– Четыре года назад, – ответил Вигган.

– Я пять лет не видел Сти. Вы ведь участвовали в битве под Тримэйном?

– Был даже легко ранен.

– И вам приходилось убивать метаморфов?

– Да.

– Мне – нет. – Эремайл покачал головой. – За все девять лет в армии я не отнял ни единой жизни. Конечно, я офицер, но, подозреваю, убийца из меня никакой.

– Да и из всех нас тоже, – заметил Вигган. – Но когда они приближаются к вам, меняя форму раз по пять в минуту, или когда вы узнаете, что совершили налет на земли вашего брата и перебили ваших близких…

– С вами это случилось, Вигган?

– Нет, не со мной. Но другие… Таких очень много. Зверства! Стоит ли объяснять, как…

– Да, не стоит. Как называется этот городок, Вигган?

Офицер наклонился к карте.

– Сингасерин. На надписи маленькое пятнышко, но название прочесть можно. Он есть у нас в списке, мы предупредили их позавчера.

– По-моему, мы сделали все.

– По-моему, тоже.

Эремайл свернул карты, отложил их в сторону и снова посмотрел на запад, где отчетливо прослеживалась разграничивающая линия между зоной огня и неподожженными темно-зелеными холмами южнее. Однако и там листва сморщилась, сделалась сальной за долгие месяцы без дождя, и склоны холмов буквально взрывались, словно разбомбленные, едва огонь достигал их.

Эремайл видел все новые и новые взрывы пламени, похожие на краткие вспышки неожиданной яркости, словно удары света. Но это расстояние обманывало взор – Эремайл знал: каждый из крошечных костерков взрывал обширную новую территорию, поскольку огонь мчался, куда протягивали его летатели, пожирая леса за Хэмфиси.

– К вам посыльный, капитан, – сказал Вигган.

Эремайл обернулся. Рослый молодой человек в мокрой от пота форме спустился по склону и пристально смотрел на них.

– Ну? – спросил Эремайл.

– Меня послал капитан Вануйл. У нас затруднение – в долине неэвакуированный поселенец.

– Вот как? – Эремайл передернул плечами. – Какой поселок?

– Это между Каттикауном и Визферном, на хорошем тракте. Человека тоже зовут Каттикаун, Айбил Каттикаун. Он утверждает, будто получил землю в подарок от Понтифекса Дворна и его люди живут здесь тысячи лет. Он отказывается уходить.

Эремайл сказал со вздохом:

– Мне все равно, что он получил землю в подарок от Понтифекса Дворна, завтра мы зажжем округу, и он сгорит, если не уберется оттуда.

– Он это знает, капитан.

– Чего он хочет от нас? Разложить огонь так, чтобы тот не задел его ферму? – Эремайл нетерпеливо махнул рукой. – Эвакуируйте его, невзирая на то, хочет он того или нет.

– Мы пытались, – ответил посыльный, – но он вооружен и оказал сопротивление. Он заявил, что убьет всякого, кто попробует согнать его.

– Убьет? – повторил Эремайл, словно не поняв значения слова. – Убьет?

Только безумец станет угрожать убийством. Возьмите взвод солдат и переведите его в безопасную зону.

– Я ведь говорил, капитан, он оказывает сопротивление. Была перестрелка. Капитан Вануйл полагает, что его невозможно убрать оттуда живым. Капитан просит вас спуститься к нему и разобраться лично.

– Я…

Вигган тихо заметил:

– Все может оказаться проще простого: у крупных землевладельцев характеры тяжелые, и они требуют к себе повышенного внимания.

– Пусть Вануйл и займется им, – буркнул Эремайл.

– Он уже пытался вести переговоры с этим человеком, капитан, – объяснил посыльный, – и неудачно. Каттикаун требует невозможного – встречи с Лордом Стиамотом, но если бы вы…

Эремайл задумался. Конечно, нелепо командующему всем районом брать на себя подобную задачу. Это дело Вануйла. Его обязанностью было очистить территорию от людей к завтрашнему утру, а обязанность Эремайла оставаться здесь и осуществлять общее руководство акцией. С другой стороны, эвакуация людей в конечном счете была и обязанностью Эремайла, а Вануйл явно не справляется, и отправка отряда для насильственного сгона людей с земли скорее всего окончится смертью Каттикауна и гибелью кое-кого из солдат. Почему бы и не съездить? Эремайл медленно кивнул. Ничего важного на сегодня не оставалось, а Вигган и один управится со всем прочим. И если удастся спасти одну жизнь, жизнь одного старого упрямого дурака…

– Возьмите мою платформу, – предложил он Виггану, – а я воспользуюсь вашей.

– Но, капитан…

– Давайте, давайте, пока я не передумал. Поеду, взгляну, что там.

– Но Вануйл уже…

– Не стоит беспокоиться, Вигган. Я спущусь совсем ненадолго. Вы тут покомандуйте, пока я не вернусь, но, думаю, вряд ли у вас сегодня будет какая-нибудь работа. Справитесь?

