Помоги проекту - поделись книгой:
Аня познакомилась с Петром Наумовым в поезде. Случайная встреча. Петя возвращался домой, а Аня с девчонками после окончания первого курса ехали на море. Наумову даже не нужно быть обаятельным, чтобы понравиться. Он, как магнит, притягивал всех к себе.
– Мы даже не обменялись номерами телефонов. Я знала, что он на меня никогда не посмотрит, поэтому никаких иллюзий не было. И тут на тебе, написал: «Привет, помнишь меня?» Ещё бы я его не помнила! Сразу же нашла его страничку в «ВКонтакте», а потом и в «Инстаграм». Попросил помочь найти жильё. А зачем искать, если у меня комната свободна? Вот я и согласилась.
– Спасибо огромное тебе! – ответила.
Мы сидели на кухне и пили чай. Днём пришлось побегать по магазинам с огромным списком «самого необходимого», записаться на приём в женскую консультацию, чтобы сразу встать на учёт по беременности, а звонки по поводу работы отложили на завтра.
Аня категорично не советовала звонить сегодня, ссылаясь на необходимый отдых после перелёта и обустройство. Но потом призналась, что разговаривала по телефону с бабушкой, и та ей сказала, что сегодня неблагоприятный лунный день для решения важных вопросов. А поиск работы всё-таки важный вопрос. Сама Аня в этой лунной магии не разбиралась, но к советам бабушки прислушивалась, чтобы не огорчать её. И, надо сказать, что иногда ей это помогало. Хотя сама Аня не особо на этом заостряла внимание. Но было очень удобно отмазываться он нежелательных просьб. «Ты что?! Сегодня плохой лунный день!» Кстати, по словам Ани, работало безотказно.
Я лежала и смотрела в темноту. Несмотря на то что день был насыщенным, сон не шёл. Я была в незнакомом городе, в чужом доме, не в своей постели. Словно и не я. Или другая я. Незнакомая. Прежняя никогда бы так не поступила: уехать неизвестно куда. Всё-таки забота о ком-то сильно меняет. По крайней мере, я изменилась. Раньше легко можно было повлиять на моё мнение. Но не сейчас. Никакие доводы не заставят меня совершить убийство. По-другому аборт я назвать не могу.
Я положила руку на совершенно плоский живот. Ещё совсем ничего нет, но я знаю, что не одна. И я была уверена, что родится сын. Андрюшка. Другого имени мне не надо.
Глава 5.
Но родилась дочь. Не скажу, что я сильно расстроилась. Нет! Просто я всю беременность называла ещё не родившегося малыша Андрюшей, даже когда на УЗИ сказали, что родится девочка. Вот не верила, и всё. И поэтому когда нужно было регистрировать дочку, я немного растерялась. Ведь имени для девочки у меня не было.
– Как запишем?
– Я… не знаю.
– Приехали! Мамаша, у вас было столько времени!
– Я думала, что родится мальчик.
– И пока в роддоме лежала, тоже про мальчика думала?
В роддоме я думала о том, как было, если бы Андрей остался жив. Радовался он дочке, или нет? Но этого говорить, конечно, не стала.
– Нет.
– Тогда придумывайте сейчас! Только быстро!
И я назвала дочь именем своей бабушки, которую очень любила.
Кудрина Екатерина Андреевна.
Мы пока жили с Аней. Но я планировала снять отдельную квартиру. Всё-таки учиться, когда по ночам плачет маленький ребёнок, ей стало сложно.
На время декрета я старалась как можно сильнее урезать бюджет. Найти работу с соцпакетом у меня не получилось. Поэтому все выплаты, полученные по беременности, старалась сразу не тратить. Знаю, что оплачивать самой квартиру будет тяжело, но и Аню стеснять больше не хотелось.
Тем более что Аня начала встречаться с молодым человеком. Я очень хотела, чтобы у них всё получилось. Но это же Аня! И её вечные комплексы по поводу фигуры никуда не делись. Правда, очки мы ей сменили на линзы. А вот вытравить из её головы Наумова было сложнее.
И как бы она ни отнекивалась, Аня каждый день о нём говорила. Я даже считала по сколько раз на день. И если в самом начале имя Пети она называла раз по двадцать, то спустя время его имя стало звучать раз или два. Но ни один день не проходил, чтобы она про него не вспомнила. Я в шутку называла это хронической болезнью Наумова.
