Бард 4

— В основном, — решила не скрывать очевидное Белла, — но… — она немного замялась, — сейчас уже не только это. Ты мне понравился, Александр. Извини, если мои слова тебя задели, но ты сам выбрал подобный стиль общения.

— Ни в коем случае, — поспешил успокоить ее, — интервью дам, мне не сложно, но у меня будет встречное предложение.

Мне нравилась идея заиметь своего журналиста. Все-таки «пятая власть есть пятая власть»! Белла могла стать первым кирпичиком в моей будущей медиа-империи. Даже посоветовался с Уной, — она полностью меня поддержала. Интересно, ей сама идея понравилась или просто не терпелось затащить Беллу в постель?

— Интересно, — с любопытством посмотрела на меня журналистка, — чего же вы хотите от бедной простолюдинки, князь?

— Работай на меня. Понятно, что не бесплатно. Я щедрый наниматель…

— Хм, — девушка оценивающе окинула меня взглядом, — у меня уже есть работа, и она мне нравится.

— Я не предлагаю уходить из газеты, — поспешил заметить я, — считай дополнительным заработком.

— Интересно… я заинтригована. Начнем с твоего предложения, интервью никуда не убежит.

Мы договорились. Особо откровенничать о своих планах я не стал, но, как выяснилось, Белла сама построила логическую цепочку. Девушка оказалась весьма проницательной. И даже согласилась на будущую командировку в Нижний Новгород. В паре издательств моего города у нее имелись хорошие знакомые. Отлично! Медиаподдержка будущего захвата власти мне очень даже не помешает!

Тем более согласилась она не только из-за денег. Благодаря престиж-классу я хорошо понимал, как ко мне относятся женщины. Сегодня я нашел себе ценного союзника, которого будет сложно перекупить.

После наших переговоров я дал обещанное интервью. Белла заверила меня, что все сделает на высшем уровне. Договорившись встретиться еще раз (причем журналистка заявила, что сама меня найдёт), мы расстались. Мы с Уной покинули кабинет и пошли на занятия, игнорируя вопросительные взгляды моих спутниц. Пусть пока остаются в неведении. Для начала я хотел хорошенько подумать…

Глава 9 «Испанская инквизиция»

Знаете ощущение, когда жизнь входит в привычную колею, и время начинает идти быстрее? Моргнул — и ты уже под венцом. Еще моргнул — и в гроб пора. Прав был старик Эйнштейн. Ой как прав…

Я и не заметил, как прошел почти месяц с экскурсии по застенкам Второго Отделения. Заседание Имперского Суда по моему делу назначили на субботу, так что с занятий отпрашиваться не пришлось. Хорошо, что после хвалебной статьи в «Московских ведомостях» отношение Романова ко мне значительно улучшилось, и я мог уходить гулять хоть каждый день.

Белла Кун постаралась на славу. Только половину страницы она расхваливала дядю Императора! Остаток текста она посвятила Академии и ее главному приобретению в виде вашего скромного слуги. И рисунки зачетные вышли: на одном Романов восседает в своем кресле, сложив ладони, а на другом мы с Уной стоим спиной к спине. Самое главное, что художник не забыл отметить ее изящные крылышки.

Не сказать, что статья сильно повлияла на мою популярность среди студентов, зато преподаватели стали относиться лояльнее. Блат наверху не мог не радовать, жизнь налаживалась… Осталось разобраться с судом.

В Москву мы выезжали большой компанией. Хотелось совместить приятное с полезным, так что вилла фактически осталась пустой. И даже Марфа поехала с нами — пускай на столицу посмотрит, а то сидит взаперти и света не видит. Служанка отнекивалась, как могла, но я ощущал ее зверское любопытство, скованное рамками парадигмы скромности и служения, и решительно оборвал все возражения. Хозяин сказал, что берет всех! Симонова тоже изъявила желание съездить и посмотреть на суд. Алексей долго думал о поездке, но в итоге отказался. Отнекался тем, что я и без него всех порву, а он на какую-то вечеринку не попадет, где ему точно перепадет от какой-то Вики. Дело молодое… Я не обиделся.

Выезжали большим кортежем, арендовав почти половину имеющихся на почтовой станции карет. Нужно было видеть глаза смотрителя. Да, гарем у меня впечатляющий. Как говорил Распутин, уровня Великого Князя. Одни эльфийки чего стоят!

По дороге, как ни странно, не возникло никаких приключений, и мы даже не попали в пробку! Встречавшиеся на пути телеги, всадники и пешеходы поспешно прижимались к обочине, безропотно пропуская нас. Наверное, приняли за правительственный кортеж или что-то подобное… Хотя здесь будет актуальнее сказать — княжеский.

