Печать Индиго. Дочь Сварога

— Но Темные так и не нашли вторую и третью части нашей древней летописи Светлых, оттого и спалили наши книги. И теперь стало ясно, что мы надежно спрятали остальные книги древнего великого предания ариев в тайных надежных местах, — сказал третий старец, ведун Валамир, самый молодой из них, так как ему было всего семьдесят шесть лет. — И есть надежда на то, что темным не удастся разгадать все древние пророчества и найти местонахождение древних врат.

— Но Темные знают о вратах междумирья, о Великом Владыке и древних кристаллах Инглии. И в данный миг рыщут по всему свету, пытаясь найти их все, чтобы заполучить путь к другим мирам-землям, — констатировал факт волхв Милогор и печально добавил: — И это удручает меня последние четыреста три дня, с той темной ночи, когда они убили славного мудрого Светозара и украли его малыша Владимира…

— Владыко Лучезар, вы молчите? — обратился ведун Валамир к дряхлому сухому старцу, который был самым старшим из всех, поскольку уже шагнул годами в свое второе столетие.

— Что мне сказать, дети мои? — глухо произнес Лучезар. Его голос был необычно молод для такого старого человека. — Лишь я виноват во всем. Все же именно я отдал из своих рук мальчика Темным.

— Но у вас не было другого выхода, владыко Лучезар, — с почтением заметил волхв Ирислав. — Ведь в тот страшный миг Светлые владыки послали вам откровение о том, что вы должны отдать мальчика темным, чтобы спасти его? Иначе бы его убили! Разве это было не так?

— Так и было. Мне незачем врать, ибо вы знаете, за ложь мой язык может отсохнуть, — просто сказал волхв Лучезар. — Но что далее? Я чувствую, что Темные хотят использовать мальчика в своих гнусных целях.

— Уже используют, — ответил волхв Милогор. — Мне стало известно, что нынче его обучают черной магии, боевым искусствам, многим языкам. Я не знаю как, но, возможно, они используют гипноз или внушение, или другие силы, чтобы убить его Светлую волю, но в настоящее время мальчик беспрекословно подчиняется им, Темным, и, видимо, мы потеряли его навсегда, как и Индиговую Звезду…

— Отчаяние не удел сильных духом, сын мой, — напомнил владыко Лучезар. — Мы не должны опускать руки. Мы обязаны бороться, стремиться к победе, так заповедовали наши Светлые предки. Надо отвоевать свое право вершить на нашей любимой Земле Светлые дела. Мы должны искать новый путь и действовать! Как раз это на днях мне поведали Светлые владыки.

— У вас вновь было откровение, владыко Лучезар? — благоговейно спросил ведун Валамир. — Что же вы видели, расскажите, прошу вас!

Старый волхв долго молчал и смотрел в одну точку перед собой. Вдруг Лучезар как будто опомнился и медленно тихо произнес:

— Наши Светлые отцы, которые любят нас, тоже опечалены, что мы проиграли в той кровавой битве в монастыре. Они поведали мне, что благодаря тому, что Темные витязи завладели Индиговой Звездой, им удалось подчинить волю государя Петра Алексеевича. Не иначе как под их влиянием он повелел перейти в скором времени на этот кривой Юлианский календарь, выдуманный недалекими людьми, и забыть наш славный древний календарь Асов, которому более семи тысяч лет и который писали наши великие предки, обладавшие тайными ведическими знаниями законов вселенной. В эту пору, управляя царем, Темные готовят еще более гадкие законы в Московии, чтобы уничтожить, унизить наш народ, заставить его страдать.

— Мы не можем допустить этого! — порывисто произнес ведун Валамир.

— Подождите, брат мой, пусть владыко Лучезар расскажет все до конца, — успокоил его по-доброму волхв Мелигор.

— Простите меня, владыко, продолжайте, прошу вас, — кивнул Валамир.

