Девственница для магната

– И сколько ты собираешься жить на хлебе и воде? Да к тому времени, когда ты сможешь получить образование, уйдет и молодость, и красота, и здоровье! Ты будешь никому не нужна и не сможешь получать от жизни никакого удовольствия. Не лучше ли получить все прямо сейчас? И вообще, тебе не кажется, что жить у меня на всем готовом – это не очень-то честно?

Она обрабатывала меня не час и не два, и вскоре заронила-таки в мою душу семя сомнения.

В самом деле, почему бы не воспользоваться этой возможностью? Найти нормальную работу без опыта и образования у меня практически нет шансов. А таким образом я смогу выбраться из финансовой дыры и обеспечить себя хотя бы на какое-то время. Оплатить колледж. И даже университет.

Джоанна называла какие-то совершенно баснословные суммы.

Однажды вечером я села перед компьютером и зашла на этот странный сайт.

Никакого описания на странице не было: те, кто сюда приходил, знали, что ищут, и не нуждались в дополнительных стимулах. Черный фон, алый орнамент. Белая надпись через весь экран: «Заполнить анкету». Правильно, покупатель должен знать, что именно он собирается приобрести. После недолгих раздумий я кликнула по надписи и перешла на следующую страницу.

Здесь мне предоставили выбор: «Выставить лот» или «Принять участие в торгах». Я кликнула по первой кнопке и принялась заполнять анкету. Некоторые сомнения вызвало требование разместить фотографию. Я полагала, что на таких сайтах нужны очень откровенные снимки. Которых у меня, конечно же, отродясь не было.

Пришлось снова посоветоваться с подругой. Джоанна явно воодушевилась тем, что я стала заполнять анкету. Она засыпала меня сотней советов и рекомендаций, а потом беспрестанно меня подбадривала:

– Подойдет любой снимок, на котором будут хорошо видны лицо и фигура. У тебя наверняка есть что-то подходящее. Если нет – нащелкаем прямо сейчас.

Я остановилась на фото, сделанном в прошлом году на пляже, и совсем недавнем снимке с вечеринки в честь дня рождения. Последней фотографии, на которой я улыбалась. Через две недели после этого роковой выстрел оборвал жизнь отца и полностью разрушил мою судьбу.

Подруга одобрительно кивнула:

– Годится.

Я замерла в нерешительности, но она, протянув руку, нажала на кнопку, и анкета отправилась на публикацию. Меня затрясло: казалось, что прямо сейчас какой-то богач, непременно старый и обрюзгший, купит меня, сделав своей игрушкой. Но напротив моей анкеты зажглась надпись: «Проверка данных». Джоанна взяла меня за руку:

– Пойдем, пообедаем. Пока здесь больше делать нечего.

Меня поразили ее спокойствие и хладнокровие: неужели я преувеличиваю, и в продаже собственного тела действительно нет ничего особенного? Или она просто пытается меня успокоить?

Как бы то ни было, морить себя голодом действительно не стоит.

Готовить подруга категорически не любила. И продуктов в доме не держала. Я, пытаясь быть полезной, пару раз готовила ужин, но она лишь усмехалась и вела меня в какое-нибудь заведение.

Вот и сейчас мы снова отправились в небольшой ресторанчик неподалеку. Паста, легкий салат, бокал белого вина. Не сомневаюсь, готовили здесь преотлично. Но мне казалось, что я ем безвкусную траву. Зато за первым бокалом последовал второй, третий… Я пыталась снять тревогу и ощущение того, что совершаю катастрофическую ошибку.

Подруга, напротив, была спокойна и весела. Флиртовала с симпатичным официантом, мягко высмеивала других посетителей ресторана – словом, делала все, чтобы я расслабилась и перестала волноваться. Я почувствовала к ней огромную благодарность: что бы я делала, если бы ее не было рядом?

Наконец, обед был съеден, вино выпито. Подруга расплатилась по счету и поднялась из-за стола:

– Пойдем, анкету наверняка уже успели проверить.

Действительно, надпись на экране успела смениться. Теперь там ярко горело: «Идут торги». Судя по таймеру, начались они совсем недавно, но ставка уже успела подняться почти до двенадцати тысяч. Мне показалось, что это большая сумма, но по лицу подруги я поняла, что это не тот вариант, на который она рассчитывала. Она, нахмурившись всмотрелась в экран, и морщинки на ее лице разгладились:

– Торги только начались. Подождем немного.

Это немного растянулось больше чем на час. Сначала ставки возрастали вяло, на сотню-другую. Но таймер ни разу не превысил минуту. Потом пауз стало больше, часть желающих отсеялась. К этому моменту меня оценивали уже почти в двадцать тысяч.

Продолжали торговаться уже только трое самых упорных. Один, видимо, потеряв терпение, поднял ставку до двадцати пяти. Остальные притихли. Вновь запустился таймер. Минута до окончания аукциона. Тридцать секунд, десять… Ставка взлетает до тридцати тысяч. Появился новый участник.

Прежний претендент не был готов так легко сдаваться, моментально взвинчивая ставку еще на пару тысяч. Но и новичок нацелен на победу. Тридцать пять. Снова включен таймер. Минута, полминуты… Первый участник решает увеличить стоимость до тридцати шести. Новичок не собирается затягивать спор. Сорок. Моментально – сорок одна, а через несколько секунд – сто пятьдесят.

Сто пятьдесят тысяч долларов?!

Боже, это невозможно!

Таймер ведет отсчет. Мое сердце бьется, как сумасшедшее. Подруга смотрит на монитор огромными глазами, и вот – торги окончены.

