних времен, но когда-то, многие тысячелетия назад, они были свободными. Их подчинили, привязали к себе постоянные обликом люди. Где, на каком этапе эволюции был найден способ полностью подавлять и подчинять сознание существ, меняющих облик, я не знаю. Видимо, в силу своей изменчивости, они оказались более податливы, чем постоянные обликом ассары. С тех пор попытки найти способ подчинения постоянных обликом никогда не прекращались. Сильный всегда стремится подавить, навязать свою волю слабому, любым из доступных ему способов.

— Или другому такому же сильному, — добавила Юлька, не отрываясь от его лица, на котором опять проявилась и сразу же исчезла эмоция — то ли горечь, то ли сарказм.

— А это даже ценнее. Подавить волю и навсегда сделать зависимым, а то и полным рабом твоего бывшего противника — чем не победа? Окончательная и бесповоротная. Так вот, — вздохнул он, — во времена моей молодости, а это — последние годы прежнего Нигейра, такая технология была найдена. Существует много слухов, что с ней стало и почему Вечные, жившие в ту эпоху, уничтожили действующее воплощение Аспида. Среди наших Вечных бытует версия, что он был безумен, потому что попал под эксперименты с зависимостью, став жертвой того изобретателя, что додумался до механизма подчинения через Маар.

— Это так? — осторожно спросила Юлька, у которой перехватило дыхание от его неожиданных откровений.

— Не совсем. Он действительно был безумен, но по личным причинам. Эксперимент его не задел. Он шел над другими людьми, в основном — добровольцами, и шел успешно.

— Вы принимали в нем участие, — догадалась Юлька.

— Да. Более того, я и был одним из добровольцев, — печально усмехнулся Кольер.

— Вы хотите сказать, что выстали зависимым?

— Именно. Я — результат удачного эксперимента по искусственному созданию связей «хозяин-зависимый» через пространство Маара. Точно такой же, как обычные Двуликие.

— Кто же ваш хозяин? — шепотом спросила она.

— Нигейр Аспид. Тот, которого развоплотили. Нас всех тогда подчиняли ему.

Юлька потрясенно молчала.

— Посмотри на меня через Маар, — предложил Кольер, отвернувшись от нее и напряженно глядя в окно, словно ему было неловко. — И скажи, что ты там видишь.

Нащупав камень маар-щита под одеждой, служивший ей опорой для выхода, она расфокусировала взгляд и сразу же заметила нити, тянущиеся от него к той самой уродливой твари, что год назад пыталась ее сожрать.

— Нити, — пояснила она. — Заканчиваются на экзотической сущности Некроса, которая выглядит угрожающе неаппетитно. Я ведь и раньше их видела… только не знала, что это такое.

— Она не всегда была такой, — вздохнул он, поворачиваясь к ней. — Сначала это был обычный искусственно созданный с помощью специальной установки слепок моей психики, помещенный в Маар и связанный нитями с хозяином.

— Фантом, — прошептала Юлька

— Что ты называешь фантомом? — уточнил он.

— Искусственно созданный с помощью союза двух талантливых людей — человека с даром управлять силами и стихиями и человека с художественным даром — слепок личности, помещенный в некую силовую среду, — сформулировала она.

— Хорошо, термин принимается, — согласился Кольер. — После смерти Нигейра мы все остались без хозяина, и нам стало туго… Постепенно большинство участников эксперимента сошли с ума. Некоторых убили из-за крайней, неуправляемой агрессивности. Я же… я подозреваю, что то, что ты называешь фантомом, было захвачено какой-то блуждающей сущностью Маара, скорее всего, принадлежавшей другому миру. Может быть, некое мертвое порождение Анг Мирта… Не знаю. Возможно, Ширин разобралась бы, если бы взялась, — прокомментировал он. — Поэтому я и не умер. Но постепенно захватившая оборванные нити тварь стала требовать пищи, такой же, что требуется Вечному для поддержания своей необычной энергетики. Взамен я получил такую же длинную жизнь.

— А что случилось с установкой, которая создавала эти оттиски психики? — поинтересовалась Юлька. — И кто помещал их в Маар? И как вас завязывали на Нигейра-Хозяина?

— Он переносил их сам, — ответил старый наг. — Брал по одному, выходил в Некрос и там визуализировал — они и всплывали. Точнее мне не описать, я и так со слов нашего координатора пересказываю. Потом оказывалось, что все перенесенные им души-оттиски остаются как бы все время с ним. Не забывай, я подопытный, а не экспериментатор, — печально усмехнулся он.

— А установка?

— Она законсервирована в Либруме. Целенькая.

— О боже, — прошептала она. — Эта дрянь там лежит, и Саша хочет открыть этот ящик Пандоры.

— Для этого ему сначала надо его найти. И тут я ему не помощник.

— И вы думаете, что Румянцев… зависимый? Но тогда получается, что кто-то уже нашел Либрум?

— Для этого мы подождем ночи, и ты еще раз на него посмотришь, — сказал Кольер. — Если там только нити, без оттиска-проекции в Мааре, возможно, это что-то другое.

— Это фактически то же самое, — возразила Юлька. — Меня пытались хитростью заставить сделать фантом Нигейра, аргументируя необходимостью гасить его вспышки агрессии. А для этого рассказали технологию, только не всю и не точную — вернее, часть ее не сработала при попытке закончить создание фантома.

— Кто пытался? — Кольер развернулся к ней с опасной грацией хищника, в темных глазах вспыхнули и погасли короткие искорки гнева.

— Один тип из школы Эгрох.

— Ты кому-нибудь об этом рассказывала?

— Ширин. Она заинтересовалась и технологией, и теми, кто пытается ее опробовать. Мы немного поэкспериментировали с фантомами, что были в нашем распоряжении.

Он неожиданно успокоился.

— Хорошо, — в голосе старого нага звучало облегчение. — Как бы она к Саше не относилась, вреда она не причинит. Скорее наоборот — возьмется защищать, если почувствует, что ему грозит реальная опасность.

— Как вы думаете, могли они найти Либрум? — спросила Юлька, глядя, как старый наг устало возвращается за стол и садится, уронив голову на руки.

— Даже если нашли, надо его открыть. Две половинки ключа и активатор. Активатор у меня, он такой же, как и для Награ, ключи у таких Вечных, у которых их не выманишь, — ответил он. — Если только украсть. Но для этого надо хотя бы знать, как они выглядят, эти ключи. Технология, о которой ты рассказываешь, имеет некоторое сходство с той, старой, но по сути — иная. Кто-то нашел альтернативный путь. Возможно, путь этот существовал и раньше, но был запрещен. Вечные в свое время многое позапрещали, просмотрев с помощью Филина вероятностные линии будущего. Не факт, что все запрещенное ими полностью исчезло с лица земли.

— У нас говорят «Запретный плод сладок», — кивнула Юлька. — Хорошо бы понять, к кому ведут ниточки и в чьих руках находится фантом Румянцева.

— И зачем он шляется по ночам по замку, — ворчливо добавил Кольер. — Ты подождешь здесь или пойдешь к себе? Если останешься ждать, то давай выпьем кофе.