Записки эмигрантки 2

•      Там легко подъехать – ты не заблудишься! – убеждал меня Роберт. Он оказался упрямым.

После всех препирательств, мне уже вообще никуда не хотелось ехать. День был холодным. Я одела черные брюки, бутылочного цвета тонкий свитер под горло, повесила длинную нить кофейного цвета жемчуга и, набросив приталенное полупальто, выскочила из дома.

Через пол-часа я подъехала к назначенному месту. Толпы туристов бродили по улицам. Было очень холодно и все кутались в шарфы и натягивали шапки, купленные здесь же, на улицах Манхэттена. Припарковаться, как и ожидалось, не представлялось возможным. Я медленно поехала, пытаясь позвонить с мобильного Роберту, и одновременно следя за сумасшедшим движением – как бы не въехать в кого. Сначала он долго не брал трубку.

•      Ты где? – я все-таки дозвонилась. – Я уже минут десять езжу кругами.

Мы созванивались еще несколько раз, прежде чем я сумела все-таки встать где-то, образовав двойной паркинг. В зеркало заднего вида я увидела, как к моей машине устремленной походкой направляется он – Роберт. Несется на всех порах. Походка, выражение лица – все выдавало в нем желание увидеть меня поскорее. В руках – огромный букет цветов. И вот – цель достигнута. Он открывает дверцу машины – смущенно-радостная улыбка:

•      Прьивет! Наконец-то!– бедолага успел замерзнуть в своей тонкой курточке и его нос приобрел бордово-синий оттенок, как у всех южных людей, не привыкших к холоду.

•      Привет! Садись скорей – мне не терпится уехать из этой клоаки, – поторопила я его.

•      Это тьебе! – протянул он мне шикарный букет роз.

Первый букет за все время моих знакомств на сайте, надо заметить.

•      Спасибо, положи его на заднее сиденье, пожалуйста. Мы поедем куда-нибудь подальше, в «аптаун» – где можно запарковаться.

•      Как скажешь, принцесса! Ты здиесь хозяйка. Я, честно говоря, был в Нью Йорке очень давно и с тех пор здиесь еще больше людей. – Роберта переполняла радость, что наконец-то нашел меня.

Потихоньку оттаяв, он стал в упор рассматривать меня.

•      Ты красивая, как и на фотографии, – заметил он с улыбкой. – Я такой и представлял тебя. А я – не обманул твоих ожиданий?

•      Нет, такой же, как на сайте, – ответила я.

Симпатичный: брюнет, карие узкие глаза, чем-то отдаленно напоминающие глаза Ричарда Гира. Сложен идеально – высокий, стройный, но не худой. Но для себя я не нашла ту одну маленькую изюминку… Никак – не холодно, не жарко. Ничего не кликнуло, не вспыхнуло, не задело. Мы доехали до «аптауна» и припарковались.

•      Какая ты высокая! – заметил Роберт, когда я вышла из машины. – Почти, как я.

И он попытался встать рядом, макушка к макушке, чтобы сравнить наш рост.

•      Давай пройдемся немного, – предложила я.

•      Давай, – согласился Роберт.

Мы шли по Манхэттену мимо витрин магазинов. Людей становилось все меньше – обычно День Благодарения проводят в кругу семьи или друзей, дома. Роберт пытался взять меня за руку или хотя бы под руку. Я же не горела желанием касаться его.

•      Нас с сыном пригласили в гости сегодня, на ужин, – уточнила я. – Поэтому часов в семь мне надо будет уехать.

•      Хорошо! Не хорошо, конечно. Но я всье понимаю – сегодня ведь праздник, а я прьиехал так внезапно… У нас с тобой еще три дня! Мы наверстаем сегодняшний день, – с воодушевлением заметил Роберт.

