Игрушка для Зверя

Но разумеется, я не могу задать такой вопрос Инге. Это слишком грубо.

– Почему он решил отдать мне ее одежду? – передергиваю плечами, мне не по себе от мысли, чьи вещи предназначено носить.

– Понятия не имею. Он бросил мне равнодушную фразу, чтобы одежду для тебя в комнате Адель взяла. Сам он много лет туда не заходил, – объясняет Инга.

Остается гадать и надеяться, что это не означает ничего особенного, и у Зверя просто прошли сентиментальные чувства к убитой девушке. Говорят ведь, что время лечит. Такой как он вряд ли долго будет убиваться, с легкостью найдет замену.

– Это платье тоже ее? – спрашиваю хмуро, никак не могу отойти от этой темы.

– Нет… это он сегодня привез, перед тем как сообщил мне о вечеринке, на которую возьмет тебя.

– Зачем это ему? Неужели прихоть? Или может, он увидел во мне свою бывшую погибшую… – у меня не хватает сил произнести слово "возлюбленную". Но оно крутится на языке, Инга конечно же это понимает. Нет, я ни в коем случае не считаю, что Зверь может влюбиться в меня! Нет! Мне просто необходимо услышать отрицание даже намека на подобное.

– Я не знаю. Но у тебя нет выбора, поэтому смирись. И не провоцируй его. Молча выполняй что скажет. Джерт не любит…

– Неповиновение? – перебиваю Ингу. – Он прям как военный, все должно быть по команде.

– Ты угадала, – улыбается Инга. – Он был наемником, это довольно длинный пласт его жизни.

– Ясно, – вздыхаю. На самом деле, чем больше узнаю про хозяина дома, в котором живу пленницей, тем более загадочным он кажется.

– Пора, – говорит Инга, взглянув на часы. – Он велел мне привести тебя в девять вечера к нему в кабинет.

– Дайте угадаю – он любит строгую пунктуальность? – пытаюсь подбодрить себя юмором висельника.

– Да, он любит чтобы его приказы выполнялись безукоризненно, не вижу в этом ничего странного, – вздыхает моя собеседница. – И еще раз хочу отметить, дорогая. Пожалуйста, не перечь ему.

– И не собиралась.

– Иногда у тебя бывает дерзкий язычок.

– Я буду себя контролировать, – заверяю женщину.

* * *

Следую за Ингой в кабинет хозяина, она приводит меня туда – в комнате пусто. Пунктуальный Зверь опаздывает? Ну так ему в отличии от меня позволено все что угодно… Чувствую неприятный холодок в области поясницы, словно какое-то внутреннее предчувствие… или предупреждение.

Пока одна, разглядываю кабинет. Мебель цвета темного шоколада, два глубоких мягких кресла, большой стол с компьютером. Даже интересно зайти по другую сторону и заглянуть в экран. Но любопытство сгубило кошку, а этот момент одиночества, в святая святых босса мафии, может быть очередной проверкой на вшивость. Поэтому, на всякий случай не двигаюсь. Разглядываю книги на стеллаже, напротив которого стою.

И тут плечи обжигает прикосновение горячих мужских ладоней. Вздрагиваю и машинально отпрыгиваю в сторону.

– Я напугал тебя?

Он подкрался так бесшумно, как зверь в засаде, меня аж перетряхивает, появление неожиданное, эффектное и конечно пугающее, как все в этом мужчине…

– Да, немного, – отвечаю, стараясь выровнять охрипший голос.

– Ты очень нервная.

– Я просто задумалась.

– Подойди ко мне.

Да что он со мной как с собакой?! Почему я должна выполнять его команды? Внутри растет протест и одновременно страх… зачем я должна приближаться к нему?

Но темные глаза с тигриными зрачками смотрят так неумолимо, что понимаю – все равно придется сделать что он хочет… Делаю пару шагов ему навстречу.

– Тебе страшно? – задает он вопрос с усмешкой, от которой вскипаю.

