Михалыч и Максимка (СИ)

Инцидент был исчерпан. Тут же появился какой-то мужик в фартуке, отобрал у девушки блокнот, прогнал её, извинился перед гостями и принял по-новому заказ у Михалыча, после чего свалил обратно на кухню.

— Максимка! — набросился Михалыч на бесёнка, — ты же мне обещал!

— А я виноват, что она тупая дура?

— Ты снова хамишь?

— Я не хамлю, я констатирую всем очевидный факт!

Михалыч замялся, скривился не желая говорить очевидное и вдруг выдал то, чего Максимка от него никак не мог сейчас ожидать:

— Знаешь, я, пожалуй, в этом с тобой соглашусь. Официантка действительно деревенская дура!

— Вот и ты признал это!

— Вероятно она сразу тебя не заметила, а потом просто испугалась, когда ты заговорил.

Беседа была прервана. Явился тот же мужик в фартуке, который принимал заказ. Он поставил перед Максимкой большую металлическую мороженицу, рядом поставил бутылочку с сиропом, положил салфетку, а на неё положил ложку для мороженого. Обслужив бесёнка, он занялся Михалычем, вследствие чего на столе перед подполковником оказался графин с коньяком, рюмка и маленькая шоколадка. Закончив, он молча ушёл вытирать крошки с соседнего стола. Окружающие уже позабыли только что произошедший инцидент и отвернулись каждый к своей тарелке. Забегаловка была посредственная, но по контингенту, который тут присутствовал, можно было понять, что данное заведение не для мамаш с детьми. На стенах висели плакаты с лозунгами про магическую коммунистическую партию и всякие мотивационные изображения про вред пьянства. Самое забавное, что это и было алкогольное кафе, которое обычно посещали сотрудники городской администрации и все те, кто работал в округе в соседних административных зданиях. Михалыч тут был частым гостем, поэтому постоянные работники кафе его отлично знали. Вопившая официанта только устроилась на работу и с Михалычем знакома не была.

— Бес, ты доволен? — поинтересовался Михалыч у своего тотема.

— А с чего это ты меня вдруг бесом назвал? Это оскорбительно!

Максимка уставился на Михалыча, ожидая ответ, но он его и так уже знал. Михалыч был недоволен, и он это подтвердил.

— Ты сегодня это заслужил. Весь день ты мне нервы мотаешь!

Претензия Михалыча вполне обоснована, и Максимка это признавал, но вслух не говорил. Он не мог позволить себе, чтобы его в чём-то уличили, тем более Михалыч, поэтому бесёнок зачерпнул ложкой мороженку, положил кусочек себе в рот, проживал и спокойно заявил:

— Я хочу, чтобы ты перестал бухать!

— Ах, значит так? Это ультиматум?

— Значит, так! И ты прав – это ультиматум!

Михалыч демонстративно налил стопку, поднял её и запрокинул себе в рот. Затем поставил пустую на стол, достал кусочек шоколадки и закусил. Насладившись вкусом, Михалыч поинтересовался:

— Ты доволен?

Пришла очередь Максимки. Он зачерпнул мороженку положил её в рот, проглотил и с довольной мордой отрыгнул на весь зал. Прозвучало громко. Народ, интересуясь стал оборачиваться в поисках того, кто там так свинячит. Михалычу пришлось взять вину на себя. Сделав невинное лицо, он извинился перед ближайшими посетителями.

— Ну ты и гад! — склонившись над столом злобно прошипел Михалыч после чего «просверлил» глазами Максимку.

Максимка поёжился. Такой взгляд не предвещал ничего хорошего. Пришлось выворачиваться.

— Ты сегодня обещал что не станешь пить, а в итоге, как только дорвался, так туже снова и подсел.

— Я не подсел!

— Подсел, подсел! Просто признавать не хочешь. В доме уже столько пустых бутылок скопилось, что если их все сдать, то можно купить новую машину. Машину! — со злостью выпалил Максимка.

— У меня не получается, — вдруг виновато произнёс Михалыч и опустил глаза. В чём-то Максимка, этот мелкий паразит был прав, и Михалыч это признавал, но признавал молча, не озвучивал в слух.

Максимка давил.

— Я вот смотрю на тебя и поражаюсь. Ты ловишь самых матёрых и опасных преступников в городе, а со спиртным справиться не можешь! Наступит момент, и когда-нибудь эта твоя слабость погубит нас обоих.

— Ты начинаешь нудеть. На вот, смотри, — Михалыч в порыве «не слабо!» демонстративно махнул рукой, и графин с остатками коньяка упал на пол и разбился, — ты доволен?

Такого поворота Максимка не ожидал. Обычно пока бутылка не опорожниться, Михалыч не успокаивался, а тут вдруг взял и сам своей рукой…

— Я впечатлён, — произнёс Максимка, после чего поцокал языком и зачерпнул мороженку, — а слабо до утра продержаться?

— Кому слабо? Мне слабо? — разозлился Михалыч.

Это всегда срабатывало, но на короткое время. Кажется, сегодня период «слабо и не слабо» продержится на пару часов больше, чем обычно.

Вернулся официант и проинформировал.