«К сожалению, три дня!» – подумала я. Мне хватило нескольких минут, чтобы понять, что ничего у нас не получится. Обманывать себя я не хотела. И его тоже. Это не мой человек. Но сказать ему: « Знаешь, Роберт, ничего у нас не получится, давай не тратить время зря!» – я не могла. Он смотрел на меня влюбленными глазами, у него такие планы и надежды на эти три дня! Как я посмею?

•      Смотри, какие фифочки! – сказал Роберт, показывая на манекенов, когда мы проходили мимо витрины магазина женской одежды.

•      Что это за слово такое «фифочки»? – удивилась я. – Нет такого слова в русском языке.

Меня он начинал раздражать.

•      А какое есть? – веселым голосом спрашивал он. У него было прекрасное настроение – в Нью Йорке, рядом женщина, не обманувшая его надежд…

•      Не знаю, но «фифочки» точно нет, – огрызнулась я.

Навстречу нам шли нарядные леди в длинных вечерних платьях и меховых манто, держа под руку таких же нарядных джентльменов в токсидо.

•      Можьет, пойдем посьидим где-нибудь? Сейчас не самая хорошая погода для гуляния, – предложил Роберт.

•      Да, давай найдем какое-нибудь место.

•      Столько фифочек нарядных вокруг, – опять весело сказал Роберт.

•      Не говори это слово! – заметила я, но уже с нескрываемым раздражением.

Все, что попадалось на нашем пути, закрыто – в этот праздник мало какие рестораны работают. Я совершенно забыла об этом, а ехать опять на Бродвей не было никакого желания. Везде нас встречали только темные окна с надписями: « В день Благодарения – закрыто».

Наконец, после долгих поисков, мы нашли маленький французский ресторанчик, расположенный на углу какого-то здания. Открыто, ура! Французам нет дела до американского Дня Благодарения – они хотят делать деньги. Мы присели за столик на двоих, на котором уютно горела свеча. Очень романтично! Меню специальное, праздничное – индейка под клюквенным соусом. Правда, можно было заказать еще и луковый суп, который пришелся очень кстати после прогулки по Манхэттену.

•      Какие у тебя планы на эти дни? – поинтересовалась я.

•      Быть с тобой – мои планы. На завтра у менья билеты в Карнеги Холл – там будут играть симфонию, посвиященную жертвам урагана Катрина. Если ты не возражаешь, конечно. Послезавтра – у менья длья тебья сюрприз. Ну а слиедующий день – отъезд.

•      То есть ты хочешь сказать, что приехал только ради меня? – удивилась я.

Честно говоря, я до сих пор не сомневалась, что он захочет встретиться еще с кем-нибудь.

•      Коньечно, – искренне удивился Роберт. – Ради кого ещье?

•      Ну, ты же понимаешь… – стала объяснять я. – Этот сайт, где мы познакомились, наверняка ты там переписывался еще с кем-то из Нью Йорка…

•      Ника, пойми, я свой выбор уже сдиелал там, во Флориде. И выбор этот – ты.

Роберт старался быть интересным: что-то рассказывал, шутил, смеялся. Наверное, многие женщины хотели бы иметь такого Роберта в бойфрендах, или даже в мужьях. Но мне он был не нужен. Не было притяжения – ни душевного, ни физического. Наоборот, все отталкивало.

•      Ты мние очень нравишься, – прервал мои мысли Роберт. – Я не жалею, что приехал. Я приньял правильное решение. Даже могу сказать, что искал именно такую женщьину, как ты: красивую, серьезную, умную, честную. Я тебья пока ни о чем не спрашиваю – знаю, что не все так торопьятся с приньятием решиения, как я. Очиень хочу, чтобы ты сделала в отношении мьеня правильные выводы и постараюсь сдиелать всье длия этого. Я упорный.

