Девственница для магната

Взяв мою руку, он положил ее на пряжку ремня. Я поняла, что от меня требуется, расстегнула ее и выдернула ремень из петель. Он расстегнул брюки, не переставая меня гладить, и положил мою руку на то, что скрывалось внутри. Я принялась ласкать его, сперва осторожно и неумело. Потом, понимая, что все делаю правильно – более смело и активно.

Его лицо оставалось таким же невозмутимым, но дыхание стало прерывистым, взволнованным, как и мое. Но вот он застонал, откинув голову на спинку кресла, изливаясь в мою руку. Его пальцы при этом дернулись более резко, и я вскрикнула, чувствуя, как мир взрывается в оргазме. Он прижал меня к себе, переводя дыхание.

Долгое время тишину нарушал только треск поленьев в камине. Двигаться не хотелось, меня охватила блаженная истома. Но он наклонился к моему уху:

– Встань коленями на подлокотники кресла.

Его дыхание обожгло мне шею, вызвав новый всплеск внизу живота. Поглощенная этими ощущениями, я даже не сразу поняла, что он от меня хочет.

– Что?

Он повторил свой приказ, и я послушалась, пусть эта поза и была для меня очень неудобной. Он спустился чуть ниже и коснулся губами темного треугольника между моих ног. Когда его язык отыскал крохотный узелок страсти, я вздрогнула и попыталась отпрянуть. Но он обхватил мои ягодицы, удерживая на месте.

Если его пальцы доводили меня до исступления, то язык и губы превратили его в медленную, сладкую пытку. Мне пришлось вцепиться в спинку кресла, чтобы не упасть, не стечь ему на колени. А он все не останавливался, лаская меня медленными, уверенными движениями. Однако, когда я почти достигла пика удовольствия, он прервался и посмотрел мне в глаза:

– Попроси меня.

Я растерялась и, наверное, покраснела бы, если б уже не была красной как рак:

– Стивен, я…

– Попроси меня, или тебе придется делать это самой. При мне.

Я отвела глаза и выдавила:

– Стивен, еще… Пожалуйста…

Он продолжил свою такую желанную и такую беспощадную ласку, Каждое движение его языка – как маленькая смерть. Я умирала от наслаждения и возрождалась из пепла, снова и снова, не переставая. Удовольствие накатывало волнами. Сильнее. Больше. Еще…

До тех пор пока мир не взорвался, не рассыпался на миллионы сияющих брызг. Я все еще вздрагивала в последних отголосках сладкой судороги, когда Стивен помог мне опуститься к нему на колени. Я уткнулась ему в плечо, с трудом переводя дыхание после бурного оргазма.

Глава 9

Утро снова началось со слез. На этот раз с наступлением ночи сладкая пытка не закончилась. Стивен явился ко мне во сне. Снова и снова повторялся сон, в котором он доводил меня до исступления своими ласками. Проснувшись на рассвете, я поняла, что окончательно запуталась в себе, и просто разрыдалась от бессилия.

К завтраку я успела успокоиться, но за столом клевала носом. Есть не хотелось совершенно. Зато я выпила две чашки кофе из серебряного кофейника и, позвонив, попросила горничную принести еще.

Камин не горел: в комнате и так было достаточно тепло. Я сидела в кресле и изучала трещинки на кирпичах. Голова была совершенно пустой. Читать совершенно не хотелось. К карандашу, после вчерашнего эскиза, и прикоснуться было страшно. Телевизор также совершенно не привлекал.

Раньше в таком состоянии я бы отправилась на прогулку. Но сейчас… Вдруг Стив подумает, что я пытаюсь сбежать, и позвонит в полицию? Нет, за порог я выйти, пожалуй, не рискну. Чем же тогда мне заняться?

Услышав стук двери, я не стала оборачиваться. Наверняка это горничная принесла мне кофе. Пусть ставит на стол. Пить его мне уже расхотелось, но взбодриться нужно. Чуть позже я заставлю себя встать и перелить напиток в чашку. Пока же мне совершенно не хотелось двигаться.

