Хартвуд

Не теряя бдительности, Кайл осторожно зашёл в участок. Всё тихо, за столом дежурного никого. В принципе не видно ни души. Жалюзи на окнах в кабинет Шефа завешены.

— Шеф, вы здесь? — Громко спросил Кайл у закрытой двери.

— Что? — Раздался глухой, чуть удивлённый голос. Затем уже громче и спокойнее: — А, да. Спящая красавица, ты? Вали на рабочее место и не донимай меня. Возможно ты заметил, что ночка у меня была сложная.

Кайл чуть расслабился. Да, это Шеф, кажется даже вполне вменяемый. По крайней мере — не меньше, чем обычно. Странно, однако, что кроме него никого больше не было. Если Кайл правильно помнил — сейчас была очередь Тома дежурить, а с ним можно было обменяться, по крайней мере, парой словечек. Теперь же участь на день — пялится куда-то. То в окно, то в ящик. Можно поочерёдно. Можно выбирать считалочкой. Потрясающая работа.

Кайл откинулся на спинку кресла. Интересно, сколько ещё ему быть здесь? Фактически, он сам определяет время начала финального акта разыгравшейся драмы. Но это огромная ответственность. Поспешишь — легко упустишь желанную цель, будешь недостаточно готов, когда прожекторы вопьются клыками света в твоё обескровленное лицо. Но что, если он упустит момент. Вчера ночью произошло что-то страшное — иначе и быть не могло. Кто знает — переживёт ли этот городок ещё один заход солнца. В одном Кайл был уверен — он оказался здесь вовремя.

Выбор нужного момента — большая слабость Кайла. Обыкновенно он вообще до самого конца сомневался в том, что такой момент существует, но когда доходило до дела — старался найти его. И если с слишком ранним стартом проблем не возникало, то с затягиванием… Кайл почесал один из шрамов на груди. Если бы тогда он принимал решения быстрее, то…

Ход мыслей прервал приглушенный телефонный звонок — звонили Шефу. Раздался лишь на секунду, затем трубку в офисе мгновенно сняли. Из кабинета донеслось: “Офис шерифа, Олдм… Что?!” Кайл прислушался, но Шеф сильно понизил голос. Очередной вызов. Или внеочередной. Если Шеф так удивляется каждому звонку — неудивительно, что дела в Хартвуде идут так плохо. Спустя полминуты приглушенного баса Шефа Кайл услышал, как телефонная трубка тяжело опустилась на аппарат. Затем в офисе началась возня. Шеф собирался.

Кайл хотел было поинтересоваться, что случилось, как Шеф практически вылетел из офиса. Кайл редко видел Олдмэна в штатском, но ещё реже — в таком состоянии. Глаза — выпучены, лицо — помятое и усталое, в руках — винчестер. Шеф остановился перед самым выходом и уставился на Кайла. Можно было подумать, что Олдмэн хочет пустить пулю в лоб Макбрайда, но за возбуждением и напряжением в глазах крылось что-то ещё. Казалось, что те десять секунд, которые Шеф пялился на Кайла, нужны были для принятия какого-то тяжелого решения. Наконец, после долгого ожидания Шеф бросил:

— Пошли.

Кайл очень хотел узнать, что, собственно, происходит, но решил, что молчать сейчас — лучший выбор. Они уселись в машину Шефа и Кайл поблагодарил всех богов за то, что сиденье рядом с водительским было чистым.

Они ехали в тишине. Вонь крови в салоне ничуть не улучшала положение, так что Кайлу казалось, что он снова попал в один из своих ночных кошмаров. Только вот это совсем не сон. В голове пробежала мысль: а что, если Шеф всё узнал? Нет. Невозможно. Старик и слона под носом не заметил бы, даром, что свои тайны хранит хорошо.

