Добыча Беркута

Добыча Беркута

Яна Невинная

Глава 1

- Лера, постарайся не создавать проблем, когда встретишь Марата, - процедила мне на ухо мать, а отец молча поддакнул, и мы степенно вошли во Дворец бракосочетания, чтобы выдать замуж мою младшую сестренку Юлю.

Я только что подъехала из квартиры родителей, успев после аэропорта лишь кинуть вещи в комнату и переодеться. Опоздавшая, запыхавшаяся, но в приподнятом настроении из-за радостного события и встречи с родственниками, которых не видела полгода. Но, кажется, мои чувства не были взаимными. Настроение мне испортили на весь вечер. Родители переживают только о том, не создам ли я неудобств, не устрою ли скандал. Словно они меня совсем не знают и судят только по прошлым эксцентричным поступкам.

Да, у меня была бурная молодость, но сейчас-то я другая.

Я тоже хороша. О чем вообще думала! Надо было оставаться в Швеции, прикинуться больной, инсценировать смерть – что угодно, лишь бы не оказаться здесь. Ведь было понятно, что родители пригласят Беркутовых на свадьбу младшей дочери. Включая Марата. Лукьяновы дружили с Беркутовыми еще с советских времен, в лихие девяностые поддерживали друг друга, планировали поженить детей.

Не вышло. А виновата я. Разрушила такие планы. Родители заявили, что не будут расплачиваться за мои ошибки. Да я и не просила их рвать отношения с друзьями. Тогда на что я рассчитывала? Что Марат откажется прийти на свадьбу из-за деликатности ситуации? Вот уж кто-кто, а он никогда не отличался чуткостью. Всегда шел напролом, на поводу у своих желаний и интересов, брал нахрапом. Наверное, спал и видел, как поквитается с бросившей его невестой. Или он вовсе забыл обо мне и не вспоминает? В течение трех лет, когда работала в Швеции, я запрещала себе думать о Марате и выяснять подробности его жизни. Не спрашивала о нем у родных, даже в социальные сети не заглядывала.

Старалась забыть его, но, естественно, не смогла.

Увидев Марата в толпе, я сделала вид, что не заметила. Лишь мазнула по нему взглядом и сразу отвернулась, даже не удостоив молчаливым приветствием. Судя по выражению лица бывшего жениха, он-то как раз ожидал, что это я отойду в сторону, пожертвую родственными узами. Что не приеду на свадьбу сестры.

Во время церемонии бракосочетания, а потом и на банкете его напряженный взгляд преследовал меня. И чего он бесится? Как вообще смеет смотреть на меня таким злобным взглядом? Будто это ему приходится выносить суровые осуждающие взгляды гостей, из-за которых хочется спрятаться за огромными композициями из бантов и воздушных шариков!

В престижном ресторане в центре Москвы было не протолкнуться. Я даже потеряла из виду молодоженов, не то чтобы родителей и прочих родственников. Алкоголь тек рекой, и гости безудержным водоворотом перемещались по банкетному залу. Некоторые выскочили наружу, во внутренний дворик, увешанный гирляндами лампочек. Там друг семьи, генерал в летах, вручал особенный подарок – какой-то дорогущий, прямо-таки запредельной цены автомат.

В оружии я не разбиралась, но поняла по разговорам вокруг, что жених давно о мечтал о чем-то подобном. Я и не подозревала, чем увлекается Андрей. Стало стыдно и неловко. Знакомое чувство неприкаянности охватило душу. Я постоянно ощущала себя чужой в своей собственной семье, не без вины последней, надо заметить. Но кто теперь скажет, кто прав, кто виноват? Так сложилось, что все грехи взвалили на меня. Уехала, бросила семью, младшую сестренку. За все время переписки с Юлей в скайпе я не удосужилась поинтересоваться, чем живет ее возлюбленный. Не такой мне хотелось выглядеть в глазах окружающих – зацикленной только на себе, покинувшей семью и укатившей за границу.

А на деле именно так и вышло. Я просто сбежала ото всех. Пора это признать.