— Осколки сейчас уберут. Принести другой графин?

Михалыч посмотрел на него грустными коровьими глазами, в которых буквально высвечивалась фраза из песни – «врагу не сдаётся наш гордый Варяг», затем перевёл взгляд на беса и снова вернулся к официанту.

— Нет, — прозвучал короткий, но почему-то не слишком убедительный ответ.

— Может, попозже? — не понял официант.

Михалыч нервно прикрикнул, слегка повысив голос:

— Я, кажется, вполне ясно и понятно высказался. Нет!

— Как Вам будет угодно, — ответил официант и поспешил удалиться, чтоб не нагнетать ситуацию.

Проходя мимо кассирши, он тихо произнёс:

— Злой он какой-то сегодня. Даже от коньяка отказался.

— Да ладно! — не поверила кассирша. — Наш Михалыч и вдруг отказался?

— Гадом буду, если вру. Отказался! Я сам в шоке!

Кассирша и официант продолжали что-то активно между собой обсуждать и перетирать «кости» посетителям кафешки. Михалыч тем временем сделал безразличный вид и принялся ждать, пока бесёнок доест своё мороженое, но с каждой новой ложкой с кусочком холодной сладости становилось ясно, что тот не особо-то и не спешил. Максимка тайно в одиночестве наслаждался победой, хоть и маленькой.

Внезапно словно из-под земли у стола вырос всё тот же официант. Подкрался он слишком тихо, что заставило Максимку немного вздрогнуть. В руке официант держал телефонную трубку. Он протянул её Михалычу и коротко сообщил:

— Это Вас!

— Меня? — искренне удивился Михалыч.

Максимка перестал жевать и насторожился, почувствовав неладное.

Официант слегка потряс трубкой телефона и повторил:

— Вас, спрашивают именно Вас.

Михалыч залез в карман и достал свой мобильный телефон. Он был выключен. Подполковник уже и забыл, что отключил его после того, как вместе с Максимкой покинул свой кабинет.

— Давай сюда, — отреагировал Михалыч на официанта.

Официант передал ему телефон.

— Слушаю, кто это меня спрашивает? — поинтересовался Михалыч в трубку.

В ответ раздался до боли знакомый голос:

— Шеф, это я!

— Петрушкин? — удивился Михалыч. — Что-то случилось?

Максимка на этих словах начал беспокоится ещё сильнее. Обычно тревожить шефа, если он ушёл с работы, запрещалось, тем более, если дело терпело до утра. Тут, видать, иная ситуация, раз Петрушкин настоял на звонке и нарушил традицию.

— Шеф, беда! Кузьма, Варвара и Никита пропали на кладбище.

— Что значит «пропали»? На связь не выходят?

— Хуже! Мне дозвонился Каблук и сообщил, что они все попали в засаду.

— Какую ещё засаду?

— Каблук говорит, напали на них и использовали магию. Кузя, Варвара и Никита были похищены с помощью колдовства, которое вызвало или создало искусственный вихрь. Этот вихрь унёс всех троих куда-то в середину кладбища. Каблук это сам лично видел своими глазами.

Михалыч нахмурился и исподлобья посмотрел на Максимку, продолжая слушать, что ему говорят. Максимка в свою очередь продолжал есть и прислушиваться. Он уже понял, что день, который якобы окончился, продолжится дальше и преподнесёт ещё много проблем. Эта баба из КМБ, Варвара, это она своим появлением накаркала беду, Максимка был полностью уверен в такой версии.

Тем временем Михалыч дослушал истерический отчёт Петрушкина, пытаясь сообразить, как ему поступить.

— Вот что сейчас сделаем, — начал говорить Михалыч. — Алё? Ты меня слышишь? — на линии что-то трещало, но Михалыч расслышал ответ.

— Да, слышу, но связь очень плохая.

— Раз слышишь, тогда запоминай, что нужно сделать: первое – свяжись с нашими вертушками. Второе – подними наш спецназ и отправь в аэропорт на лётное поле. Экипировка двойная. Боекомплект синий и красный. С запасом пускай берут.

— Шеф, мы полетим на кладбище?

Максимка не слышал этого вопроса, но по ответу Михалыча сообразил, что да, полетят. Михалыч отдал ещё пару указаний и велел Петрушкину найти машину и срочно подать её на угол, туда, где была кафешка, в которой он сейчас сидел с Максимкой и кормил его обещанным мороженым. Закончив разговор, Михалыч отключил телефон. Поискал глазами официанта. Нашёл.

— Официант? — позвал Михалыч местного халдея.

Официант подскочил

—Телефон свой забери и рассчитай нас, — велел Михалыч, а после того, как официант убежал, Михалыч достал во второй раз свою мобилку и включил её, чтобы оставаться на прямой связи.

Максимка понял - дело серьёзное. Бесёнок ждал и не вмешивался. Он хотел, чтобы Михалыч сам всё ему рассказал. Так и произошло.

Глава 9. Да он, воняет!