— Светлые владыки поведали мне, что еще не все потеряно, — продолжал уже более бодрым тоном Лучезар. — И мы должны бороться, как я и сказал. Они указали мне на Светлый град Тобольск в Великой Тартарии и открыли, что как раз там должен родиться новый великий витязь. Это написано в третьей древней летописи ариев, в четвертом предсказании, над которым мы так долго бились.

— О какое великое откровение, владыко Лучезар! Именно это предсказание оказалось для нас самым трудным, и мы никак не могли разгадать его. Но теперь все понятно! — сказал Валамир.

— В тех местах, в окрестностях Тобольска, живет некая дева. Дочь ведуна, — продолжал Лучезар очень тихо. — Ее чистота несомненна, ибо до седьмого колена женщины ее рода вели праведную жизнь, вступали девственными в союз с мужами, были верны своим суженым всю жизнь и творили добро. Они все были потомственными целительницами. Светлые владыки подсказали нам, что следует найти эту деву. В данное время она готовится заключить союз с неким кузнецом Романом. Оттого мы должны тайно отправиться в Тобольск и помочь деве зачать Светлого витязя. В наших силах открыть небеса, чтобы в ее лоно спустилась древняя Светлая душа. Так будет явлен миру новый Светлый витязь, только он, по пророчествам Светлых отцов, и сможет остановить зло, которое уже подняло голову и творит свои козни на нашей многострадальной земле.

— А самоцвет? Ведь с сильным Светлым витязем должен быть явлен камень! — не удержался от вопроса волхв Милогор.

— Великий владыко будет наконец явлен людям непосредственно там, — выдохнул Лучезар.

— О Светлый Свет! — воскликнул благоговейно Ирислав. — Но Темные тоже могут узнать о том.

— Да, собственно, об этом и предостерегли меня Светлые владыки. Они поручили нам оберегать как зеницу ока эти новые дары, которые будут явлены и помогут освободить мир от зла.

— Какая светлая надежда! — заметил Милогор. — Это воистину истинный дар наших Светлых отцов!

— Но есть некая печаль во всем этом, — добавил Лучезар.

— Что же это?

— Светлые владыки сказали мне, что более не могут посылать мне откровения. Поскольку вы знаете, что ныне наша звездная галактика находится на темной стороне Вселенной, которая подвластна силам тьмы. А по древним законам перемирья в это время светлые отцы не могут помогать нам. Темные уже и так недовольны тем, что Светлые втайне посылают мне откровения. И может быть нарушен древний союз мира, который заключали наши предки арии с темным миром. Оттого отныне мы должны бороться сами, до того времени пока наша галактика не окажется в светлом пространстве Вселенной, подвластном силам Света, но это будет только через триста лет. А до этого времени мы должны уберечь врата междумирья и кристаллы Инглии от Темных.

— Но это печально, владыко, — вздохнул Ирислав.

— Да, — вымолвил, вздохнув, Лучезар, — Но Светлые отцы поведали мне, что лишь единожды они вновь смогут помочь нам и наставить нас на нужный путь. Но всего лишь однажды. И это должно быть в очень трудный час для нас. Ибо, как я и сказал, мы должны сами бороться за наш Светлый мир, именно в этом наше предназначение…

Примечание автора:

Территория государства, где происходят события романа, указано автором в двух вариантах:

Русское царство — по данным официальной истории (многие исторические факты которой выдуманы немецкими историками в угоду династии Романовых).

Московская Тартария — название государства взято из альтернативных источников информации о реальной истории Руси и мира, которых в наше время великое множество и которые являются истинным знанием.

Уточнение автора:

Тартария — великая империя людей белой расы, существовавшая на территории Евразии с V века до н. э. и до начала XIX век н. э., большая часть населения которой жила по ведическим законам предков славяно-арийцев.

Империя Тартария занимала огромное пространство от Карпат до Тихого океана и от Северного ледовитого океана до океана Индийского. Тартарская Империя включала в себя множество царств, государств и ханств: Великую Тартарию, Московскую Тартарию, Вольную Тартарию, Малую Тартарию и т. д.