Против самого Пети я ничего не имела. Он иногда звонил, интересовался моими делами. И Аня в эти дни по несколько раз допытывала, что он сказал, или что спросил. И в конце концов, я стала включать громкую связь, чтобы она могла всё сама слышать, если, конечно, была дома. Но каким-то внутренним чутьём она всегда угадывала, когда он позвонит. А если в конце разговора Пётр просил «передать ей привет», то Аня потом долго светилась от счастья.
На рождение дочки Петя с коллегами подарили нам коляску, до самого верха набитую игрушкам и детскими вещами. Доставщика не было видно из-за такого огромного подарка!
Я ещё удивлялась, почему Аня была категорически против того, чтобы купить коляску заранее. Видимо, Петя позвонил ей и предупредил. Но сознаваться она ни за что не хотела.
Мама сначала звонила, пытаясь «образумить» непутёвую дочь. И я стала просто отключаться, когда она заводила этот разговор. Поэтому мама быстро успокоилась, и тема аборта и трудностей матери-одиночки больше не поднималась. Я ей сообщила, что устроилась на работу пекарем в частную компанию, и меня всё устраивает. Да немного было непривычно, особенно зимой, когда ударили морозы. Я даже боялась выходить на улицу! Но как оказалось, всё не так и страшно, если не стоять на одном месте.
В целом, как и говорил Петя, жить можно везде. И хотя мама заикалась пару раз, чтобы я вернулась, возвращаться к родителям я не собиралась.
Немного сложнее было отклонять все попытки мужского пола познакомиться. Наша мини-пекарня была сразу с торговой точкой, и покупателей было всегда много, так как выпечка была всегда свежей и горячей. И когда Юлька, моя напарница, любительница поболтать по телефону, просила её подменить, то избежать контакта было невозможно. И я довольно часто получала приглашения на свидания, которые, естественно, игнорировала.
– Девушка, а вы до скольки работаете? – Излюбленный банальный вопрос.
– До пенсии.
– Оу?! Серьёзно?!
– Абсолютно. А возможно, даже и дольше. Детей кормить надо.
Что, собственно, было недалеко от истины.
При упоминании «детей» интерес резко пропадал. Даже смешно было. Юлька всё время меня за это корила.
– Василиса, ты так всех потенциальных женихов распугаешь!
– А зачем они мне такие пугливые?
– Ну да, ну да! Мы будем ждать Царевича! – фыркала Юля.
– Ага. Осталось только в лягушку превратиться. Не дождётесь.
И вот сейчас мы с Катюшкой были вдвоём. Всё своё время я посвящала дочке: разговаривала, играла, пела песенки. А если в голову приходили грустные мысли, то брала сборник сказок, который оказался в числе подарков, лежащих в коляске, и читала, постепенно отвлекаясь от ненужных мыслей.
Ещё с декрета я заметила, что Катя очень любит слушать. Она затихала, не капризничала, а слушала мой голос и потом засыпала. И к пяти годам Катя знала практически все сказки наизусть.
А вот сама читать никак не хотела. Буквы мы уже с ней выучили, а читать у неё не получалось. И как бы я не уставала, сколько бы времени не оставалось, Катя всегда просила почитать ей перед сном. И я читала, полностью погружаясь в волшебный мир сказки.
Глава 6.
Мы шли домой из детского сада. Катю я всегда забирала поздно, она практически всегда была самая последняя.
– Мам, а почему у меня нет папы? – вдруг спросила дочь.
Первый раз этот вопрос Катя задала в три года. Тогда просто отвлекла её, и Катя забыла. И вот сейчас он прозвучал снова. Я даже растерялась, никак не ожидая, что это будет её волновать.
Вот как объяснить пятилетнему ребёнку, чтобы она поняла? Тему смерти мы с ней не поднимали. Рано ещё. Хотя в сказках иногда писали, что кто-то умер, но Катя на этом не заостряла внимания.
– Катюш, я не знаю, как тебе объяснить, чтобы ты поняла, – честно призналась. – Давай ты немного подрастёшь.
– Я уже большая! Я сегодня даже Тимофея столкнула!