Они свернули на одну из улиц. На покосившемся знаке Кайл прочёл: “Брод стрит”. Та самая ироничная улица. Кажется, один из офицеров жил здесь. То ли Бобби, то ли Том…

— Слушай сюда, очень внимательно. — Произнёс вдруг Шеф. Кайл слегка вздрогнул. — Сейчас нам придётся столкнуться с существами, с которыми ты никогда до этого не сталкивался. В доме, который мы будем охранять — двое больных, женщина и доктор, то есть всё ложится на нас. Не смей трусить, не смей бежать, не смей прятаться — судьба всего сраного города сейчас висит на волоске — и этот дом и есть грёбаный волос. Погибнем там — погибнут все. Поэтому, даже если меня сцапают — даже не вздумай бежать. Клянусь, я тебя и с того света достану, если решишь драпать. Понял?

— Да, сэр. — Отрапортовал Кайл. Существа? Неужели он приблизился к новому ответу?

Они остановились у одного из домов. Рядом с ним было полно машин — по меркам этого города, по крайней мере. Маленькая светло-голубая и микроавтобус коричневого цвета.

Шеф остановил машину, вышел из неё и быстрым шагом направился к дому. Кайл поспешил за ним. По пути Кайл приметил, что одно из окон верхнего этажа разбито, а по стене к нему ведут следы когтей.

Шеф не успел и постучать, как дверь им распахнула женщина средних лет — темноволосая, небольшой комплекции, с приятным лицом. Кайл бы даже назвал её симпатичной, если бы не опухшее из-за слёз лицо. Шеф и Кайл вошли. В коридоре их ждал, по-видимому, доктор — мужчина лет тридцати, крепкое телосложение, короткие волосы, крючковатый нос, глубоко посаженные глаза и волевая челюсть — он скорее походил на солдата, чем на врача.

— Док, Долорес — это Кайл. Кайл — Док, Долорес. — Представил их Шеф. Женщина коротко кивнула, доктор пожал Кайлу руку — рукопожатие у него наверняка было очень крепкое, да только Док сейчас выглядел, как и все остальные — до боли уставшим.

— Док, что с парнями? — Задал вопрос Шеф. Ясно, офицеры действительно подверглись нападению. Но Шеф сказал только о двух раненых. Кайл вспомнил всю кровь в автомобиле. По телу пробежал холодок.

— Пол никуда не годится. Жить будет, но пока толку от него немного. У Томми дела получше — сидит в гостиной с оружием наперевес. Хотя я бы рекомендовал пока повременить со всем этим, но… — Док беспомощно развёл руками.

— Шеф, иди сюда, смотри, какую гадину подстрелили. — Раздался из гостиной слабый голос Тома. Все направились туда. Кайл вошёл последним и застыл на месте — в одном из углов лежало омерзительное существо: размером со здоровую собаку, больше всего оно напоминало шизофреническую помесь богомола с обезьяной. Волосатая, вытянутая морда с торчащими клыками и маленькими усиками была наполовину уничтожена ружейным выстрелом. Шея почти полностью отсутствовала, голова сразу переходила в пластинчатое туловище, в прорехах между пластинами торчала шерсть. Конечностей у твари было четыре — все длинные и тонкие, с лапами, на которых сверкали по шесть острых когтей, на концах. Сами конечности изогнуты в неправильные стороны — как будто каждый изгиб сломали и оставили так висеть. Из простреленной головы существа сочилась на пол серовато-черная кровь. Кайл подавил рвотный позыв.

— Это ведь не единственная тварь, верно? — Спросил Шеф. Док отрицательно покачал головой.

— Уже третья, но подстрелить получилось только эту, да и то лишь у Томми. Я слушал, как бредил ночью Пол. Судя по всему, на него напали так же: ублюдки заползают в окна, ранят тебя и тут же бегут. Только нас тут больше, так что зацепили пока только Долорес.

Кайл посмотрел на женщину. Действительно, на ноге у неё красовался явно наспех наложенный бинт, который уже почти полностью пропитался кровью.

