Леди каннибал

- Что это было? - Спросил он. - У вас там кто-то есть?

- Нет. Я только что набрала продуктов. В основном консервы, и они, должно быть, сдвинулись с места. Я накрыла их одеялом, чтобы они не разлетелись по салону. Я не сразу поехала домой.

- Вы пошли в продуктовый магазин в такой одежде? - Спросил он.

- Ну да, я решила, что лучше возьму все, что мне нужно, в магазине, прежде чем пойду на свидание. Чтобы сэкономить время.

Он ухмыльнулся, оглядывая ее с ног до головы.

- Ладно. Просто будьте осторожны. - Сказал он, идя обратно к патрульной машине. Она не двигалась, пока он не ушел.

- Нихуя себе! - Воскликнула она, когда он отъехал, положив голову на руль. – Ну нахуй. Блять! - Ей нужно быть осторожнее, чтобы пережить эту ночь. Все пошло совсем не так, как она планировала. Остаток пути прошел без происшествий, и наконец она подъехала к складу. Она загнала машину внутрь, закрыв за собой подъемные ворота.

Она развернула Дирка, который все еще плакал, боролся и вырывался, и положила его на стол. Мальчика она положила в один из резиновых мусорных баков, чтобы разобраться с ним позже. Она пристегнула руки и ноги Дирка к столу с помощью стяжек, затем срезала с него одежду и наконец сняла клейкую ленту. Пока он лежал и кричал, она сняла платье, смыла макияж, подошла к большой стойке и надела голову Вендиго.

Когда она повернулась к нему лицом, она была одета только в маску Вендиго и демонстрировала свое обнаженное тело. Она подошла к Дирку и встала над ним, и он уставился на нее расширившимися глазами.

- Боже мой! - Закричал он. - Хули ты творишь, ебанутая?

Она смотрела на него сквозь маску. Лежа на столе, он выглядел жалким. Внутри маски она была кем-то другим – чем-то другим. Ее инстинкты взяли верх.

- Время ужинать.

ГЛАВА 9

У нее возникло ощущение, что маска Вендиго – это своего рода фильтр, который отфильтровывал реальность и делал ее такой, какой она ее видит. О Вендиго она слышала много лет назад, но никогда не задумывалась об этом. В отличие от оборотней, вампиров и ведьм, Вендиго не были особо популярными.

Это существо из фольклора коренных американцев, обычно обитавшее на Атлантическом побережье, оно часто ассоциируется с зимой и холодом. Поэтому казалось странным, что Грейвз ухватился за этот миф здесь, в Техасе. Однако его уже не было в живых, а она продолжила его дело. Вендиго был наполовину человеком, наполовину зверем. На многих рисунках и изображениях у него была голова оленя или лося с телом человека, и он всегда ассоциировался с каннибализмом. В легендах племен считалось, что человек, съевший человеческую плоть, может превратиться в Вендиго. Стоило кому-то отведать человеческую плоть, и его голод становился неутолимым. Чем больше он ел, тем сильнее становилась его жажда и тем мощнее становился дух.

И вот она смотрела на Дирка как Вендиго, а он умолял сохранить ему жизнь.

- Хули ты творишь? Ты что, совсем ебанутая! - Закричал он. Как только он увидел скальпель, он тут же перестал плакать из-за потери своего маленького мальчика. Теперь его волновали только сильные страдания, через которые ему предстояло пройти. Она начала с его руки, разрезая вокруг локтя, проходя вдоль предплечья и до кисти.

Удовлетворившись разрезом, она содрала плоть, как длинную перчатку. Он закричал, когда кожа оторвалась от мышц. Она бросила кусок плоти в стоящее рядом ведро и принялась за другую руку, делая то же самое и разрывая кожу. Дирк снова завыл. Слезы залили его лицо, когда она выбросила кожу с его руки в то же ведро.

Она сняла кожу с обеих ног, а также с груди. Освежевав его, она опустила паяльную лампу в ведро, поджаривая груду кожи. Ее ноздри наполнил запах горящей плоти. На самом деле запах был довольно приятным, и Бейли разинула рот, вдыхая его аромат. Когда мясо стало коричневым, она взяла кусочек кожи и попробовала его. Мясу не хватало немного вкуса, но она могла его улучшить. Она планировала взять ведро с собой, чтобы приготовить мясо дома.

