Жетоны счастья. Приключение в Петербурге

– Попасть к волшебному дереву может лишь тот, кто обладает поистине чистым сердцем и доброй душою, лишь такой человек способен пройти сквозь магическую преграду, опустив в турникет необычные жетоны, – он достал из-за пазухи маленький холщовый мешочек и, повертев его в руках, убрал обратно. – Жетоны счастья. Лишь они способны помочь тебе и другим таким же беднягам вроде того же Игоря, снять колдовские чары, но сперва ты должна доказать, что твое сердце наполнено добротой, а помыслы чисты.

– Но как мне это сделать? – Удивленно спросила Эля, отставив кружку с чаем. – Я же страшная и уродливая, от меня люди за километр шарахаться будут…

При этих словах она снова заплакала. Морозко приобнял девочку и погладил по волосам-колючкам, успокаивая юную бедняжку.

– Внешняя красота – это конечно очень хорошо, – сказал он доверительно. – Но помимо нее есть и другая, внутренняя красота. Ее излучает твоя душа и поверь, люди тоже чувствуют и видят ее.

С этими словами он встал и взвалил на плечо здоровенный мешок, до отвала наполненный новогодними подарками.

– Собирайся, – обратился он к девочке. – Поможешь мне развести все эти подарки по адресатам, и посмотрим, достойна ли ты обладать волшебными жетонами.

От этих слов девочка расплылась в счастливой улыбке и накинув куртку, спешно выбежала за волшебником, неся на руках ранец с мяукающим серым котенком. Жизнь начинала налаживаться.

***

Следующие несколько часов Эля и волшебник Морозко колесили по городу, развозя адресатам их новогодние подарки. Вместо привычной тройки белый лошадей, Мороз Иванович использовал для передвижения старенькую белую Волгу с горделиво сидящим на капоте оленем. Девочка видела подобную машину на свадебной фотографии дедушки и бабушки, когда они, будучи молодыми студентами Ленинградского театрального института, улыбались с черно-белого снимка счастливыми и беззаботными лицами. Эля смотрела на город, прижавшись к боковому стеклу автомобиля, а за окном пробегали заснеженные улицы старинного города, его мосты с замерзшими каналами, Ростральные колонны, с сидящими у подножия исполинскими фигурами древних богов и причудливыми зданиями, архитектура которых вызывала чувства восторга и величия.

Первыми адресатами, получившими от Морозко заветные подарки, были отличники, закончившие полугодие на одни пятерки, и старающиеся изо всех сил хорошисты; чемпионы по различным видам спорта, тренирующиеся после школы несмотря на усталость и желание посидеть за приставкой, а так же просто хорошие ребятишки, любящие своих родителей, помогающие им по дому и ценящие доброту и заботу.

В одну из таких поездок, в детский дом для детей с особенностями развития, с Элей случилась крайне неприятная история. В самый разгар новогоднего утренника, девочка нечаянно наступила себе на край накидки, в которую была облачена, играя роль Звездочета, и та сползла, открыв окружающим ее уродливую внешность.

Секундное молчание сменилось испуганными криками и воплями, а те в свою очередь быстро переросли в злобный смех и едкие выкрики. Сотрудникам учреждения вместе с Мороз Ивановичем с трудом удалось успокоить взбесившуюся детскую толпу, оставив Элю совершенно одну в актовом зале с покосившейся елкой. Девочка забралась под нее и закрыв лицо руками, зарыдала так сильно, что сидевший в рюкзаке Пушок, зашевелив ушками, выбрался к ней и принялся лизать лицо и щеки, дабы успокоить хозяйку. Но такой поток слез было не под силу остановить даже милому пушистику.

Наверное, – думала про себя девочка, сидя на облезлом паркете. – Так чувствовали себя первые средневековые артисты, когда толпа освистывала их, забрасывая тухлыми яйцами и помидорами. Боль, горечь и чувство собственной никчемности. Теперь ей стало понятно, что чувствовала та девочка Даша, которой не посчастливилось попасть под ее горячую руку и злой завистливый язык. Ах, как же она сожалела о том, что наговорила ей сгоряча, но сказанного, как говорится, не воротишь.

– Почему ты плачешь? – прозвучал звонкий детский голосочек и Эля, затихнув на мгновение, подняла взгляд.

Перед ней стояла маленькая девочка лет 4-5 не более, худенькая и очень бледная, будто сотканная из воздуха приведение. На лице девочки алело большое родимое пятно, покрывавшее целиком всю левую половину от щеки до самого лба.

«Я уродина», – хотела было сказать Эля, но слова застряли в горле не в силах вырваться наружу.