Дословно Тартария переводиться как земля Тарха и Тары — Светлых богов славяно-ариев.

В дальнейшем автор будет давать два названия территории и читатель в праве выбрать то, которое ему по душе.

С.З.М.Х — летоисчисление славян, существовало на Руси официально до 1700 года и негласно до XIX века.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. Хранитель Сибири

Если свет хочет бороться с тьмой,

То он должен быть жестоким…

С. Лукьяненко

Глава I. Могучий Тобол

Северная Европа, 1706 год

(7214 лето С.М.З.Х)

— Ваше святейшество, наши братья обнаружили необъяснимый яркий поток энергии в русской Сибири недалеко от Рифейских гор.

— Очередной самоцвет? — спросил Верховный.

— Да, святейший. Однако энергия камня так велика, что ранее мы никогда не видели ничего подобного, — ответил Лионель.

— И насколько он ярок? — проскрежетал Верховный.

— В несколько раз сильнее, чем Индиговая Звезда, которую мы отвоевали девять лет назад.

— Великий владыко, — затрясшимися губами проскрежетал Верховный.

— Мы тоже так думаем, — кивнул монах Лионель.

— Наконец-то! — воскликнул Верховный восторженно. — Теперь у нас будет ключ к вратам междумирья. Место откуда идет энергия?

— Золотые рудники в низовье могучего Тобола.

— А мальчишка? Он есть?

— Да, ваше святейшество. Мы отыскали его. Ведь вы сказали, что камень будет явлен, как и Индиговая Звезда рядом с юным витязем.

— И каков он?

— Наш брат Бертран только что вернулся из Тобольска. Он докладывает, что энергетика мальчика более двенадцати светинов.

— Более дюжины? — опешил Верховный, прекрасно зная, что у обычных людей энергия колеблется от одного до трех светинов. Лишь у самых совершенных людей она может достигать семи. У него самого энергия находилась в промежутке от восьми до девяти, но только из-за того что свои семь светинов он увеличивал древними амулетами, которые постоянно носил на своем теле. — Не может того быть, — наконец выдохнул карлик-Верховный. — Даже у Кристиана одиннадцать!

— Брат Бертран заявляет, что его амулет-измеритель показал даже более дюжины, но насколько больше, неведомо. Все-таки более двенадцати светинов мы не в силах измерить амулетом.

Верховный долго молчал, обдумывая что-то, и его силуэт превратился почти в каменное недвижимое изваяние. Монах Лионель почтительно молчал, ожидая.

— Расскажи подробнее про мальчишку, — приказал глухо Верховный, устремив пронзительный испепеляющий взор на монаха. Лионель тут же опустил глаза, потому что ощутил, как мутный неприятный взгляд Верховного прожигает его радужную оболочку.

— Мальчику семь лет, его имя Ярослав Устинов. Его отец — вольный кузнец в селе Милютово, что под Тобольском. У мальчишки есть еще мать и родная сестра. Аура мальчишки имеет золотистый оттенок, почти белый, очень искрящийся. Он светло-русый, цвет глаз желтый. На правой руке у него есть родимое пятно в виде круга с изрезанными краями.

— Знак солнца, — произнес Верховный.

— Его родной дед некогда служил на том золотым прииске, где явился Великий Владыко Инглии.

— И камень будет отдан в дар Светлому мальчишке, — проскрежетал Верховный.

— Брат Бертран доложил также, что через месяц мальчик покинет Тобольск и уедет куда-то на север. Это держится в строжайшей тайне, но брату Бертрану удалось выведать, что куда-то под Архангельск.