Не зря гости пялятся на меня, как будто я диковинка, выставленная на витрину. Им любопытно, как буду себя вести, приехав домой, сильно ли изменилась, и как среагирую на Марата. Мне и самой хотелось спросить себя, как поведу себя, что скажу ему, что ответит он. Но пока я пряталась, ругая себя за неудачную попытку наладить отношения с сестрой и ее новоиспеченным мужем. Это случилось во время вручения букетов и поздравлений новобрачных. Юля молча приняла мои цветы, ни слова мне не сказав, Андрей натянуто улыбнулся. Как будто я была для них чужой или нежеланной гостьей.

Я догадалась, что Юле не пришелся по душе выбор моего праздничного наряда. Но я ничуть не хотела ей насолить, так получилось. На мне было короткое атласное платье белого цвета с большим бантом. Его я планировала открепить и использовать наряд на корпоративных мероприятиях. Финансы не позволяли разбрасываться большими суммами и покупать платье на один раз. Но с ним все сложилось неудачно. Цвет вместо молочного оказался белым, да еще этот бант – выглядела почти как невеста, что не понравилось Юле. Это всё нехватка времени, спешка. Купила платье по каталогу в интернете и опростоволосилась.

Когда же я решила вручить подарок молодым и попытаться еще раз сблизиться с сестрой, хотя бы постоять рядом, Юля едва не поморщилась, получив от меня конверт с деньгами, сухо поблагодарила, изобразила подобие поцелуя и с радостью повернулась к следующему гостю, чей подарок был настоящим, в упаковке с бантом. А я так измучилась, подбирая подарок сестре, обошла чуть ли не все магазины в Стокгольме, намеками пыталась выведать у Юли ее новые, изменившиеся за года предпочтения.

Потом рассудила, что деньги всегда пригодятся молодой семье, но опять ошиблась.

Мы расставались, когда младшей было всего четырнадцать. Еще подросток в самую сложную пору. Теперь ей почти семнадцать, а она уже выходит замуж, залетев от своего парня. К чести Андрея, он не отказался взять на себя ответственность. И во Дворце бракосочетания, и на свадебном банкете сиял, как новая монета. Глаза светились такой пылкой влюбленностью, что отпадали все сомнения, будто свадьба вынужденная. А когда молодые поцеловались после объявления нового статуса, то пришлось кашлянуть отцу жениха, чтобы долгие страстные лобызания прекратились.

Наверняка сложно найти время на общение со старшей сестрой, когда так влюблена. Сама прекрасно помнила это сумасшедшее состояние, не держала зла на Юлю и чувствовала перед ней вину. Кто знает, получится ли проломить стену между нами, которую я сама и выстроила. Но попытаться я обязана. Но уже не сегодня. Сегодня Юле для счастья достаточно одного лишь мужа. Не до меня.

Родители общались с блудной дочерью холодно, сестра не обращала внимания, прочая родня донимала вопросами, на которые не хотелось отвечать. Пришлось сбежать в дальний угол праздничного стола, но и здесь не давали покоя. То подвыпившие незнакомые мужчины-прилипалы, то неугомонный тамада, скачущий по залу наподобие большого кузнечика.

Извинившись перед навязавшимся собеседником, я пошла вдоль зала, рассматривая интерьер и убранство. Дорого же сейчас отмечать свадьбу. Родители молодоженов не поскупились на шикарное оформление. Все вокруг было белым и воздушным, будто оказалась в волшебном зефирном королевстве. Туда-сюда сновали официанты в белоснежных фраках. Музыканты ненавязчиво исполняли лирические композиции.

Но сколько бы я ни бродила кругами и сколько бы ни пряталась, так или иначе наша встреча с Маратом состоялась. Я никак не могла понять выражение его лица, он научился хорошо скрывать свои чувства. Во Дворце бракосочетания мне показалось, что он удивлен моему появлению.