А потом они разговорились. Эля узнала, что девочку звали Настей и она жила здесь уже несколько лет. Ее мама умерла от какого-то нового вида простуды, а папы она никогда не знала, но девочка не теряла надежды, что когда-нибудь вновь обретет семью.

– Никто не хочет дружить со мною, – грустно говорила она, поглаживая Пушка. – Дети обзывают меня страшилой, а люди, которые приходят в детдом, чтобы выбрать себе сына или дочку, сторонятся и избегают меня. А я ни хочу оставаться здесь в Новый год! Я хочу домой, в свою комнату, есть вкусный ужин за кухонным столом и помогать маме мыть посуду, а после смотреть телевизор и засыпать, слушая сказки…

Они просидели так под елкой долгое время, беседуя и делясь своими девичьими переживаниями и Эля заметила, что девочка заметно повеселела, да и сама она чувствовала себя теперь гораздо лучше.

А потом Эля спросила:

– Скажи, а ты уже написала письмо Деду Морозу со своим необычным пожеланием?

– Да, – ответила Настя. – Но я уже достаточно взрослая и понимаю, что никакого Деда Мороза не существует! Это сказка, а сказки есть только в книгах и фильмах.

Эля улыбнулась:

– Но это еще как посмотреть!

Когда Морозко вернулся и сообщил, что им пора следовать дальше, Эля попрощалась со своей новой знакомой и напоследок пообещала, что ее желание обязательно сбудется, положив маленький клочок бумаги с неровным детским почерком в свой рюкзак. А впереди оставалось еще несколько адресатов, каждый из которых был по своему уникальным.

***

День, насыщенный поездкой и новыми впечатлениями, пролетел для Эли совершенно незаметно. Уже ближе к вечеру, когда город осветили тысячи предновогодних огоньков и гирлянд, их машина остановилась у здания городской больницы.

– Мы на месте, – бодро заявил Морозко, доставая расшитый дождиком мешок с последним на сегодняшний день подарком. – Вперед, остался последний шаг к твоему чудесному исцелению!

Они поднялись на второй этаж, накинув поверх одежды белые медицинские халаты, и найдя нужную из палат, легонько приоткрыли дверь. В палате было темно и тихо. Лишь прикроватная лампа бросала тусклый свет на убранство, да слабо попискивали какие-то медицинские аппараты, находившиеся тут в изобилии.

Морозко в сопровождении своей юной помощницы прошел внутрь, тихонько заперев за собою дверь и только теперь девочка увидела того, кому предназначался подарок. На кровати, с ног до головы опутанный всевозможными трубками и проводами, лежал мальчишка. Его голова была абсолютно чистой, без единого волоска, а под глазами темнели круги, которые только довершали и без того печальный вид маленького пациента.

Мальчика звали Димой, и он увядал.

Подарок, что вручил ему волшебник Морозко за прочтение собственноручно сочиненного стихотворения, представлял собой радиоуправляемый мотоцикл ярко-красного цвета с пламенем на бензобаке. Как выяснилось, Дима с детства увлекался двухколёсным транспортом и плакатами с их изображением была обклеена вся больничная палата. Но глаза ребенка просили совершенно иного.

На удивление Эли, мальчик ничуть не испугался ее пугающего внешнего вида, а напротив, пожелал сделать совместную фотографию заявив, что она похожа на супергероя из его любимых комиксов про людей икс. Девочка охотно согласилась, после чего Дима поведал ей свою трагическую историю.

До пяти лет он рос здоровым и беззаботным мальчишкой, ходил в детский сад с другими сверстниками, посещал секцию по хоккею в местной спортшколе, а зимой катался на коньках на центральной городской площади. В общем, он наслаждался обычной жизнью обычного ребенка пока страшная болезнь в одночасье не перечеркнула всю его жизнь. Родителям пришлось забрать его из детского сада как раз на кануне выпускного, а в школу Дима так и не пошел. Да и спорт остался в прошлом, уступив место походам по врачам и веренице бесконечных обследований.

Убитые горем родители мальчика искали спасения повсюду, но операция, которая могла излечить злой недуг стоила таких баснословных денег, что шанса на успех не предвиделось. Даже знаменитому актеру, вызвавшемуся помочь бедняге, не удалось собрать требуемых средств на лечение, а уж от простых людей, откликнувшихся на объявления благотворительных фондов и телевизионную рекламу, было и того меньше. А мальчик тем временем угасал на глазах, радуясь каждому новому дню, как последнему.

Когда Эля вышла из больничной палаты, весь ее внутренний мир претерпел колоссальные изменения. День, проведенный с Морозко, настолько изменил ее, что от прежней заносчивой школьницы не осталось и следа. Теперь она точно знала, что значит это волшебное слово «счастье» и те желания, которые она первоначально собиралась загадать, как только раздобудет волшебные жетоны, померкли словно выцветшие на солнце краски.

