Проект Садовник. НАЧАЛО

Когда уже собрался подниматься по лестнице из подвала в барские хоромы, Лиса сказала, что за соседней дверью, есть чем поживиться, в смысле одежды. Открыв электронный замок, при помощи опытной домушницы Лисы, проник внутрь помещения и осмотрелся.

— Опаньки! — подумал про себя. — Это я удачно зашёл! — Местная каптёрка охраны, с полными ненадёванными комплектами камуфляжа и мужского нижнего белья, всех ходовых размеров, на зависть любому военторгу. Почти сразу найдя свой размер, с долгожданной радостью стал натягивать на себя мужские трусы и тельник. Так как, ничем особенно выдающимся Алиса не обладала, выбранный комплект камуфляжа сел, на отлично. Смотрелся на фигуре, как будто на меня в ателье сшили. Как же всё же я соскучился по нормальной мужской одежде. Всего то ничего, чуть больше чем полмесяца прошло, как таскаю девчачьи шмотки, а по ощущением, будто сто лет минуло. Всё, не будем думать о грустном! Главное сейчас карманов у меня в волю — складывай, не хочу! Было бы что. Вот и моя навороченная игрушка заняла подобающее ей место на груди. Правда зелёный камуфляж плохо сочетается с розовым цветом, а ну, да и ладно! Мне сейчас не на подиуме выступать. Перед приобретателем моего тела, сойдёт и так.

Не торопясь поднялся на второй, господский этаж. А у мужика то, оказывается, есть вкус, не то, что эти, новые русские, во дворце. А может внимательно прислушивается к своему толковому дизайнеру. В общем, коридор мне понравился. Дальше дошёл до двухстворчатой белой двери спальни, отделанной позолотой и взявшись за замысловатую ручку, осторожно потянув на себя. Замка не было, и створка плавно открылась, без малейшего скрипа. В образовавшуюся щель бесшумно просочился внутрь. Ну что сказать: спальня не обманула моего ожидания. Красивая отделка и старинная мебель ручной работы, достойная французских спален Людовика четырнадцатого. Только, в отличие от Лувра, на стене присутствовал ковёр, увешанный старинным холодным оружием. Настоящая спальня, настоящего джигита. Вот и он сам, развалившись на огромном сексодроме, храпит и сопит, судя по тяжёлому воздуху в спальне, не только носом и ртом.

Видно совесть у мужика была нечиста, если спал в своей кровати, очень чутко, как на передовой. Стоило мне подойти поближе, как он тут же прекратил храпеть, приподнялся на своём огромном ложе и злобно спросил:

— Ты кто такая?

— Я, многоуважаемый Хаким-бек, ваше новое сегодняшнее приобретение. Пришла пожелать своему новому господину, наисладчайших сновидений.

— Бл…ь! Какой идиот, тебя сюда приволок? Пошла на Х… отсюда бегом!

— Прошла из этой комнаты команда "тревога" на центральный пульт службы безопасности этого особняка. Продолжать блокировать сигнал?

— Блокируй. Нам тут лишние разборки с боевиками охраны не нужны.

Тут мы с Лисой лопухнулись, по полной, из-за нашей неопытности. Видно должен был вернуться ответный сигнал, что команда тревога прошла, и охрана спешит на помощь. Не получив этого подтверждения, истинный джигит, вытащил из под подушки пистолет и стал с расстояния двух метров шмалять из него мне в грудь пули, с частотой один выстрел в секунду.

Было чувствительно больно, будто вместо пули в грудь втыкают острое шило, но терпеть было можно. Одна из пуль попала в смартфон, который лежал в нагрудном кармане, и с визгом отрекошетив, улетела куда- то в сторону. Глядя на всё это безобразие, мне до слёз было жалко мою сегодняшнюю обновку, продырявленную спереди и сзади. Ведь была же идея: раздеться перед дверью и зайти голым, для усиления воздействия. Так ведь нет же, лень обуяла. Теперь вот мучаюсь от жалости к самому себе. Когда патроны закончились, а я стою перед ним, вся такая дырявая, но невредимая, джигита проняло по настоящему, и он завизжал, будто его кастрировали. А что, очень своевременная и дельная мысль.