— Мне кажется, Фрэнк, что это были разведчики. А теперь, когда мы подстрелили одного — пойдёт настоящая резня. Поэтому мы и вызвали тебя.

Шеф осмотрелся в гостиной и заключил: — Защищаться будем здесь. Переходить на второй этаж слишком долго и сложно, а защитить больше одной комнаты мы не в состоянии. К тому же лучше не трогать сейчас Пола. Кайл — мы с тобой завалим вход, Док — берёшь на себя окна справа, Том — ты на левом окне. Долорес — присматривай за Полом.

После того, как он раздал указания, Шеф жестом подозвал Кайла к себе и указал на большой шкаф с сервизом, стоящий рядом со входом в гостиную. Вместе они начали двигать его к проходу, но шкаф оказался тяжелей, чем выглядел, а при каждом толчке внутри жалобно звенели тарелки. Когда они были уже на полпути к цели, Док внезапно наклонился к окну, поднял свой 1911 и три раза во что-то выстрелил. С улицы раздался жуткий вой.

— Вот черт, по-моему промазал. — Процедил Док с досадой.

— Не знаю, судя по вою — попал. — Отозвался Томми. — Хотя эти твари постоянно издают мерзкие звуки, так что не знаю.

— Куда оно делось, Док? — Спросил Шеф.

— Обратно в лес. Если увижу, как что-то подползает к дому, непременно скажу, Фрэнк.

Сверху раздался звук разбитого стекла. Вероятно, одно из окон второго этажа. Кайл порадовался, что шкаф уже почти на месте. Однако, других звуков пока не раздавалось. Тишину вновь нарушил звон разбитого стекла, на этот раз уже с первого этажа. Все в гостиной затаили дыхание. Царапанье и постукивание по стене, шуршание на втором этаже, копошение за шкафной баррикадой — всё это было едва различимо за звуками бешено бьющегося сердца.

А потом начался ад.

Первая тварь влетела в окно сверху. Док не успел среагировать и повалился на пол. Том повернулся в сторону шума и второе существо, запрыгнув в окно, повалило его и уселось на грудь. Шеф прицелился в первую тварь, но она отскочила и пуля лишь пробила пол. Кайл бросился к Тому. Тварь уже занесла когтистую лапу, но Кайл успел её перехватить. Том чуть повернулся, подхватил упавшую винтовку, оттолкнул существо и выстрелил ему прямо в грудь. Кайл обернулся. Тварь, напавшая на Дока, бросилась к нему и попыталась ужалить хвостом с острым шипом на конце. Док лишь в последнюю секунду успел прикрыться табуреткой, на которой сидел. Кайл выхватил пистолет и прицелился. Сверху послышался страшный треск и очередное отродье проломило потолок и смертоносным вихрем острых лезвий понеслось вниз. Кайл лишь в последний момент одёрнул руки, но лезвия на лапах твари разрезали пистолет. Шеф вновь прицелился и запустил три пули в атаковавшее Дока существо. Затем попытался прицелится в новое создание, когда шкаф с грохотом отлетел с прохода. Шеф повалился на пол. В проходе возникло нечто — зелёная, болотистая пародия на человека, только скорее напоминающая лежащий на полу шкаф.

Кайл отвлёкся на огромного болотного человека и почти забыл о твари, свалившейся с потолка. Когда та пошла в атаку, Кайл едва успел уклониться. Смертоносные лезвия хаотично мелькали перед глазами. Одно порезало рубашку. Второе рассекло предплечье. Третье резануло по ноге. Внезапно Кайл споткнулся обо что-то и завалился назад. Существо мгновенно приготовилось к добиванию, но тут его бок взорвался фейерверком мяса и крови. Тварь обернулась, а Кайл успел увидеть лишь бледное от ужаса лицо Долорес и дымящийся пистолет. Тварь омерзительно завизжала и бросилась к ней. Долорес же застыла на месте. Существо в мгновение ока оказалось рядом с женщиной. Секунда, отблеск на лезвиях, брызги крови. Тварь отсекла Долорес обе кисти. Слева от Кайла взревел Том, взвёл винчестер и выстрелил в существо. Пуля угодила в грудь, и, пройдя навылет, чуть не попала в начавшего подниматься Дока. Тварь рухнула как подкошенная. Вместе с ней тяжело завалилась и Долорес. Том бросился к ней.