О том, что я ошиблась, мне сообщил запах. Это был не приторный, карамельный аромат, который сопровождал горничную. Запах кедра и апельсинов, смешанный с нотками дорогого коньяка и сигар. Запах Стивена.

Я вздрогнула и обернулась. Он стоял у стола, разглядывая меня. Я почувствовала, как сердце забилось сильней. Зачем он пришел? Снова хочет устроить мне испытание страстью, или опять обнаружил, что я в чем-то перед ним провинилась? Но он молча подал мне руку, явно предлагая пойти за ним куда-то.

Мы вышли из комнаты и прошли практически через весь дом, остановившись у неширокой лестницы. Второй этаж, третий… Мы поднимались вверх, пока лестница не кончилась неширокой площадкой. Она вывела нас к небольшой двери. Как и во всем доме, здесь царила абсолютная чистота. Ни пылинки, ни пятнышка. Запах полироли указывал: за роскошными деревянными панелями, которыми были обшиты стены, тщательно следят.

Но дверь открылась туго, с протяжным скрипом. Видимо, заходили сюда очень редко. Стивен нахмурился и покачал головой. Теперь тому, кто должен следить за порядком, наверняка сильно попадет. Как хорошо, что это все-таки не я!

Мы переступили порог, и я просто задохнулась от восторга. Мы очутились в башне, в круглой комнате с панорамными окнами. Сад перед башней расступался, и из окна открывался потрясающий вид на небольшой пруд и стоящую на его берегу беседку.

Перед окном стоял мольберт с установленным на него холстом. Я подошла и коснулась шероховатой поверхности, потом вскинула удивленные глаза на Стивена:

– Зачем ты меня сюда привел?

Он довольно улыбнулся:

– Чтобы ты посмотрела на свою новую мастерскую.

У стены стоял стол, сейчас плотно заставленный коробками. Я подошла поближе и просто ахнула от изумления. Масло, тушь, акварель, простые и угольные карандаши, кисти – все, чего может пожелать художник.

– Я знаю, что ты рисуешь, но не успел выяснить, чем именно. Поэтому взял все. Выбирай, что тебе ближе.

Он довольно улыбался, а я просто не знала, что на это сказать. Он снова меня шокировал, оказавшись совсем не таким, как я представляла. И как мне теперь вести себя с ним? Стивен, между тем, показал на второй, письменный стол. На нем стоял ноутбук.

– Я оплатил тебе курсы. Ты ведь начинающий художник? Думаю, найдешь на них много полезного.

С этими словами он развернулся и пошел к выходу. Только тогда я обрела дар речи, пусть голос от волнения и сел:

– Но зачем?..

Он остановился и снова на меня посмотрел:

– Чтобы не скучала. Вчера ты меня порадовала. Сегодня я решил тебе отплатить. Развлекайся.

Он ушел, а я принялась разбирать все это богатство, не зная, за что схватиться в первую очередь. В конце, концов, остановилась на акварели. И полностью ушла в работу, потеряв счет времени. Пришла в себя я только тогда, когда на плечо легла чья-то тяжелая рука.

Оглянувшись, я увидела Стивена и сперва удивилась, почему он так быстро вернулся. Но сразу после этого заметила, что в комнате что-то изменилось. Свет. Начало темнеть. Господи, да сколько я проторчала у мольберта?!

Он выглядел очень суровым и сразу отчитал меня за то, что я увлеклась и забыла о еде и отдыхе. Но потом его глаза расширились от удивления, а на губах появилась улыбка. Он схватил меня за плечи и повел в примыкавшую к мастерской небольшую ванную.

– Смотри!

Я взглянула в большое зеркало, и не смогла удержать смех. Все лицо было покрыто разноцветными пятнами. На руках и даже не шее была краска. Как все-таки хорошо, что я выбрала акварель, а не масло! Интересно, удастся ли спасти платье? Оно мне очень нравилось, жаль, если я его полностью испортила.

Присмотревшись внимательнее, я заметила в волосах малиновые и голубые пряди и застонала:

– Черт, я даже волосы умудрилась измазать краской!

Стивен захохотал:

– Ну это, как раз, легко поправимо!