— Все ясно. Светлые растят еще одного витязя. И в сию пору, когда великий кристалл Инглии проявил свою силу, они хотят отдать мальчишку на обучение к своим волхвам. Но это все зря, — добавил Верховный и жутко рассмеялся. — Лионель, повелеваю тебе немедленно следовать в Тобольск и добыть Великого Владыку. Возьми с собой Кристиана, с ним ты быстро разыщешь священный алмаз. Да, и еще. Захвати с собой брата Бертрана. Он поможет тебе разделаться с семьей мальчишки.

— Мы должны убить всех? — спросил глухо Лионель.

— Естественно, как и всегда, — безразлично пожал плечами Верховный. — Уничтожить всех: его родителей и сестру, а так же тех, кто помешает вам.

— А мальчик? Его доставить сюда, как и камень?

— Мне нужен только Великий Владыко! Мальчишку убрать из жизни непременно.

— Но я предполагал, что, как и Кристиана, мы заберем парня себе.

— Не сравнивай. Ты же знаешь, отчего мы оставили Криса себе. Его аура была светло-фиолетовой. И при определенном воспитании, обучении и тренировках она может как просветлеть, так и стать темнее. Как ты и предрекал, под твоим надсмотром и воспитанием аура Кристиана теперь стала гораздо темнее. Что подтверждает и выдает в нем воина тьмы. Да он родился Светлым, но не до конца сформировался, оттого мы смогли сделать из него своего Темного витязя. Ты же все это знаешь.

— Но к этому Светлому мальчишке из Тобольска тоже можно применить гипноз и амулеты.

— Нет. Это исключено, — отрезал Верховный. — Его аура уже светла до искр, ты сам сказал. Значит, на нашу сторону он никогда не встанет. Его глаза цвета солнца, а это значит, что его воля невероятно сильна, и сломить его не удастся. С ним нельзя бороться или перевоспитать. Его можно только физически убрать из нашего мира, пока он не достиг совершенства. И медлить нельзя. Ты понял меня?

— Да, — кивнул монах Лионель.

— Кристиан поможет тебе. И, Лионель, поручи Кристиану что-нибудь. Пусть тоже проявит себя. Он заявил, что уже готов к служению. Вот пусть и докажет. Поручи ему что-нибудь крайне мерзкое, — гадко добавил Верховный. — К примеру, расправиться с наиболее беззащитным. Проверим, стал ли он одним из нас, или в нем еще есть Свет.

— Повинуюсь, ваше святейшество.

Русское царство, Тобольск, 1706 год

(Великая Тартария, Тобольск, 7214 лето С.М.З.Х)

Август, 16.

— Ярик, ты спишь? — произнес звонкий голосок, и светловолосая головка Светославы просунулась в дверной проем. Сумерки уже спустились на окраину пустынного села и было очень тихо.

— Нет, Слава, заходи, — кивнул Ярослав и сел на кровати.

Девочка, босая и простоволосая, быстро прошла в маленькую горницу и взобралась на широкий подоконник у распахнутого окна. Усевшись, она поджала свои худенькие коленки к груди и, печально смотря на брата, тихо вымолвила:

— Так жаль, что ты скоро уедешь. С кем я буду играть? И в лес ходить?

— Я не могу иначе. Так должно быть, — ответил тихо мальчуган, с любовью смотря на сестру.

— Мы родились в один день, Ярик. Ты для меня самый родной человек после матушки, пойми, — несчастно сказала девочка. — Я не могу спокойно уснуть с тех пор, как батюшка сказал, что ты должен уехать на учебу в этот монастырь.

— Тише, Слава! — воскликнул Ярослав. — Ты же помнишь, что это тайна. Отец будет недоволен, если узнает, что ты выболтала ее своим подружкам.

— Да кому я расскажу? — печально заметила Слава. — У меня и подруг-то нет. Все деревенские девки боятся меня.

— А я предупреждал тебя, милая сестрица, не показывай то, что ты умеешь, — по-взрослому произнес мальчик. — Ты же помнишь, чему учит нас матушка. Мы должны скрывать ото всех свои умения, иначе люди скажут, что мы колдуны.

— А мы колдуны? — удивилась Слава.