Дирк лежал на столе, кашляя и булькая.

- Просто убей меня. Убей меня, тварь. Надеюсь, ты подавишься мной.

- О, только не это. - Сказала она, стоя над ним. Страх в его глазах ободрил ее. Ей захотелось причинить ему еще больше боли. Она покопалась в своем наборе инструментов и достала нож для колки льда. Она подняла его над правым глазом, а пальцами заставила его открыть веки.

- Блять! Нет! Только не мои глаза! Пожалуйста! - Он закричал, пытаясь вывернуться, но был слишком слаб, а ее хватка была слишком крепкой. Она вонзила нож для колки льда в поверхность его глазного яблока. Он вскрикнул, когда нож медленно вошел в глаз, пока она не почувствовала, что что-то лопнуло. Из его радужной оболочки вытекла белая жидкость, когда она протолкнула ледокол до конца. Повернув его под углом, она вытащила глазное яблоко прямо из глазницы, а затем скальпелем перерезала зрительный нерв. Она посмотрела на глазное яблоко, которое стало плоским, как сдутый баскетбольный мяч, из-за проделанного в нем отверстия. Оно все еще сочилось жидкостью, когда она бросила его в ведро.

Она вытащила второй глаз, пока Дирк продолжал кричать.

- Ну вот, теперь ты не сможешь больше пялиться на мою задницу! - Засмеялась она.

- Зачем ты это делаешь? Да, я вел себя как засранец. Я признаю это. Но я не заслужил этого!

- Да, я знаю, что долгое время со мной что-то было не так, но сейчас я думаю, что проблема, скорее всего, была в других людях.

Она подняла щипцы и посмотрела на его ноги. Несмотря на содранную с ног плоть, ногти на ногах оставались целыми, пока она не оторвала каждый из них щипцами. Один за другим ногти отрывались от пальцев ног с хрустящим и рвущимся звуком. Дирк каждый раз вскрикивал и дергался. Она отбросила вырванные ногти в сторону и перешла к его челюсти.

Используя ряд инструментов, она срезала плоть и мышцы вокруг его челюсти, пока он кричал и даже пытался укусить ее, но был недостаточно быстр. Она разрезала и, используя паяльную лампу, вырвала его челюсть. Он вскрикнул, когда паяльная лампа расплавила его плоть на шее и подбородке. Посмотрев на удаленную челюсть, она заметила, что у него что-то застряло между зубов.

- Ух ты, хорошо, что я тебе её удалила. - Сказала она. - У тебя что-то застряло в зубах. - Она посмотрела на нее и отбросила в сторону, оглядывая свою работу. Лицо Дирка теперь было без глаз и челюсти, он издавал болезненные визжащие и булькающие звуки. Она удивилась, что он еще не умер от шока, но была рада, что он остался жив и пережил все это.

Пришло время добавить последний штрих. Она взяла ножовку и начала отрезать верхнюю часть его головы. Когда она наконец сняла крышку черепа, распил был неровным и далеким от хирургически точного, но зато она смогла добраться до его мозга. Она попыталась вытащить его целиком, но в итоге ей пришлось разрезать его на четыре или пять больших кусков и положить их в ведро.

Теперь, когда Дирк был явно мертв, она завернула его тело в пластик покрывавший стол, и начала уборку. Это заняло не так много времени, как она боялась. Она свернула весь пластик и запихнула тело Дирка в один из мусорных баков, а тело его сына – в другой. Маску Вендиго она положила в багажник, а кожу и мозги высыпала в холодильник, наполненный льдом. Вымыла ведро отбеливателем и поставила его в угол.

Последнее что она сделала, это быстро сполоснулась в переносном душе и вымыла остальную часть помещения, добавив еще отбеливателя. Все, что осталось от ее работы, это два мусорных бака и холодильник. Она положила все это на заднее сиденье автомобиля и отправилась в путь.