Надо было спешить: выстрелы и крики слышали многие, поэтому возможно скоро здесь появиться ненужные свидетели. Поэтому тенью скользнул к орущему многоуважаемому Хаким-беку, и одним движением руки разбил ему кадык. Крик обиженного хозяина дома, после этого сразу перешел в страдальческое бульканье. Затем, выбрав из ковёрной экспозиции старинного оружия, понравившейся кинжал и спустив трусы страдальцу, Алиса одним ловким движением удалила ненужные теперь ему части тела, которые потом положила в вазу с фруктами, для придания натюрморту законченной экстравагантности. А я чё? Я не чё! Вот не надо было в меня, девочку нервную и душевно ранимую, стрелять в упор из пистолета.

Посоветовав ущербному на зоне заняться танцами, самое то, сейчас для него, я поспешил на выход. Подключенные Лисой заранее базы боевых искусств, из арсенала спецназа ГРУ, и уже развёрнутые, помогли мне обойтись без душегубства. Попавшиеся навстречу охранники хозяйского тела отделались переломами рук и ног, а так же лёгкой контузией и беспамятством. Кому как повезло.

Успешно выйдя на свежий воздух и посмотрев на небо, затянутое тяжёлыми тучами, подумал, что до дождя надо добраться до дому. Чувствовать себя дуршлагом: сверху дождь в меня заливается, а через простреленные дырочки выливается, не хотелось до омерзения. У меня здесь осталось только два дела: найти транспорт, на чём можно было бы добраться до дому, и пострелять. Транспорт сразу не находился, видно хозяин его прятал. А спросить не у кого: кто поломанный и оглушённый лежит, кто заблокирован Лисой в своей комнате. Полное безлюдье. Пойду, посмотрю, что за ангар, может, что путное наковыряю. Когда открылись двери и включился свет, я честно говоря офонарел. В ангаре располагалась то что называется Хобби. Хозяин был страстным коллекционером легковых автомобилей. Их здесь было штук сто. Глаза разбегались, и все в отличном состоянии, как будто что из магазина.

— Лиса, есть заправленные?

— Да. Крайняя слева в первом ряду.

Я посмотрел, куда указала Лиса, и сразу решил, что поеду только на ней. Самому порулить на этой би-би-ке, я мечтал с пятилетнего возраста. Это была машина Газ 21 Волга. Да, та самая модель Горьковского автозавода, которые так любил угонять Деточкин, и которые в большинстве своём, за небольшим исключением, использовались в Союзе, как такси. Сидя в ней рядом с водителем, и не отрывая от него восхищенных глаз внимательно наблюдая, как он рулит, лихо, переключая скорости на руле, юный Серёжа мечтал только об одном: как можно скорее вырасти и стать таким же шофёром.

Ключ стоял в зажигании, и мотор завёлся с пол оборота. Подключённые базы водителя-профессионала, давали твёрдую гарантию, что доберусь до нашей арендуемой виллы, без транспортных происшествий. Когда выехал из ворот ангара, меня вдруг внезапно одурманила женская стервозность. Никогда не думал, что это так серьёзно, и что у женщин она закодирована чуть ли не на генетическом уровне. У меня просто не было сил, бороться с этим, распространённым среди слабого пола, явлением.

Я теперь точно знал, куда направлю свой первый выстрел. Мужик сильно пострадал, лишившись своего мужского достоинства. Куда же больше? Но вздорная баба во мне приказывает: добей его до конца! Уничтожь то, во что он вкладывал свою душу и всего самого себя — его коллекцию. И я сдался.

— Лиса, как произвести выстрел капсульной аннигиляцией?

— Представь координаты центра воздействия и необходимый радиус. Затем команду на выстрел. Впоследствии у тебя это будет получаться почти автоматически.

— Спасибо, Лиса. Принято.

