Воинственные фейри

— Просто держись, — он повесил трубку, а я поджал губы, глядя на экран. Охуенно полезно, stronzo.

— Он придет? — спросила Роза.

— Наверное, — пробормотал я, прислонившись спиной к валуну.

Роза придвинулась ко мне и положила голову мне на плечо. Между нами воцарилась тишина, и я ненавидел это. До смерти Феликса не было никаких молчаний, которые нужно было заполнять. Как будто на ее душе лежал груз, который я не мог снять. И я не знал, что с этим делать и как быть рядом с ней так, как ей нужно.

— Роза, все… стало лучше после смерти Феликса? — спросил я осторожно, на цыпочках обходя то, о чем действительно хотел спросить. Ты в порядке?

— Да, — твердо ответила она. — Как будто я снова могу дышать.

— Это хорошо, — сказал я, чувствуя, как в моей груди развязывается узел. — Я знаю, что ты не хочешь говорить о том, что случилось, но мне просто нужно знать, если… если… — я не знал, как закончить это предложение, не заставив ее отказаться от ответа. Она была настолько сильной, что вела себя так, будто мир не влияет на нее. Но он влиял. Боль не была слабостью. Она всегда была живучей. И твердость в ее глазах, и закалка ее души — все это было признаком того, что она прошла через все это. Но я не хотел, чтобы тяжесть этих вещей сломила ее. Или нас.

— Все хорошо, — прошептала она. — Я не хотела отвечать тебе раньше, но теперь могу. Спроси меня, Альфа.

— Ты будешь в порядке? — я резко втянул воздух.

— Да, — медленно сказала она. — Когда-нибудь, я думаю. Но я ненавижу свои шрамы, Данте. Они показывают всем в стае, насколько я слаба.

— Ты должна их отпраздновать, — яростно прорычал я. — Это не твоя слабость, Роза. Они — твоя сила.

— Ммм, — сказала она пренебрежительно, как будто не верила в это.

Мерцание звездной пыли в воздухе заставило меня напрячься, магия потрескивала на кончиках моих пальцев, когда из нее появился Райдер и тут же пригнулся перед нами.

— Твою мать! — Роза пнула грязь ему в лицо, толкнув меня в бок, чтобы заставить двигаться. — Нападай, в атаку!

— Все в порядке, cugina, — сказал я, схватив ее за руку, чтобы прижать ее к себе, пока я скалил зубы на Райдера.

Но как, черт возьми, я собирался объяснить ей это? — Какого хрена ты здесь делаешь, serpente?

— Это ты мне скажи, Инферно, — шипел Райдер. — В одну минуту я выбиваю жизнь из какого-то подонка на земле, а в следующую Большая Птица бросает звездную пыль мне в лицо.

Роза в замешательстве переводила взгляд с меня на Райдера. — Что происходит? — потребовала она.

Я полагал, что тот факт, что она видела, как Райдер помог убить Феликса, был единственной причиной, по которой она сейчас не была в полной панике. Но вражду с этим ублюдком нелегко забыть. Я и сам не собирался забывать об этом. Но сейчас у нас не было других вариантов для помощи.

— Райдер помогает искать Элис, — сказал я Розе. — Мы пришли к своего рода… перемирию, — это слово имело горький привкус во рту, когда я посмотрел на него.

— Я бы назвал это временным перемирием, — поправил он. — И когда Элис вернется в мои объятия, я с радостью срежу твою голову с плеч так медленно, как только смогу.

— Ты и он… и Элис? — спросила Роза, ее глаза расширились. — А как же Леон?

— Длинная история в двух словах, Лев никуда не денется, так что нам придется смириться с этим, — прямо сказал Райдер. — И Большая Птица тоже.

— Большая Птица? — Роза в замешательстве наморщила лоб.

— Прекрати говорить ей всякую чушь, это не твоя обязанность, — прорычал я, затем повернулся к Розе с пристальным взглядом. — Ты не можешь никому об этом рассказывать, cugina, — мне не хотелось потом использовать на ней зелье памяти, но если она не сможет сохранить этот секрет, последствия будут слишком серьезными, чтобы рисковать. Вся моя семья может потерять веру в меня, если они узнают, что я работаю с Райдером Драконисом. Но я доверял Розе, я не хотел идти по этому пути, если не было необходимости.