Кайл посмотрел в сторону Шефа. Он стрелял по чудовищу в дверном проеме, но все пули словно вязли в склизкой, покрытой листьями и ветками коже существа. Оно издало низкий, рычащий звук и со всей силы ударило по ногам Шефа. Тот лишь в последнюю секунду успел их одёрнуть. После кулака существа на полу осталась огромная вмятина. Док, собравшись, выпустил несколько пуль твари в голову, но и это эффекта не возымело. Оно схватило стоящую рядом тумбу и запустило ей в едва успевшего откатиться Дока. Кайл быстро осмотрелся. Внезапно, в голову пришла безумная затея. Он подбежал к склонившемуся над женой Тому и схватил отброшенную винтовку. Прицелился в плечо поверженного существа, поближе к месту соединения с телом, и отстрелил лапу. Обернулся. Существо схватило Шефа и приложило о стену. Кайл быстро стянул с себя разрезанную рубашку и замотал одну из рук. Схватил отстреленную лапу. Острое как бритва лезвие вжалось в ткань. Чудовище начало заносить лапу, чтобы размазать прижатого к стене Шефа. Кайл бросился к ним и, замахнувшись снизу, отсёк лапу монстра. Лезвие, упиравшееся в ладонь, прорезало ткань и руку до кости. Полилась кровь. Но не только красная. Синяя жидкость хлынула из отрубленной руки существа. Оно взревело в агонии и с грохотом упало на поваленный им же шкаф. Шеф встал на четвереньки, с трудом хватая ртом воздух. Всё было кончено.

Кайл опёрся на стену и медленно сполз по ней на пол. Из ран лилась кровь, ладонь он почти не чувствовал. Всё как-то отдалилось. Сквозь туман он услышал, как Том зовёт Дока. Видел, как тот подбежал к Долорес, но лишь приблизившись, начал что-то говорить Тому. Они стали спорить. Сбоку тяжело поднялся на ноги Шеф. Посмотрел на спорящих, взглянул на Кайла, что-то сказал. Тут сознание молодого человека окончательно сдалось перед болью, пережитыми ужасами и кошмарными тварями. Кайл отключился.

Пришёл в себя он намного позже. Свет солнца оранжевыми лучами проникал в разбитые окна. Рука нещадно саднила, однако была перевязана, пусть бинт и успел пропитаться кровью. Сам Кайл лежал на диване в незнакомой комнате. Он осмотрелся. Окна выбиты, на стенах рядом — глубокие порезы. Видимо он ещё в доме Тома и Долорес. Ну конечно — вон их фотография, стоит на столе. Кайл сел. Его подташнивало, тело болело а пальцы левой руки не хотели сгибаться. В общем — всё не так плохо. Рядом с диваном он заметил красную рубашку без рукавов. Натянув её, Кайл встал и направился к выходу из комнаты.

Ага, значит он на втором этаже. Кайл заглянул в соседнюю дверь. Там посапывал на кровати Док. Отлично, значит с ним всё в порядке. А ещё, если он спит — то всё кончилось. Кайл спустился вниз. В гостиной настоящий хаос. Воняет кровью, примесью бензина с подсолнечным маслом и ещё Бог знает чем. На диване по-прежнему лежит Пол. Кайл не знал, приходил он в сознание или нет, но сейчас выглядел спящим. Рядом, на одном из уцелевших кресел сидел Том. Вместо приветствия он лишь мрачно кивнул Кайлу и вновь уставился в пустоту. Кайл осмотрелся и среди трупов поверженных тварей отыскал причину. В углу, на полу, под пропитанной кровью накидкой лежало явно человеческое тело. Долорес. У Кайла защемило в груди. Она ведь спасла его, за что сама и поплатилась. Он снова всех подвёл. Всё рассуждал о нужном моменте, но опять его упустил.