Я отъехал к воротам, которые были распахнуты настежь и вышел из машины. Лиса подтвердила, что в ангаре нет живых существ. Выбрал центр и радиус, чтобы одним ударом уничтожить всё здание, а затем дал команду. Образовался огромный пылающий, ярче солнца, шар в полной тишине. На несколько мгновений ночь стала солнечным днём. Потом всё разом закончилось. На месте большого ангара теперь был полусферический котлован с идеальными стенками. И больше ничего. Даже рядом стоящие деревья не пострадали. Здесь мне делать было нечего. На душе так мерзопакостно, что пробивает на слёзы. Два КПП были пусты, а шлагбаумы подняты. Спецслужбы постарались, освобождая мне обратную дорогу. Пользуясь Лисой, как навигатором через три часа добрался до виллы. Машину оставил в двух километрах от дома, на набережной, предварительно отодрав номера: пусть кто хочет, тот и забирает её себе. Дома первым делом искупался. Затем одев ночнушку, забрался под теплое одеяло, и в изнеможении закрыл глаза. Не хотелось никого видеть, а хотелось просто по-женски плакать. Потом добавились боли внизу живота и капризы СЕКРЕТАРШИ: что её не любят, что её не понимают, что ей, как девушке нужна постоянное забота и внимание. А вечером, не выдержав, она расплакалась горькими девичьими красными слезами.

Глава 10 Происшествие

Вот и я, наконец, закончил проявлять свою солидарность со всеми женщинами земли, в проведении международного "женского праздника": красных дней. Гулянье удалось на славу. Моё исстрадавшееся тело в полной мере ощутило тот размах мероприятия, которое, как я предчувствую, будет Алисе аукаться с периодичностью лунного календаря. Теперь, мне очень хорошо понятно поведение мой жены и дочери, которые в ожидания этой "радости", становились нетерпимыми, и могли обидеться на случайное слово или криво брошенный взгляд, и поэтому, на это время, я старался попадаться им на глаза, как можно реже. Праздники закончились, а это означает наступление трудовых будней, где Миша снова может стать самим собой: скинуть надоевшие женские тряпки, обняться с друзьями после трехнедельного отсутствия, и возобновить нормальную работу на фирме. Мне не терпелось произвести трансформацию прямо сейчас, но Мария урезонила, что нечего искать новые приключения на свою отрастающую симпатичную задницу. Провернём всё, без шума и пыли на базе, тем более что три дня в запасе у нас были. От заказа персонального самолета, который будет только послезавтра, я еле-еле смог её отговорить. После долгих уговоров, настоял на своём предложении лететь чартерным рейсом сегодня до Москвы, билеты на который, спустя несколько минут мы, не сходя со своего места, тут же приобрели, через интернет. Мне до тошноты надоела, за эти дни, арендованная вилла у моря, и я хотел, как можно скорее, возвратиться к своему нормальному существованию. Роль очень богатенькой, не знающей настоящей жизни, девочки мне порядком осточертела. Особенно после моей встречи с золотой молодежью страны. Хорошо, что чуть позже, мне удалось скинуть накопившийся за все эти бесконечные тренировочные дни негатив, и повеселиться на славу. Местный товарищ Саахов, будет с дрожью, до конца своей жизни вспоминать, наше с ним мимолётное интимное знакомство со стрельбой.

Вещи, с которыми нам было бы жалко расстаться, отсутствовали, и поэтому наша ручная кладь состояла только из двух дамских сумочек. Сборы были практически мгновенными. Единственной темой раздора, во время подготовки к отъезду, было то, что я на отрез, отказался наносить себе на лицо макияж, мотивируя это тем, что от этого действа мне пора уже отвыкать. Может произойти неприятность: мои подруги, по общежитию, часто забывают у меня, свои косметички, а я не проснувшись до конца утром могу на автомате накраситься, и в таком виде заявиться на работу. О чем тогда подумают мои боевые товарищи, вместе с шефом, я боюсь даже подумать. В ответ на это заявление, Мария решила повредничать, и подготовила мне тёплое тёмно синие платьице, с юбкой, чуть выше колен, с воротником и манжетами, отделанные белыми кружевами. Из моих волос сделала два длинных хвоста, как у первоклашки, украсив огромными белыми бантами. С белой сумочкой и белыми туфельками, все это выглядело на мне изумительно мило, но уж очень, по-детски. И если бы не моя небольшая аккуратная выпирающая грудь, каждый второй встречный поперечный, спрашивал бы меня: "Почему я гуляю одна, так далеко от дома, без родителей?" В общем, сестренка на мне оторвалась, по полной программе. Хорошо то, что мою душу постоянно грела одна мысль: самое большее, чем через двое суток, я встречусь со своим "близким другом", и для меня все эти мучения закончатся. Пускай развлекается, пока есть возможность. Не долго ей осталось на до мной куражиться.