Он развернул меня к себе, расстегнул пуговицы и сорвал с меня платье. Я ошарашенно подумала: неужели его так возбуждают измазанные краской девушки? Но все оказалось куда прозаичнее. Он просто поставил меня под душ, а минуту спустя присоединился и сам.

Теплые струи воды хлынули на меня. Он аккуратно вымыл мне волосы, взял мягкую губку и принялся осторожно оттирать краску со щек. Никогда бы не подумала, что этот процесс может быть настолько эротичным! Губка прошлась по щеке, шее, собирая разноцветные потеки. Он аккуратно отмыл мои плечи и руки, внимательно оглядывая, чтобы не пропустить акварельное пятно.

Убедившись, что краски больше нет, он отбросил губку. Теперь по моему телу блуждали его руки. Потоки теплой воды разогрели мою кожу, сделали ее еще более чувствительной, а его присутствие вызывало во мне безумное желание.

Вскоре я поняла, что просто схожу с ума от страсти. Его руки дарили мне просто неземное наслаждение, скользя по моему телу, и впервые мне захотелось чем-то ему отплатить. Я провела рукой по груди, плоскому, подтянутому животу и, осмелев, опустила ее ниже.

Его плоть под моей рукой вздрогнула и напряглась, а он сам удивленно вздохнул. Решившись, я опустилась на колени. Его кожа под пальцами была шелковистой и горячей. Я чувствовала, как пульсирует его страсть, как он становится твердым и упругим. Я осторожно коснулась его губами, прошлась по всей длине языком и обрадовалась, услышав страстный стон Стивена.

Я обхватила его губами, и он застонал сильнее, дернувшись навстречу. Он вцепился мне в волосы, плотнее прижимая к себе, так, что мне стало трудно дышать. Но постепенно я смогла войти в ритм, лаская его губами и языком, позволяя ему проникнуть как можно глубже.

Он, похоже, совсем не возражал против такой инициативы. Я старалась растянуть ему удовольствие, двигаясь медленно, но он сдерживался недолго и вскоре, застонав, излился в меня. Я медленно поднялась, целуя его кожу но, как только я выпрямилась, он схватил меня за локти, развернул и прижал к стене.

Он обнял меня, обхватив груди ладонями, и впился в шею грубым, жестким поцелуем. Я вздрогнула от неожиданности, но тело реагировало быстрей: по нему уже разбегались волны возбуждения, сметая последние остатки контроля. Пальцы Стива добрались до сосков, грубо сжав их, и я застонала, попытавшись вырваться и развернуться.

Но он не отпускал меня. Продолжая прижимать своим весом к гладкой поверхности, он провел рукой по моему животу, заставив его напрячься, затем исследовал внутреннюю сторону бедер. Когда его рука скользнула мне между ног, пришла моя очередь стонать от удовольствия.

На этот раз он не стал медлить. Его движения были резкими и быстрыми. Он не играл со мной, как раньше, а буквально подталкивал меня к оргазму. Я просто взорвалась от удовольствия и наверняка бы упала, если б Стив не подхватил меня. Он завернул меня в полотенце и отнес в комнату. Платье, испорченное краской, так и осталось лежать на полу ванной.

Ночью я снова лежала без сна и думала о странной ситуации, в которой оказалась. Мне нравится Стивен. Я хочу его. Причем хочу куда большего, чем получаю сейчас. Почему же он не торопится? Почему он бережет мою невинность? Разве не за нее он заплатил такие огромные деньги?

А чего хочу я? Я не знаю… С одной стороны, я уже готова умолять Стивена, чтобы он взял меня. А с другой… Что после этого произойдет? Он прогонит меня? Скорее всего, ведь тогда нас уже не будет связывать этот странный договор. Так не лучше ли мне не торопиться, и не провоцировать его? Тогда я дольше проживу здесь. Не придется искать крышу над головой и расставаться со Стивом.

Но легко сказать – не торопись. Каждый раз, когда я его вижу, я чувствую в себе такой вулкан страсти, что ежесекундно боюсь взорваться. Что же мне делать? Ответа я так и не нашла, забывшись тревожным сном.