Как же так вышло, что любителю вершить чужие судьбы не сообщили о приезде опальной невесты? Плохо же работают его ручные псы, способные выведать что угодно. Я знала, что Беркутов взял на себя управление элитным охранным агентством отца. По сути, стал начальником своих друзей. Что ж не приказал им донести о моем приезде? Помнится, в свое время они выполняли порученные им задания намного лучше. На память об их усердии мне достались шрамы. Телесные раны зажили довольно-таки быстро, а вот душевные кровоточили до сих пор.

Даже спустя годы я просыпалась от кошмаров из-за того случая, когда Марат в запале ревности велел припугнуть меня и похитить. Меня продержали связанной в гараже несколько часов, пока я не узнала, что это очередной выпад Беркутова. Он был бунтарем, диким и неукротимым, и мы пережили множество бурных ссор и в целом сумасшедших моментов, но это в прошлом.

Меня это больше не касается.

А сейчас мне нужно собраться с силами, чтобы выдержать разговор с Маратом. Он подошел ко мне сам, придавливая к земле замораживающим в лед взглядом янтарных глаз, и сердце забилось в рваном ритме, дышать удавалось с трудом. Я поняла, что врала себе - любовь никуда не делась. Она проснулась сейчас и забилась внутри раненой птицей. И я осознала, что упивалась самообманом, не желая признавать, что, возможно, совершила самую большую ошибку в жизни, бросив Беркутова.

Я не сразу заметила находящуюся рядом с ним девушку. Мне казалось, что мы наедине, не можем насмотреться друг на друга. Дура. Конечно, Беркутов уже обзавелся подружкой. Да я и сама не была свободной, но почему-то в присутствии бывшего забывала об этом…

Спутница Беркутова была наделена хищной, броской красотой, одетая в роскошное черное платье с разрезом впереди и глубоким декольте, с гладкими темными волосами и ярким алым ртом. Мне она показалась более усовершенствованной версией самой себя. Но я никогда не была такой гламурной. И не думала, что Марату нравятся подобные фифы. На душе стало противно, и я почувствовала себя жалкой. Да еще эта ревность, вцепившаяся в душу мертвой хваткой. Ситуация была невыносимой. Хищница собственнически держала Марата под локоть, и глупое желание сбежать только усилилось.

Но на виду у всех пришлось стоять и держать марку.

- Лера, - скучающим тоном произнес Марат мое имя. Я не любила, когда он так ко мне обращался. И он это знал. Слишком официально. Для него я всегда была просто Сладкой или Чертенком. Наверное, хотел меня позлить. С первой минуты общения показать свое отношение. Марат сразу же обозначил границы. И я это принимала. Пока принимала. Ведь он же не будет меня оскорблять на людях или выяснять отношения. По крайней мере, я на это надеялась. А наедине я с ним ни за что не останусь. Лучше умру. Я оказалась настолько не готова к нашей встрече, что стало страшно. Вмиг исчезли три года разлуки, и я задрожала от сдерживаемых чувств. Сложно было даже просто стоять на месте и смотреть ему в глаза.

- Марат, не ожидала тебя встретить, - механическим голосом ответила я, не представляя, как поддержать банальный вежливый разговор. Язык во рту будто распух, а я сама превратилась в школьницу, неспособную связать и пары слов, оказавшись лицом к лицу с предметом воздыхания.

- Лера? — напряженно спросила спутница Марата, глаза ее приобрели еще более опасное выражение, в них мелькнула очевидная злоба. Взгляд метнулся к Марату, как будто вопрошая, та ли самая это Лера, бывшая невеста, оставившая Марата одного расхлебывать скандал и укатившая за границу.

Стало обидно, что нынешняя девушка не знает в лицо бывшую. Я думала, что очень много значу для Марата, а на самом деле он так мало рассказывал про меня Виоле, что она не обеспокоилась и не нашла мое фото в интернете. Я бы обязательно так сделала, чтобы узнать в лицо соперницу. Но, конечно, такая, как она, ни в ком не видит угрозу.

- Лера – сестра невесты, старшая дочь Лукьяновых, - соблаговолил проявить вежливость Марат, а потом представил свою сопровождающую: - Виола. Моя невеста.