В аэропорт города Сочи мы прибыли, как и положено, за час, но рейс, по техническим причинам задержали ещё на два часа. Поэтому, чтобы скоротать время, мы с сестрёнкой, взявшись под руки, просто, прогуливались по аэровокзалу, играя в игру: кто из нас двоих быстрей найдет филёров, приглядывающих за нами. Выигрывала Мария. Сказывался, видно, большой опыт, и знания. Подключать же мне в игру, свою Лису, было бы неспортивно. Мы обнаружили семерых, которые профессионально сливались с пассажирами, ожидающими свой вылет. Вернее обнаружила сестрёнка, так что счёт был сухой, в её пользу. Наконец нас позвали на посадку. Пока проходили спец контроль и двигались к самолету, красавцу А-320, от нечего делать, обсасывали между собой вопрос, что это слишком большой пригляд за двумя беззащитными барышнями, которые и мухи не обидят. А одна из них при том, совсем почти ещё ребёнок.

Наши места были с левой стороны, сразу за крылом. Пассажиров в самолете было, чуть больше двух третей, и поэтому в салоне были свободные места, в том числе и рядом с нами. Мне, как младшенькой, старшая сестра любезно уступила место у окна. И я, прильнув носом к иллюминатору, стал наслаждаться великолепной картиной взлета, когда полоса обрывается, и пролетев рядом с новостройками, самолет оказывается прямо над морем, совершая грациозный разворот, ложась на правильный курс.

Я уже немного задремал, чтобы ещё сократить и так небольшое время полёта, когда Мария взяла меня за руку и тихо сказала:

— Срочно просыпайся. У нас, скорее всего, назревают непредвиденные события. Попроси Алису срочно просканировать бортовые системы самолета.

— Лиса, хватит дрыхнуть! Подключись ко всем системам, до каких сможешь дотянуться. Если есть возможность то, попробуй дублировать контроль управления воздушным судном.

— Ну, вы барыня и задачи ставите. Ежели бы, это был звездолёт какой, али крейсер имперский, то без проблем, а с этой летающей телегой без пол-литра ускорителя квантовых процессов, сразу не разберёшься, тут времени подумать много надо, да ещё не факт.

— Хватит прикалываться Лиса! Сейчас не до шуток. Срочный комплексный анализ нештатной работы всех систем самолёта.

Через десять секунд Лиса чётко доложила:

— Первое — непрерывная работа двух передатчиков системы SOS. Второе — несоответствие показаний датчиков наличия топлива, и информацией выдаваемой пилотам бортовым компьютером, третье — опознаны несколько устройств, как радио взрыватели, не принадлежащие системе, контролируемой бортовым компьютером. Это пока всё. Анализ данных продолжается.

— Что с этим можно сделать?

— Уничтожить радио взрыватели. Передавать тебе по запросу, на прямую с датчиков, истинное значения остатков топлива. Отключения передатчиков SOS по желанию.

— Уничтожь все взрыватели, какие сможешь. Это пока всё.

— Выполнено.

— Спасибо тебе, подружка, Лиса.

Не успел я поделиться с Марией информации от Лисы, как в проход салона вышла одна из стюардесс, сзади которой шел двадцатипятилетний парень, в синим джинсовом костюме. Девушка, пройдя немного вперёд, остановилась и сказала:

— Дамы и господа, минуточку внимания. Прослушайте, пожалуйста, экстренное сообщение.

