Сах. Потерпевшие кораблекрушение

Я устроился на скамейке и посмотрел на свою спасительницу:

- Что дальше, Сэнга?

Та опустил взгляд в пол, и торопливо проговорила, быстро работая вёслами в стремлении поскорее оказаться под защитой амулета на плоту, который ей был понятнее и казался надёжнее, чем мои вещи:

- Возвращаемся на плот, там госпожа Ласка проведёт ритуал передачи меня вам. Только вы сначала поклянётесь, что точно добудете пресную воду.

Я только хмыкнул в ответ и покачал головой.

- Что ж раньше-то не начали с этого? Мне уже как-то и неохота возвращаться в этот балаган и серпентарий. Сама же видела, что ни одна тварь меня не тронула.

Девушка после моих слов даже перестала грести и с удивлением посмотрела на меня.

- Да я так, к слову это сказал, - махнул я рукой. – Не подумай ничего такого. Всё-таки, на плоту мне удобнее и приятнее, чем плавать в этой жутко солёной воде.

Со старой знакомой компанией я воссоединился меньше чем через десять минут.

- Давно не видел, госпожи, - криво усмехнулся я, когда перебрался из лодки на плот. – Соскучились?

- Как жаль, что тебя не сожрали местные хищники. Наверное, даже им ты противен, - тут же выдала пассаж Олма.

- Ага, конечно, они стараются держаться к своей ядовитой и зубастой родственнице на этом плоту, потому на меня и внимания не обратили, - ответил я ей.

- Ты что-то хочешь этим сказать, самозванец? – напряглась девушка.

- Хочу. У кого-то столько яда и злобы, сколько нет у целого бассейна ядовитых змей…

- Хватит, хватит, - в нашу перепалку вклинилась Фаэна, прервав его громкой фразой и несколькими хлопками в ладоши. – Юра, тебя вернули сюда, чтобы договориться: Слуга будет твоей, но за это ты должен показать и научить, как добывать воду для питья.

- Да легко, - улыбнулся я ей, потом спросил. – А что так долго решались-то? А если бы я уплыл далеко от вас?

- Значит, на то воля богов.

- Хм, - на это мне ответить было нечего.

С ритуалом передачи Сэнги в моё, гм, пользование, тянуть не стали. И уже через час после возвращения я стал самым настоящим рабовладельцем.

Когда я вышел из шатра вместе со служанкой и Лаской, то увидел на лицах трёх женщин выражение надежды, радости от окончания ожидания и опаску. Видимо, до конца не верили в мою доброту и моё честное слово.

- Мне нужны тонкие трубки из металла и большая жаровня или чаша. Ещё вон тот кувшин, - сказал я. – Чего вы так на меня смотрите? Это всё для получения воды. Или вы считаете, что я тут колдовать начну и выжимать пресную воду из воздуха голыми руками?

Не дожидаясь ответа, я направился к бочке с рыбными отходами. Приподняв крышку, я наклонился и тут же отшатнулся, спасаясь от жуткой вони, ударившей в нос.

- Мерзость, - пробормотал, возвращая крышку на место, потом повернулся к женщинам и добавил. - Ещё масло или жир. И побольше! Мне это нужно для сильного огня.

- Согревающий амулет для ванны подойдёт? – спросила Фаэна.

- Если он сможет заставить кипеть воду, то сгодится, - кивнул я.

- Сможет. Сэнга, пошли со мной, - приказала она и, повернувшись ко мне спиной, направилась в сторону своего шатра, но сделав три шага остановилась и недоумевающе посмотрела на Слугу, не тронувшуюся с места. – Сэнга!.. Ах да, как я могла забыть. – Господин Юра, дайте указание своей Слуге пройти со мной, и выполнить мои указания.

- Смотря какие указания, Фаэна, - произнёс я, потом решил не обострять ситуацию кивнул служанке. – Сэнга, сходи с ней, хорошо?

- Да, господин, - поклонилась та.

М-да, глаза четырёх женщин после моего обращения-просьбы к Сэнге стали анимешными. Ну, знаете, такие круглые пятаки на пол-лица рисуют японские аниматоры в своих национальных мультиках.

«Ничего, ничего, - усмехнулся я про себя, - то ли ещё будет».

После того, как меня фактически выбросили за борт, как какого-то котёнка, я на этот чёртов малинник был жутко зол. А так как ничего соразмерного сделать им не мог – ну не кулаками же мне пар сбрасывать – то просто язвил и выводил падишахских жён из себя.

То, что трубки на плоту имеются, я узнал ещё раньше от Сэнги, когда в голове забрезжила идея, как исправить ситуацию с нехваткой питьевой воды. Если я правильно понял, то они используются в каких-то часах, работающих на воде и без капли магии. Нужно только разобрать устройство вот и всё.