Она выехала к озеру Остин на берегу реки Колорадо и припарковалась у моста. Было еще совсем темно, и других машин поблизости не было. Она выкатила каждый мусорный бак и столкнула их с моста, наблюдая, как они погружаются в воду. Если кто-то и найдет их, то все улики будут смыты или съедены рыбами. Она постояла там несколько минут, проверяя, не всплывут ли они обратно, но этого не произошло.

Бейли забралась обратно в джип, и ее желудок заурчал, когда она подумала о возвращении домой со своим холодильником, полным вкусностей. Это будет интересный завтрак. Она не была уверена, действительно ли стала более могущественной, как Вендиго, или она просто сходит с ума. И то и другое было вполне возможно. После прошлого раза она решила больше не есть сырую плоть и органы.

По дороге домой она мысленно пробежалась по списку, чтобы убедиться, что ничего не забыла и не оставила никаких улик, которые могли бы снова привести копов к ее двери. Хотя, скорее всего, они все равно придут, поскольку она знала Дирка. По крайней мере, это займет несколько дней. Насколько она помнила, она предусмотрела все. Когда она въехала в свой гараж, все, о чем она могла думать, был ее новый модифицированный рецепт яичницы с беконом.

ГЛАВА 10

Бейли поглощала свой завтрак. Рецепт яичницы с беконом сработал идеально, хотя на самом деле это была кожа Дирка, нарезанная длинными полосками и обжаренная вместе в масле с его мозгами, нарезанными на мелкие кусочки и "скремблированными" с беконом. Она добавила немного соли и приправ, и вот оно. Это было очень вкусно.

Когда она закончила, то почувствовала себя очень сытой. В сковородке даже осталось достаточно много еды, которую она не смогла доесть. Жаль было это выкидывать, поэтому она упаковала остатки в контейнер и положила в холодильник – они могли стать ее ужином или завтраком на следующий день. Она переоделась и уже собиралась лечь в постель, когда в дверь снова кто-то постучал. Сначала она испугалась, что копы собираются арестовать ее за убийство Дирка и его сына, но затем решила, что тогда бы они ломились в ее дверь со спецназом и прочим дерьмом.

Она открыла дверь и увидела стоящего там детектива Шмидта.

- Доброе утро, Бейли. - Сказал он. - Можно войти?

- В чем дело?

- Гордон Фридман. Мы нашли его тело.

Дерьмо. Ну, она знала, что в конце концов они найдут его.

- О? Он умер? - Спросила она.

- Да. Он умер. Могу я войти, пожалуйста?

Она отошла в сторону и пропустила его внутрь. Он вошел и огляделся.

- Спасибо. Пахнет чем-то очень вкусным… - Сказал он.

- О да. Я только что приготовила завтрак. Там еще много осталось, если хочешь. Я как раз собиралась его убрать.

- Правда? Это было бы здорово.

Она постаралась не рассмеяться, когда направилась на кухню. Бейли взяла контейнер и выложила еду на тарелку, взяла вилку, содовую и принесла все это детективу. Он улыбнулся, взял тарелку и присел.

- Так ты живешь одна?- Спросил он.

- Да. - Сказала она, пытаясь казаться обеспокоенной новостью о смерти Грейвза.

- Это очень вкусно. Я люблю бекон и яйца. Что ты туда добавила? - Спросил он.

- Не знаю, просто масло и какие-то приправы. Я люблю поэкспериментировать во время готовки и использовать мозги как можно чаще.

- Ну, ты умная женщина, это точно. - Сказал он, откусывая кусочек хрустящего бекона и запивая его содовой. - Хорошо. Итак, Гордон, или Грейвз, как ты его знаешь. Ты мне уже немного рассказала. Почему ты была такой неприветливой раньше? Ты знала, что он мертв?

- Нет. Я просто была уставшая. Ты разбудил меня и вел себя так, будто я каким-то образом могла знать, где он. Мы немного выпили, он отключился, и я ушла.

- Когда ты была там, видела ли ты кого-нибудь еще в квартире? Кто-нибудь приходил или уходил, или кто-то выглядел странно или необычно?