Глава 10

На следующий день рассиживаться в мастерской мне не дали. Днем пришла горничная, чтобы позвать меня к обеду. Если б не она, я наверняка снова забыла бы о еде. А после обеда, когда я уже собиралась подняться в башню и снова приступить к рисованию, она вернулась в мою комнату. На этот раз в ее руках было несколько коробок разного размера. Положив их на столик около кровати, девушка протянула мне простой белый конверт и сказала:

– Это вам от хозяина.

В конверте было письмо. Стивен просил меня быть готовой к пяти вечера: он за мной зайдет. Больше никакого намека на то, что ждет меня. Да я, собственно, и не ждала подробностей. Уже привыкла к тому, что он любит удивлять меня.

В самой большой коробке обнаружилось роскошное васильковое платье из легкой воздушной ткани. Слишком роскошное для того, чтобы надевать его дома. Неужели я сегодня выйду из этого особняка? Содержимое остальных коробок подтвердило мое предположение: туфли и сумочка в тон и колье из темно-синих камней, даже на вид безумно дорогое. Куда же он собрался меня вести?

Разумеется, объяснять мне никто ничего не стал. Пришлось ждать вечера. Уже в полпятого я сидела при параде за столом и с нетерпением ждала его. За час до этого вернулась горничная и помогла мне уложить волосы.

Если честно, я боялась за результат: такой наряд требует соответствующей прически. Но как соорудить ее дома, без помощи стилистов? Но, взглянув в зеркало, я увидела не скромную девочку-сироту, а настоящую принцессу. И по гордой улыбке горничной поняла, что ей результат тоже понравился.

Самая важная проверка была еще впереди. И я прошла ее на ура. Когда Стивен вошел в мою комнату, он просто замер на пороге. Но через секунду справился с удивлением:

– Выглядишь бесподобно. Идем.

Мы вышли из особняка, и вдруг я поняла, что надеюсь вернуться сюда. Мой спутник непредсказуем. Он вполне мог решить увезти меня насовсем. Но я уже чувствовала крохотную комнатку своим домом и не хотела покидать ее. Пусть и была рада возможности съездить с ним куда-нибудь.

Мы сели в роскошную черную машину, за рулем которой замер каменным изваянием один из амбалов. Стоило нам устроиться на заднем сиденье, автомобиль тронулся. Водитель, видимо, знал, куда нужно ехать, и не задавал никаких вопросов. Стивен тоже молчал. А я глазела по сторонам: я так привыкла к уединению загородного дома, что людные вечерние улицы казались мне чем-то удивительным и странным.

Шум и суета вместо покоя и глубокой тишины. Яркие сполохи рекламы и уличных фонарей вместо ночной тьмы. И люди, люди. Праздно прогуливающиеся, спешащие куда-то, радостные и печальные, озабоченные и беспечные. Мне даже стало не по себе от того, как много их на улицах. Тем более, когда автомобиль затормозил возле роскошного отеля в самом центре города.

Фойе ослепило блеском полированного металла и хрусталя, и я немного растерялась. Хорошо, что рядом со мной был надежный спутник. Он взял меня за руку и повел куда-то. Пара минут – и сверкающее великолепие осталось позади. Мы очутились в роскошном, пусть и не менее великолепном ресторане.

Зал был полон. Парочки медленно кружились на танцполе, сидели за столиками или у стойки. В глубине зала шумно гуляла какая-то большая компания. Я снова почувствовала дискомфорт и прижалась к Стивену. Я так растерялась, что не обратила внимание на то, что Стив подозвал официанта и о чем-то с ним договорился. Вскоре к нам подошел администратор и провел в отдельный кабинет.

Мы сели за столик, и возле нас тут же появился официант. От растерянности я бы не смогла сделать заказ, но мой спутник пришел мне на помощь. Он даже не дал мне раскрыть меню, сам заказал еду и напитки. На столе появились вино, легкие закуски и фрукты. Я пригубила первый бокал, наслаждаясь изысканным вкусом. Стивен, как обычно, разглядывал меня, понемногу отщипывая виноград от лежащей на блюде кисти.

Внезапно зазвонил его телефон, лежащий на столе. Он быстро поднял трубку, словно очень ждал звонка, выслушал говорившего и довольно улыбнулся:

– Да, заходите. Вас проводят.