Узнал и то, что какие-то крохи магии девушкам доступны, потому и ловит Роксалана рыбу с прочими морскими гадами, которые плывут на её слабый зов, чтобы позже оказаться в кухонном артефакте, а ещё позже в наших желудках. Впрочем, я это и раньше отмечал.

Знал и про запас масла для ламп и светильников. Три больших кувшина литров на десять и два малых, чуть больше чем три литра. Масло кроме приятного запаха и яркого пламени без копоти ещё и горело хорошо, что было для меня, пожалуй, важнее всех прочих факторов, которые выше перечислил.

- Ласка, поможешь мне? – обратился я к бывшей владелице Сэнги. – Мне нужно спаять эти трубки вместе, одну к одной. Чтобы остались только два открытых конца.

- Я попробую, - неуверенно ответила пироманка. – Только ты покажи, как именно.

- Не вопрос.

Трубки были из серебра и разной толщины. Примерно от мизинца до большого пальца, а в длину от десяти сантиметров до сорока. Я подбирал по диаметру, где развальцовывал, где обжимал их, после чего вставлял одну в другую на пару сантиметров. После чего магесса нагревала их и потом сверху на стыках плавила золотые монеты. Да, вот такой сверхблагородный припой получился. С серебром же девушке пришлось тратить больше сил, так как этот металл требовалось нагревать выше и дольше, пока он не начинал течь.

Ласке пришлось выложиться полностью, и когда все трубки были соединены, она упала без сил. На конструкцию около двух метров длиной в общей совокупности у неё ушло почти три часа.

Остальная работа вся осталась только моя: проковырять в кувшине дырку, потом ещё одну в пятиведёрной бочке без крышки (до этого в ней хранился запас чистой воды, которую девушки выпили и потратили на омывания), под эти дырки вырезать чопики, в которых затем просверлить отверстие ровно такого диаметра, чтобы в него со скрипом пролез конец трубки, и соединить кувшин с бочкой той конструкцией, над которой столько времени трудилась младшая жена падишаха.

В кувшине отверстие было ближе к горлышку, в бочке же сделал его на две ладони выше дна. Поверх неё натянул свой дождевик, примотав к краям как можно плотнее. После этого мне оставалось налить в кувшин морской воды, бросить на дно активированный амулет и плотно закрыть пробкой горлышко.

«Взорвётся или нет? Вот в чём вопрос», - мелькнула мысль, когда по кустарному змеевику из кувшина в бочку стал поступать горячий пар, превращающийся на плёнке дождевика в крупные капли воды.

Похожим способом в деревнях давным-давно пользовались ленивые самогонщики. В большой таз или бочку наливали брагу, туда же ставили тазик поменьше и пустой, после чего сверху плотно затягивали полиэтиленом, используя изоленту. В центр плёнки клали небольшой грузик, чтобы там появилось углубление. Во время кипения браги спиртовые пары оседали на ней и скатывались к вершине, создаваемой грузом, после чего там соединялись и падали в пустую ёмкость. По отзывам взрослого поколения, кому доводилось пробовать самогон, изготовленный по такой технологии, получившийся продукт был той ещё гадостью. Но не у всех имелись нормальные перегонные кубы в то время, а «сухой закон» - не тётка, так что народ пил всё, что смог получить, морщась, ловя «белочку», травясь, но пил. Как говорится – голь на выдумки хитра.

Я применил почти такой же способ, только внёс в него змеевик без охлаждения для того, чтобы быстрее началась конденсация воды в бочке. В десятилитровый кувшин я налил морской воды около семи литров. И по моим подсчётам, пару литров нормальной дистиллированной влаги у меня должно получиться, если амулет не подведёт.

Глава 4

Глава 4

Первый опыт, всё-таки, чуть не сорвался. Всё дело в том, что пустая бочка рассохлась и… нет, вода не вытекла, но водяной горячий пар впитался в сухую древесину практически без остатка, так, лужица в полстакана осталась на дне и всё.

Зато вторая попытка подняла меня наверх Олимпа в глазах окружающих красавиц. Хотя и тут прошло не всё гладко.

- И это можно пить? – недоверчиво спросила Олма, заглянув в бочку, на дне которой блестела вода. Девушка решила подписать мораторий на военные действия между нами и сейчас вела себя почти так же, как до сегодняшнего разлада.

- Можно, только сначала нужно добавить воды морской, совсем чуть-чуть, буквально одну двадцатую или даже меньше.

На меня уставились пять пар широко раскрытых в изумлении глаз.

- Зачем? – поинтересовалась Фаэна. – Эта же гадость несъедобная.

