Две полоски под елочку

– Ты мне нравишься. Ты не такая как все. Ты добрая и искренняя, простая, скромная девушка. Я таких давно не встречал. Время сейчас другое. Общество. Ценности. Мораль. Этим ты меня и зацепила. Плюс ко всему я хочу загладить вину. Мне совестно, что я веду себя как баран, потому что у меня кошелёк толще. Когда я встретил тебя, я понял, что крутость измеряется не деньгами, а делами. Хорошими делами. Я хочу, чтобы ты мне помогла… Научила, как стать хорошим человеком. В один миг, когда мы с тобой кубарем улетели в снег, меня осенило! Мне надоело жить так, как я живу. Это неправильно. Всё, к чёрту надоело! Я хочу перемен. Хочу принести пользу…

Я слушаю его, открыв рот.

И правда, что снежком ему там в голове винегрет сделала.

Нет слов, чтобы выразить эмоции и прокомментировать его ответ.

Врёт он, или нет? Сейчас проверим.

Я отведу его в сиротский приют.

Там и посмотрим, насколько он честный.

Если не воспользовался мною ночью… то это уже о многом говорит. Хотел бы – сделал.

Артём нормальный парень.

Вел себя хамски лишь для имиджа крутого парня.

– Пока рабочие будут наводить красоту в твоей квартире, мы поедем прогуляемся. Купим новую мебель, обои. Всё, что пожелаешь. Пару дней поживём в гостинице. И клянусь, я не буду к тебе приставать. Если ты сама не захочешь, – с озорством подмигивает, за руку хватает и выводит из квартиры. – А сейчас идём в кафе. Я знаю где делают обалденный латте и круассаны с шоколадом.

Глава 9

Артём

– Куда бабки с карты делись? На что опять протрынькал, щенок никчёмный? – ворчит отец, загромождая путь к выходу из особняка Свободиных.

– Купил детям подарки, – с желчью отвечаю.

Отец раскатисто смеётся.

– За барана меня держишь?

– Я правду говорю. Могу чеки прислать, фото игрушек и фото счастливых ребят в обнимку со мной.

Батя как жаба, которой голову наступили, пучит глаза.

– Да ладно? Сын, я совсем тебя не узнаю. Что стряслось?

– Чуть позже расскажу.

Толкаю отца плечом в бок и быстро убегаю на свидание с Олесей.

– Мне кажется у него кто-то появился.

Слышу в спину писклявый голос мачехи, прибавляю шаг.

Её я ненавижу так же сильно, как холеру.

Она разрушила нашу семью.

Из-за этой мочалки расфуфыренной отец с матерью развёлся.

Мать живёт отдельно. Скромно. От его денег отказывается. Сама на жизнь зарабатывает, работая простой учительницей начальных классов. Гордая. Вся в меня.

Даже от меня подачек не берёт. Лесом посылает.

Мои деньги – его деньги.

Так она считает, поэтому и не берёт.

Я ведь никогда в жизни не работал.

А зачем?

Только сейчас задумался…

Что я не хочу больше сидеть на шее отца.

Хочу сам чего-то добиться, бизнес свой открыть.

Заняться благотворительностью.

Вдохновился видимо Олесей…

За душу взяла её история.

Она сирота. Её семья погибла во время пожара много лет назад. Олесю спасло лишь чудо. Но и ей пришлось несладко.

Детский дом. Уродливые ожоги на лице и шее.

Как она только не сломалась и выжила?

Как только сумела справиться с трудностями, оставшись в мире совершенно одна?

Её история пронзила меня в самое сердце.

Вообще не думал, что симпатия к простой девушке может так сильно изменить закостенелый с годами характер.

Я вообще машины люблю, но отец меня метлой поганой в политики гонит.

Не добьётся! Сам выберу кем стану.

Я прыгаю в тачку и с ветерком мчусь на свидание к Олесе.

Сегодня мы отправимся за город и будем кормить животных в заповеднике, а после посидим в уютном кафе.

Прошло уже несколько недель с момента нашего знакомства. Я чувствую, как начинаю поразительно быстро меняться. Лишь благодаря ей.

Ангел.

Во всем.

Кроме лица…

Она считает себя уродиной, но я бью по заднице Олесю за такие слова, потому что это бред!

У нее нет единого недостатка.

Для меня…

Я помогу ей! Исполню самую заветную мечту. Я оплачу ей операцию. У самого дорогого и профессионального хирурга. Пока что я думаю где взять денег. Попросить у отца? Возможно, стоит попробовать. Не для себя ведь буду унижаться, а для хорошего человека.

Пока я еду за рулём невольно углубляюсь в воспоминания, в наш первый день знакомства.

Меня замкнуло.

Переклинило там, где-то в центре самого сердца.

Когда я увидел её… Её большие кукольные глаза, со страхом и грустью смотревшие на меня, в момент, когда мы свалились в сугроб.

Я сжал кулак, готовясь сполна поквитаться со своим обидчиком, как вдруг замер.

Шрам её увидел.

Слёзы в красивых, но таких грустных глазах.

Бабах!

В районе сердца случился взрыв вселенского масштаба.

Я не знаю, что на меня нашло. Просто нехило так торкнуло!

Не понимаю…

Что-то зацепило в этой хрупкой девчонке.

Может жаль её стало?

Такая красивая… и этот уродливый шрам в левой части лица. Что тянется от виска, затрагивает скулу, уходит ниже к шее.

Увидев это жуткое увечье и такие прекрасные глаза, наполненные слезами, я позабыл, что вообще хотел сделать и зачем за ней гнался.

Проникся хрупкой малышкой до самой души и вообще нафиг обо всём на свете забыл.

Что-то нас с ней связано.

Бам!

Резко. Неожиданно.

Невидимыми нитями друг к другу привязало.

Порка отменяется! Наказание тоже.

Мне вдруг захотелось познакомиться с ней поближе, лучше узнать девчонку, может быть чем-то помочь.

Особенно, когда она повредила коленку. Встать даже не смогла.

Вопреки всему я её в больницу отвёз, а затем домой. Вину почувствовал.

Врагу не пожелаешь жить там, где жила она.

И вот снова меня передёрнуло ни с того, ни с чего.

Навести порядок в квартире – это то, что я могу сделать для неё в качестве извинений. И отказы не принимаются!

Я её тогда из квартиры вытянул, когда рабочие нагрянули, на шоппинг потащил. Она стеснялась, отбивалась, но я кучу всего ей накупил, заодно и детям игрушек, ведь она просила.

Поразительно!

Ей не нужны были шмотки пёстрые, ни косметика, ни побрякушки разные от которых любая девчонка будет визжать как свинья от радости.

Она у меня игрушек попросила.

Детям на Новый год.

И ничего больше…

Заботливая, добрая. Не для себя просит, а прежде, для других.

Этим меня нереально сильно вдохновила!

Конечно я не смог отказать.

Накупив сладостей и игрушек мы отправились в детский дом.

И даже переоделись в костюмы!

Вы бы видели, как детишки обрадовались.

Когда я переступил порог детского дома у меня ноги подкосились.

Олеся показала мне другую жизнь. Изнанку, как она её назвала, когда привела меня в сиротский приют.

На глазах навернулись слёзы. Реально!

Бедные малыши.