- Нет. Никого не видела. - Хотя она подумала, не стоит ли ей придумать кого-нибудь, чтобы он отстал от нее. Если они узнают, что, кроме нее, там никого не было, это покажется им подозрительным. В любом случае она изо всех сил старалась не разразиться смехом, глядя, как он поедает кожу и мозги Дирка, словно это его последняя трапеза.

- Мы осмотрели его квартиру с УФ-лампой, везде была кровь. Кто-то там прибрался, а потом принял душ. Кто бы это ни был, он вымыл душ и даже слив. Ты последняя, кто был тогда с ним и кого мы смогли найти. Кроме того, он был сильно изуродован.

- Божечки. Серьезно?

- Да. Серьезно. В том числе у него был отрезан пенис и удалены яички.

- Иисус Христос.

- Верно. Кто-то выплеснул на него всю ярость, лишив его мужского достоинства. И здесь в дело вступаешь ты. Грабитель не стал бы этого делать, и это даже не преступление на почве страсти. Его систематически пытали самыми унизительными способами, которые только можно себе представить. Я думаю, что это могла сделать женщина, или, по крайней мере, она принимала в этом участие. Он был немаленьким парнем, так что не уверен, что девушка могла бы одолеть его, но мы ждем результатов токсикологии.

- Так ты думаешь, что это сделала я? - Она села. - Ты что, блять, издеваешься?

- Нет. Нет, я вовсе не это говорю. Просто пытаюсь рассказать тебе, что произошло после твоего ухода, и узнать, не придет ли что-нибудь на ум. Есть еще одна вещь, которую я хочу, чтобы ты знала. Когда мы обыскивали его квартиру и рылись в его вещах, мы нашли коллекцию. Украшения, ожерелья, пряди волос, которые принадлежали девушкам, пропавшим без вести за последние пять лет. Там было по крайней мере восемь различных женских вещей, которые мы смогли идентифицировать.

- Боже мой. Ты думаешь...

- Я думаю, он был серийным убийцей. Ни одна из этих девушек так и не была найдена, и все они были разных демографических групп. Белые, латиноамериканки, черные, студенты и люди среднего возраста. Так что ни одно из их исчезновений не было связано между собой.

- Нихрена себе.

- Я думаю, тебе повезло, что он отключился, Бейли. Неизвестно, что он мог бы с тобой сделать.

- Ого. С ума сойти.

- Часть меня задается вопросом, не узнала ли семья одной из его жертв о его поступке и не отомстила ли ему. Но его семья отрицает все это и хочет, чтобы кого-нибудь арестовали. Так что я занимаюсь этим делом, но похоже, что кто-то оказал нам огромную услугу и, возможно, спас несколько жизней. - Сказал он, отставляя тарелку и допивая содовую. Встав, он кивнул Бейли. - Еще раз спасибо за завтрак. Ничего вкуснее я еще не ел.

- Я в этом не сомневаюсь. - Сказала она.

- Я рад, что ты в безопасности. Будь осторожна. А почему ты не на работе?

- Меня уволили после того, как ты заходил в прошлый раз. Они подумали, что я как-то связана с исчезновением Грейвза. Мой босс дружит с его родителями.

- О нет. Мне очень жаль. Я сказал, что у меня есть к тебе пара вопросов. Я не говорил, что ты подозреваемая. Я могу позвонить ему, если хочешь.

- Нет. Не беспокойся об этом. Мне все равно нужно было что-то поменять в жизни.

- Ты уверена?

- Да, все в порядке. - Сказала она. Хотя было бы интересно понаблюдать, как они все будут гадать о Дирке. Ей было интересно, займется ли детектив Шмидт этим делом.

- Хорошо. Как хочешь. Хорошего дня, Бейли. - Сказал он, выходя. Хотя он выглядел на несколько лет старше ее, Шмидт вел себя странно, как будто он мог быть врачом или кем-то в этом роде. То, как он говорил и вел себя, казалось чем-то клиническим. Ей было интересно, был ли он таким всегда или это были его рабочие манеры. В любом случае она была рада, что он отстал от нее. Последнее, что ей было нужно, это проблемы с законом, пока она оттачивала своё новое мастерство.