- Приятно познакомиться, - жеманно улыбнулась Виола, явно довольная тем, как сразу же обозначили ее права на Марата. Я прекрасно понимала, что Виоле – что за дурацкое имя? – совсем не приятно. Невеста… Меня словно шибануло током, и я едва сдержалась от изумленного выдоха. Это слово было как нож в сердце.

Пришлось превозмочь себя, изображая вежливость.

- Взаимно, - натянуто улыбнулась я. Желание сбежать приобрело фантастические размеры. Нормы приличия соблюдены, и мне тут нечего больше делать.

Марат следил за мной своим пронзительным взглядом, как хищная птица за жертвой, я чувствовала это, прекрасно понимая, что он всегда видит меня насквозь. Но все же надеясь, что научилась лучше владеть собой в присутствии этого мужчины.

Единственным человеком, желающим продолжить разговор, оказалась, как ни странно, Виола:

- Мы с вашей сестрой вместе выбирали платье, - поведала она хвастливо, очень довольная тем, что перехватила не только бывшего жениха, но и мою сестру, а это было ничуть не менее больно. Удар в самое сердце. Мне и так было нестерпимо стыдно за то, что пропустила такой важный момент в жизни Юля, а чужой человек занял мое законное место.

- Это так мило с вашей стороны, - отделалась я фальшивой благодарностью.

Марат молчал, не принимая участия в обсуждении свадебных приготовлений. Он смотрел прямо на меня, отчего замирало дыхание и подгибались колени. Зачем он гипнотизирует меня взглядом на глазах у невесты? Хочет убедиться в несокрушимости своего мужского обаяния?

Он всегда был чертовски, до боли красивым. Обольститель, бунтарь, бешеная энергия во плоти. Ни одна женская особь не могла устоять. И я не стала исключением. Но думала, что теперь невосприимчива к чарам бывшего жениха. Столько времени прошло, я думала, что изменилась, стала старше, жестче и мудрее. А наше трагичное прошлое должно было сделать невозможным новый всплеск чувств. Но нельзя было подготовиться к тому, каким сокрушительным для моего несчастного сердца оказался Беркутов.

Возраст наложил на него отпечаток, но, как и почти каждому мужчине, он ему шел. Черты лица заострились, модная небритость делала его старше и сексуальнее. Чуть вьющиеся черные волосы он стал носить длиннее, и я даже почувствовала покалывание в пальцах. Особенно когда из идеальной прически выбилась бунтарская прядь. Так сильно захотелось прикоснуться к его волосам и взъерошить, чтобы Марат снова стал безбашенным любовником, а не этим хмурым солидным мужчиной, который прижимает к себе другую и обжигает холодом, недовольно сжав красиво вылепленные губы. Он выглядел более внушительным, чем раньше. Я представила, как под черным костюмом перекатываются мускулы, как я снимаю строгий пиджак, расстегиваю пуговицы на белой рубашке, глажу горячую кожу… И вдруг ощутила, что краснею. Перед внутренним взором проносились сцены давней близости. Сексом мы занимались часами. Марат был выносливым, внимательным любовником, его фантазия - неистощимой. Мне показалось, что тело прошивает огненная молния, настолько нестерпимым стало желание вернуться в прошлое.

Но теперь все иначе. Вернуться невозможно. Я стала другой. А Марат меня ненавидит.

И снова положение спасла Виола:

— Юля рассказывала, что вы много путешествуете. Но ничего конкретного. Удовлетворите любопытство?

Я с удивлением посмотрела на красотку со странным именем. Неужели ей взаправду интересно, чем занимается бывшая невеста ее жениха? Но следующий вопрос прояснил истинную подоплеку наигранного участия:

— Непросто, наверное, было взять отпуск даже на пару дней, отрываясь от работы? Вы же, наверное, очень заняты… Кажется, вы технический переводчик?