- Гадость не гадость, но вот тут, - я похлопал ладонью по бочке с дистиллятом, - хоть и вода, но вода малополезная. Да вы даже вкуса не почувствуете. Попробуешь сама, чтобы убедиться?

- Нет, нет, - некроманта даже отошла на шаг от меня и помотала головой, - воздержусь от такой проверки.

- Но если она такая плохая, то чего ты нам голову морочил? – разозлилась Олма. – Ты обещал питьевую воду!

- Я обещал – я сделал, - я холодно посмотрел на собеседницу. – Но полностью питьевой она станет после смешивания с морской. И она не плохая, не нужно придумывать то, чего я не говорил, уважаемая. Просто, пользы для организма она не несёт.

- Но…

- Да хватит уже! – не выдержал я и оборвал её. – Когда ты ешь рыбу, то ешь жареной. Сырая тебе в горло не полезет. Так и здесь - в бочке находится «сырая» вода, которую ещё нужно подготовить.

Больше не желая объяснять, тем более, точно зная, что мне не поверят, я зачерпнул чашей немного дистиллированной воды и протянул служанке.

- Попробуй и потом скажешь, что за вкус. Не бойся, она не ядовитая и… никакая она, вот, - я сделал большой глоток тёплой и безвкусной воды. – Сам пью. Мне нужна ты в качестве независимого эксперта. М-да… в смысле, как свидетель.

Несмотря на мои заверения и пример, Сэнга взяла чашу с едва заметным колебанием. И отпила всего три мелких глотка, после чего вопросительно посмотрела на меня.

- Да уж, ну, хоть так-то, - махнул я рукой на это. – Набери в другую чашу морской воды.

Когда получил требуемое, я очень долго возился, подбирая пропорции морской и дистиллированной воды так, чтобы её можно было пить с удовольствием.

- Ну, вроде бы всё готово, - сообщил я, когда закончил с экспериментами. – Кто хочет пить, тот пусть подходит – налью чайку.

- Хватит с меня такого издевательства. Слава богам, что нормальной воды ещё целый бочонок, - с сильным раздражением сказала Олма, после чего развернулась и направилась в свой шатёр.

- Так я не упрашиваю, - пожал я плечами и посмотрел на старшую жену падишаха. – Фаэна?

- Пожалуй, тоже воздержусь, - ответила она мне. – Не хочу обидеть, но вот так сразу пить то, что получилось в этой бочке, я не могу. Но для омовений буду использовать.

У меня после этих слов глаза на лоб полезли.

- Для чего? Омовений? – переспросил я. – Фаэна, у вас воды осталось меньше пятидесяти литров. Это даже на двоих примерно десять дней питья. И то, если только пить, больше ни на что не тратить. А ты хочешь вот этот запас выливать себе на ноги?

- А ты хочешь, чтобы я как какая-то дешёвая рабыня ходила грязной? – вскинулась та.

- Боже, - я провёл ладонью по лицу. – Дай мне терпения или верни меня домой. Фаэна, насколько хватит маны в амулете? Как я понял, энергия из него в Сахе уходит очень быстро даже тогда, когда он не действует, так?

- При постоянном использовании от десяти дней до пятнадцати. Но десять дней я обещаю, что он будет работать.

- Десять дней… м-да. Ну, хоть что-то, - произнёс я, потом задумчиво стал размышлять вслух. – За десять суток постоянной работы можно сделать нормальный запас воды… серебра на дно накидать, чтобы хранилась дольше и держать в виде дистиллята, чтобы разбавлять прямо перед употреблением. А потом придётся переходить на ручной труд, - я покосился на «ароматную» бочку и тяжело вздохнул.

*****

После возвращения обратно на борт судна и демонстрации процесса приготовления питьевой воды прошло пять дней. За это время я с Сэнгой закончили ремонт плота и наполнили дистиллированной водой все свободные герметичные ёмкости, какие только нашли.

Попутно я с ней перешёл полностью на воду и еду, которую готовили себе сами. Единственная магия, которая при этом использовалась, была в согревающем амулете, который работал как кипятильник. Всё равно им почти не пользовались, а энергия из предмета утекала быстро даже во время простоя. Рыбу и морских мелких тварюшек, что приманивала Роксалана, я наловчился жарить в серебряном большом подносе на масляной печи, заполняемой рыбьим жиром. В местных водах, оказывается, плавает одна прелюбопытная рыбёшка размером с крупную щуку. В брюхе у неё вместо воздуха в пузыре находился жидкий жир или похожая субстанция, очень лёгкая и очень горючая. Каждая такая «щука» давала примерно пол-литра топлива. В целях экономии этот жир смешивали с рыбьим. Две трети щучьего и одна треть обычного жира.