– Да, капитан, – хмуро ответил младший офицер.

Ферма оказалась дальше, чем предполагал Эремайл. Пришлось почти два часа пробираться по еле приметной тропке с базы на Зугнорском Пике, а затем пересечь неровный склон плато, ведущий к подножию холмов, окружавших прибрежную равнину.

Здесь, внизу, воздух стал горячее, хотя и не таким дымным, волны жара порождали миражи и заставляли пейзаж дрожать и плыть. Дорога оказалась вполне приличной, но приходилось часто останавливаться, пропуская мчавшихся в панике животных, часть из которых он не мог узнать, бешено вылетающих из огненной зоны впереди. Тени начали удлиняться, когда Эремайл добрался наконец к небольшому поселению в предгорье. Здесь присутствие огня чувствовалось почти осязаемо, как второе солнце в небе. Жаром обдавало щеки, на кожу и одежду оседали мелкие песчинки.

Места, которые он проверил по своему списку, стали теперь неуютно реальными – Вайели, Домгроув, Визферн. Последний они только что миновали; со скучившимися в центре лавками и административными зданиями, окруженными домиками, от которых наружу, по кольцу тянулись фермы; каждый городок располагался в небольшой долине, где имелась речушка, стекавшая по склону холма и терявшаяся где-то на равнине. Они были пусты сейчас, или почти пусты, остались лишь несколько замешкавшихся, остальные уже шли по тракту, ведущему к побережью.

Эремайл не сомневался, что, зайдя в любой дом, он найдет там книги, гравюры, картины, всяческие безделушки, даже домашних любимцев, возможно, забытых в спешке. А завтра все это обратится в пепел. Но местность вокруг кишела Изменяющими Форму. Столетиями поселенцы жили под угрозой неумолимого жестокого врага, проникавшего к ним из леса и скрывавшегося под личиной друга, возлюбленной, сына, и всегда с одним намерением убить. Это была тайна, бесшумная война между лишенными земли аборигенами и теми, кто пришел после них, и война эта была неизбежна с тех самых пор, как первые поселки на Маджипуре переросли в города и расползлись, занимая плодородные площади, пожирая все больше и больше владений местных уроженцев. А теперь всепожирающий огонь подведет итог этой судорожной борьбы между людьми и Изменяющими Форму, и ничто не в силах изменить этого, а Вайели, Домгроув и Визферн должны быть разрушены, чтобы прекратить мучительную борьбу. И все-таки нелегко покинуть родной дом, подумал Эремайл, нелегко даже просто разрушить чей-то дом, чем он занимался прошедшие дни, разве что делать это издали, на таком расстоянии, с которого сожжение чьих-то родных очагов выглядело просто стратегией.

За Визферном дорога шла вдоль предгорья, уходившего далеко на запад.

Здесь было множество больших ручьев, скорее, даже маленьких рек, и землю густо покрывали леса без единой вырубки для посева. Однако и здесь поработала многомесячная засуха: кучи мертвых опавших листьев, сломанных ветвей и потемневших стволов готовы были мгновенно вспыхнуть.

– Вот это место, капитан, – сказал посыльный. Эремайл увидел перегороженное стеной ущелье, узкое в начале и гораздо более широкое внутри, с текущим посередине ручьем. В сгущавшихся сумерках поместье огромный белый дом с крышей из зеленой черепицы – производило впечатление, за ним тянулось необъятное засеянное поле. У входа в ущелье стояла вооруженная охрана. Эремайл с беспокойством отметил, что это не просто фермерское ополчение, а настоящая стража человека, относящегося к себе минимум, как к герцогу.

Эремайл спешился, шагнул к холодно смотревшим на него охранникам, державшим излучатели наготове, и обратился к одному, выглядевшему более значительно:

– Капитан группы Эремайл хотел бы повидать Айбила Каттикауна.

– Каттикаун ожидает Лорда Стиамота, – последовал холодный ответ.

– Лорд Стиамот занят в другом месте. Здесь его заменяю я. Я командую этим округом.

– Нам приказано пропустить только Лорда Стиамота.

– Передайте своему хозяину, – сказал Эремайл устало, – что Коронал шлет свои извинения, просит изложить все обиды капитану Эремайлу.

Казалось, охранник остался равнодушным к услышанному, однако чуть погодя он повернулся и вошел в ущелье.

Эремайл следил, как он не спеша прошел вдоль ручья и исчез за густым кустарником, окружающим площадку перед домом.

Прошло порядочно времени; ветер переменился, донося жар вспышек из зоны огня, дымный воздух резал глаза и горло. Эремайл чувствовал, как сажа оседает в легких. Но отсюда, из этого укрытого места, сам огонь не был виден.

Наконец так же неторопливо вернулся охранник.

– Каттикаун примет вас, – объявил он.