Кайл хотел бы сказать Тому слова утешения, предложить похоронить Долорес, но никак не мог найти нужных слов. Да и вряд ли Том сейчас оценил бы порыв человека, из-за которого погибла его жена. Так что Кайл постоял в проходе ещё с минуту, а затем заковылял к выходу.

На улице было на удивление тепло. Вероятно — самый теплый вечер из всех, которые ему доводилось проводить в проклятом городке. Кайл побрел к дороге. Стоит навестить Шефа в участке, узнать, не нужна ли ему помощь. Да, сейчас стоило идти домой, но он уже опоздал, теперь спешка ни к чему. А если ситуация ещё не до конца под контролем, то дома и его мог ждать неприятный сюрприз.

Мимо безжизненных домов, мимо осточертевшего леса, мимо проклятой тишины. Была бы его воля — Кайл бы сжёг тут всё дотла. Плевать на историю, напишут новую где-нибудь ещё. Плевать на дома — можно отстроить новые. Плевать на уникальность леса — это уникальность зеленого ада.

Но нельзя. Сейчас он поговорит со стариком. Пережитое сближает, и, пускай, друзьями они бы ни за что не стали, но Олдмэн уже приоткрыл завесу тайны, так может расскажет ещё что-нибудь полезное напоследок.

Перед поворотом к участку Кайл остановился. Был ли в действительности смысл идти к Шефу? Он знал достаточно. Нет. Недостаточно. Да, Кайл насмотрелся на омерзительные ошибки природы до конца жизни, но он всё ещё не знал, откуда они берутся, не знал, сколько их, не знал даже что они такое.

Кайл захромал к участку. Попытка не пытка, даже если старик не расколется — подозрений расспросы теперь точно не вызовут. Подойдя к месту, Кайл заметил, что внедорожника Шефа на месте нет. Странно, кто тогда в участке? Никого? Или…

Кайл на секунду задумался и быстрее заковылял к участку. Возможно, он сорвал джек-пот.

Свет ворвался в участок сквозь распахнутые двери. На Кайла вылупились два крошечных шарика. За столом дежурного сидел Дейв.

— А, это вы, офицер Макбрайд! — Воскликнул человечек. — Ну и напугали вы меня…

Кайл подошёл к стойке и протянул руку. Дейв подскочил и с энтузиазмом, пусть и столь же немощно, пожал её.

— Боже, офицер, что с…

— Кайл. Можно просто Кайл.

— Дева Мария, Кайл, что с вами стряслось? — Пролепетал Дейв. Его крысиные глазки обшаривали каждый бинт на теле Кайла, особенно внимательно останавливаясь на ладони.

— Шеф разве не говорил тебе? Мы оборонялись в доме Тома. От каких-то чудовищ.

— О Боже? Он не упомянул. Так вот, почему я здесь. — Заметался Дейв. — А что с Томом и остальными? Другие офицеры были с вами? Как там Долорес.

На последнем вопросе Кайл потупил взгляд. Человечек побледнел.

— Том в порядке, то же с Доком. Пол ранен, но восстанавливается, а вот Долорес… Погибла.

Дейв слушал с открытым ртом и выпученными глазами. На моменте с Долорес его мина расквасилась до такой степени, что Кайлу стало мерзко на это смотреть. Но вида он не подал.

— Слушай, Дейв, ты знаешь что-то об этих тварях? Ни Шеф, ни кто-то другой толком не успели хоть что-нибудь о них рассказать. Выходит, я даже не знаю, что вообще чуть не убило меня и остальных.