Петрушкин прибыл быстро, подобрал Михалыча с Максимкой у кафешки и сразу помчался в аэропорт. По дороге они с Михалычем обстоятельно поговорили и обтёрли все известные на данный момент подробности сложившейся ситуации. Каблук каким-то чудесным образом избежал участи своих коллег и сумел выбраться с территории кладбища. Далее, он на конторском уазике выехал за пределы сдерживающего магического купола и позвонил в контору. Сейчас он ожидал в безопасной зоне прибытие подмоги.

По прибытию в аэропорт выяснилось, что вертушек ещё нет, хотя их и обещали приготовить. Спецназ тоже задерживался. Михалыч вспылил и сделал разнос местному начальству, обещая всех пересажать за попытку вредительства. Но угрозы останутся только угрозами, тем более что с помощью них прибытие вертолётов всё равно не ускорится. Время уже подходило к восьми часам вечера, а первая вертушка прибудет только через два часа. Конечно, можно поехать на машинах, но это дохлый номер. Носиться пешком по кладбищу в поисках пропавших ментов - бесполезное занятие, да и сталкиваться с местными тоже не вариант, а вот осмотр с воздуха давал хороший шанс.

Михалыч находился в кабинете начальника аэропорта и, сидя на стуле, нервно тарабанил пальцами по столу. Недалеко от него сидел сам директор Мурашко Базиль Валерьянович, а у его ног лежал молодой хряк килограмм на пятьдесят, а то и гораздо больше. Несложно догадаться почему хряк находился в кабинете, а не на свинарнике. Да-да, всё верно! Хряк был тотемом товарища Мурашко, и это была та единственная причина, по которой ему тут позволено находиться и ужасно вонять. Только вонь исходила не от того, что он был грязным, наоборот, он был до блеска намытый. Воняло от того, что хряк постоянно пускал ветры. Такой наглости не мог себе позволить даже Максимка, а тут цельный хряк. Что самое странное так это то, что все окружающие терпели и не жаловались на чересчур частую вонь. Михалыч не выдержал.

— Я пойду пройдусь на улицу, — заявил он директору.

Мурашко пожал плечами и спокойно ответил:

— Как Вам будет угодно.

Максимка, недолго думая, тоже прошмыгнул в открытый проход. Михалыч успел поймать его за футболку.

— А ты куда? — строго спросил подполковник.

Максимка мгновенно оправдал свои действия:

— С тобой!

— Куда со мной? — издевался Михалыч, прекрасно осознавая причину побега.

— Туда. Туда куда и ты идёшь, — заявил Максимка, боязливо оглядываясь на хряка.

Он боялся, что Михалыч запретит ему выходить и оставить в кабинете, а Максимку уже тошнить начинает от вони. Наглый хряк наверняка делал это специально, сговорившись со своим хозяином, правда, бесёнок ещё от него не слышал ни одного слова, но полностью был уверен, что свин говорящий. Михалыч с Максимкой вышли в коридор, закрыв за собой дверь как можно плотнее. Михалыч удовлетворённо вздохнул. Дышать и вправду стало легче.

«Неужели Мурашко не чувствует вони?» — подумал про себя Михалыч. Стемнело почти. Подполковник достал пачку сигарет и вышел на улицу. Прохладно, но не холодно. Ленинский городской аэропорт, а точнее его терминал был не большим. Главное административное здание занимало всего пару этажей. На улице, со стороны взлётной полосы, на стоянке для служебного транспорта уже находился грузовик со спецназом. Парней только что подвезли, но сидеть им ещё предстояло долго. По правилам покидать машину до вылета нельзя, но Михалыч был тут сейчас начальником, поэтому он подозвал командира и разрешил покинуть машину и размяться перед полётом. Сделав пару сильных затяжек, Михалыч выдохнул дым. День был длинным и тяжёлым, но он ещё не закончился.

«А пистолет водный я ему сегодня так и не купил», — почему-то пришла мысль в голову Михалыча.

Он вспомнил про своё обещание, которое давал уже не раз и вот сегодня тоже не выполнил. Скрипнули ворота и отъехали в сторону. Фары осветили дорогу, и на территорию въехала машина генерала Мавродикова.

— Принесла нелёгкая, — тихо произнёс Михалыч, скривился и выкинул окурок в мусорку.

Новёшенькая тонированная «Волга» с движком на 500 лошадей с удлинённой задней частью для особо важных пассажиров, шикарным люксовым салоном из кожи крокодила и блестящими новыми дисками в виде звезды подъехала к служебному входу. Проблесковый маячок работал, но без звуков. Синий свет продолжал мигать до тех пор, пока водитель не заглушил двигатель. Дверь отворилась, и грузный генерал Мавродиков вышел из машины. Максимка, отметив прибытие начальства, заблаговременно спрятался за клумбой, чтобы его не доставали, но при этом он всё видел и слышал. Всем плевать на тотемное существо низкого роста, осторожно снующего под ногами взрослых людей. Максимка порой пользовался таким безразличием в свою пользу.

Мавродиков заметил Михалыча

— Агафий, что происходит? Почему ты ещё не на вылете?

Михалыч злился, когда его называли Агафий, но тем не менее остался спокоен и ответил генералу:

— Нет свободных вертушек. Все в тайге, но пару штук нам сюда уже отправили, вот сидим дожидаемся.