После этих слов, грубо отодвинув рукой бортпроводницу в сторону, вперёд вышел парень и заявил:

— Нами был захвачен этот самолет, чтобы вывезти за границу нашего больного друга, которого здесь ожидает смерть. Мы гарантируем жизнь пассажирам, при выполнении наших требований по беспрепятственному пересечению границы. Ваша личная жизнь теперь зависит, только от вашего безукоризненного выполнения всех наших приказов. Надеюсь, я правильно, выражаюсь по-русски, и все меня правильно поняли. Непонимание грозит смертью. Касательно иностранцев: надо было раньше выучить язык, что бы здесь выжить. Сочувствую, но это теперь только ваши личные проблемы. Сейчас я вынесу сумку, и вы добровольно сложите в неё свои средства связи. И учтите: с этого момента, за неповиновение наказание одно: смерть.

Пока он говорил, стояла гробовая тишина, нарушаемая только размеренным гулом турбин, но как только вышел в соседний салон, по самолёту покатился гул возмущенных голосов. Вернувшись через минуту, он раскрыл огромный черный целлофановый пакет, который принёс с собой, со словами:

— Прошу сдать мне, во временное хранение, все имеющиеся у вас с собой гаджеты, которые мы, непременно вернём вам, после нашей благополучной посадки.

— Мужик, ты что, совсем берега потерял? — спросил амбал, одетый в хорошо сшитый на него костюм, хотя ему, судя по поведению, лучше бы подошёл малиновый пиджак с золотой цепью на шее. Его порыв пыталась сдержать, сидевшая рядом молоденькая блондинка, в очень дорогих серёжках, в которых я уже стал разбираться, но это его только распаляло. — Ты, не знаешь, с кем связался, падаль. Не успеешь отойти от самолёта, как американские спецслужбы упакуют тебя, и доставят ко мне на дачу, для мужского разговора, который ты закончишь смертью, весь в крови и дерьме.

— Как прав был профессор Стерн, на своих лекциях, по психологии. В группе, с определённым числом придурков, всегда присутствует полный идиот. А судя по окружающей меня картине, здесь их, должно быть, как минимум, не меньше трёх. — После этих слов, угонщик достал из пакета пистолет с глушителем, и сделав пару шагов, тут же выстрелил, попав блондинке, точно посередине её лба. — Упс, промазал, — сказал улыбнувшись убийца. — Вот, что значит прогуливать, назначенные мастером, дополнительные тренировки. — Произведя повторный выстрел, он так же точно попал во второй лоб, навсегда успокоив Ох…го, от всего, только что увиденного, недовольного оратора. — Все, не будем больше отвлекаться на пустяки, продолжим дальше. Господа и дамы, давайте завершим наши текущие дела. Подготовите ваши смартфоны.

После этого он передал пакет стюардессе, а сам достал меленький приборчик с экраном. Стюардесса, держа двумя руками раскрытый пакет, двигалась по проходу, в которой подавленные пассажиры, безропотно складывали свою технику. Следом за ней двигался угонщик, держа в правой руке оружие, а в левой устройство, при помощи которого он контролировал процесс сдачи, на предмет утаивания.

— Мария, что будем делать, спросил я сестру. Лиса сможет заблокировать прибор.

— Это не поможет. Он в это просто не поверит. У двух девушек, по определению, не может не быть с собой телефона. Они скорее голыми выйдут на улицу, чем забудут гаджет дома. Поэтому сделаем так: отдадим твой розовый, а мой припрячем. Тем более, что по нему, уже несколько раз со мной пытался связаться, наш немногословный собеседник.

Когда стюардесса подошла к нам, Мария демонстративно положила в пакет, мою розовую собственность, к которой, за последнее время, я успел, привязался.

— А где ваш смартфон, леди? — обратился ко мне угонщик, не отводя взгляда с экрана прибора.

— Она наказана за своё недостойное поведение: — за меня ответила Мария. — Неделя без своей любимой игрушки, с которой она умудряется провести даже ночь, игнорируя любые запреты. Совсем не желает взрослеть. Все ветер в голове, хотя парни за ней уже бегают табуном.

— Как всегда сестрёнка прикалывалась в своей любимой манере, обыгрывая, мой сегодняшний прикид, но это сработало. Хмыкнув в ответ и посочувствовав моей беде, террорист пошёл дальше по салону, собирая свою дань.