Человечек замешкался. Видно было, как в его маленькой головке происходят муки выбора. Кайл старался смотреть на него наполовину вопрошающе, наполовину с мольбой. Дейв тяжело вздохнул.

— Среди местных есть одна легенда. Мне её рассказала дорогая матушка. Но она держится в строжайшем секрете, никому из чужаков её не рассказывают. Ты же не будешь болтать, да? — Кайл отрицательно помотал головой. — Ладно. В общем история такова: около двух сотен лет назад здесь не было никакого городка. Говорят, что тогда и лес был обычным, а не как сейчас. Так вот, здесь решили проложить дорогу между двумя ближайшими городами, а вместе с тем построить лесопилку. Однако лесорубы быстро нашли сеть пещер в чаще. А в пещерах — золото! Вот и потекли сюда старатели со всех окрестных городков. Так что Хартвуд строится начал вокруг шахты, а не лесопилки. Но на город напали бандиты, украли добытое, ограбили дома и подожгли. Хартвуд горел, вместе с ним загорелся и лес. Люди безуспешно пытались остановить пожар, но он лишь набирал силу. Тогда они стали молиться всем богам, которых знают. И один, по легенде, услышал. Ну, услышала, если точнее. Она явилась на их зов, остановила пожар. Она любила людей, любила природу. Позволила нашим предкам остаться, но с условиями. Они, собственно, не дошли до нас. Однако, после этого на месте пепелища вырос новый лес — почти непроходимый. И населили его звери — обычные и доселе неведомые. И с тех пор каждый нёс своё ярмо. Мать, как её прозвали, оберегала город и держала в достатке. Люди, вероятно, заботились о природе и не допускали новых пожаров.

— Странная история. Почему бы этой “Матери” было просто не выгнать уничтоживших её лес людей? — Нахмурившись, спросил Кайл.

— Это просто легенда. Обычно они очень неточны. Не знаю. — Сказал Дейв, пожав плечами.

Кайл прикрыл глаза. “Мать”? Возможно, она и есть источник всего этого. Какой-то дух или демон? Вероятно. Может люди чем-то прогневали её и она решила всех их извести? Кайл уже собрался задать все эти вопросы Дейву, когда за спиной распахнулись двери участка. Кайл обернулся. На пороге стоял Шеф.

— Макбрайд, какого хрена ты тут делаешь? Шел бы домой, отдыхать. Даже несмотря на твою руку, ты мне нужен будешь здесь, пока парни очухиваются. — Шеф вопросительно посмотрел на Кайла. — Ну? У тебя выходной, топай отсюда.

Кайл с сожалением посмотрел на Дейва и прошёл мимо Шефа. Отличная возможность упущена. А жаль. Ну да ладно, он и так услышал достаточно. Теперь — домой.

Дорога домой показалась длиннее обычного. Солнце садилось с невероятной скоростью, а порезанная нога не позволяла идти быстро. В итоге Кайл, напряженный от макушки до пяток, ковылял к дому в темноте. Однако, несмотря на опасения, на него никто не напал, никто не утащил в лес, никто не сбил и не размазал по дороге. Кайла это очень радовало.

Вот и дом. В окнах привычная темнота — да и плевать. В животе было абсолютно пусто, но Кайл и не поглядел в сторону кухни. Всё потом. Он не стал даже включать свет на лестнице. Было бы смешно, конечно, если бы сейчас он просто упал и сломал себе шею, но этому не бывать. Кайл зашёл в спальню и приблизился к запертому на навесной замок шкафу. Ключ Кайл спрятал совсем рядом — приклеил к обратной стороне стоящего рядом стола. Примитивно, но никто и не должен был лезть в проклятый шкаф.

Кайл снял замок. Внутри шкафа был всего один предмет — его чемодан. Кайл схватил его правой рукой и вытянул в центр комнаты. Повернул к себе передом и раскрыл. Вся радиоаппаратура отлично сохранилась. Кайл улыбнулся.