Да, страшно! Как он думает, мужик больше меня в несколько раз, я и так маленькая ростом и хрупкая, а рядом с ним и вовсе дюймовочкой себя чувствую. Но признаться в страхе противно и унизительно, поэтому делаю еще шаг. Но чудовищу и этого мало!

– Повернись ко мне спиной.

– Мы проверяем степень моих страхов? – дерзкий ответ помогает мне удержаться на плаву, не потонуть в пучине кошмара, куда погружает меня присутствие мучителя.

– Умная девочка, – снова усмехается монстр.

Он бросает мне вызов, и по идее самое оптимальное что могу сделать – это показать свой страх и неуверенность – пусть эго Зверя насытится… Но я не могу. Это необъяснимо даже для меня самой… Поворачиваюсь к нему спиной, как он и просил, крепко зажмуриваюсь… Понимая, что сейчас он коснется меня, чувствую сильнейшую волну трепета, прошивающую тело. Привычная реакцию на него: страх, паника, трепет. Задерживаю дыхание. Снова руки на моих плечах, обжигают, тревожат, мой пульс зашкаливает…

– Почему ты не срезала этикетку? – внезапно спрашивает Джерт. Поначалу даже не понимаю, о чем он, но быстро соображаю – имеет в виду платье.

– Забыла…

На самом деле, причина в том, что платье показалось мне настолько дорогим, что у меня не поднялась рука оторвать этикетку с логотипом одного из самых дорогих дизайнеров мира. Даже будучи совершенно далекой от моды, я разумеется слышала… И хотя бренды подделывают налево и направо в этом случае не сомневалась, что платье – оригинал.

Шорох, звук ножниц, и этикетка падает к моим ногам. Затем монстр отходит, к моему огромному облегчению.

Всю дорогу в машине едем в полном молчании. Мне пришлось сесть на переднее сидение, потому что эту дверь он открыл передо мной, и я не решилась спорить, вспомнив о совете Инги.

Джерт останавливает машину возле роскошного отеля. Выходит из машины и открывает мою дверь. Почему-то ожидаю что он подаст мне руку чтобы помочь выйти, это не мое желание, ни в коем случае, поэтому отшатываюсь. Но галантность видимо не в приоритетах Зверя, он просто стоит и смотрит на меня, в результате, вместо того чтобы вылезти из машины красиво элегантно и независимо, с достоинством, я краснею и выбираюсь кое-как, мешает узкое платье. Зачем он притащил меня сюда, если даже руки не попадал, словно показывая мне, что я ни в коем случае не его спутница, а необходимый, вынужденный аксессуар? Точно комнатная собачка. Именно так я сейчас себя ощущаю.

Ресторан отеля заполнен гостями, некоторые подходят к нам, здороваются, заводят разговор с Джертом, кто по-турецки, кто на немецком или на английском. Он свободно переходит на языки, но в целом мало разговорчив. Словно ждет кого-то… Никому из гостей меня не представляют, так что чувство унижения растет во мне. Постепенно начинаю догадываться об очевидном – странно что сразу не пришло в голову. На этом вечере моя роль – банально эскортницы. Ведь таких женщин не представляют своим друзьям и собеседникам. Постепенно мои щеки начинают алеть от унижения все сильнее. Чувствую, как они горят и ненавижу Джерта за то, что подверг меня такому испытанию. Можно подумать, ему трудно было найти спутницу, что выбор на меня пал! Даже сейчас к нам подходят красивые, роскошные женщины, заглядываются на него, флиртуют, буквально пожирают глазами. Определенно этот мужчина – один из самых желанных на вечеринке. Так почему он взял и меня? Зачем? не могу не задавать себе этот вопрос снова и снова.

