И ничего под небом, кроме Бога…

Тише, дитятко,

спи же, солнышко!..

Вот уж сном принакрылося полюшко.

Зелен-луг вслед за ним задремал уже,

В пышноцветном своём прикорнул плаще.

Даже гуси уже не гакают,

Спится серому Месяцу-пахарю,

И косу он свою широкую

Отложил на ночёвку долгую.

Даже звёзд потемнели огни.

Тише, дитятко,

спи-усни…

Ты прошлое больше не трожь

Падает летний дождь,

И время уснуло… Уснуло!

Ты прошлое больше не трожь,

Чтоб в нынешнем свежим задуло.

Сверкнуло,

и грянул гром,

И снова темно меж деревьев.

К себе обратись с недоверьем:

— Сейчас, разве будет «потом»?!

— Да и прошлое разве было?

И закончится летний дождь.

Всё проснулось,

кипит, не застыло

И, стекая по яркой листве,

Звонко вторит капелью тебе:

— Только прошлое больше не трожь…

Нет, не кажется мне…

Нет, не кажется мне,

что прекрасна родная сторонушка.

Не привиделось мне

кареглазое яркое зарево.

Припечет, словно в детстве, горячее солнце головушку,

Побегу по между сосен я

в прошлого дивное марево.

Будет совушка ухать

над чашею сопок зелёною,

Запоет над озёрами синими

юркая иволга!

И пойдëт-полетит эта песня

над старыми сёлами,

Будто вот оно — детство –

счастливая, добрая лирика.

И заплачет дождями муссон,

и протяжно задует вдруг,

Словно книгу забытую,

прошлого дни он подарит мне.

Но рассеется марево, жизни замкнётся круг,

Не привидится больше мне то кареглазое зарево.

Так не плачь обо мне,

ни муссон, ни далёкий Восток.

Знать, с росою с утра расплекается грусть безысходная.

И утешит меня в дни раздумий

пусть мысль народная:

Я с Россией остался, а значит –

не одинок.

Вот и жизнь несётся колеями…

Вот и жизнь несётся колеями,

Сопками, озёрами, полями.

Оглянись — почувствуй, что живой,

Восхитись и солнцем, и луной,

Лесом спящим, первым снегопадом,

Лугом летним, красками объятым,

Бризом свежим, пенкою морской,

Мрачной ночью, светлою зарëй.

И вдыхай весь мир, как ладан дымный,

Слушай песни леса, словно гимны:

Ветра свист, летящий в синеву,

Осенью шуршащую листву.

Пусть тебя окутает туман,

Во поле пшеничный сарафан,

Каждый миг тебя пройдёт насквозь,

Сердце чтоб звучаньем обдалось

Колокола Света, и тогда

Воля к жизни будет век тверда.

И предстанет истина очам:

Мир подлунный — это дивный Храм.

Даром Божьим пронесутся годы,

И поймёшь, как дорога природа.

Ни маяка, ни флага!

Гнетущий дождь, в ночи мятежный сон.