Эремайл кивнул водителю и своей охране, но человек Каттикауна покачал головой:

– Только вы, капитан.

Посыльный обеспокоенно взглянул на Эремайла, но тот махнул рукой, отсылая его.

– Ждите меня здесь, – распорядился он. – Не думаю, чтобы я задержался надолго.

Он последовал за охранником к дому.

От Айбила Каттикауна он ждал столь же прохладной встречи, как и от его охраны. Но Эремайл недооценил учтивость провинциального аристократа, которую следовало предусмотреть загодя.

Каттикаун приветствовал его теплой улыбкой и проницательным взглядом, а затем, подхватив под руку, проводил в свое жилище, обставленное изящно и красиво. Сводчатый потолок образовывали балки из выдержанного в маслах черного дерева, высоко на стенах были развешаны охотничьи трофеи, мебель была массивная и, очевидно, древняя. Все дышало архаичным духом, как и сам Айбил Каттикаун. Он был рослым – много выше хрупкого Эремайла – и широкоплечим. Массивное тело еще более увеличивал тяжелый плащ, выкроенный из шкуры ститмоя, лоб его был открытым и высоким, темные густые волосы свисали тяжелыми локонами, глаза были черными, губы – тонкими. Что ни говори, а внешность его производила впечатление.

Усадив Эремайла, он наполнил бокалы игристым янтарным вином и сказал, когда они пригубили:

– Итак, вы собираетесь сжечь всю мою землю?

Эремайл вздохнул:

– Боюсь, нам придется сжечь всю провинцию целиком.

– Идиотская затея. Наверное, самая дурацкая за всю историю человеческих войн. Знаете, как ценится продукция нашего округа? Знаете, сколько поколений тяжкого труда ушло на строительство наших ферм?

– Вся зона – от Милиморна до Синталмонда – последний оставшийся в Алханроеле очаг сопротивления метаморфов. Коронал хочет наконец покончить с войной, а это возможно, лишь выкурив Изменяющих Форму из потайных нор в здешних холмах.

– Есть иные средства.

– Мы испробовали все, – ответил Эремайл, – но это ни к чему не привело.

– Вот как? А вы пытались дюйм за дюймом пройти по лесам, выискивая их?

Разве вы перебросили сюда всех солдат Маджипура, чтобы провести такую операцию? Конечно, это слишком хлопотно. Гораздо проще выслать летателей и все сжечь.

– Война перемолола уже несколько поколений.

– И Коронал горит желанием закончить ее, – кивнул Каттикаун, – за мой счет.

– Коронал отличный стратег, – не согласился Эремайл. – Он разбил опасного, почти непостижимого врага и обезопасил Маджипур для наших поселений – весь, кроме вашего округа.

– Мы и сами неплохо справлялись с окружающими нас метаморфами, капитан.

Однако мы не устраивали резню. Я в состоянии справиться с ними. Не настолько они опасны, чтобы сильно угрожать нашему благоденствию, как это, кажется, делает ваше правительство. Ваш Коронал глупец, капитан.

Эремайл сдержанно заметил:

– Будущие поколения восславят его как героя из героев.

– Очень похоже, – согласился Каттикаун. – Люди подобного сорта обычно и превращаются в героев. Я заявляю, что нет необходимости разорять целую провинцию, чтобы окружить несколько тысяч оставшихся аборигенов. Уверяю вас, это близорукое и опрометчивое решение усталого военачальника, который торопится вернуться к наслаждениям Замковой Горы.

– Ничего не изменить. Решение принято, и от Милиморна до Хэмфиси все уже пылает.

– Я это заметил.

– Огонь подбирается к вашему поместью. Возможно, на рассвете здесь будет уже опасно. В течение дня летатели зажгут не только ваш район, но и потянут линию на юг до самого Синталмонда.

– Представляю, – спокойно сказал Каттикаун.

– Эта местность превратится в ад. Мы просим вас уйти, пока еще есть время.

– Я уже выбрал, капитан. Я остаюсь.

Эремайл тихо вздохнул.

– Мы не сможем обеспечить вашу безопасность, если вы так поступите.

– Кроме меня самого, никто и никогда не отвечал за мою безопасность.

– Поймите, вы погибнете и погибнете ужасной смертью. У нас нет возможности проложить линию огня так, чтобы не затронуть ваше поместье.

– Я понимаю.

– Значит, вы хотите, чтобы мы вас убили?

– Ничего подобного я не хочу. Боюсь, нам не понять друг друга. Вы деретесь на своей войне, а я охраняю свой дом, и если огонь вашей войны вторгнется на мою землю – мне будет очень плохо, но это не будет убийством. У каждого свой путь, капитан.

– Вы странно рассуждаете. Вы погибнете в результате наших действий, и ваша смерть ляжет на нашу совесть.

– Я остаюсь здесь по собственному желанию, после того, как был вовремя предупрежден, – ответил Каттикаун, – так что смерть моя будет лишь на моей совести.