В конце концов, Джерт и вовсе оставляет меня в одиночестве, когда его отзывает поговорить какой-то седовласый мужчина. С коктейлем в руках, в полном одиночестве и ощущении чуждости себя этому месту, я ощущаю себя куклой, которую поставили не на ту полку. Ловлю на себе косые взгляды. Женщины разглядывают меня с любопытством и презрением. Некоторые мужчины – сальными и похотливыми взглядами. При этом никто не изъявляют желания подойти и поговорить, точно я прокаженная. Но это единственное что меня радует. Не имею ни малейшего желания общаться. Почему-то мне кажется, что мужчины не подходят из-за Джерта. Словно на мне его клеймо, раз с ним пришла. Незримое, но очень характерное. Поставил и теперь я табу для любого мужчины тут. Это и радует, и одновременно бесит. Кому приятно, когда тебя клеймят? Я не вещь…

Мои невеселые мысли прерывает молодая девушка. Очень красивая блондинка, с пышной грудью, сияющими белокурыми волосами и пирсингом на нижней губе.

– Как тебя зовут? – спрашивает она довольно-таки неприязненным тоном на турецком языке. Но она не похожа на турчанку, слишком белокожая.

– А тебя? – Спрашиваю в том же тоне. Во всяком случае, быть душкой приказа не было, и мне осточертело такое к себе отношения

– А ты хамовата для эскортницы, – хмыкает девушка. – Где он тебя откопал, интересно? В каком занюханном агентстве?

– Хочешь устроиться туда на работу? – отвечаю с ослепительной улыбкой.

– Ты что хамишь, сука, – девушка вдруг переходит на русский язык. Я едва сдерживаюсь, чтобы истерически не рассмеяться. – Вечер закончится, твои оплаченные часы тоже, я ведь найти тебя могу, уже не раз морды таким как ты квасила.

– Любите бои без правил? Что вам от меня нужно? – спрашиваю, вкладывая в голос максимальную твёрдость, хотя внутри все дрожит. Никогда ещё я не попадала в такую ужасную ситуацию. Мне никогда не угрожали другие девушки, это какой-то сюрреализм. Мало того что притащили на вечер, на котором все считают меня чуть ли не купленной проституткой в худшем случае, в лучшем – просто спутницей на вечер, ещё и угрожают неизвестно чем.

– Хочу понять, где он тебя откопал, и что все это значит. Мы с ним полгода встречались. И он ни разу не позволял себе такого.

– И сейчас встречаетесь? – спрашиваю сама не зная зачем.

– Не твое дело!

– Не нужно ревновать меня, – произношу миролюбиво, желая успокоить девушку. Вы правы, я лишь сопровождение, между нами нет никаких отношений, и вам ни к чему переживать. Не имею никаких видов.

– А кто сказал, что я переживаю? – кривится девушка. – Просто ты… Слишком похожи на неё.

– На кого? – я догадываюсь и все же не могу не задать вопрос.

Лицо девушки мрачнеет.

– На Адель?

Не знаю зачем я в это лезу, ведь мне совершенно не интересен ни Джерт ни его гарем баб и любовные перипетии… Но почему-то вспоминаю разговор с Ингой, которая поделилось со мной по секрету, и имя умершей всплывает в памяти. Лицо девушки мрачнеет.

– Ты даже про неё знаешь?

– Совершенно случайно, это не имеет никакого отношения к моим… – на языке застывает слово "отношениям", но к счастью успеваю остановиться. – Пожалуйста, закончим этот разговор! Я узнала про Адель совершенно случайно, мне не Джерт рассказал. Пожалуйста, не говорите ему что я знаю…

Я уверена, что наш разговор с блондинкой Зверю не понравится, а тревожить и злить монстра не имею ни малейшего желания!

– Это какой-то кошмар, – бормочет блондинка. – Я думала он уже пережил это… Но ты… откуда бы ни взялась, напомнила… разбудила его демонов! – девушка закусывает нижнюю губу, видно, что наш разговор ее расстроил. Да и меня не меньше.

Когда моя собеседница наконец уходит, понимаю, что у меня трясутся руки от нервов. Джерта по-прежнему не было, он решал свои вопросы, а я брожу неприкаянно среди гостей, мимо ходят официанты с подносами. Шампанское, красивые и аппетитные закуски, чуть дальше стоит шведский стол со всевозможными угощениями. Пускаю слюни на запахи, но так и не решаюсь проглотить ни кусочка. Слишком нервничаю. Беру только один бокал шампанского, который кручу в руке, сделав пару глотков. Так проходит около двух часов, сужу по тем что висят на стене. Снова задаюсь вопросом, зачем он притащил меня сюда, если даже не обращает внимание.