— Лиса сколько осталось топлива?

— Примерно на тридцать пять минут нефорсированного полёта.

— Спасибо Лиса, принято.

— Мария, у нас осталось всего около тридцати пяти минут на всё про всё. Надо принимать решение, как будем громить вражину?

— Сначала надо ответить на звонок Василия Иваныча. Обменяться информацией, и выработать план совместных действий. Но разговор при свидетелях, может только ускорить негативные события.

— Эврика, как сказал бы, незабываемый школьниками, Архимед. У меня, только что, созрела великолепная идея! Воспользуемся методом пионеров, из фильма "Отроки во вселенной", который я смотрел в глубоком детстве. Это когда они рвали когти от злобных высших роботов. Получилось у них, получиться и у нас!

Когда стюардесса, в очередной раз проходила мимо нас, сестра Мария взяла её за руку, прошептав:

— Помогите нам, пожалуйста. Моей маленькой сестрёнке очень плохо. Ей нужно срочно в туалет.

Я посмотрел на спасительницу, искажённым болью и страданиями, своим детским милым личиком, по которому текли крупные слёзы. У меня самого бы так не получалось. Хорошо, что Лиса подсобила с этой проблемой. Этот взгляд мог бы растопить любое ледяное сердце, но у нас сорвалось. Рыбка не клюнула. Стюардесса отказалась помочь, сославшись на строгий приказ. Пришлось насаживать на голый крючок, жирного мучного червя.

— Я отблагодарю вас за вашу доброту, продолжала шептать Мария. Около туалета, когда сестрёнка войдёт внутрь, я подарю вам эту вещь: — она разжала кулак, и на ладони оказалось золотое кольцо с брильянтом, стоимостью, соизмеримой с крутой иномаркой.

После этого бортпроводница сдалась. Алчность победила страх смерти. Осмотревшись, она освободила нам проход. Мария помогла мне выбраться из кресла, и, придерживая меня за талию, направляла меня в нужную сторону, одновременно прикрывая моим телом, взятый смартфон, который полностью терялся, на фоне моего темного платья.

Проскочив в дверь туалета, и закрыв её на замок, я собирался набрать номер на смартфоне, когда он зазвонил сам. Подслушивание разговора я не боялся, так как Лиса обеспечивала звуковой пузырь. Включив соединение, я проговорил:

— Слушаю вас внимательно, Василий Иванович.

— Кто говорит? — впервые в голосе послышались эмоции.

— Меня зовут Алиса. Я её младшая сестренка.

— Немедленно передай трубку Марии, у нас мало времени.

— И не подумаю. Во-первых, сегодня утром она вдрызг проигралась мне в камень ножницы бумага, и поэтому я, по выигрышу, весь день буду старшей, а она будет выполнять, все мои капризы. А во вторых, времени осталось намного меньше, чем вы себе представляете. Топливо в баках осталось только на двадцать пять минут полёта. Надо поторопиться с решением, и поэтому я внимательно слушаю вашу версию событий.

Видно он был наслышан о моих приключениях в Сочи, поэтому сразу согласился и сказал:

— Хорошо. Так по тому и быть. Я введу вас в курс дела. Это не угон самолёта, а спланированная акция. На борту смертники. Самолёт в любом случае должен будет быть уничтожен. Они летят в тот район, где мы их обязаны, будем сбить, так как эту команду невозможно сейчас быстро отменить. Над местом катастрофы уже висят спутники, которые в подробностях сфотографируют эту трагедию. Как запасной вариант, на борту взрывчатка. О том, что на борту нет топлива, мы узнали только что, от вас, что полностью подтверждает нашу версию. Наша телеметрия говорит о том, что количество топлива на борту, соответствует норме. Операция готовилась давно, с привлечением минимального количества людей. Высокий профессионализм, и максимальный уровень секретности. О ней узнали мы слишком поздно и при том чисто случайно. После гибели самолета, западными СМИ будет заявлено, что так режим расправляется с опасными для него людьми, не считаясь с гибелью своих граждан. Ситуация критическая. Мы очень просим вас вмешаться, зная ваши невероятные возможности.