Пора.

VII

Комната пропахла виски. От этого запаха уже мутило, но бутылка всё стояла открытой. Нет ни сил, ни желания закрывать. Ни на что нет сил. Только сидеть и смотреть, как свет встающего солнца медленно наполняет участок. Холодный, безжизненный, воистину рассветный час. Когда ночная жизнь уходит на покой, а дневная ещё не успевает пробудиться.

Так много ошибок совершается в жизни. Столько неправильных решений. Если бы только… Если бы только был второй шанс. Шанс всё исправить. Шанс искупить грехи. Но жизнь такого не дает. Ты умоляешь о спасательном круге, а тебе на шею вешают цементный блок. Но даже если бы такая возможность была — главного не изменишь: мертвые останутся мертвыми. Ты можешь спасти всё человечество, пожертвовав кем-то одним — и вместо мыслей о триумфе у тебя в голове навсегда отпечатается его лицо. А если в жертву были принесены многие? Если их лица уже начали затираться, бледнеть — так их много. Это ужасно, но такая ноша — расплата за спасение. А если принеся столько жертв ты, вместо спасения, пришёл лишь к новым смертям? Как не сойти с ума, если твоя ноша — напрасна?

Предрассветный час. В дешевом чтиве садящееся солнце очень любят охарактеризовать “кровавым”. Потому что у персонажа плохое настроение. Действительно "кровавый" рассвет — когда ты смотришь на встающее солнце и думаешь, сколько людей, которых ты должен был защищать, встретят его в лужах собственной крови.

Какой смысл сражаться, если только отсрочиваешь неизбежное? Каждый может сказать — “нельзя сдаваться”, но что ещё остается, когда ты уже проиграл? Ждать.

Фрэнк неуверенно поднялся со стула, нетвёрдой походкой приблизился к оружейному шкафчику. Вспомнил о любимой игре. В участке как раз превосходный шестизарядный револьвер. Попасть бы только в замочную скважину. Получилось. Вот и он — красавец, приятно тяжелый, а как маняще блестит барабан. Фрэнк упал обратно в свое кресло. Оставить сегодня два патрона? Нет, скучно, слишком скучно. Фрэнк открыл барабан и выбил из него один патрон. Вот так будет интересно. Крутанул барабан. Приставил пистолет к виску. И…

К участку повернула пара фар. Светят достаточно сильно, чтобы разглядеть даже при восходящем солнце. Фрэнк скорчил недовольную гримасу. Вечно кто-то мешает, если он решает поиграть в рулетку в участке. Ну, до этого он не пробовал, но теперь точно может сказать, что такое случается каждый раз.

С револьвером в руках Фрэнк вышел из своего кабинета. К офису шерифа приближался черный броневик. Фрэнк тряхнул головой. От бутылки виски такое не привидится. Но броневик никуда не делся. Напротив, он подъехал к офису и остановился. Из него вышли четверо: сначала два бойца, чья форма уж очень сильно смахивала на спецназовскую, затем — мужчина лет сорока, а за ним… А за ним вылез новичок.

Мужчина что-то сказал бойцам — те осмотрели территорию и встали у входа. После этого он махнул Макбрайду и они вместе вошли в участок.

Образ мужчины очень выразителен — пальто, под ним — костюм, поверх рубашки виднеется бронежилет. На голове — залысина, под глазами тёмные круги, однако ни в походке, ни в самих глазах, ни в выражении лица — ни намёка на усталость. Казалось, что его внимательный взгляд подмечает каждую крошечную деталь.

Мужчина быстро окинул взглядом участок а затем взглянул на Шерифа.

— Приветствую, шериф. Фрэнк Олдмэн, верно? — Он пару секунд подождал ответа и продолжил. — Меня зовут агент Сорроу, Федеральное Бюро Противодействия Аномалиям.