Заселялись мы тоже с размахом. Семиэтажный отель «Капиталъ» с мраморными колоннами и позолоченными барельефами буквально кричал о богатстве его постояльцев. Красную дорожку подвели прямо к месту, где кареты высаживали пассажиров, и после выгрузки специальные кучеры отвозили их на стоянку. Нас встретила целая толпа слуг и с почтением проводила к стойке, где я недрогнувшей рукой отдал десять тысяч рублей за аренду пентхауса. Честно, я не специально выбрал такую гостиницу: она была ближайшей к суду. Пусть девушки порадуются и наберутся впечатлений…

Нет смысла описывать внутреннюю обстановку, — если вы были в одном отеле, значит, видели их все. Главную спальню я реквизировал для нас с Уной, хотя ее размеры позволяли вольготно расположить весь гарем. Мне не хотелось отвлекаться на оргии. Все же суд — дело серьезное, хотя Уна заверяла меня, что все под контролем.

Оставив девушек распаковывать вещи, я прихватил с собой Зинтариэль, и мы спустились вниз. Забавный факт — в этом мире тоже существовали лифты, однако на ручной тяге. Где-то в подвале находилось огромное колесо, которое крутили мощные громилы. Я узнал об этом из уст феи. Кабина тряслась и постоянно замирала, но я стойко пережил дорогу вниз, дав себе обещание чаще ходить по лестницам — так полезнее для здоровья.

Внизу нас уже ждали. Исаак Кальцман приветливо поднял шляпу-котелок, взял меня под локоток и повел за угловой столик в кофейне при отеле. Небрежный жест старого адвоката, и от остального мира нас огородил непроницаемый для звуков барьер.

— Я таки рад вас видеть, князь! Как добрались? Все ли хорошо? — он лично разлил ароматный чай по крохотным чашечкам и придвинул Уне с Зиной вазочку с печеньем. — Дюже рекомендую! Отдельно хочу поблагодарить, что оплачиваете мое размещение в этом прекрасном отеле! Мой прошлый клиент пытался определить меня в третьесортную гостишку, где обычно останавливаются караванщики…

— И я рад вас видеть, уважаемый Исаак! — чуть было не добавил «Модестович», не знаю, почему. — Спасибо, все хорошо. И как вы справились с лишениями жизни в третьесортной гостишке?

— Да никак. Я отказался от клиента, и теперь он раскалывает камни на каторге, — заметив, как изменилось мое лицо, он снисходительно добавил: — Не переживайте, вам это не грозит. Я очень доволен своим размещением и вашим профессионализмом!

Он положил передо мной какие-то бумаги и продолжил профессиональным тоном:

— Обвинение не стоит и выеденного яблока! Не существует никаких твердых доказательств нападения! Две недели я рыл носом округу и не нашел ни одного очевидца! Лавочники, дворники, бродяги ничего не видели и не слышали. Остается лишь слово посла СЭШ против вашего…

— Должность у него немаленькая, и Император благоволит светлым эльфам

— Ой, я вас умоляю! Наш величайший и мудрейший Император не будет вмешиваться! Дворянский совет никогда не позволит иностранцу тронуть одного из нас. Признаться, меня радует столь редкое единодушие среди тех, кто обычно гнилое яблоко поделить не может. Не находите в этом оксюморон? — Исаак излучал торжество. Его бородка победно топорщилась, пока старый адвокат пил чай, позволяя мне обдумать его слова.

— А если Зинтариэль заставят выпить сыворотку правды?

— Не переживайте, голубчик. Согласно закону, вы имеете полное право отказаться. А то спросят у вас родовую тайну, и у вас не будет никакого выбора. Нет, я решительно не верю, что у них есть хотя бы шанс.

— Он прав. Хозяин, не переживай! Дело плевое! — включилась в разговор Уна. — Если нет независимых свидетелей, закон на нашей стороне! Слово посла равнозначно слову князя!

Я решил не спрашивать, что произошло бы, окажись на моем месте простолюдин. И так понятно — колол бы камни без всякого суда. От рассвета до заката собственной жизни…

Фея и адвокат обсуждали какие-то юридические тонкости, а я кушал пироженки и смотрел на молчаливую Зинтариэль. Странно. Вроде все, как обычно. Принцесса не любит пустых разговоров, но что-то меня напрягало. Не успел я задать вопрос, как Кальцман с треском захлопнул папку.