Было не совсем понятно, почему Виола так сильно беспокоится. Никто не собирается претендовать на ее драгоценного Марата. Я намерена держаться от него подальше. Даже этот короткий разговор стоил многого, и я не желала продлевать агонию. Идеально было бы с ним не пересекаться. Никогда. Вздохнув, я вежливо ответила на вопрос:

— Ради свадьбы родной сестры любой бросит свои дела. У меня гибкий график. И я могу вернуться к работе, когда захочу. И да, я переводчик, вернее, персональный ассистент генерального директора.

При упоминании Ивара, моего босса, с которым недавно начала встречаться, я стрельнула взглядом в Марата. Он всегда ревновал меня к нему, когда ездила на стажировку в Швецию и дружила с его сыном, но я бросила Беркутова не из-за Ивара. Но разве же этому твердолобому упрямцу докажешь… Если он узнает, что мы с Иваром вместе, непременно подумает, что я крутила три года назад с ними обоими, а потом сбежала со шведом… К черту! Мне все равно, что он подумает.

— Ах так, - протянула Виола, кажется, еще крепче сжимая локоть Марата. – Но Юлия скоро уедет в свадебное путешествие на Мальдивы. Я посоветовала ей одно турагентство. Они дают скидку молодоженам и предоставляют номер «люкс» на ночь бесплатно. Мы с Маратом были там недавно, отель «пять звезд», шампанское в номер, пляж – первая линия. Я сразу сказала, что Юля с Андреем должны туда поехать. Родители Марата меня поддержали, и наша семья сделала подарок молодоженам. Кстати, это сюрприз… Что-то я разболталась!

Виола фальшиво хохотнула, явно довольная тем, как повернулся разговор. Мне оставалось только стоически выдержать хвастовство невесты Марата, которая несколькими фразами опрокинула возможную соперницу на лопатки – каждый крошечный удар разбивал тщательно выстроенную стену хладнокровия. Отчаянно захотелось исчезнуть, чтобы не видеть равнодушного Марата, не принимающего в беседе участия, болтливой Виолы, кичащейся тем, как она влилась в семейство Беркутовых. Избавиться от своих непрошеных чувств, которые затопили так внезапно. Но надо было что-то ответить, чтобы сохранить остатки гордости. Но я смогла выдавить лишь пару слов:

- Я рада…

Но когда змеиный взгляд Виолы окрасился торжеством, я ощутила в себе неожиданный толчок, как будто сейчас проиграла, даже не начав состязание. За что борюсь, я не знала. Или не отдавала себе отчета. Но не хотела в глазах Марата показаться жалкой, ведь он должен думать, что я сильная, раз смогла вдали от него не только выжить, но и стать лучше.

— Возможно, я не вернусь обратно в Стокгольм. Могу и здесь остаться, в дочерней компании концерна. Рассматриваю вакансию менеджера по интеграции.

Высказав эти мысли, я осознала, что нисколько не обманываю. Раньше казалось, что всегда буду рядом с Иваром, его личным незаменимым секретарем. Тем более мы недавно вступили в близкие отношения. Но со временем поняла, что в этой должности мне тесно, не отказалась бы от большей ответственности и разнообразия самой деятельности. По правде захотелось остаться в родном городе, в котором так удачно расположился новый офис, требующий развития почти с нуля. Дома я ощущала себя цельной. В конце концов жизнь не заключается только в борьбе с чувствами к Марату. Его я вообще не хотела подпускать к себе. Слишком многого это мне стоило.

— Это уже точно? — вдруг включился в разговор Марат, и пришлось обратить на него внимание.

— Пока не думала о конкретике, сначала - свадьба. Остальное решу потом.

— Валерий Вениаминович говорил, что ты претендовала на должность менеджера по персоналу.

— Да, - коротко ответила я, пытаясь унять бешеный стук сердца. Я знала, что родители продолжают поддерживать отношения с семьей Марата, но новости о том, что они меня обсуждают, странно волновали.

— Не боишься потерять отличные шансы?

— Мне кажется, что оба предложения вполне себе равноценные, но лично мне больше нравится возможность жить рядом с семьей.