— Я, и моя сестра Мария, с этого момента, берём ситуацию в самолёте под свой контроль, и начинаем оперативные мероприятия по нейтрализации диверсантов. На борту террористы объявили, только об угоне самолета. Среди пассажиров, есть два двухсотых. Заряды нами уже обезврежены. Уберите, телепающийся сзади, тридцать первый, чтобы я, случайно, не поломала этот перехватчик с боевыми ракетами предназначенными для нас. А в замен ему, срочно поднимите в воздух "Грача". Пусть нас догоняет и пристраивается сзади. После моего звонка, о нашем полном контроле над воздушным судном, он должен занять место впереди нашего А-320, и визуально завести меня на любую ровную площадку, длинной не менее двух тысяч метров, в приделах оставшегося топлива для полета. Так что ждите моего звонка: — сказал я, и разорвал связь.

— Из туалета я вышел просветленный. Сразу по мне было видно, что испуганная заплаканная девчушка чувствует себя намного лучше. В тамбуре тоже была полная идиллия: бортпроводница рассматривала кольцо, а сестрёнка сторожила дверь туалета. Все были заняты делом. Никто никому не мешал. Только мы собрались дружной девичьей компанией вернуться на своё законное место в салоне, как проход нам перегородил террорист, в джинсах и, поигрывая пистолетом, с усмешкой поинтересовался:

— А куда это вы собрались, изображая из себя цыганский табор? Я вас никуда не отпускал. Вы нарушили мой непосредственный приказ, и пришло время отвечать за свои фатальные проступки. Это будет касаться и вас, моя милая непослушная леди. Возраст здесь не имеет никакого значения. А исполнение справедливого наказания, мы начнём с вас, дорогая моя, любимая, Таня-Танечка: — произнося эти слова, он медленно поднимал оружие на стюардессу, наслаждаясь ужасом девушки, которую уже не держали ноги. Она от страха, выронила кольцо, и чуть живая, прислонилась к переборке, по которой медленно, закрыв глаза, стала сползать на пол.

Это ничтожество, пытавшееся казаться крутым боевиком, наподобие Джеймса Бонда, был обыкновенным маньяком, кайфующим от убийства беззащитных женщин. Не зря, первый выстрел достался девушке, ничем не провоцирующий своим поведением, этот поступок. И если бы он был хотя бы немного профессионалом, то обратил внимание, на весело бесшумно смеющуюся, в великолепные тридцать два зуба, названые слезами стоматолога, Марию, которую эта ситуация откровенно забавляла. Дождавшись удобного момента, она точно выверенным ударом ноги, разбила его фаберже, мгновенно отправив в отключку. После её удара, их точно не возьмётся реставрировать ни один музей мира.

— Чем занимаемся дальше? — спросила Мария, закончив стягивать, за спиной террориста руки, его же ремнём от джинсов, и связывая между собой шнурки от разных кроссовок. Пистолет, достав из него все патроны, она бросила рядом. Горемычную, чуть не пристреленную, как я понимаю, своим же любовником, находящуюся в обмороке, Таню, мы посадили на ближайшее свободное пассажирское место. Сестренка одела ей на палец левой руки, подаренное кольцо, сказав в объяснение своего поступка, что дарёное обратно не берут.

— Нам дали карт-бланш на все действия, — ответил я поправляя на себе платье и проверяя, не развязались ли в суматохе банты в волосах. — Я пойду, приголублю главного бяку, а потом буду сажать этот лайнер. Дорогу нам обещали показать. А ты, в это время, заменишь выбывшую из строя, по техническим причинам, стюардессу и успокоишь пассажиров.

— Лиса, где примерно находиться пульт управления детонаторами?

— Четырнадцатый ряд, место справа у окна, в женской сумочке.

На указанном Лисой месте, сидела невзрачная девушка лет двадцати, в скромной одежде. И если бы не бритый, до зеркального блеска череп и татуировка на лице, я бы её совсем не заметил, настолько она сливалась с общим фоном. Вот, кто нас заложил джинсовому боевику, когда мы толпой попёрлись в туалет.