— ФБПА? Чушь, нет такого бюро, “агент”. — Хрипло сказал Фрэнк. Мужчина одним движением руки вынул удостоверение и продемонстрировал Фрэнку.

— Как видите, с недавнего времени есть, шериф. Мы расследуем случаи паранормальной активности на территории США. Вам мне точно не стоит объяснять — зачем.

— Понятия не имею, агент Сорроу. Никаких бугименов во всех городских шкафах. Разве что паранормально большая моль.

На лице мужчины ни дрогнул ни один мускул. — Шериф, мы достаточно знаем о творящемся в городе. Хотя, может быть, вы не заметили нашего агента у меня за спиной.

— Заметил. Пригрел змею на груди. Эй, Макбрайд, какого чувствовать себя крысой?

Тот хотел что-то ответить, но Сорроу предупреждающе поднял руку и Макбрайд замолчал.

— Ладно, хер с вами. Эта крыса вам всё выболтала, понимаю, не могу понять другого — на кой ляд вы сюда приперлись? — Спросил Фрэнк. На мгновение на лице агента Сорроу промелькнуло что-то вроде удивления.

— Мы здесь, чтобы помочь вам разобраться с вашей напастью, мистер Олдмэн. Если отчёты верны, то люди здесь погибают с завидной регулярностью, а последние несколько дней вообще стали катастрофой. И здесь, чтобы не допустить больше смертей, появляемся мы.

Фрэнк лишь усмехнулся. Какая бравада.

— Агент, если вы действительно думаете, что сможете как-то помочь нашему городку, то сильно заблуждаетесь. Вы не сможете пробраться в лес, не перебьете всех существ и уж тем более не сможете спасти кого-то. Вы скорее потеряете своих людей и навлечете беды на моих.

— Ваших людей, шериф? Вы считаете, что проделали хорошую работу по их защите?

— Сделал больше, чем сможете вы.

Сорроу покачал головой и медленно проговорил. — Мы обладаем куда большей информацией, чем вам кажется, шериф. Например, мы знаем, что виновник бед — дух по имени “Мать”. — Он остановился. Фрэнк очень хотел сдержаться, но пальцы сами по себе сжали рукоять револьвера. Агент, естественно заметив это, удовлетворенно кивнул.

— Всё равно вы никогда её не отыщите. Не хватит ни людей, ни времени. Да и закончатся они примерно одновременно. Но начнете искать — погубите весь город, не только самих себя.

— Мы обладаем и другой ценной информацией, шериф. Агенту Макбрайду… — Сорроу посмотрел в его сторону. Макбрайд чуть потупил взгляд. — Привиделось, что он приближался к некоему древу мира. Привиделось, что в нём разгадка. И угадайте, что мы обнаружили с вертолёта? Верно шериф.

Фрэнк закрыл глаза. Последняя новость заставила его почти мгновенно протрезветь. Если до этого шанс на мирный исход существовал — теперь его не осталось.

— Макбрайд, или как там тебя. Я не знаю, откуда… — Фрэнка внезапно посетило озарение, голову заполнила слепая ярость, но он сдержал её. — Ладно, сукин сын. Я знаю, откуда ты это узнал. Но вам, двум головожопам, надо сейчас кое-что понять — вы нас только что похоронили. Вы не сможете добраться до Древа Матери. Я скажу ещё только раз — у вас ещё есть возможность забрать свою пластмассовую армию и сбежать отсюда как можно скорее.

— Я не знаю, шериф, заигрались вы в Бога с этим городком, возомнив себя его мессией, или просто сошли с ума, но мы не уйдём, пока опасность для человечества не будет ликвидирована, а затем тщательно изучена. — Сорроу внимательно посмотрел на Френка. — И вам, шериф, нас не остановить. Так что прошу — отдайте оружие и проследуйте в свой кабинет. Кстати, зачем вы вообще его взяли? Собирались стрелять в нас?