Марат хмыкнул. Мне это показалось оскорбительным. Конечно, когда-то я устроила мятеж и сорвалась с места, уехав за границу со своим боссом, но ведь, в конце концов, не проституцией или автостопом я занималась! Почему он отказывает мне в простых человеческих эмоциях, таких, как желание стать частью семьи? Почему все думают, что, уехав однажды, я от всех отказалась? Это не так!

Все замолчали, повисла напряженная тишина. Можно было из вежливости продолжать разговор. Мой профессиональный навык – уметь поддержать беседу даже с незнакомцем, не теряя присутствия духа. Но все, что удалось достигнуть за последние годы, не имело никакого значения, когда дело касалось Марата.

Виола снова растянула губы в змеиной улыбке и посоветовала:

— Выбирайте с умом, Валерия, ведь вся наша жизнь состоит из решений – правильных или роковых. Главное, чтобы потом не пришлось ни о чем жалеть.

Марат никак не прокомментировал многозначительную фразу своей невесты, а лишь коротко кивнул, как будто соглашаясь с ней, и позволил увести себя, как самый обычный подкаблучник. Сразу стало легче дышать, как будто из душного помещения вышла на свежий воздух. Я не стала провожать взглядом сладкую парочку, а пошла вдоль нагруженных разномастной снедью столов, перекидываясь короткими фразами с родными и знакомыми. Самая обычная русская свадьба – все напиваются, объедаются, становясь все веселее, «Горько!» звучит все чаще, тамада то и дело вызывает кого-то поучаствовать в конкурсах, в перерывах все наяривают на танцполе под разухабистые песенки.

На этом празднике жизни я чувствовала себя чужой, тем более не прибавляли радости любопытные и осуждающие взгляды, которые преследовали по пятам. Мне предназначалось место возле молодых, дальше сидели родители. Высокий белый стул пустовал, потому что я никак не могла набраться смелости и занять его. Для этого нужно было стать слишком заметной. Все бы на меня пялились, а хотелось прийти в себя. Я схватила бокал шампанского с подноса и вышла в маленький коридор, встала возле большого окна, и меня скрыли ото всех объемные гардины и полумрак.

Втайне я надеялась, что меня найдет Марат. Даже в голову не приходило, что не будет искать, настолько тесную связь я ощущала с ним. Или родители позовут ко столу, или сестра забеспокоится, где же я. Но проходили минуты, а обо мне никто не вспоминал.

Достав смартфон, я набрала номер давней университетской подруги Кати Сафьяновой, с которой вместе учились на переводческом факультете, и горячо прошептала:

- Коть, давай встретимся где тебе удобно, пожалуйста! Я больше не могу тут находиться!

Глава 2

Я очнулась, дернувшись вперед по инерции, и ударилась лбом обо что-то, оказавшееся сиденьем автомобиля. В голове гудело, во рту ощущалась нестерпимая сухость. Самое страшное, что в салоне было темно, а я не помнила, как вообще здесь очутилась. Меня похитили! Кто? Зачем? Страх опутал паутиной, и я сначала вжалась в кожаное прохладное сидение, а потом с облегчением выдохнула, узнав затылок водителя. Марат.

Я думала, что он не заметил моего пробуждения, но встретила внимательный взгляд, когда посмотрела в зеркало заднего вида. Ничего не сказав, а только смерив меня неодобрительным взором, Беркутов снова стал следить за дорогой. Вокруг нас вставал частоколом ночной лес. Мы ехали по узкой колее между деревьев, освещаемой только фарами автомобиля. Со всех сторон подступала темень, как будто заворачивая нас в непроницаемый, дышащий напряжением живой кокон. Все было похоже на сон. Кошмар, который хочется прервать, проснуться, но вязнешь, словно в густом сиропе, а ноги и руки не слушаются, в ушах вата и невозможно произнести ни звука. Я впадала в прострацию, не зная, как реагировать на происходящее и что говорить. Ждала, что скажет Беркутов. Объяснит, куда везет меня.