Я улыбалась в ответ. Что я могла ему сказать? Что я достаточно большая девочка и привыкла доверять своим чувствам. И если ничего не кликнуло ( это называется chemistry), то и не кликнет уже. Что заставлять себя почувствовать что-то только ради того, что человек хороший, не надо. И ради того, чтобы не быть одной. Ничего не получится через насилие своей души. У меня за спиной уже имелись два брака именно по этой причине – не быть одной. Достаточно! Я хочу найти СВОЕГО человека. Зачем я буду все это объяснять?

•      Спасибо за вечер, Роберт. За ужин, за цветы. Мне пора…, – сказала я, вставая из-за стола.

•      Да-да, конечно, я заговорился, – он галантно накинул пальто мне на плечи.

Я подвезла Роберта к отелю.

•      Спокойной ночи, завтра созвонимся! – сказала я.

•      Спокойной… У меня, наверное, она не очиень спокойная будиет, – улыбнулся Роберт.

Я ехала из Манхэттена через Линкольн Тоннель и думала. Почему так всегда бывает? Добрый, надежный, честный и, по всей видимости, верный парень, но не мой. Ну не нужен он мне. Я была уверена, что если бы я ответила ему взаимностью, он не стал бы мне долго морочить голову. Роберт был настроен очень серьезно. А мне даже не хотелось встречаться с ним на следующий день. На душе было тяжело – рано или поздно надо будет признаться ему, что я ничего не чувствую. С другой стороны, он сам меня поставил в такое глупое положение. Я его не просила приезжать… Да еще на четыре дня.

•      Ну, как твое свидание? – поинтересовалась Маша после ужина, когда Данька ушел к Никите в комнату.

Я рассказала ей и спросила:

•      Что бы ты на моем месте сделала?

•      Если бы он мне не понравился на первом свидании, на второе я бы не пошла, – уверенно сказала Маша.

•      Но он приехал из Флориды специально ради меня.

•      А это разве твои проблемы? Blind date поэтому так и называется. Ты встречаешься вслепую, а после этого прозреваешь и решаешь, имеют ли смысл дальнейшие встречи, – у Маши на все было объяснение.

•      Маш, я все понимаю, но чисто по-человечески не могу так поступить.

•      Ты меня спросила – я тебе ответила. А ты поступай, как знаешь, – сказала Маша.

На следующий день Роберт звонил несколько раз. Сославшись на занятость, я пообещала приехать непосредственно перед концертом.

•      Зато завтра я свободна и мы проведем почти весь день вместе, – решила я «подсластить пилюлю».

Развлекать Роберта, видеть его влюбленные глаза и пытаться отстраниться от его объятий мне хотелось чем можно меньше. А так, думала я, обойдемся малой кровью: концерт, потом домой, ну и один день остается. Всего ничего!

Карнеги Холл мне не довелось посетить ни разу. В Америке не придают особой роли одежде. Здесь никто не посмотрит косо, если ты придешь в джинсах даже в концертный зал. Мне хотелось какой-то торжественности – все-таки это известный Карнеги Холл! Я одела темно-синие бархатные брюки, нарядный топ черного цвета, туфли на высоком каблуке и набросила норковое манто. Не броско, но торжественно-нарядно.

Роберт звонил в течение дня постоянно. Отчитаться: где он, что делает, какие музеи посетил…

•      Приезжай поскорей, – каждый раз просил он меня, – я скучаю…

Днем, когда я еще была дома, позвонил Максим.

•      Никуля, привет! Как твои дела, как знакомые?

•      Спасибо, все по плану! – ответила я.

Перед приездом Роберта я сообщила Максиму, что приезжают мои приятели из Москвы, на праздники, и у нас с ними совместная программа. Так что я буду в Нью Йорке каждый день. Скучая по Максиму, я думала о нем постоянно.

•      Чем собираешься заняться сегодня? – поинтересовался он. – Я очень соскучился по тебе.

•      Сегодня мы идем на концерт. Если он закончится не очень поздно, я могла бы приехать к тебе! Но не обещаю – поэтому планируй свои дела. Если получится – получится…

•      Это было бы здорово! Позвони, когда освободишься, – попросил Максим.