– Могу я пригласить вас на танец? – внезапно обращается ко мне пожилой мужчина. Очень элегантный и стройный, выглядит явно моложе своего возраста, но выдают морщинки в уголках глаз. По ним заметно что ему за пятьдесят.

– Даже не знаю, – теряюсь с ответом.

На такой случай Джерт не дал никаких инструкций, и я боюсь разозлить его.

– Не волнуйтесь, ваш спутник не будет против, у нас с ним прекрасные отношения. К тому же танец – что может быть безобиднее. И не слушая моих слабых протестов, мужчина берет меня за руку, и тащит за собой на танцпол.

Ожидаю что он тоже начнет расспрашивать про Джерта, или намекать на древнейшую профессию, или просто лапать. Но снова сюрприз – мужчина держит меня предельно деликатно, и танцуем мы в молчании. Почему-то мне кажется он сильно волнуется и его состояние передается мне, хотя повода вроде нет, но комок в горле. И тревога гораздо сильнее, нежели при разговоре с блондинкой, которая была груба и говорила обидные вещи.

Чувствую себя глупо, мужчина молчит, и я тоже не знаю, что сказать. Танец заканчивается, он благодарит меня галантным поклоном и уходит.

Через минуту рядом появляется Джерт.

– Развлеклась?

– Вы про танец? Он… мне неловко было отказать.

– Я не про танец. Вечер окончен, поехали.

– Правда? – не знаю радует меня это или огорчает. Слишком много вопросов появилось с этим вечером. И ни одного ответа…

Глава 7

– Может, всё-таки объяснишь, для чего была эта поездка? – не выдержав, спрашиваю Джерта в машине. – Я потанцевала, меня обозвали проституткой, нахамили… В этом была цель?

На секунду мне показалось, что Джерт даже не удостоит меня ответом.

– Знаешь, есть отличная поговорка, – произносит он. – Меньше знаешь – крепче спишь. В твоем случае – меньше знаешь, быстрее окажешься дома. Или ты уже не торопишься домой?

– Очень тороплюсь! Я уже говорила, что у меня младший брат, он болен и ему сейчас не на кого рассчитывать, кроме как на Мустафу. Зная этого человека, вы должны понять мою тревогу! Понимаете, что рассчитывать на него я не могу от слова "совсем".

– Как я уже обещал, завтра отпущу тебя, сможешь поехать куда пожелаешь.

– Проверка окончена?

– Да.

Волна радости и облегчения затапливают меня настолько, что подпрыгиваю на сидении. Но все равно переспрашиваю:

– Правда? Вы меня точно не обманываете?

– Зачем мне нужно обманывать тебя, говорю как есть, – следует без эмоциональный ответ.

– Спасибо. За то, что не обманываете…

– Кто нахамил тебе? – неожиданно спрашивает Джерт.

– Что, простите?

– С кем ты потанцевала я в курсе.

– В этом была ваша цель? – перебиваю, потому что мысли начинают разбегаться.

– Возможно.

Снова односложный ответ! С ним с ума сойти можно!

– Вы не объясните подробнее? Раз это касается меня…

В этот момент позади нас раздается скрежет, и машина, едущая позади, на которую я не обращала никакого внимания, вдруг преграждает нам путь. Из неё выскакивают люди с пистолетами, или автоматами, я ничего не понимаю в оружии, и открывают по нам стрельбу. Последнее, что помню, это рука Джерта, которой он то ли бьет меня, то ли толкает. Падаю вниз, под сидение, наверное, этой молниеносной реакцией Джерт спасает мне жизнь. Дальше – оглушающий свист пуль, леденящий крик, только внутренний, потому что от страха кажется теряю голос.

И тут понимаю, что наша машина движется назад. Каким-то образом Джерт умудряется управлять ею.

– Не поднимайся, – командует глухо, когда дергаюсь.