Повернув, голову назад, она увидела заложенную ею киллеру приметную девочку с бантами, неспешно идущую в её сторону. Видно все поняв, террористка открыла свою женскую ручную кладь, и из неё достала предмет, очень похожий на футляр, для губной помады, только побольше, а затем обречённо зажала его в правой руке. Дождавшись, когда я подойду к ней в плотную, смертница глубоко вздохнула, словно собравшись нырнуть в воду, закрыла глаза и большим пальцем руки, надавила на кнопку в торце футляра.

Я стоял рядом и молча смотрел на неё. Просидев десять секунд с закрытыми глазами, и поняв, что что-то пошло не так, так как все ещё продолжается её бренное присутствие в этом мире, она открыла глаза и с изумлением глянула на меня. Затем несколько раз повторно нажала на кнопку. После чего, я приблизился к ней вплотную и жестоким рубящем ударом сломал ей нос, который теперь не подлежал восстановлению, хирургами любой квалификации, добавив еще ПСИ-импульс, чтобы не брыкалась до того момента, когда она попадет в надёжные руки спецслужб. Как бы ты не был обижен на свою судьбу, нельзя вымещать свою злость на невинных людях, тем более отбирая у них, самое дорогое, жизнь.

Пассажирами этого рейса, были, в основном женщины и дети, возвращающиеся с курорта, на которых жестокая расправа со стрельбой, произвела шоковое воздействие, вогнав их в полуобморочное состояние. Поэтому никто не обратил внимание на то, что власть на борту уже координальным образом поменялась.

Фактически никем не замеченный, избегая взглядов и расспросов, я проскользнул к кабине пилотов, где обнаружил на полу тела второй стюардессы, и как мне кажется, командира корабля, застреленные, как и в первом случае, в лоб.

Дверь в кабину пилотов была заблокирована электронным замком.

— Лиса сколько осталось топлива?

— На двадцать минут.

— Контроль бортовых компьютеров?

— Полный.

— По моей команде откроешь дверь пилотской кабины и одновременно с этим дашь команду на выпуск шасси. После этого подключишь мне базы управления этим лайнером.

— Принято. Полная готовность исполнения команд.

— Лиса, начали!

Слабый щелчок электронного замка, был полностью заглушен, раздававшимся из под пола, негромкий гулом сервомотора, устанавливающего в рабочее положение переднюю стойку шасси.

Открыв дверь в кабину летчиков и, войдя в неё, я спросил, как можно задорней и веселее:

— Здравствуйте, мальчики! Проститутку в эту комнату заказывали? — чем добавил непонимания в ситуацию, которая возникла у них, в связи с несанкционированном выпуском шасси. Мне, на этот раз противостоял настоящий профессионал. Мозг его ещё анализировал ситуацию, а рука уже без команды, на рефлексах, вытащила пистолет, чтобы устранить возникшую угрозу, но я всё же успел раньше. Выломав из ладони орудие убийства, я дополнительно угостил местную главную "редиску", ПСИ-импульсом, отправляя его тело в гарантированное трёхчасовое беспамятство. Можно конечно было так сильно не спешить, но ходить, в простреленном в нескольких местах платье, мне не очень то и хотелось.

Вежливо попросив второго пилота никуда не отлучаться со своего рабочего места, который, после всего им увиденного, смотрел на меня, выпучив глаза и уронив челюсть, я посоветовал Лисе, временно включить автопилот, чтобы, обалдевший от моего внешнего вида летун, не за рулил, куда ни будь, не туда. Затем взяв тушку главного бяки за шкирку, особенно не напрягаясь, вытащил её из командирского кресла, тем самым подготовив себе рабочее место на ближайшее время.

Переместив грузное тело супостата, нафиг из кабины я, связав, на всякий случай, его руки за спиной, посадил главаря в ближайшее кресло. Отдав его оружие, подошедшей Марии, на её вопрос, как у нас дела, ответил, что мы победили, и враг не бежит только по одной причине: он крепко связан и готов к отгрузке заказчику. Я же сейчас пойду, доложусь союзнику, и сяду играть в одну очень интересную и захватывающую игру: ну-ка попробуй посади свой самолет с почти пустыми топливными баками.