Когда я сумел получить ведро питьевой воды и приготовить обед без всякой магии, то чуть ли не наяву увидел, как уходит прочь и скрывается в дымке смерть от голода и жажды. А то, что, ха-ха, падишахини нос воротят от запаха, то я посмотрю, как они поступятся своими гордостью и брезгливостью, когда все их волшебные вещи окончательно разрядятся в Сахе.

«М-да, а ведь и защитный амулет тоже однажды накроется медным тазом, - мелькнула тревожная мысль, от которой по спине прошла волна неприятных мурашек. – И неизвестно, сохранится ли мой иммунитет чужемирца».

На всякий случай я экспериментировал с кожей морских обитателей Саха, пробуя делать из той бурдюки для воды. К сожалению, ничего толкового не выходило, и вода уже через сутки отдавала сильным запахом рыбы. В принципе, пить можно, но только при отсутствии любой другой спасительной влаги.

«Жаль, что я не бондарь какой-нибудь. Сейчас бы мог соорудить пусть не бочонок, но кадку какую-нибудь пятиведёрную, ведь древесины на плоту с избытком, - посетовал я про себя и вдруг услышал странный плеск рядом с плотом, потом несколько ударов по доскам. – Это ещё что такое?».

Как был в одних трусах, я выскользнул ужом из палатки. В руках только небольшой топорик, с ручкой из кости какого-то редкого зверя, боевой частью из чёрной бронзы, с золотой инкрустацией и искусной резьбой. С виду предмет смотрелся детской игрушкой какого-нибудь принца, но при этом являлся грозным оружием.

Снаружи видимой опасности не было, а звуки издавали несколько рыб, трепыхавшихся на палубном настиле. У них были узкие тела длинной порядка двадцати пяти сантиметров на глаз и множество плавников и два боковых отличались огромными размерами, пожалуй, размах их был больше, чем длина тела. Цвет – тёмный… нет, это тело прозрачное, просто, в утренних сумерках на досках кажется так.

Пока рассматривал эти подарки и гадал, насколько съедобными они могут быть, из воды вылетели ещё несколько рыб и плюхнулись на палубу. Одна упала в метре и после трепыханий подкатилась к моим ногам. Я аккуратно наступил ей на голову, чтобы рассмотреть получше…

- Ма-ать!

Рыба взмахнула плавниками и полоснула по голой щиколотке, где тут же проступили несколько красных черточек на которых набухли алые капли, которые быстро превратились в тоненькие ручейки крови. Сильной боли не было, просто, как несколькими иголками укололи. И ранки были неглубокими. Так что, если никакого яда на плавниках нет, то я, считай, дешево отделался.

И тут всплески участились, и когда перевёл взгляд на воду, то повторно выругался:

- Мля-а!

Там вылетали сотни точно таких же рыб, что бились на палубе плота. Большая часть ныряла в воду или опережала плот, который неспешно волокло течение, но какое-то количество летучек приземлялась на нашем судне.

В этот момент из палатки наложницы выскочила Сэнга, одетая только в набедренную повязку и, как и я с оружием – с узким длинным кинжалом.

- Осторожнее! – предупредил я, когда в девушку чуть не врезалась одна из летающих рыб. – У них плавники как ножи острые!

Та прямо в воздухе рассекла существо Саха своим кинжалом. Голой стопой ловко поддела вторую, бившуюся рядом на палубе, и скинула за борт. Но из воды продолжали лететь всё новые.

Следом из палатки вылезла заспанная Роксалана.

- Назад, здесь опасно! – тут же остановил я её. – Вернись обратно в шатёр.

Та непонимающе посмотрела на меня, всё ещё витая в сновидениях. И очнулась только после того, как на её руку плеснуло кровью и жидкостью из брюха очередной летучки, разрубленной Сэнгой на лету.

- Ай! – взвизгнула она. – Что это?

- Ничего особого, но на открытой палубе находиться не стоит.

И тут вода за бортом буквально закипела и оттуда вылетела огромная стая рыб в несколько сотен голов.

- В шатёр! Живо! – рявкнул я. – Сэнга, да убери ты её с глаз долой!

Слуга, ничуть не задумываясь, и без всякого проявления уважения к аристократке закинула девчонку в палатку и задёрнула полог.

А миг спустя на плот пролился настоящий дождь из рыбы. Я тут же заработал десяток порезов на плечах и руках. Могло достаться и больше, но спустя несколько ударов сердца рядом встала Сэнга и ловко закрутила кинжалом и топориком, который она забрала у меня, да так, что я и не заметил. Впрочем, Слуга с оружием управлялась на порядок лучше меня, поэтому я был не в претензии.