И чувствовала себя позорно пьяной. Набралась не по-детски. В памяти провал. А в душе копилось мерзкое чувство стыда, взявшееся неведомо откуда. Интуиция подсказывала - произошло что-то страшное, возможно, даже непоправимое. Откуда такие мысли?

Откинувшись назад, я вперила взгляд в проносящие мимо голые стволы деревьев и попыталась собрать осколки воспоминаний, сложить их в единое адекватное целое. Но ничего не получалось. В памяти о прошлом вечере зияла беспросветная дыра, аккурат после того, как я, наплевав на свадебный банкет, выскочила на свежий воздух, села в первое попавшееся такси и покатила в клуб, где ждала Катя.

Я надеялась, что она пригласит меня к себе домой и мы тихо посидим, поболтаем о своем, о женском, как в старые добрые времена. Но подруга заявила, что у них с мужем договоренность и он сегодня нянчится с детьми. У Кати их было двое, замечательные мальчишки-близнецы, да и муж у нее был очень положительный, наш однокурсник Сережка Григорьев. Помню, как Катя истерила, что забеременела так рано, и думала, что ее жизнь кончена. Мы учились тогда на втором курсе. Она даже планировала сделать аборт, но Сережка уговорил оставить ребенка, а оказалось, что у них двойня. В итоге Кате пришлось взять академический отпуск, но сейчас она – счастливая мама двух прекрасных сыновей, владелица собственной фотостудии, а я в свои двадцать четыре не могу разобраться сама в себе, не то чтобы планировать семью и детей.

Смартфон вибрировал и светился, пока подержанная, пахнущая плесенью иномарка везла меня сквозь унылый поток машин. Явно звонил Ивар, пытаясь узнать, когда можно будет забрать меня со свадьбы, но я игнорировала все попытки внешнего мира вторгнуться в свой личный хаос. Иногда мне хотелось к черту послать дисциплину и самоорганизацию. Умение брать себя в руки, не взрываться от шквала эмоций, не срывать злость на близких – все полетело к чертям, когда Марат снова возник на горизонте. Будь он неладен! Это был именно такой день. Глупо отрицать, что я все забыла, что смогу существовать с ним в одном городе, не надеясь на встречу, а столкнувшись, буду владеть собой. Уж точно не с ним.

Проще сбежать. Пока – в другой конец города. А потом снова командировки, куда угодно, лишь бы не рядом с Беркутовым. Не с тем, кто выбивает из колеи и возвращает в те времена, на которые обычно взрослый человек смотрит с нотками ностальгии и стыда, время ошибок и необдуманных решений. Время, когда была юной и бесшабашной.

И я снова была такой сегодня по вине Марата. В клубе, как всегда, неистово веселилась молодежь, накачанная алкоголем или наркотиками, и у меня буйная толпа сначала вызвала оторопь и отторжение, но после третьего коктейля весь мир будто улыбнулся, и захотелось влиться в сумасшедший танцевальный ритм.

Нам с Катей никак не удавалось поговорить по душам. Было шумно, а она не желала уходить далеко от танцпола, все рвалась танцевать и отрываться. Сафьянова была полногрудой знойной красавицей с платиновыми кудрями и привлекательной родинкой над верхней губой. Мужчины всегда крутились вокруг нее, и сейчас она пользовалась своим обаянием на полную катушку, крича мне в ухо, что со мной она возвращается в молодость.

У меня было точно такое же чувство. Мы хохотали до упаду, вспоминая студенческие светлые деньки, намеренно минуя тему моей безумной любви к Беркутову.

С нами знакомились разные мужчины, навеселе или очень пьяные. Сначала меня это раздражало, но в какой-то момент я пустила все на самотек. Катя призналась, что страдает без флирта, несмотря на любовь к мужу и детям. Она загибается без внимания мужского пола и не может ничего с этим поделать. И хоть ничего серьезного не допускает, все же держится таким образом в тонусе.

Из нас двоих я всегда была более стеснительной, наглые приставучие мужчины меня раздражали. Мне хватало Беркутова за глаза и за уши, чтобы досыта напитаться самыми разнообразными эмоциями.