Она снова посмотрела на Райдера и протянула в его сторону руку. — Дай мне звездную клятву, что сегодня ты не причинишь вреда Данте.

— Ты даже не Пробудилась, — насмехался Райдер, но Роза продолжала держать вытянутую руку, ее челюсть была крепко сжата.

Я уставился на serpente, ожидая, что он снова улетит в звездную пыль и не будет мириться с этим дерьмом, но потом он схватил Розу за руку.

— Я не причиню вреда Данте сегодня ночью и тебе тоже не причиню, девочка-волчица, — в его ладони вспыхнула магия, но это ничего не значило без ее магии. Тем не менее, это заставило меня почувствовать к нему что-то вроде уважения. Не уважение. Определенно нет. Но что-то.

— Хорошо, что же нам теперь делать? — спросила Роза, не отрывая взгляда от Райдера, словно ожидая, что он нападет в любой момент. Но он не стал бы этого делать, пока возможность вернуть нам Элис висела на волоске.

— Там наверху есть туннель, — сказал я Райдеру. — На него наложены магические защитные заклинания, а снаружи стоит пара охранников. Сможешь ли ты подобраться достаточно близко, чтобы определить, с чем мы имеем дело?

Райдер пожал плечами и стянул рубашку, обнажив бесчисленные шрамы, покрывающие его тело между татуировками. Роза замерла рядом со мной, пристально глядя на него, ее взгляд переместился на шрамы, а ее рука переместилась к шрамам на шее, когда в ее глазах появился какой-то отчаянный вопрос. Однако она не стала его озвучивать, прикусив губу, пока Райдер снимал с себя последнюю одежду и бросал ее в мою сторону, а его ботинок отскочил от моей головы.

— Pezzo di merda9, — прорычал я, пуская разряд электричества в его грудь, но он только зарычал, словно наслаждаясь болью. Psicopatico10.

Он превратился в маленькую черную змею, которую я мог бы раздавить под каблуком, но я сопротивлялся желанию сделать это, пока он ускользал за валун, держась в тени, пробираясь к туннелю.

Роза повернулась ко мне с широко раскрытыми глазами. — Мама убьет тебя, если узнает.

— Вот поэтому она и не узнает, — сказал я с намеком на предупреждение в своем тоне, но она строго посмотрела на меня.

— Я не глупая, Данте. Вы, ребята, Астральные Противники, связанные звездами презрением друг к другу, пока ваша вражда не закончится смертью. Фейри не могут просто так отбросить это дерьмо. Ты любишь Элис. И он тоже любит. Не говори мне обратного, Луна всегда знает.

Я плотно сомкнул губы. Она и ее чертовы лунные способности. Не было смысла лгать ей. Я уважал ее способности, и не было смысла отрицать то, что она уже почувствовала от нас с Райдером. Serpente11 любил Элис — как бы маловероятно ни было узнать, что у него вообще есть сердце, — и я ничего не мог с этим поделать. Я видел, каким он был с ней, я не был слепым. Его сердце существовало, и он отдал его ей. И она тоже отдала свое ему с такой же легкостью, как и мне. Это была та проблема, которую я должен был принять как часть любви к ней. Она всегда будет любить его тоже. Как это будет работать в долгосрочной перспективе, было для меня чертовой загадкой, но пока нам удавалось избегать этой темы и терпеть друг друга, когда это было необходимо. Я представлял, что когда она снова окажется в наших объятиях, все будет продолжаться в том же духе.

Однако меня не покидали мысли о том разговоре, который мы вели о его отце в рождественском домике. Он не знал ни о жертве Веспера, ни о мирной сделке, которую я пытался заключить с ним. Кто-то предал его. И этот кто-то был потенциально ответственен за бесчисленные смерти и бесконечную ненависть, которая пылала между мной и Лунным Королем. Это знание было чумой, потому что оно означало, что наши причины оставаться в состоянии войны стали немного меньше. И как бы я ни надеялся, что это может означать, что наконец-то будет заключено мирное соглашение, это также означало, что мне придется отпустить вражду между мной и Райдером. И не только ради города. Но и ради Элис.

— Я боюсь за тебя, Данте, — вздохнула Роза. — Ты знаешь, как это происходит с Астральными Противниками — ваша судьба состоит в том, чтобы сталкиваться снова и снова, пока один из вас не умрет. Это значит, что судьба решила, что либо Райдер убьет тебя, либо ты убьешь человека, которого любит Элис. Как ты думаешь, после этого она все еще будет способна любить тебя?