Значит, сегодня мы будем не одни? Я почувствовала, как внутри все болезненно сжалось. Не хочу, чтобы время, что я проведу со Стивеном, испортил кто-то третий! Но спорить или возмущаться я, Конечно же, не решилась.

Но человека, которого ввел в кабинет гориллоподобный охранник, я видеть не ожидала:

– Джоанна?! Какого… Что ты здесь делаешь?

Я переводила взгляд с нее на Стивена, который по-прежнему улыбался, глядя на мою подругу. Вот только теперь в этой улыбке было что-то хищное, агрессивное. Не хотела бы я, чтобы он так на меня посмотрел! Джоанна тоже начала заметно нервничать. Хотя агрессии Стив не проявлял, по крайней мере, на словах:

– Ну привет. Рад познакомиться с лучшей подругой Алисии. Единственной подругой. Ведь так?

Джоанна смутилась и покраснела. Но у нее хватило наглости кивнуть. Стивен меж тем продолжал:

– Мы с ней заключили соглашение. Она должна была получить определенную сумму за некоторую услугу. И ты об этом знаешь.

Девушка снова кивнула, на этот раз опустив глаза.

– И где деньги?

Теперь Джоанна явно испугалась не на шутку. Она начала лепетать что-то по поводу того, что хранила деньги для меня, но никак не могла найти, но Стив довольно резко ее оборвал:

– А ты пыталась искать? Ее телефон был у меня. И никаких звонков от тебя не было.

Она окончательно растерялась и замолчала, не поднимая глаз. Стив отвернулся, словно потеряв к ней интерес:

– Деньги верни. Тебя проводят до банка.

Охранник, он же водитель, положил огромную руку на плечо Джоанне. Та вздрогнула, но послушно вышла с ним из кабинета. Когда дверь за ними закрылась, Стив повернулся ко мне. Я вздрогнула и сжалась, но он просто взял бутылку:

– Еще вина, Алисия? Или ты предпочитаешь шампанское?

Он больше не вспоминал о подруге-предательнице, занимая меня непринужденным разговором. Вскоре и я о ней забыла. Так, что когда его телефон снова зазвонил, просто не обратила на это внимания. Он выслушал звонившего, поблагодарил, а потом бросил мне мимоходом:

– Деньги уже на счету, – и вернулся к прерванному разговору.

Вечер был идеальным. Но под конец, когда нам подали десерт, я все чаще ловила себя на том, что хочу скорей домой. Очутиться с ним наедине, почувствовать его руки на своих плечах, губы на своей коже… Однако оказалось, что вести меня домой он вовсе не собирается.

Когда мы вышли из ресторана, он повернул не направо, к выходу, а в противоположную сторону. Я удивилась, но последовала за ним. Оказалось, он снял номер в отеле. Роскошный люкс для новобрачных. Только я увидела белоснежную постель и букет нежно-розовых роз на столике, как поняла: все произойдет сегодня. И снова испугалась, пусть и ждала этого очень давно.

Он не стал включать верхний свет в спальне, ограничившись торшером. Глаза его в неярком свете казались практически черными. Я бросила сумочку на кресло и замерла в нерешительности, не зная, что делать. Он тоже остановился, обхватив длинными тонкими пальцами спинку кровати.

Стивен разглядывал меня и, по легкой улыбке, блуждающей на его губах, я поняла, что это доставляет ему удовольствие. Сегодня я, в этом полупрозрачном платье на тонких бретельках, чувствовала себя очень уязвимой. Если бы я сама выбирала наряд – вряд ли предпочла бы такую полупрозрачную ткань. Оно не открывало ничего лишнего – но и практически не скрывало очертаний моего тела.

Он подошел ближе и провел костяшками пальцев по моей щеке, легко пробежался пальцами по шее, обнаженному плечу. Затем зацепил бретельки – и спустил их, обнажая меня до пояса. На этот раз мягкий толчок внизу живота не напугал меня – хоть и продолжал бесконечно удивлять. Почему мое тело так реагирует на его прикосновения? Разве не должна я бояться и презирать того, кто купил его за деньги?