Тимофей Перечин – самый старший мальчик в их группе, он и ростом был выше всех, но приставал почему-то чаще к моей дочери. Я даже просила его не обижать Катю. И получила ответ: он её не обижал, а просто хотел поделиться конфетой, а она отказалась, вот за это он и дёрнул её за хвостик. Дети!
– Катя, большая – не значит сильная!
– Значит! Я и завтра его столкну! – выдала дочь.
Моя маленькая амазонка! Уже сама старается за себя постоять! Наверное, это лучше, чем так, как росла я, зная, что меня никто не обидит. А потом в один «прекрасный» день остаться один на один со своими чувствами и проблемами.
– Зачем, Катя?
– Чтобы больше не лез! Так почему у меня нет папы? У всех есть! Даже у Тимофея! – Катя обиженно засопела.
– Катюш, твой папа погиб.
– Что это значит? – Катя нахмурила лобик, наткнувшись на непонятное слово.
– Умер.
Катя ещё больше нахмурилась.
– И что, его никто не поцеловал?
Наивный вопрос невольно вызвал улыбку. Недавно мы с ней читали «Сказку о Мёртвой царевне».
– Катя, в жизни так не бывает.
– А почему в сказках бывает?
– Чтобы люди верили в лучшее.
Дочь замолчала, и мне показалось, что эта тема исчерпана.
– А почему у Элины опять новый папа?
– Наверное, мама Элины смогла найти ей нового папу.
– Я тоже хочу нового папу!
– Катюш, а давай ты захочешь новую куколку, а?
– Новая куколка у меня есть! А папы нет! Давай, ты найдёшь мне папу, а он купит мне новую куколку!
– Я не могу его найти, Катюш.
Собственно его никто и не искал. Да и как объяснить ребёнку, что «нового папу» не так просто найти. Ведь нельзя прийти куда-нибудь, как в магазин игрушек, и выбрать понравившегося?
– А почему не можешь?
– Не знаю. Потому что не умею, наверное.
– А-а! Я поняла! – Обрадовалась Катя. – Ты же – Василиса!
– Ну, да, – согласилась, не понимая, к чему она клонит.
– Значит, это тебя нужно найти!
– Кому?
– Царевичу! Он тебя найдёт, и у меня будет новый папа! – выдала моя дочь.
– Катя, всё немного не так. Найти мало, нужно, чтобы они полюбили друг друга.
Катя опять задумалась.
– Я думаю, что сначала найти надо, – совершенно серьёзно заявила дочь, словно разговаривала сама с собой. – А потом он обязательно полюбит. Так всегда бывает.
«Если бы было так просто», – подумала про себя, но разочаровывать дочь не стала. Пусть думает, что царевич меня ищет.
– Мам, а ты сейчас опять уйдёшь на работу? – спросила Катя. Иногда, когда было очень много покупателей, я забирала дочь из садика и возвращалась на работу еще на час (пекарня работала до восьми вечера). А Кате включала мультфильмы.
– Нет, моя хорошая. Сегодня мне больше не надо уходить.
– А что мы будем делать?
– Ещё не придумала, а ты что-нибудь хотела?
Катя вздохнула.
– Вообще-то, я хотела папу, но можно пока мультики посмотреть.
Обрадовалась, что тема «нового папы» на сегодня закрыта. Уж лучше мультики!
Уже потом, когда Катя уснула, я долго думала, смогу ли я когда-нибудь впустить в свою жизнь другого человека. И поняла, что не смогу, точнее, не хочу. В памяти всё ещё стояли обидные слова матери: «Кому ты будешь нужна с довеском?» Вряд ли Катя будет нужна неродному отцу.
Кате был почти год, когда позвонил папа и сообщил, что у мамы случился микроинсульт. Пришлось всё бросить и лететь к родителям. Это был первый раз, когда мы полетели с Катей. До этого я возвращалась, чтобы только забрать диплом.
С мамой всё обошлось. Но задерживаться не хотелось. Родители тепло приняли Катю, но в душе всё равно оставался неприятный осадок недопонимания или недосказанности. Поэтому мы очень быстро вернулись домой. Было странным называть домом съёмную квартирку, в которой мы сейчас жили.
Поделиться книгой: