Диалоги об искусстве. Пятое измерение

В картине «Больное дитя» изображена уютная комната, горит огонь в камине, на полках аккуратно расставлена посуда. Опять перед нами интерьер голландского дома, опять две женщины, в колыбели ребенок, он нездоров. Добродетельная мать уделяет максимум внимания ребенку. Комната наполовину затемнена, но через окно льется свет, который привносит умиротворенное настроение. Освещение, тишина, очаг – все создает особую атмосферу любви и спокойствия. Мать, дитя и служанку объединяет чувство привязанности и взаимного доверия. Вполне идиллическая и поэтическая картина. Известно изречение из одной голландской книги того времени: «Та, что родила, – мать наполовину, та, что вырастила, – настоящая мать». Интересно, что в интерьере комнаты присутствует клетка с птицей, но клетка закрыта, и птичка сидит внутри – так голландские художники аллегорически изображали сладкие узы супружества.

Питер де Хох. «Материнские заботы» («Приготовления к выходу»), 1674 (холст, масло)

Любопытна картина неизвестного голландского автора 1-й половины XVII столетия «Бедные родители – богатые дети», которая также принадлежит собранию Пушкинского музея. Она достаточно сентиментальна. А что такое сантименты? Сантименты – это чувства, то есть художники обращаются в первую очередь к теме чувств, но часто, конечно, и к назиданию. «Бедные родители – богатые дети» – достаточно популярный сюжет в голландской живописи. Мораль этой картины заключается в том, что не надо баловать детей, не надо жертвовать им свою жизнь, нужно быть разумным и строгим, иначе можно столкнуться с неблагодарностью детей в будущем. На картине многочисленные дети – уже взрослые люди – встречают обедневших и униженных своей бедностью родителей, которые, заискивая, застенчиво входят в комнату. Интересно, что вопросы воспитания активно обсуждались в XVII столетии не только церковными, но и светскими моралистами, а живописцы достаточно часто обращались к теме отцов и детей.

Ян Давиде Мейтенс. «Семейный портрет», 1655 (холст, масло)

В XVII веке становится очень распространенным жанр семейного портрета, в котором прославлялись такие добродетели, как благочестие, благодарность, совместный семейный быт. В голландском зале Пушкинского музея представлено фундаментальное полотно художника из Гааги Яна Давидса Мейтенса «Семейный портрет». Эта картина в свое время даже приписывалась Ван Дейку, но сам тип изображения персонажей и характер композиции свидетельствуют об авторстве Мейтенса. Мейтенс создал много семейных портретов на фоне пейзажа. Это особая разновидность жанра портрета, в котором через пасторальные и охотничьи мотивы, которые подчеркивали связь рода и его владений, показывался социальный статус изображенного человека. Здесь на фоне пейзажа расположилась семья: муж, жена и их дети. Супруг помещен в центре, он держит ружье, у его ног охотничья собака и трофеи – дичь, которую он убил. В то время для голландца, который выбился в люди благодаря купеческой деятельности, определенный социальный статус был очень важен, он хотел показать себя как благородного, богатого человека. Дети – очень важное звено его социального статуса: жена держит на руках младенца, рядом прелестная девочка украшена розами, а в небесах парят четыре ангелочка с венками. Это одна из эмблем, которую надо знать, знакомясь с картинами голландцев, – ангелы с веночками обозначают умерших детей. Рождаемость в то время была достаточно высокая, а вот выживали дети далеко не всегда, и таким образом художник напоминает нам об умерших детях, которые тоже принадлежат этой семье. Кстати, в Голландии существовал обычай хоронить маленьких детей в венках. Таким образом Мейтенс изобразил всю семью вместе.

Фландрия

Тема семейного портрета была весьма распространена и во фламандском искусстве. В то время во Фландрии работали два великих художника, которые славились и как мастера многофигурных сюжетных композиций, и как великие портретисты. В первую очередь это, конечно, Антонис ван Дейк. Он писал и замечательные одиночные портреты, и семейные, групповые. В Пушкинском музее хранится гравюра с картины «Семейство графа Филиппа Пембрука». Сам знаменитый живописный портрет находится в коллекции графа Пембрука в поместье Уилтон-Хаус в Англии. Портрет безупречен с точки зрения портретного сходства и композиционного построения, а ведь это весьма сложный официальный портрет, очень большая торжественная композиция. Художник должен был изобразить семью целиком, все десять фигур. Глава семьи и его жена сидят в креслах, все остальные – родные и дети – окружают их. Здесь много парадных атрибутов: колонны, большой занавес, драпировка, ступени, на которых стоит часть семьи, но картина написана так мастерски, что зритель понимает, что перед ним действительно родные друг другу люди.

Другой великий художник – Рубенс, глава фламандской школы XVII века, также уделял пристальное внимание жанру семейного портрета. Он писал и официальные портреты, но замечательны его портреты интимного, камерного характера. В музее Старая пинакотека в Мюнхене хранится знаменитый, очень нежный, лиричный «Автопортрет с Изабеллой Брант». Изабелла Брант – первая и очень любимая супруга мастера, к сожалению, она рано умерла. В Пушкинском музее есть гравюра с этого живописного полотна. Картины тогда часто воспроизводились в гравюрах, это в какой-то мере заменяло сегодняшние фотографии. Портрет замечателен ощущением душевного единства двух персонажей, изображенных на фоне листвы. Художник сидит, жена тоже присела рядом с ним, кажется, что она почти стоит на коленях перед Рубенсом. Восхитителен жест рук мужа и жены, положенных одна на другую. Такая сила выразительности не описывается словами, для того и существует изобразительное искусство, чтобы видеть и понимать это глазами. Замечательный портрет. Рубенс в нем удивительным способом соединяет человечность, интимность, камерность переживаний и вместе с тем величие и достоинство персонажей, что говорит об отношении художника к семейному союзу.

Совсем иная работа – «Автопортрет художника с Еленой Фоурмен» из Метрополитен-музея – автопортрет Рубенса с его второй женой, союз с которой сложился после смерти Изабеллы Брант. Рядом с художником и его супругой изображен ребенок, они стоят на фоне знаменитого рубенсовского дома, в котором жила его семья, он многократно присутствует и на других картинах Рубенса, и становится понятно, что муж, жена, дитя, дом, у которого есть хозяйка и наследники, – все это входит в понятие, которое называется семья.

XVIII век

Франция

Тема семьи была очень популярна в искусстве европейских стран в XVIII столетии не только в живописи, но и в литературе. Это было время, которое принято называть эпохой Просвещения, время, для которого очень много значило осознание темы любви, семьи и детства человека. Великие писатели Жан Жак Руссо и Дени Дидро в своих сочинениях, в том числе в рецензиях на художественные выставки, которые тогда только-только начинались, в отзывах на работы художников, давали свои оценки и рекомендации, критиковали ценности старого мира, окончательно ушедшего после Великой французской революции XVIII века. Тема семьи была раскрыта целым рядом художников не только в морально-нравственном плане, но с критикой семейных устоев прежнего времени.

Картина «Приготовление обеда» (ГМИИ) написана Жаном Оноре Фрагонаром в середине XVIII столетия, она носит также и второе название – «Счастливое семейство». Мы видим на этом полотне пример того, каким должно быть счастливое семейство. Скорее всего, это крестьянская семья. Мать – крепкая молодая женщина с уверенными жестами, готовит пищу, ее окружают дети. Процесс приготовления обеда дан художником с энергией, которая звучит и в широких живописных мазках, и в движении фигур. Своим пафосом эта работа, конечно, захватывает зрителя.

Жан Оноре Фрагонар. «Приготовление обеда» («Счастливое семейство»), 1756 (холст, масло)

Новое отношение общества к семье изобразил в середине XVIII века замечательный художник Жан Батист Шарден в картине «Молитва перед обедом». Она хранится в Государственном Эрмитаже, и это одна из важных картин этого собрания. Перед нами так называемые люди третьего сословия, нарождавшегося с начала XVII века класса, который будет потом определен как буржуазия. Шарден и его время относились к ним с большим уважением, и мы видим, что в этой семье господствуют патриархальные отношения – тепло и забота друг о друге.

Жан Батист Грёз. «Первая борозда», 1801 (холст, масло)

Несколько другое решение темы семьи появляется в картине Жана Батиста Грёза. Этот художник имел огромный успех у публики благодаря содержательной, моралистической направленности своих произведений. Грёз удивительно умел сочетать в своих полотнах и назидательность, и развлечение. Грёза очень любили русские меценаты и часто заказывали ему картины, поэтому в наших музеях хранится много его прекрасных работ. Знаменитое полотно «Первая борозда» из Пушкинского музея было написано художником по заказу графа Петра Андреевича Шувалова в 1801 году. Об этой картине в самых возвышенных словах писал Руссо, считая ее образцом, который дает нам преставление о том, как должны жить в идеальной семье идеальные люди. Отец передает сыну свое занятие – он земледелец, землепашец. В окружении большой группы людей под наставлением отца сын проводит по земле первую борозду, в которую будет брошено зерно. Вокруг домочадцы – и взрослые, и маленькие дети, – они все возбуждены. Их окружает замечательный пейзаж. Природа, люди, земледелие – вот основные ценности, и самая главная ценность – труд, который сплачивает семью. Собственно, это те идеи, под которыми шла революция и происходил слом старого феодального общества.

Грёз написал много полотен на тему семьи. Известна гравюра, сделанная по его картине «Отцовское проклятие», в которой отец проклинает своего, видимо непутевого сына, тот в отчаянии воздевает руки и уходит. Их окружают члены семьи, которые испуганы проклятием отца. То есть Грёз показывает, что семья – это не только благополучие и нежные чувства друг к другу, но в семье могут быть и противоречия.

Также критически к теме неправедной семьи Грёз подходит в картине «Обманутый слепец» из собрания Пушкинского музея. Это сцена в интерьере – за столом сидит слепой старик, рядом с ним его молоденькая жена, а из подвала вылезает ее любовник. Слепой муж не видит его, хотя любовник и неверная жена очень взволнованы тем, что он может услышать или как-то обнаружить любовника. Они жестоко обманывают старца, но по тому, как старик держит руку жены, мы можем предположить, что он купил любовь супруги. Художник явно намекает на корыстную основу брака и, конечно, осуждает его.

Тема супружеской неверности была очень распространена в XVIII столетии у самых разных художников, в том числе у немецкого мастера Георга Мельхиора Крауса. Его картина «Обманутый муж, вино и любовь» (ГМИИ) перекликается с работой Грёза. Развалился в кресле молодой супруг, у него в руках стакан вина, он явно пьян, за ним стоят жена и ее любовник, женщина даже показывает знак, как будто наставляет мужу рожки. В этом полотне, конечно же, присутствуют и дидактика, и осуждение – ведь забвение в вине несовместимо с любовью. Художник показывает человеческую драму, которая разыгрывается на наших глазах, и явно осуждает своих героев.

Художника Луи Леопольда Буальи называли «очаровательным художником будуаров». Он любил показывать жизнь семьи, но чаще всего его работам присущ несколько легкомысленный и фривольный характер. Его картина «Прелюдия» из собрания Пушкинского музея имеет второе название «Прелюдия к Нине». «Нина, или Безумная от любви» – опера известного в XVIII веке композитора Джованни Паизиелло. Она шла во многих странах с огромным успехом. На полотне Буальи у клавесина находятся молодая дама и господин, между ними происходит определенная любовная сцена, написанная в духе рококо, – вполне фривольный и свободный сюжет.

Нередко именно в XVIII веке французские художники окрашивали свои картины на тему семейной жизни не только очаровательной пикантностью, но и определенной патетикой. К такого рода картинам принадлежит «Сладострастие» или «Вновь обретенный голубок» Жана Батиста Грёза, принадлежащая Пушкинскому музею. Это назидательно-моралистическое полотно было написано им по заказу князя Николая Борисовича Юсупова уже в самом конце XVIII века. Это портрет молодой девушки, закатившей глаза и прижимающей к груди голубку. Сам Грёз в письме Юсупову писал: «Голубь, которого она так страстно прижимает к своему сердцу, – не что иное, как образ ее возлюбленного, прячущегося за этой эмблемой. Я украсил ее голову венцом из звезд, чтобы указать, что чувства на какое-то мгновение уравнивают нас с богами». Сам Грёз, между прочим, говорил: «Будьте пикантным, если не можете быть правдивым». Эти его слова в полной мере можно отнести к этой картине.

Никола Бернар Леписье. «Портрет семьи Леруа, слушающей чтение Библии», 1766 (холст, масло)

XVIII век продолжает тему семейных портретов. В Пушкинском музее находится пользовавшаяся огромным успехом, в свое время даже выставлявшаяся в Салоне Парижской академии, картина Никола Леписье «Портрет семьи Леруа, слушающей чтение Библии». Это очень добропорядочный сюжет – представлена вся семья, изображены даже колыбель с младенцем и кошка, которые символизируют семейный уют. Семья занята благочестивым делом – все внимают пастору, читающему им Библию. Пастор прервался на мгновение, он обращается к женщине, которая держит на руках маленького ребенка. Опять-таки представлена тема благопристойности и семейных ценностей.

Интересно, что многие портреты того времени, на которых изображаются мать с ребенком, созданы в подражание картинам ренессансных мастеров, и прежде всего Рафаэля. Где-то это происходит, возможно, и невольно, а где-то художник явно ставит себе определенную цель. Такие ссылки на Рафаэля мы видим и в маленьком портрете кисти Маргерит Жерар «Материнство» из собрания Пушкинского музея. Это портретная композиция – мать с маленьким ребенком на руках изображена в привычной семейной обстановке, где-то на дальнем плане – муж, вокруг домашние животные – собачка, кошечка, но за всем этим прослеживаются великие примеры ренессансного искусства.

В XVIII веке создавалось большое число групповых семейных портретов, но подход к сюжету мог быть самым разным. Немецкой художнице Анжелике Кауфман княгиня Екатерина Петровна Барятинская заказала свой официальный портрет, когда жила в Риме. Теперь он хранится в Пушкинском музее и носит название «Портрет княгини Барятинской с семейством». На нем изображены три поколения семьи Барятинских. Сама Екатерина Петровна сидит в кресле. На столе стоит бюст ее отца – видного политического деятеля, генерал-губернатора. В руке она держит медальон с изображением мужа Ивана Сергеевича Барятинского, а возле нее находится вся семья – сын Иван Иванович Барятинский, дочь Анна Ивановна в прелестно написанном белом платье, рядом с ней – муж, граф Николай Александрович Толстой. То, что это портрет официальный и парадный, подчеркивают, конечно, масштаб полотна, на котором фигуры изображены в полный рост, арка и красная драпировка на заднем плане.

Совершенно другой вариант парадного портрета – «Портрет княгини А. П. Голицыной с сыном Петром» кисти Элизабет Виже-Лебрён из собрания Пушкинского музея. Эта художница была очень известна в Европе и популярна в России, у нее было много именитых русских заказчиков. На написанном в Вене портрете изображена молодая прелестная женщина в красном платье и зеленом тюрбане – это Александра Петровна Голицына, на руках у нее ее двухлетний сын. Это уже нельзя назвать официальным портретом, несмотря на то, что княгиня позирует художнице и явно представляет себя зрителю. На этом портрете Александре Петровне всего двадцать лет. Это портрет русской княгини, но сколько чувства, какой поток любви существует между маленьким Петром и его матерью!

Французская художница Виже-Лебрён работала в жанре сентиментализма. Он был особенно характерен уже для 2-й половины XVIII века. Такие философы и писатели, как Вольтер, Руссо, Дидро во Франции, Лессинг, Шиллер и Гёте в Германии, Новиков и Радищев в России, проложили пути к определению нового места человека в обществе. Известно, что писатель и философ Жан Жак Руссо много занимался вопросами педагогики и воспитания. Ему принадлежит целый ряд художественных произведений, где он рассуждает о проблемах детства, о новом понимании контактов между детьми и родителями, о воспитании маленького человека. Главная идея Руссо – естественный человек, его связь с природой, отсутствие подчиненности и зависимости от принятых в обществе норм. Взаимоотношения между матерью и ребенком в произведении Виже-Лебрён полностью соответствуют новым представлениям, характерным для этого времени.

Луиз Элизабет Виже-Лебрён. «Портрет княгини А. П. Голицыной с сыном Петром», 1794 (холст, масло)

Любопытно, что в это же время работал один из известных педагогов, швейцарец Иоганн Генрих Песталоцци. Его весьма демократические взгляды на воспитание оказали влияние на творчество и писателей, и художников, что видно, если сравнить некоторые картины XVII и XVIII столетий. Например, в сцене из семейной жизни на полотне 1655 года голландского художника Габриела Метсю «Семейный завтрак» из коллекции Пушкинского музея на переднем плане перед столом изображен ребенок, который играет с собакой. Для искусства XVII века очень важны нравоучительно-поясняющие и иногда просто символически обозначенные предметы, которые дают нам возможность правильно расшифровать тот сюжет, который изображен на картине. Здесь все наполнено символами: туфли – символ уюта; собака во все времена была символом верности, а кроме того, особенно в Голландии, – и воспитания, то есть для того, чтобы собака была послушной, ее надо правильно воспитывать, поэтому нередко дети изображались именно с этим животным; кошка, которая тоже часто присутствует в картинах, – знак достатка в доме и благополучия. Таким образом незатейливая на первый взгляд сценка давала зрителю не только удовольствие и эстетическое наслаждение мастерством художника и качеством живописи, но внушала и какие-то правильные представления о жизни. А вот художник уже XVIII столетия Жан Батист Грёз в картине «Балованное дитя» из собрания Государственного Эрмитажа изобразил в интерьере кухни мальчика, который, сидя за столом, кормит с ложки собаку. Он поступает неправильно, он избалован, но мать не реагирует на его проступок. Здесь нет никаких символов, художник рассчитывает на то, что зритель сам извлечет определенные уроки. Конечно, здесь присутствует характерное для сентиментализма морализирующее начало, и оно взывает к воспитанию хороших манер, но нет назидательности, которая транслируется зрителю через символику предметов, как это было у голландского художника XVII века. В доме царит беспорядок, что говорит о том, что ребенок недаром плохо воспитан, его родительница тоже заслуживает критики. Эта картина могла бы служить иллюстрацией известному изречению Жан Жака Руссо: «Знаете ли вы верный способ сделать вашего ребенка несчастным? Это приучить его не встречать ни в чем отказа».

Англия

Критическое освещение темы семьи очень интересно представлено в XVIII столетии в творчестве английских мастеров. Английская гравюра – особое достояние не только английского, но и европейского искусства XVIII века, когда в техниках гравюры и офорта работали великие художники, воспроизводя собственные произведения или создавая оригинальные. Самым значительным мастером 1-й половины XVIII века и создателем английской национальной школы и живописи, и гравюры был великий Уильям Хогарт. К сожалению, в России нет его живописных произведений, а его живопись превосходна – он виртуозно владел цветом, композицией и сюжетом. Почти все его картины хранятся в Англии, в Национальной галерее в Лондоне, но в Пушкинском музее есть прекрасные гравюры. Гравюры он делал со своих произведений и сам, но работала и целая группа граверов не только английских, но и французских. Гравюры распространялись повсеместно, и поэтому Хогарт был очень известен. Главное содержание его произведений – жизнь современной ему Англии. Причем, его основной подход – это позиция жесткого критика. Для него характерны юмор, сатирическое и саркастическое отношение к своим персонажам, он равно критикует и буржуа, и английское дворянство, негативные явления частной, общественной и семейной жизни своих соотечественников. Известно, что Хогарт создал несколько серий картин, по которым были выполнены графические серии. Например, серия «Карьера мота» – это повествование о безрассудном транжирстве богатства, серия «Карьера проститутки» – история женщины, которая вынуждена по разным причинам торговать собой, в серии «Выборы в парламент» он критикует систему выборов в Англии. Я думаю, что все темы, которые он поднимал в своих гравюрах, актуальны и сегодня.

Самой знаменитой и интересной была серия «Модный брак», посвященная взаимоотношениям в семейной жизни. Он создал ее еще в 1745 году, то есть в 1-й половине XVIII века. Серия состоит из шести картин, они показывают развитие сюжета в определенной последовательности. Хогарт достаточно резок, безжалостен, он осуждает своекорыстие высших классов и продажность как буржуа, так и дворян. Конечно, художник был сыном своего времени, эпохи Просвещения, и во многом опирался на идеологию, господствовавшую в книгах философов и писателей. Нравоучение присутствует в этих листах, но главное, я бы сказала, – невероятная жизненность образов, которые создал этот великий художник.

Серия начинается с сюжета брачного договора. В богатом доме собралась группа людей – адвокаты, юристы, иные заинтересованные стороны. Молодые люди – будущие муж и жена – довольно безразличны к тому, что происходит. Молодой человек глядится в зеркало, барышня крутит на пальце кольцо, ей что-то нашептывает юрист, который склонился над ней. Солидные люди в париках заняты подготовкой этого договора. Отец невесты держит в руках брачный контракт, а отец жениха, представляющий дворянское сословие, сидит в кресле, рядом с ним костыли, и видны явные результаты его беспорядочной жизни. В руках у него пачка банкнот, то есть происходит сделка. На втором плане один из юристов или адвокатов восхищается изображением роскошного имения, которое, очевидно, нет средств содержать. Все эти намеки, которые рассыпаны в гравюре, очень красноречивы.

Второй лист – один из самых знаменитых – называется «Тет-а-тет», то есть «Наедине», или «Вскоре после свадьбы». Здесь, видимо, вскоре после медового месяца у себя в доме изображены молодые супруги. Часы показывают половину первого ночи. Муж развалился в кресле, он вернулся с какой-то попойки, судя по его внешнему виду, он не в себе, жена скандалит, ее жесты очень выразительны. Опрокинут стул, и домоправитель, будучи свидетелем скандала, в ужасе убегает из комнаты.

Есть в этой серии многозначительная сцена «Будуар графини». Собралась большая группа людей и наблюдает за туалетом графини, которая весьма откровенно заигрывает с молодым адвокатом из первой гравюры.

И наконец очень выразительная работа «Дуэль и смерть графа». Видимо, в каком-то малопристойном месте графиня встречается со своим любовником. Туда врывается муж, разыгрывается сцена, любовник смертельно ранит мужа, выпрыгивает в окно, жена на коленях перед умирающим мужем, а в дверь уже входят, как бы мы сказали, понятые, то есть какие-то люди, которые должны зафиксировать происходящее. Все кончается довольно трагически. Последний лист – «Смерть графини». К ней подносят ребенка, опрокинут стул, все свидетельствует о беспорядке, царящем в доме, собака со стола что-то пытается схватить. Таков финал этого модного брака. И такова была критика неправедного брака. Подобные сюжеты часто встречаются в живописи XVIII века.

В XVIII веке в Англии работал не только Хогарт, но и целая плеяда блестящих художников. Один из них – популярный мастер Джеймс Гилрей, сильный карикатурист и рисовальщик. Его отношение к неправедным отношениям в семье переданы в знаменитом цветном офорте «Семейный променад». Измученный отец тащит тележку, на которой сидит его сын с хлыстом в руках и погоняет отца, рядом, углубившись в чтение, идет жена. Это тема семейного рабства отца. Гравюры и офорты такого рода были очень популярны и имели широкое распространение.

Забавный офорт 1811 года знаменитого английского художника, карикатуриста и иллюстратора Томаса Роулендсона называется «Юрист за работой». Захламленный дом, взъерошенный, с голыми ногами, юрист забрался на диван и возбужденно читает документы. А его жена, не занимаясь хозяйством, не занимаясь мужем, сидит перед зеркалом и поправляет прическу. Подобные жанровые сцены также были очень распространены в английской гравюре того времени.

Существовали и сентиментальные подходы к этой теме. Джон Рафаэль Смит создал гравюру «Визит к бабушке». Выстроилась стайка молодых леди, с ними мальчик, видимо их брат, бабушка сидит за столом, а они оказывают ей знаки почтения. Это показ благочестивой семьи, прилежных детей и мудрых советов пожилых людей.

Во Франции известный гравер Абрахам Босс создал несколько серий на темы брачных договоров, и среди них – два очень забавных офорта на тему деревенского брака: «Жена бьет мужа» и «Муж бьет жену». Это тоже примеры критического осмысления семейных ситуаций, которое подарил нам XVIII, а вслед за ним и XIX век.

XIX век

В годы, предшествующие Французской революции, и впервые послереволюционные годы широкое распространение получает новый ракурс в осмыслении семейных отношений. Художники явно были призваны или же сами задумывались об укреплении нравственного здоровья нации. Развивается направление неоклассицизма, то есть в очередной раз проявляется интерес к античности, к античным сюжетам и, я бы сказала, к пафосу античного искусства. Главным художником этого направления был Жак Луи Давид. В Пушкинском музее находится достаточно редкая его композиция «Андромаха, оплакивающая Гектора». Она создана незадолго до революции, и здесь представлены античные герои и патриотический пафос. Тема заимствована из «Илиады» Гомера и повествует о герое троянцев Гекторе, который погибает от руки Ахилла. Герой изображен на ложе. Подчеркивая то, что перед нами именно герой, автор изобразил такие героические атрибуты, как меч и шлем. Перед Гектором сидит безутешная супруга. Вся композиция выполнена как античный рельеф, но смягчает композицию фигурка мальчика, сына, который в возбуждении жестикулирует, показывая, что его отец умер за отчизну, за родину.

Не все во Франции радостно встретили революцию. Были те, кто оплакивал ушедшую жизнь, осуждал притеснения приверженцев монархии, и здесь тема семьи освещается в ином ключе. Художники изображают людей, пострадавших за монархические убеждения, в кругу семьи, потому как только в семье эти гонимые люди обретали утешение и пристанище. Такова картина художника Луи Леопольда Буальи «Горестная разлука», на которой показана семейная сцена в период революции. Молодой человек обречен на тюремное заключение за свои политические убеждения, и его родные нежно прощаются с ним. К ней есть парная картина, созданная другим французским художником Анри Николя ван Горпом, он учился вместе с Буальи, возможно, учился и у Буальи, его иногда даже называют имитатором Буальи. Картина Ван Горпа называется «Свидание с узником» – молодая женщина с ребенком получает свидание со своим заключенным в темнице мужем. Эти небольшие полотна из собрания Пушкинского музея выполнены как жанровые сцены, они достаточно сентиментальны и свидетельствуют о том, что тема семьи во все времена откликалась на те реальные события жизни, которые происходили на протяжении истории человечества.

Связь с реальной жизнью в искусстве укреплялась на протяжении всего XIX века, обогащаясь новыми нюансами в зависимости от той среды и исторических событий, которые происходили в тех странах, где создавались эти художественные произведения.

Примерно с 1820 по 1840 годы во многих европейских странах, в том числе и в России, развивается направление романтизма. Естественно, это направление не могло остаться безучастным к семейным темам. Мне кажется любопытной картина из Пушкинского музея бельгийского художника Никазиуса де Кейсера «Абеляр и Элоиза». Это одна из самых известных в мире, наряду с повестью о Ромео и Джульетте, трагических историй любви. Философ и богослов Абеляр родился в 1079 году, он руководил своей школой и был весьма уважаемым и известным человеком. Он полюбил Элоизу Фульбер, свою ученицу. Для того времени она была удивительной и очень умной девушкой, ее письма к Абеляру поражают откровенностью, пониманием любви и места женщины в мире. Молодые люди любили друг друга, у них даже родился ребенок, но противником их отношений стал дядя Элоизы, каноник Нотр-Дам-де-Пари, собора Парижской Богоматери, Фульбер. Он дал согласие на их брак в силу того, что появился ребенок, но не смирился и нанял людей оскопить Абеляра. Фульбер был наказан, но Абеляру пришлось покинуть Париж. Сначала он ушел в монастырь Сен-Дени, но впоследствии продолжил свою преподавательскую деятельность. Элоиза приняла постриг и тоже стала монахиней, а затем и настоятельницей монастыря. Вот такая романтическая, сентиментальная история. Эта пара и в литературе, и в живописи стала символом высокой любви. Правда, на этой картине изображен еще момент счастливого начала любовных отношений Абеляра и Элоизы.

Никазиус де Кейсер. «Абеляр и Элоиза», 1850-e (холст, масло)

Показ темы семейных отношений в романтическом плане был характерен и для русского искусства. Примечательны работы замечательного живописца 1-й половины XIX века Алексея Венецианова. Он писал в основном жанровые и бытовые сцены из жизни крестьян. Его прелестная небольшая картина «Первые шаги» хранится в Третьяковской галерее. Молодая крестьянка наблюдает за первыми шагами своего младенца. Эти шаги неуверенные, но все же дитя пытается их сделать. Здесь художник явно привносит в свое произведение черты сентиментализма, а в первой половине XIX столетия в изобразительном искусстве часто пересекаются идеи романтизма и сентиментализма и зритель видит характерную для этих направлений поэтизацию и даже идеализацию крестьянской жизни. В картинах Венецианова столько живого чувства, столько свежести в восприятии натуры, что его произведения всегда вызывают большую симпатию зрителей. В Третьяковской галерее находится еще одна его картина – «Кормилица с ребенком». Это весьма значительное произведение по своей живописности и по силе звучания темы взаимной привязанности и заботы. Венецианов изображает красивую, сильную, нарядно одетую женщину. Она в кокошнике – это традиционный убор для кормилицы в дворянских семьях. У нее довольно дорогие сережки в ушках, значит, к ней относятся с уважением, она воспитывает наследников. Она заботливо и нежно придерживает сидящего рядом ребенка. Это вечный образ начала жизни. Образ, который идет от древних времен и каждый раз трансформируется и предстает уже в новом качестве.

Мэри Кэссетт. «Мать и дитя», 1893 (бумага, пастель)

Глядя на эту работу, мне хочется вспомнить другое произведение, которое хранится уже в Пушкинском музее, замечательную картину американской художницы Мэри Кэссетт «Мать и дитя». Она написана в 1893 году. Кэссетт работала в основном в Париже, многому научилась у Эдгара Дега. Тема материнства была для нее одной из главных. Ее картина – подтверждение тому, что тема любви матери и ребенка остается актуальной в искусстве всегда.

Русскими живописцами XIX века было создано много прекрасных семейных портретов, и чаще всего это были очень красивые портреты аристократов или купцов, но со 2-й половины столетия начал развиваться критический подход к изображению действительности, появилось движение передвижников – ассоциация прогрессивных художников, которых волновали социальные и политические моменты жизни общества. Большей частью они изображали жизнь деревни, в том числе и для того, чтобы городские жители получили представление о том, как живут крестьяне. Такая не очень легкая и приятная жизнь хорошо видна на картине «Злая свекровь» одного из известных передвижников Василия Максимова. Полотно хранится в Отделе личных коллекций Пушкинского музея. Робкая молодая женщина сидит за ткацким станком, ее попрекает безобразная, представленная в карикатурном виде старуха, а за столом у самовара ехидничают, и это видно по выражениям их лиц, две девицы, они усмехаются и явно потворствуют попрекам. В картине присутствуют элементы иронии и гротеска, и в какой-то степени их источником несомненно является творчество замечательного художника Павла Федотова, автора картин «Сватовство майора», «Разборчивая невеста», «Завтрак аристократа» и многих других, также связанных с показом семейной жизни.

Василий Максимович Максимов. «Злая свекровь», 1893 (холст, масло)

XIX век продолжил жанровую интерпретацию темы любви. В Пушкинском музее находится картина, которая в свое время была любима многими деятелями российского искусства: художниками Валентином Серовым и Михаилом Нестеровым, писателем Львом Толстым. Картина «Деревенская любовь» французского художника Жюля Бастьен-Лепажа написана в 1882 году. Ее купил Сергей Михайлович Третьяков, брат Павла Михайловича Третьякова, создателя Третьяковской галереи. Сергей Михайлович тоже собирал коллекцию реалистической живописи, но не русских художников, а зарубежных. Я думаю, что эта картина относится к направлению реализм: молодой человек и девушка, явно смущаясь друг друга, разговаривают у деревенской околицы. Нам совершенно очевидны их взаимоотношения. Интересно, что эта картина вызвала не только восторг публики, но и подверглась критике, особенно во Франции. В одной газете на нее была опубликована карикатура с такой подписью: «Молодой жених озадачен, так как его суженая заявляет ему о намерении держать его под башмаком». Такой циничный взгляд на эту сцену свидетельствует, конечно, о том, что тема возвышенной любви, как ее понимали художники во времена Античности, Высокого Возрождения или великие мастера XVII века, уже отступает на дальний план.

XX век

В начале XX века появляется новая интерпретация этой темы. В Пушкинском музее находится картина 1900 года «Свидание», она имеет и второе название «Объятия». Написана она была очень молодым в ту пору испанским художником Пабло Пикассо. Ему было 19 лет, и он только что приехал в Париж. Мы знаем, что Пикассо много работал над этой картиной – сохранились рисунки и наброски. Это удивительное по изъявлению силы чувств изображение: в маленьком, тесном помещении, которое обозначено кроватью и стулом, мы видим мужчину и женщину в объятиях друг друга. Конечно, это любовное объятие, хотя мы не знаем, близкие ли эти люди друг другу или чужие. Изображение постели в комнате говорит о возможном продолжении этой встречи. Мы почти не различаем их облик, но понимаем, что это люди из социальных низов, и неважно – солдат ли, рабочий, прачка или проститутка – это люди, которые охвачены настоящим и мощным чувством, его нельзя сымитировать, оно очевидно в том объятии, в том движении, которое соединяет этих двух людей. В этом чувстве есть и какой-то надрыв, потому что вся среда, в которой они находятся, свидетельствует о безысходности положения, и их близость явно будет иметь драматическое завершение. Картина искренняя и мощная по проявлению силы чувства, поэтому можно предположить, что близкие люди встретились после разлуки и они любят друг друга по-настоящему.

В начале XX века появляются картины не бытового жанрового подхода к теме семьи, а более обобщенно философского и поэтического. В Пушкинском музее хранится полотно «Субботний день» французского художника Андре Дерена. Картина написана около 1912 года. Ее можно рассматривать как повествовательную семейную сцену: в субботний день за столом собрались три женщины. Сестры это, или мать с дочерьми, или какие-то другие отношения между ними – художник не уточняет, и ему это в общем-то и неважно, хотя чем-то в пределах этого пространства эти женщины, конечно, связаны. Это дом и люди, которых объединяет быт, но они представлены не в плоскости бытовых отношений. Их лица похожи на маски. Очень жесткая живопись. Жесткая пластика каждого предмета. На большом, покрытом зеленой скатертью столе стоят кувшин, тарелка с фруктами, лежит книга. И зритель видит, что разобщены не только персонажи, но и все предметы на столе. Отчуждение друг от друга. Можно лишь предполагать, что же связывает этих людей, которых в один субботний день жизнь собрала за этим столом. Это совсем другой, более сложный ракурс в интерпретации темы семейных отношений.

Противоположный пример представлен на картине «Поцелуй матери» французского художника Эжена Каррьера, тоже из собрания Пушкинского музея. Здесь господствует тема максимальной близости. Я бы сказала так: если бы картина не называлась «Поцелуй матери», то мы бы и не знали, что семейные узы связывают этих трех женщин, но они невероятно близки друг другу, это сплошное объятие, сплошной поцелуй. Один российский критик назвал Каррьера «поэтом материнства», и это действительно было так. У Каррьера было семеро детей. Его жена Софи и дочь Маргерит – основные герои многих его картин. Он воспевал родительскую любовь, воспевал нежность, и этот порыв нежных чувств – одна из основных тем его творчества. Коричнево-сероватая дымка, которая покрывает фигуры, как сфумато у Леонардо да Винчи, еще больше способствует объединению фигур. Бельгийский поэт Эмиль Верхарн писал о Каррьере, которого очень любил: «О, руки на картинах Карьера, эти волшебные руки, они обнимают, ласкают, плачут, защищают. Как он сумел разглядеть их немой язык! Целомудренные прикосновения. Священные поцелуи. Душа матери тает в душе ребенка».

Очень меняется в XX столетии подход к теме любви в искусстве. Несмотря на сексуальную революцию 1950– 60-х годов и на изменения в нравах, вечная тема любви тем не менее сохраняет в творчестве многих мастеров высокий статус великого чувства, которое, по определению Данте, «движет Солнце и светила».

В Пушкинском музее хранится картина великого художника Марка Шагала «Ноктюрн (Ночная сцена)», написанная в 1947 году. На полотне, как это часто встречается у Шагала, изображена фантастическая ночная сцена. На фоне неба, прильнув к красному коню, распростерлась женская фигура. Она одета в белое платье невесты, на голове – белая фата, а в ее ногах – мужской профиль: это легко узнаваемый профиль самого художника, и он обращен в другую сторону. Эта женщина – любимая жена Шагала Белла. За пять лет до появления этой картины она умерла от тяжелой болезни, и ее смерть Шагал оплакивал долгие годы. Он изобразил Беллу на многих картинах, он написал о ней много прекрасных слов. И вот в «Ноктюрне» под двумя персонажами раскинулся город, он легко узнаваем – это родной город Шагала Витебск. Он в пожаре, но это 1947 год, только два года, как закончилась война. Картина передает глубокое чувство мастера, его любовь, его горе, которое разлито в космическом пространстве и в диапазоне глобальных изменений, происходящих в мире. Глубокое лирическое чувство, которым пронизана работа, действует на зрителя не менее сильно, чем картина Пабло Пикассо.

Эжен Каррьер. «Поцелуй матери», конец 1890-х (холст, масло)

Еще одно произведение Марка Шагала из Галереи искусства стран Европы и Америки XIX–XX веков Пушкинского музея исполнено уже в самом конце его жизни, в 1980 году. Называется оно «Художник и его невеста». В этой картине присутствуют все мотивы, к которым мастер обращался ранее. Это своеобразный коллаж, соединение самых разных эпизодов – действие происходит между небом и землей, между Парижем и Витебском, маленький оркестр играет на пустой площади, художник с палитрой и устремившаяся к нему невеста почти бесплотны. Тема взаимоотношений людей, как главная в теме семьи, решена здесь в символической форме. Это очень поэтическое произведение, и нота возвышенности, взаимного доверия между людьми необыкновенно свойственна Марку Шагалу.

Достаточно оригинальные решения темы взаимоотношений людей в семье мы находим у многих художников XX столетия. Пушкинский музей хранит драгоценное произведение – эскиз, исполненный гуашью и углем, к одной из центральных работ «розового периода» Пабло Пикассо «Семья странствующих комедиантов». Сама картина, созданная в 1905 году, находится в Национальной галерее искусств Вашингтона. Изображены циркачи, частые герои произведений раннего Пикассо. Как правило, это обездоленные люди, но это семья – они странствуют вместе, они работают вместе и вместе добывают свой нелегкий хлеб. Замечательная композиция: персонажи стоят перед зрителем и как бы позируют художнику. Пикассо необыкновенно тонко показывает их взаимоотношения, и мы ощущаем их близость. Они не смотрят друг на друга, но в них есть единство. Важно, что они изображены на фоне достаточно неопределенного широкого пейзажа. Эти люди – странники, люди, которые не имеют пристанища, люди без дома, за ними нет интерьеров. Только они, природа и мир, который их окружает. В работе присутствует ощущение некоторой тоски и тревожности, что характерно для раннего творчества Пикассо. Интересно, что для одного из персонажей, Арлекина, моделью послужил сам художник, а рядом с ним его друг поэт Аполлинер – мощный, зрелый человек в красном одеянии, то есть это и своеобразная семья обездоленных художников, которые в начале века оказались в Париже в начале их пути к славе и к возможности творить.

Тонко подходил к теме любви и семьи наш отечественный художник Александр Григорьевич Тышлер. Картина 1932 года «Материнство» из Отдела личных коллекций ГМИИ решена в обобщающе-символическом плане. На фоне равнины, напоминающей море, и виднеющегося вдали города гордо вышагивает молодая женщина, неся на голове две поставленные одна на другую корзинки с младенцами. Гордая поступь молодой матери со своими детьми. Здесь, конечно, прочитывается и тема одиночества, и тема радости и счастья, которую женщине дают дети. Но мы не знаем, есть ли у нее дом, кто окружает ее. Это тема и грусти, и вместе с тем надежды на будущее.

Рассматривая эти картины, мы можем рассчитывать, что названная нами Вечная тема любви не уходит и будет существовать в искусстве всегда.

Герой

Быть может, одна из самых сложных для искусства тем – тема героя, героической личности, представление героического человека в искусстве. Я сразу же хочу оговорить, что обычно мы называем героем главного персонажа художественного произведения – это может быть Блудный сын Рембрандта или Евгений Онегин Александра Пушкина, но когда я говорю о героизме, я имею в виду не главное действующее лицо, а прямое значение этого слова, то есть человека героического, человека, совершающего деяние, которое требует высшего напряжения тела и духа, мужества, самоотверженности, отваги, благородства – исключительных человеческих качеств.

Человечество всегда нуждалось в героях. В первую очередь потому, что общество развивается в борьбе, в противостоянии каких-то сил внутри общества и в борьбе с природой.

В Москве есть знаменитый памятник, в некотором смысле это символ Москвы, один из самых значительных монументальных памятников, созданных в XX веке и имеющих важное значение не только для нашей страны, но и для мирового искусства. Я имею в виду скульптуру Веры Мухиной «Рабочий и колхозница». Она была создана в 1937 году для советского павильона на Всемирной выставке в Париже. В этой скульптуре изображены юноша и девушка с серпом и молотом в руках. Это очень крупная скульптурная группа, ее высота 23 метра. Она замечательна по тому настроению, по тому образу, несомненно героическому, который она предлагает всем, кто на нее смотрит. Две фигуры словно овеяны героической стихией. Они уверенно выступают вперед, их неправдоподобно широкий шаг подчеркивает идею стремительного движения, преодоления, поскольку они идут навстречу ветру, навстречу стихиям, и их движение имеет совершенно определенный смысл.