— Ой-вей, вы таки посмотрите на время! Мы чуть было не опоздали! Идем скорее!

И мы поспешили за адвокатом. Нет, не бежали, не пристало господам бегать подобно простолюдинам. Мы быстро шагали, а все не успевшие уступить нам путь прохожие — не наша проблема.

Здание суда выглядело весьма монументально на фоне окружающих его непонятного вида домишек. В псевдоантичном стиле — колонны, портики и прочая лабуда. Зато внутри все роскошно: блестящий паркет, хрустальные люстры, мраморные лестницы.

У Иры с чувством времени было получше. По крайней мере, она вместе с Мин, Белкой, Ариэль и Симоновой встречала нас уже в зале суда. Княжна критично осмотрела меня, тихо вздохнула, пригладила взлохмаченные волосы и отряхнула одежду от пыли.

— Заседание через пять минут, проходите скорее, — скомандовала она.

Место суда выглядело… обычно. Стол судьи — на возвышении, рядом — стульчик для свидетелей. По бокам защита и обвинения, сзади скамьи для зрителей и клетка для особо буйных. Мы с Уной, Зиной и Исааком как раз успели занять места обвиняемых. Девушки расселись на зрительных рядах. В зал вошел судья, о чем-то весело разговаривая с приставами, идущими рядом. Пока они рассаживались, я получил краткую сводку от системы относительно прокурора. И, честно говоря, был шокирован.

Иосиф Лоцман

Прокурор

Уровень: 40

Разбойник

Что-то не нравились мне имя и класс… Собственно, и Исаак Кальцман тоже был разбойником 43 уровня. Вряд ли это совпадение: и адвокат, и прокурор были евреями с характерными носами. Но когда появился судья, я выпал в осадок. Еще один еврей!

— Всем встать, суд идет! Заседает Его Честь Имперский Судья Игорь Антонов! — хорошо поставленным тоном гаркнул один из приставов.

Не понял, это еще что за финт ушами? Почему вместо Игоря Антонова Система показывала совсем другое имя?

Сава Рабинович

Судья

Уровень: 60

Разбойник

— Прокурор, достопочтенный Вячеслав Огорский, — продолжил тем временем пристав, — сторона защиты представлена фамильяром Унулариэниэль и адвокатом Исааком Кальцманом из фирмы Исаак Кальцман и Исаак Кальцман (не братья).

Происходящее казалось мне все более абсурдным. Кругом одни евреи! Огорский — Иосиф Лоцман! Антонов — Сава Рабинович! Уну что? Действительно сделали главным адвокатом?!

— Слово предоставляется стороне обвинения!

Прокурор неторопливо встал, застегнул стильный темно-синий пиджак с золотой звездой на лацкане, прошествовал в центр и бодро начал.

— Ваша Честь! Мы представляем обвинение подданному Российской Империи Князю Александру Морозову! Следователями Второго Отделения достоверно установлено, что его рабыня светлая эльфийка Зинтариэль напала на достопочтенного посла Свободных Эльфийских Штатов Натаниэля, нанеся ему серьезные увечья. Список увечий прилагается в доказательстве номер один, — он передал нам с судьей уже знакомые по разговору во Втором Отделении листки, — поскольку Зинтариэль является официальной рабыней князя Александра Морозова, он несет ответственность за совершенные ею преступления. За необоснованное нападение на полномочного представителя союзной державы обвинение запрашивает лишение дворянского титула и десять лет каторги без права на досрочное освобождение!

Я аж присвистнул. Ничего себе стелет! Десять лет за несколько переломов!

— Слово предоставляется стороне защиты, — с зевком ответил судья, — до обеда осталось немного, не тяните.

До обеда? Вообще-то суд только начался!

— Ваша честь! — вспорхнула со своего места Уна. Исаак слегка изменился в лице, привстав со стула. — Обвинения смехотворны! Нет никаких свидетелей и доказательств! Даже пострадавшая сторона не соизволила явиться! Все, что есть у прокурора — список каких-то там увечий! Ничего не указывает, что их нанесла рабыня хозяина!

— Хозяина значит? — нахмурился судья, рассматривая фею. — А вы, значит, его фамильяр?

— Именно так! — гордо ответила Уна.

— Где вы получили юридическое образование?

— Эм… — на лице феи промелькнуло удивление, — образование?

— Ну да. Название заведения, которое выдало вам диплом юриста? Или у вас был учитель?

— Я не проходила обучения, но я хорошо знаю законы…

— А сколько вам лет, позвольте поинтересоваться? — с каждым словом тон судьи становился все более покровительственным.