Я хмуро посмотрел на нее, мое сердце сжималось при мысли о любой из этих судеб. Я не собирался умирать, но она была права. Как Элис сможет смотреть на меня по-прежнему, если я убью его?

Вернулся Райдер, превратившись обратно в форму фейри и натягивая одежду. — Это заклинания обнаружения, больше ничего. Я могу их разрушить.

— Мы должны позвать стаю, — прошептала Роза.

— Пока нет, — прорычал я, бросив на нее пристальный взгляд. — Тебе нужно идти домой, Роза. Готовь Волков к бою и будь готова прийти, если я позвоню, — она собиралась возразить, но я достал из кармана мешочек со звездной пылью и окинул ее взглядом Альфы. — Это приказ, cugina.

Она резко выдохнула и кивнула. Я подбросил над ней звездную пыль, отправляя ее домой, и узел проволоки вокруг моего сердца немного ослаб, когда я понял, что она в безопасности. Но теперь у меня оставался только Райдер и смертельный взгляд, который он бросал на меня.

— Мы сделаем это тайком, проберемся внутрь, посмотрим, сможем ли мы найти ее, — прорычал я, поднимаясь на ноги, но оставаясь в тени за валуном.

— Это точно не ты отдаешь мне приказы, Инферно, — прорычал он, слово боль было направлено на меня с его костяшек, когда он сжал их в кулак.

Электричество потрескивало по моей плоти, и я задался вопросом, какого хрена Габриэль решил, что это хорошая идея — послать сюда serpente. Я должен был предположить, что он увидел что-то, что сделало Райдера подходящим для этой работы, но я не собирался признавать это прямо сейчас.

Он вскинул в руке острое деревянное лезвие, и я создал тонкий воздушный щит вокруг своей плоти на случай, если он планировал вогнать его в меня при первой же возможности.

— Ты вырубишь прожектор с помощью своих причудливых штормовых сил, а я убью охранников, — сказал он и я вздрогнул.

— Ну и кто теперь отдает приказы? — прошипел я, расправляя плечи, и мы двое опустились на землю и оба сцепились взглядами, ни один из нас не моргнул.

От количества тестостерона Альф, витавшего в воздухе, у меня бешено стучало в висках. Но у меня не было желания подминать его под себя, как это было с большинством фейри. То же самое я чувствовала по отношению к Леону или Габриэлю. Он был на моем уровне по силе, и в любом другом сценарии я бы заставил бы себя уважать. Поэтому я решил, что мне придется постараться. Потому что мы были нужны amore mio, и чем дольше мы здесь задерживаемся, тем больше вероятность того, что с ней может что-то случиться.

Я сделал вдох, собрался с мыслями, как Король Оскура, которым я и был, и сделал шаг к нему. Мой отец учил меня быть более сильным человеком. И сегодня он будет мной гордиться. На мгновение мне показалось, что я снова стою перед Веспером Драконисом: сходство с ним в Райдере было поразительным. Он был человеком, готовым умереть за свой народ, и я понял, что Райдер тоже был таким. Только его народом был всего один человек. Девушка, которая предложила ему любовь, которой ему не хватало всю его жизнь. И как бы я ни хотел ничего не чувствовать к нему, я обнаружил, что хочу вернуть ему Элис. Конечно, не так сильно, как я хотел, чтобы она вернулась ко мне, но у Райдера действительно никого не было. До нее он вообще не заботился о своей жизни. Он погиб бы в бесчисленных сражениях; ни в одном бою, в котором я с ним сталкивался, в его глазах не было страха. Но после появления Элис я увидел, как все изменилось. Он больше не сражался, чтобы умереть, он сражался, чтобы жить.

Я протянул к нему руку, и он посмотрел на мою руку так, словно это была бомба, которая вот-вот взорвется. Затем я выпустил струйку воздуха из своих рук, обхватив его плотным щитом. Его глаза расширились от удивления, но он ничего не сказал, явно предпочитая не замечать этого. И это меня вполне устраивало.

— Мы возьмем по одному, — сказал я, затем щелкнул пальцами, и электричество вырвалось из меня под землю, устремившись к прожектору, выстрелив вверх по столбу и ударив по лампочке.