– Ну что, теперь моя очередь дарить подарки, – сказал ей Морозко, ожидающий девочку внизу возле машины, – Держи и потрать их с умом!

Он опустил в детскую ладонь холщовый мешочек, раскрыв который, Эля обнаружила внутри три круглых блестящих предмета с буквой «М» посередине.

«Так вот они какие, Жетоны счастья, – подумала Эля, держа на ладони холодные металлические предметы. – Теперь осталось лишь найти турникет, что открывает путь к Елке Желаний и дело в шляпе!».

– Садись, отвезу тебя на станцию, – заботливо отрыв пассажирскую дверь, предложил Морозко, и девочка с радостью запрыгнула в кабину

Снегопад тем временем практически закончился, а злой пронизывающий ветер сник совсем, оставив после себя лишь мелкую позёмку. Наступал теплый зимний вечер, укутавший город мягким снежным покровом. И в этой безмятежной белизне летела по улицам старая машина с гордо сияющим на капоте оленем, а в той машине, держа в руках холщовый мешочек, сидела девочка, которой предстояло сегодня совершить поистине настоящее волшебство.

***

Спустившись на станцию, Эля принялась зачарованно озираться по сторонам, позабыв сперва о цели своего визита. «Автово» выглядело, как настоящий подземный музей с помпезными колоннами, облицованными литым стеклом с вычурными барельефами. На некоторых из них угадывалось изображение звезд и растений, а прямо с потолка свисали массивные люстры, освещающие центральный зал станции и платформу, откуда уходили в темное жерло тоннеля стремительно набирающие ход поезда. Волна спешащих по своим делам людей и предновогодняя суматоха подхватили девочку, закружили в водовороте суеты и понесли по станции, углубляясь все дальше от эскалаторов и спасительного выхода на поверхность. Люди толкались, спорили, кто-то громко разговаривал по телефону, плакал ребенок и смеялись подростки, а Эля, закрыв лицо капюшоном, плыла сквозь людскую толпу в слабой надежде выбраться к волшебному турникету.

Жетоны, хранящиеся в кармане ее толстовки, тем временем потеплели и согревали ее, а разбуженный гомоном метро Пушок, пронзительно мяукал из рюкзака за плечами. Толи от испуга, то ли еще от чего другого, котенок вдруг принялся копошиться, перебирая крохотными лапками по стенкам школьного ранца, а затем выскочил из рюкзака и бросился наутек, ловко лавируя под ногами человеческого потока.

– Пушок! Пушок! – закричала девочка, бросившись вслед за удирающим котенком. – Стой, малыш, куда же ты!?

Она забежала в один из многочисленных закоулков станции и увидев крохотного зверька, юркнувшего за угол, быстро поспешила следом. А жетоны, хранящиеся в кармане за пазухой, уже вовсю обжигали ее, став горячими, словно свежеиспеченные мамины блины.

Повернув вслед за котенком за угол, Эля остановилась. Посреди длинного темного коридора сидел маленький мохнатый разбойник и довольно мяукал, а прямо под ним, преграждая путь к заветной цели, находился старый покосившийся турникет.

«Вот и он!» —радостно прокричала девочка, прижимая к груди мохнатого друга. – Волшебный турникет, ты нашел его, мой малыш!

Не теряя больше не секунды драгоценного времени, она опустила в устройство один за другим три жетона и турникет, довольно пискнув, пропустил ее вперед.

***

Шаг за шагом тьма, окружавшая двух бредущих по подземным лабиринтам путников, отступала, а на смену ей приходило тусклое свечение, постепенно перерастающее в ослепительно яркий свет. И в этом сиянии Эля вдруг увидела то, о чем так красочно рассказывал ей волшебник Морозко.

Посреди большого освещенного зала стояла пушистая ель, мерцая разноцветными шарами и переливаясь сотнями-тысяч ярких, как маленькие солнышка, огоньков.

Елка Желаний – именно так Эля представляла себе это чудесное древо, способное изменить всю ее жизнь и, главное, снять колдовские чары, что наслала на нее злая колдунья.

Она подошла к древу и принялась рассматривать игрушки, заглядывая в каждую из них в надежде отыскать свои самые сокровенные мечты.

Чего тут только не было! И платье принцессы, о котором она мечтала на новогоднем утреннике в детском саду, и всевозможные украшения, которые так любят все девочки, и главное – в одном из шаров она увидела тот самый смартфон! Четкие скругленные грани, золотистый корпус и три черных глазка самой мощной видеокамеры – что еще нужно, чтобы днями напролет фотографировать свою прекрасную девичью улыбку…

Но не успела Эля сорвать с елки заветный шар, как взгляд ее упал на отражение, возникшее на поверхности елочной игрушки, и перепончатая рука замерла в одном шаге от заветной цели. Из стеклянной поверхности шара на нее по-прежнему смотрело жуткое чудище, вид которого пугал ее до глубины души.