— Скоро полгода будет, но какое это имеет отношение к делу?

— Как я вижу, обвиняемый слишком много о себе думает. Даже не озаботился нормальным адвокатом, выставив напоказ своего фамильяра, — Сава Рабинович погрозил ошеломленной Уне пальцем, — возможно, вы подумали, что я из тех идиотов, что пускают на вас слюни. Позвольте заверить — это совершенно не так, и все ваше выступление я не могу расценить иначе, чем неуважение к суду!

Приплыли… Уна вспыхнула и собиралась разразиться гневным спичем, как Исаак резво вскочил и оттер фею за спину:

— Ваша Честь, дозвольте, я продолжу! Я закончил высшую Иерусалимскую академию, и мне таки есть что сказать!

— У вас минута, — равнодушно отвернулся судья.

Исаак задвинул проникновенную речь о недостатке доказательств. В целом, те же слова, что говорила насупившаяся Уна. Когда отведенная минута прошла, Сава стукнул молотком и сурово посмотрел на меня.

— Князь Морозов, вы согласны принять сыворотку правды и ответить на вопросы Имперского суда?

— Мой клиент пользуется правом на защиту личных данных! — тут же крикнул Исаак.

— В таком случае мне все предельно ясно. Слово против слова. И я не вижу никаких оснований не доверять достопочтенному послу…

Где-то вдали прозвенел гонг. Судья переменился в лице и спешно засобирался.

— Заседание продолжится завтра в девять утра! Не опаздывайте!

Через несколько мгновений зал опустел: остались только мы с Исааком и гаремом. Посмотрев на встревоженные лица девушек и растерявшегося адвоката, я только и мог, что протянуть:

— Мда-а-а… попали.

Назад в отель возвращались в гнетущем молчании. Исаак отлучился по пути, обещав нагнать нас позднее и заверив меня, что волноваться еще рано. Мне почему-то показалось, что он отправился обратно в Нижний — подальше от дела, которое могло испортить его репутацию. Выдалось оно на редкость токсичным.

Перекусив без всякого аппетита, я поднялся наверх, отказавшись от предложения Мурры составить мне компанию. Хотелось подумать в тишине и одиночестве.

Всю ситуацию можно было охарактеризовать одним словом — жопа. Судье я явно не понравился, хотя его имя оставалось белым. Скорее всего, меня отправят прямиком на каторгу, а девчонок — кого куда. Отправиться в бега? Попрошу Иру помочь Белке с Ариэль и забрать с собой Марфу и Мин в Нижний, а сам с Уной рвану в какую-нибудь глушь или подамся в пираты…

Я потряс головой, выгоняя заманчивые мысли о пользе морского воздуха для юного организма. Нет, так просто не сдамся! Бард я или кто? Задавлю этого упертого судью харизмой!

В дверь осторожно постучали. В щель просунулась обрамленная серебряными волосами голова:

— Можно? — дождавшись кивка, Уна осторожно впорхнула в спальню и села рядом со мной на мягкий ковер. — Прости… я повела себя глупо.

— Ничего страшного, — не покривил я душой, — не думаю, что Исаак смог бы повлиять на ход дела. Судья явно относится к нам предвзято…

— Это точно! Вообще не понимаю, чего он так на меня взъелся! Я ведь всем нравлюсь, — обиженно надулась фея.

— Может, он гей, — усмехнулся я, привлекая фамильяра к себе.

В дверь снова постучали. Второй моей гостьей неожиданно стала Зинтариэль. Окинув меня странным взглядом, принцесса остановилась неподалеку.

— Я хотела узнать, что ты намерен делать дальше.

— Не знаю, — честно ответил я. Продолжить мне не дал очередной стук в дверь.

— Я таки все уладил! — с видом олимпийского чемпиона заявил сияющий Исаак. Он плюхнулся в мягкое кресло и с хлопком откупорил бутылку шампанского. — Ох и верткий поц этот прокурор, но мы таки заключили сделку! Нужна только ваша подпись!

— Какую сделку? — в груди поселилось нехорошее предчувствие. Да, возможно еврей смог договориться с другим евреем, но русским это обычно не сулило ничего хорошего.

— Стороной обвинения выступает не СЭШ, а Второе Отделение! И вам таки есть, что им предложить! Они согласны забыть о печальном недоразумении, если вы согласитесь на сотрудничество! — Исаак с наслаждением осушил бокал и быстро замахал руками, заметив, как у меня перекосилось лицо. — Нет-нет, ничего такого! Вам просто зададут вопросы! Ничего опасного для жизни, я проверял документ. Все полностью официально!