Искры посыпались вниз, стекло взорвалось, и охранники удивленно выругались. Я выбежал из-за валуна рядом с Райдером, мы вдвоем притянули тени ближе, чтобы оставаться незамеченными как можно дольше.

Мы разделились, и я направился к фейри слева от туннеля, а Райдер — справа.

— … что, черт возьми, случилось с… — моя цель запустила фейлайт в ладонь, но он зашипел, когда моя рука врезалась ему в лоб, и электричество вырвалось из моего тела в его, поджарив мозг за несколько секунд. Он упал на землю, и я повернулся: Райдер опускал свою цель на землю, а его нож был погружен в шею парня.

Я набрал в руки воздуха и понес тела к холму грязи сбоку от шахты. Райдер вскрыл землю, прежде чем я опустил их в нее, и снова закрыл, все свидетельства их смерти исчезли.

Я кивнул ему, когда мы двинулись к туннелю, и мы оба подняли ладони. Я почувствовал заклинания обнаружения, и мы вдвоем попытались отключить их, наша объединенная сила пробила их в рекордное время.

Мы бежали бок о бок в темноте, и мое сердцебиение участилось при мысли о том, что где-то здесь, внизу, я могу найти Элис. Я бы никогда не отпустил ее. Я верну ее домой, сделаю частью своей семьи и никогда больше не буду скрывать свою любовь к ней.

Плечо Райдера ударилось о мое, когда он бежал, обгоняя меня, и я поднажал еще сильнее, так что мы бежали вровень по извилистому туннелю, спуск становился все круче и круче под нашими ногами.

Мы не осмелились зажечь Фейлайт, но слабое потрескивание электричества на моей коже давало нам достаточно света, чтобы видеть.

Откуда-то из глубины туннеля до меня донесся грохот, а светящийся голубой огонек впереди заставил нас замедлиться. Мы подошли к углу, где проход поворачивал влево, и я натянул защищающие нас воздушные щиты, бросив взгляд на пещеру. В самом центре скалистого пространства стоял огромный стеклянный резервуар, наполненный светящейся голубой жидкостью; все это закручивалось, как огромный водоворот, и тысячи крошечных голубых кристаллов Киллблейз сверкали внутри него.

— Dalle stelle, — вздохнул я, когда Райдер тоже посмотрел туда.

Это место вывело производство Киллблейза на совершенно другой уровень. За странной водяной камерой находилась длинная конвейерная лента, на которую из большой трубы, подсоединенной к резервуару, высыпались кристаллы. Лента дрожала, вытряхивая кристаллы, и вода стекала в расположенный под ней резервуар для отходов. Кристаллы удалялись в другой туннель, продолжая светиться и оставляя за собой след в темноте.

Райдер вышел, и я направился за ним, мы пробрались через пещеру и стали следовать за конвейерной лентой вглубь туннелей. Впереди послышались голоса, и Райдер схватил меня за воротник и потащил в темную нишу в стене пещеры, прикрывая нас заклинаниями сокрытия, пока я создавал пузырь глушения.

Я был прижат к нему, прохладная кожа его руки прижималась к моей, и мы дышали одним воздухом.

— Grazie, — пробормотала я.

— Лучше бы это означало «иди нахуй» на твоем модном языке, Инферно, — прорычал он низким тоном.

— Vaffanculo, — добавил я, потому что какого черта я благодарил stronzo?

Голоса приблизились, и мы погрузились в полную тишину, прислушиваясь.

— … хочет, чтобы мы удвоили поставки к концу месяца. Между этим местом и площадкой R, я думаю, мы сможем обслужить половину Алестрии, — взволнованно сказал парень.

— Нувис Сити и район Ланики приняли это хорошо. Черная Карта распространяется далеко и широко. Это будет новый мир, — ворковала девушка.

— Карточный Мастер будет править, — уверенно сказал первый парень. — И вся Солярия склонится.

Когда они проходили мимо нас, рука Райдера двинулась как хлыст, и оба фейри были схвачены лианами за горло. Он молниеносно свернул шею парню, затем бросился вперед и схватил девушку, подняв ее над собой на своей лиане так, что ее ноги начали бить по воздуху.