Пока что у нее все получалось. Но тут она разразилась взрывом смеха, который быстро перешел в приступ хихиканья, когда до нее дошло, что она только что скормила полицейскому мозги жертвы, о которой он даже не подозревал. Ей было интересно, как он это переварит. Может, ему потом станет плохо и его вырвет? Или просто нагадит куском дерьма, которым Дирк и был на самом деле. Это была забавная мысль. Забравшись в постель, она наконец смогла успокоиться. Когда она закрыла глаза, на ее лице появилась улыбка, когда она подумала обо всем, чего добилась за последние несколько дней, и о том, в кого она превращалась.

ГЛАВА 11

Эзра сидел за барной стойкой, стряхивая пепел с сигареты в пустой стакан и выпивая ром с колой. В баре было темно, и там стоял музыкальный автомат, который играл только музыку 70-х. Это была даже не хорошая музыка 70-х, а нижняя часть первой половины списка Топ 40. Пока он докуривал свою сигарету, жирный бармен стоял и смотрел на него так, словно Эзра задолжал ему денег. Эзра уставился на него в ответ, пока парень, наконец, не набрался смелости и не заговорил.

- Эй, дедуля, здесь не курят. - Сказал бармен. Эзра не оценил замечание о дедуле, но не показал своего раздражения. Он просто сделал еще одну затяжку.

- Эй! Ты чё, глухой, падла? - Бармен был тучным парнем средних лет, который пытался изображать акцент Нью-Джерси, но он явно был из Далласа. Эзру это не впечатлило.

- Я тебя слышу, - сказал Эзра.

- Ну раз слышишь, так гаси свою чёртову сигарету.

- Нет.

- Ладно. Хочешь быть мудаком. Отлично. Эй! Дэйв! У нас тут крутой парень! Дедуля думает, что ему тут можно курить!

К ним подошел крупный, мускулистый парень и уставился на Эзру. Эзра не двинулся с места.

- Ты чё, старый, совсем охренел? - Сказал он.

- Нет, не охренел, - сказал Эзра, делая еще одну затяжку.

- Тогда давай свою сигарету сюда.

- Вообще-то я не против. Но ты можешь забрать ее, когда я докурю.

Вышибала потянулся, чтобы схватить его, но прежде чем он успел это сделать, Эзра ударил его в горло. Глаза вышибалы расширились, он схватился за горло, задыхаясь и хрипя, а потом он упал на пол и обоссался. Эзра повернулся к бармену, который отступил от стойки, и взял еще один напиток.

- Хочешь мне что-то сказать?

- Я сейчас копов вызову.

- На твоем месте я бы этого не делал, - предупредил Эзра. - Ты видел, что я только что с ним сделал? И это я ещё добрый. Если ты возьмешь телефон, я могу разозлиться. Я могу раздавить тебе гортань и оказаться на полпути в Оклахома-Сити, прежде чем сюда доберутся легавые. Здесь нет камер, так что удачи с моим опознанием, особенно если ты не сможешь говорить. Или же ты можешь дать мне докурить сигарету.

Бармен на секунду задумался, а затем повернулся, чтобы поправить несколько бутылок. Эзра снова погрузился в раздумья.

Для своих шестидесяти трех лет Эзра был вполне крепким мужиком. Он имел дело с гораздо более большими и страшными людьми, чем вышибала в каком-то дерьмовом баре. Он много лет проработал полицейским в Далласе, а затем перешел в частную охрану. За время работы в полиции он столкнулся со всеми мерзкими подонками, которых только можно себе представить. Некоторые из них носили значки. Однажды ему пришлось столкнуться с парнем вдвое крупнее этого вышибалы, который тыкал ему в лицо пистолетом. За годы работы он приобрел репутацию человека, делающего то, что должен был сделать. Эзра все еще жив, а тот мудак – нет. Несмотря на его спокойное поведение и пустое выражение лица, ум Эзры был острее, чем у других, и ничто рядом с ним не оставалось незамеченным. Он мог прочитать почти любого человека, как только тот входил в комнату, и знал, что он будет делать в противостоянии, еще до того, как тот входил. Сзади он услышал знакомый голос.