•      Хорошо! До связи.

Лучше бы он не звонил. Теперь все мысли у меня были о том, как «отбыть повинную» с Робертом и побыстрее освободиться. Вся создавшаяся ситуация отдавала маразмом. Я через силу встречалась с Робертом, думая о Максиме. Зачем? Только потому, что он не подумал и приехал на четыре дня, не спросив меня: а хочу ли я видеть его четыре дня, а свободна ли я для него? Но ничего сделать нельзя. Я заехала за Робертом ровно за час до концерта. И опять букет – правда, поскромнее вчерашнего.

•      Ты меня балуешь! – улыбнулась я. – Спасибо.

•      Кого мне ещье баловать, если не тебья!

•      Как провел день? – задала я дежурный вопрос.

•      Нормально – ходил по музеям. Гульять сейчас холодно, – ответил Роберт.

В Карнеги Холл, помогая мне сбросить норку с плеч, Роберт поинтересовался:

•      Это настоящий мех?

•      Нет, искусственный. – пошутила я. – Чебурашка.

Непосредственный и простой, Роберт не понял моего юмора. Говорят, «простота хуже воровства». Именно этот вариант и соответствовал поведению моего кавалера.

•      Какая ты красивая – как модель! – восхитился Роберт.

•      Спасибо! – скромно поблагодарила я.

Зал был полон. Как я и ожидала, кто-то пришел послушать музыку в вечернем платье, а кто-то даже не подумал сменить джинсы после прогулки. Мой наряд был очень кстати. Первое отделение не тронуло за живое – как обычно и бывает. Для разогрева. В антракте мы не стали никуда выходить и остались сидеть на своих местах.

•      Я хотел тебя попросить о чем-то. Можно? – задал мне вопрос Роберт.

•      В зависимости от того, о чем ты будешь просить, – ответила я.

•      У нас в декабре будет юбилей компании. Планируется грандиозное пари в честь этого. Каждый должен прийти со своим спутником или спутницей. Я хочу попросить тебия приехать на этот юбилей. Ты моя спутница. У мения больше нет никого. – он смотрел грустными, по-собачьи преданными, глазами и мне стало ужасно жаль его.

Я знала, что Роберт работает в авиаконструкторской компании инженером уже много лет. Для него представлялось немаловажным появиться на пари с подругой. Но что я могла ему сказать, если наш завтрашний день должен был стать последним днем наших встреч.

•      Я пока ничего не могу тебе обещать, – ответила я.

•      Конечно, я оплачу все расходы, билеты, – поспешно сказал Роберт.

•      Да дело не в этом! Просто я собираюсь на работу устраиваться… По всей видимости, после праздников. Не думаю, что только устроившись смогу взять даже несколько дней, чтобы уехать, – нашлась я.

•      Будет Рождество – все отдыхают в эти дни!– возразил Роберт.

•      Давай подумаем об этом ближе к делу, – мягко попросила я.

•      Хорошо, – вздохнул Роберт. – Я же вижу, что ты пока ничьего ко мние не испытываешь! – опять грустный взгляд.

•      Я не могу так сразу, зачем ты меня торопишь? – что я могу еще ему сказать.

Настырность и упрямство раздражали не меньше его простоты. Человек дожил до сорока и не понимает: насильно мил не будешь! И чем больше навязываешься, тем сильнее идет отвержение.

Во время второго акта Роберт вдруг взял меня за руку. Как электрический разряд прошел по мне – не от страсти, нет. Немного потерпев, я мягко высвободила свою руку. Мучение, да и только!

Концерт закончился поздно. На улице было морозно, а машину я припарковала достаточно далеко.

•      Ника, мнье так не хочется расставаться с тобой сейчас. После такого вечера. Давай зайдем куда-нибудь, перекусим, пообщаемся… Или хотя бы просто выпьем по бокалу вина.