Поэтому, когда Катя увлекла одного настойчивого поклонника на танцпол, я с радостью отошла к барной стойке и взгромоздилась на нее в полном одиночестве. В белом клатче лежал свернутым злосчастный бант и продолжал вибрировать смартфон. Возможно, меня потеряли на свадьбе или не переставал искать Ивар, но я ни с кем не хотела разговаривать. Меня совсем не тянуло к Ивару. Я уже жалела, что ответила на его ухаживания. Наше сближение было неминуемо, потому что он не переставал меня добиваться, демонстрируя такт, выдержку и галантность. А я решила, что надежность лучше безумия. А теперь все запуталось. Не надо было мне возвращаться домой.

Я помнила, как стали расплываться бутылки за спиной у бармена. Помнила, как нашла взглядом знакомую этикетку - коньяк, который предпочитал Марат. И попросила бармена налить мне «Хеннесси», до того хотелось почувствовать вкус губ Марата. Такой же терпкий, горячий и убийственный.

На тот момент я изрядно набралась.

- Девушка, а вам не хватит? – вежливо поинтересовался красавчик за стойкой, держа навесу початую бутылку.

Я демонстративно подвинула бокал вперед, наблюдая за тем, как янтарная жидкость струится на дно. Промелькнула мысль о том, что нужно притормозить, но другая, о том, что необходимо забыться, затолкала внутрь любые попытки разума проснуться.

Вдруг на бокал сверху опустилась мужская рука.

Я подняла голову, что далось мне с немалым трудом, и уперлась взглядом в темные пронзительные глаза, так похожие на те, что буравили меня сегодня на свадебном банкете. Брат Марата, Динар. Они были похожи, но, конечно, моим сердцем сразу завладел старший брат, тем более что на момент знакомства Динар был юнцом, еще в школу ходил. Теперь же разница в возрасте между нами стерлась.

Сейчас передо мной сидел и немного расплывался симпатичный брюнет с короткой стрижкой, пиджак он уже снял, галстука тоже не наблюдалось, белая рубашка была расстегнута на груди. Выражение лица Динара мне не понравилось сразу. Эта встреча не сулила ничего хорошего, но сегодня мне было уже на все наплевать.

- Что ты здесь делаешь? – без лишних церемоний спросила я, выдергивая из-под мужской ладони бокал и намереваясь опрокинуть его в рот.

- Хватит накачиваться, Лера. Нам надо поговорить, - грубо приказал Динар, прерывая злоупотребление алкоголем. Он обхватил мое запястье и не дал сделать глоток. – Поставь на место. Пошли, - сказал он тихо и строго, и я больше прочла по губам, чем расслышала странное требование.

- А почему ты не подошел ко мне на свадьбе? – спросила я, но Динар оставил мой вопрос без ответа.

Злясь на себя, я поднялась с высокого стула, поражаясь, почему снова подчиняюсь мужчинам семейства Беркутовых. То ли не хотела устраивать сцен, то ли поддалась любопытству. О чем хочет со мной поговорить брат бывшего? Может, передаст что-то от Марата? Сердце в груди подпрыгнуло. Глупая надежда проснулась, напоминая о том, что женщинам свойственно находиться в плену иллюзий. Марат уже почти женатый мужчина, я сама в отношениях, но все еще цепляюсь за малейшую возможность соприкоснуться с тенями прошлого.

Динар крепко держал меня за руку и тащил за собой.

Мне казалось, что от сильной мужской ладони передается злость, но это было странно, ведь Динару я не сделала ничего плохого. На свадебном банкете мы и словом не обмолвились, а в прошлом он был мне симпатичен. Я даже хотела о нем заботиться, как о младшем брате. Читала книжки о сложном подростковом возрасте, пыталась подобрать ключик к угрюмому парню. Марату не понравились мои усилия, он в них рассмотрел вмешательство в личную жизнь брата, может, даже приревновал. А я, влюбленная до одури, позволяла диктовать себе любые правила.