«Нет, она больше не хочет быть этим чудищем»! – твердо решила Эля, убирая руку от шара с золотистым смартфоном. – А чего же тогда она хочет на самом деле?

Перед глазами все закружилось и заплясало. Девочка вдруг отчетливо увидела мальчика Диму, здорового и веселого, въезжающего на городскую площадь на мотоцикле с Дедом Морозом. Его лицо излучало неописуемое счастье и восторг, а щеки алели румянцем, словно звезда на опушке новогодней елки. А следом за ними ехала вереница из других мотоциклистов, участвующих в мотопробеге, посвященном новогоднему торжеству, оглушая окрестности задорными гудками клаксонов.

Эля моргнула, и картина исчезла, сменившись другой не менее любопытной. В одной из тихих уютных питерских квартир за праздничным столом сидела счастливая семья. Папа, мама и малышка Настя, встреченная ею в актовом зале Детского дома. Взрослые о чем-то наперебой спорили, смеялись, а потом принесли своей новоиспеченной дочурке новогодний подарок – забавного ушастого щенка с маленькими лапками. Востору девочки не было предела! Она бегала по квартире, а лопоухий щенок всюду следовал за нею, тявкая и резвясь, словно заведенная юла.

От увиденного внутри у Эли что-то перевернулось, а тень сомнений, возникшая при виде своей глупой детской мечты, окончательно отступила, уступая место доброму теплому свету. Пальцы сами потянулись к заветным шарам и, когда последний из них был снят, ослепительное сияние поглотило все окружающее пространство. Чудо свершилось.

***

Когда Эля поднималась на эскалаторе к выходу со станции, капюшона на ее голове больше не было. К девочки вернулся ее прежний вид, что не могло не радовать юную красавицу. Чешуйки спали, осыпавшись на пол разноцветным серпантином, а ужасные колючки на голове вновь обернулись длинными золотистыми локонами, которыми девочка так сильно гордилась.

У выхода из метро ее ждал Морозко, попивая ароматный чай из красного бумажного стаканчика с изображением мчащихся в даль рождественских оленей.

– Ну что, юная сударыня, тебе стало гораздо лучше, как я посмотрю! – сказал волшебник, улыбаясь, и девочка бросилась к нему и обняла так крепко, что Мороз Иванович чуть не пролил на себя остатки чая.

– Спасибо вам, Морозко, – сказала она и на глазах у девочки выступили слезы. – Теперь я точно знаю, что такое настоящее счастье!

Тогда волшебник достал из машины мешок с подарками и покопавшись в нем, извлек небольшую прямоугольную коробочку, завернутую в подарочную упаковку.

– Держи, это твой новогодний подарок согласно вот этому письму, – в руках Морозко появилось написанное девочкой письмо, которое она по привычке отправляла на каждый Новый год в надежде на чудесное исполнение.

Глаза девочки засияли, а пальцы ловко сорвали подарочную обертку и выудили из коробки новенький смартфон, именно такой, о котором мечтала девочка. В золотом корпусе, с тремя глазками мощной видеокамеры, он лег ей в руку, и Эля тут же включила устройство.

– Тебе, наверное, не терпится сделать новогодние фотографии? – спросил Мороз Иванович, глядя с прищуром на юную спутницу. – Город в этом году выглядит особенно сказочным.

– Ну уж нет, – серьезно ответила Эля, настраивая новообретенное устройство. – Первым делом я позвоню родителям. Представляю, как они сейчас волнуются и переживают, не находя себе места.

***

Когда весь мир праздновал Новый год, запуская в небо фейерверки и поздравляя родных и близких с этим замечательным праздником, у станции метро «Автово» встретились двое.

– А ты была права, Кристина, – сказал Мороз Иванович, протягивая девушке стаканчик с травяным чаем. – «Метод от противного» оказался очень даже действенен!

Девушка в черном пальто улыбнулась одними лишь уголками бледных розовых губ.

– Иного я и не ожидала! – Самоуверенно сказала она, отпивая горячий напиток. – Я много веков наблюдаю за людьми, изучая их поведение и повадки, и все одно и тоже. Сменяются эпохи и века, цивилизации рождаются, чтобы достичь своего славного пика и вновь рассыпаются на мелкие осколки, но люди по-прежнему остаются людьми со своими положительными и отрицательными сторонами. – Она поставила стаканчик на капот возле грациозной фигурки оленя с длинными ветвистыми рогами. – Так что поспеши, кудесник, многие в этом мире нуждаются в твоих жетонах счастья.

***КОНЕЦ***