— Где Элис Каллисто? — прорычал он, когда она раскрыла ладони, собираясь сражаться огнем, но Райдер задушил пламя грязью и связал ей руки. Она была слишком слабой фейри, чтобы противостоять его силе, и я мрачно смотрел на то, как она бьется и паникует.

— Она должна быть в состоянии говорить, чтобы дать нам ответ, serpente, — пробормотал я, и он мгновенно бросил ее, сильно ударив коленями об пол.

Она закричала о помощи, звук эхом отразился в заглушающем пузыре и ни к чему не привел.

— Скажи нам, или ты умрешь, — прорычал я, шагнув вперед и глядя на нее с электричеством в венах.

— Я не знаю, кто это! — завопила она.

— Сиреневые волосы, Вампирша, чертовски совершенна, — прошипел я, и ее глаза расширились, пока она продолжала качать головой.

— Я не знаю, клянусь, я не знаю.

Райдер схватил ее за горло, глядя ей прямо в глаза, и она замерла, когда он навел на нее свой гипноз. Они оставались в таком положении долгое время, и я сложил руки в ожидании. Не мог взять меня с собой, bastardo?

Он свернул ей шею и швырнул ее на пол, а затем, нахмурившись, посмотрел на меня. — Элис здесь нет, но эта сучка показала мне кое-кого, кто может знать. Он здесь босс.

Мое нутро сжалось от горького разочарования, но я ухватился за надежду найти кого-то, кто может знать. Это была зацепка. Наконец-то хоть что-то.

— Ладно, куда? — потребовал я, забрасывая два тела в нишу и скрывая их там тенью.

Когда я обернулся, Райдер уже уходил по туннелю без меня, и я прорычал себе под нос, следуя за ним.

Туннели разделились, и он повернул налево, прочь от конвейера Киллблейза и обратно в темноту. Прошло совсем немного времени, прежде чем мы подошли к деревянной двери, явно сделанной с помощью магии земли и идеально вписывающейся в туннель.

— Снеси ее, — пробормотал я.

— Это прозвучало как еще один приказ, — прошипел он, глядя на меня.

— Ты когда-нибудь слышал о предложении, stronzo? — прорычал я.

— Предложение звучало бы как: «Чао серпенте, может быть, ты сможешь снести дверь этого ублюдка», — подражал он мне с дурацким акцентом, и это было так смешно, что у меня вырвался смешок.

Его рот перекосила ухмылка, которую он быстро сгладил, а затем снова повернулся к двери.

Я набрал воздуха в кончики пальцев, готовый проделать в ней дыру, но он прикоснулся ладонью к дереву, и оно взорвалось, словно пушечное ядро только что пробило его центр.

Из комнаты за дверью раздался крик, и мы вошли внутрь, обнаружив лысого мужчину средних лет, который начал осыпать нас осколками льда. Я выбросил руку, блокируя их воздушной стеной, и они разбились о нее, разлетевшись на куски и упав на пол. Я перекрыл фейри доступ воздуха, и он с ужасом схватился за горло.

Райдер взмахом руки восстановил дверь позади нас, осматривая комнату вокруг нас. Она была полна камер видеонаблюдения, показывающих всю лабораторию Киллблейз по всей шахте. У меня сердце заколотилось в груди от осознания масштабов этого места. Эти засранцы были правы, это место могло подсадить тысячи фейри на гребаный Киллблейз. И если они уже служат другим городам, сколько времени пройдет, прежде чем Король станет достаточно сильным, чтобы претендовать на трон? Я мог ненавидеть Лайонела Акрукса и его шикарных друзей, которые правили этой землей, но они не разрушали королевство. У них, по крайней мере, было хоть какое-то подобие порядочности. Король разрушит Солярию, если придет к власти.

Мигающая красная лампочка под столом этого stronzo привлекла мое внимание, и я выругался по-фаэтански, направившись к ней и найдя рядом с ней тревожную кнопку. — У нас мало времени, serpente.

— Тогда давай перенесем эту вечеринку домой, — мрачно сказал Райдер, и хотя это было всего лишь мимоходом, я подумал, не считает ли он квартиру Габриэля неким подобием дома. Что было чертовски печально.

Мой взгляд переместился на провода, тянущиеся по потолку над этим местом, затем на такие же провода, тянущиеся по стенам во всей лаборатории. Я ухмыльнулся, приподнялся на порыве воздуха и дотронулся пальцами до одного из проводов.