Лот продан.

Джоанна визжит от восторга и тянется ко мне с объятием. Но у меня на глаза наворачиваются слезы. Во весь экран компьютера горит огромная надпись: «Принять деньги». Трясущейся рукой я тянусь к мышке… И закрываю вкладку с сайтом.

К черту!

Я не хочу продавать себя. Даже за такую огромную сумму.

Подруга выплеснула на меня поток отборных ругательств:

– Ты что делаешь? Разве мы не договорились? Я тебя приютила, нашла способ выбраться из той ямы, в которой ты оказалась. А ты ведешь себя как неблагодарная тварь!

– Но послушай, это ведь вовсе не обязательно… Я что-нибудь придумаю!

– Что ты придумаешь?! Идиотка! Чистоплюйка! – Она была в ярости. Такой я ее ни разу не видела и просто опешила. – Придумывай что хочешь! Только не в моем доме!

Схватив за руку, Джоанна протащила меня по коридору и вытолкнула на крыльцо, в ночь и дождь. Через пару минут дверь открылась и оттуда вылетела моя сумка. Прислонившись к косяку, я пыталась справиться с очередным шоком.

Так она специально пригласила меня к себе, чтобы просто продать кому-то?

Теперь мне стало понятно, кем были те мужчины, с которыми мы обедали. Наверняка такие же покупатели. Но либо я их не заинтересовала, либо они не сошлись с нею в цене.

А я-то считала ее подругой!

Развернувшись, я побрела в ночь. Без денег и вещей. Я уже успела вымокнуть до нитки, замерзнуть и совершенно отчаяться, когда передо мной затормозила машина похитителей…

Глава 4

Теперь я стояла перед тем, кто организовал похищение. Он подошел ко мне ближе. Я в испуге отшатнулась, но он просто сел в стоящее рядом глубокое кожаное кресло:

– Ты выставила себя на торги. Я их выиграл. Это сделка. Я привык доводить сделки до конца.

Я задрожала и спрятала лицо в ладонях. Ну Джоанна, удружила… Но ведь деньги не были получены! Значит, и сделка не состоялась! Я опустила руки и с вызовом посмотрела на похитителя:

– Я не получала никаких денег! Просто закрыла сайт!

Он лениво пожал плечами:

– Значит, их получил кто-то другой. Я заплатил, и хочу взять то, что мне теперь принадлежит.

При этих словах мои ноги подкосились. Мне пришлось опуститься в другое кресло, чтобы не упасть. Значит, Джоанна так спешила выставить меня за дверь вовсе не потому, что смертельно обиделась? Она просто торопилась забрать все деньги себе, бросив меня на произвол судьбы.

Как наверняка и планировала с самого начала. Но что теперь делать мне?

– Послушайте, я действительно не получала этих денег! Это не я! Это…

Он продолжал изучать мою фигуру, развалившись в кресле. Наконец, он посмотрел мне в лицо.

– Алисия, не думаю, что нам стоит спорить. Ты мне нравишься. И я намерен получить то, за что заплатил.

Я пыталась найти выход из этой кошмарной ситуации, но не видела его ни в чем. Он же, с ленивой усмешкой, следил за моими мучениями. Наконец я выдавила:

– У меня есть другой выход?

Он встал с кресла и протянул мне руку:

– Не думаю.

Поколебавшись еще мгновение, я вложила в его руку свою ладонь. Она была горячей. Или мне только так казалось, потому что мои пальцы были просто ледяными.

Глава 5

Мы шли по темной лестнице, потом – по короткому коридору. Я была в панике. Конечно, можно во всем найти хорошую сторону: по крайней мере, сегодня, возможно, я переночую под крышей. Но после того, как мой новый «хозяин» получит свое, держать меня у себя у него не будет смысла. Я снова окажусь на улице. Что мне делать тогда? Броситься с моста? Идти на панель?

Мои глаза наполнялись слезами, еще чуть-чуть – и они водопадом хлынут на и так мокрую блузку. Не впадет ли незнакомец в гнев при виде женских слез? Тогда он может выгнать меня прямо сейчас. Лучше сдержаться: у меня будет время наплакаться завтра.

Но вот мы остановились возле двери. Он толкнул ее, повернул выключатель, и я увидела небольшую спальню. Я удивилась: мне казалось, что такой, явно обеспеченный, мужчина, должен жить более роскошно. Но комната была почти пуста: только кровать, стол со стулом и гардероб. Кроме того, особенный, хорошо знакомый, пусть и едва уловимый запах указывал: здесь давно никто не живет. Может, эту комнату он использует только для любовных утех?

Мы вошли внутрь. Он огляделся и дернул за шнурок звонка. Через несколько минут в дверь постучали. Вошла девушка в темном платье и переднике. Мой спутник повернулся к ней:

– Нужна сухая одежда, белье. Растопите камин. Ужин накройте здесь.

Горничная кивнула и тут же исчезла. Он подошел ко мне вплотную, еще раз внимательно оглядел с ног до головы. Я почувствовала себя товаром в витрине и поежилась. Отчасти – от холода, который проникал сквозь мокрое платье. Отчасти – от страха и дискомфорта.

Мужчина прошелся пальцем по скулам, коснулся губ – и я задрожала сильней. Но он отдернул руку и вышел, прикрыв за собой дверь и оставив меня в одиночестве.

Я выдохнула с облегчением. Значит, это случится не сейчас? Я уже, кажется, была готова ко всему – но он просто ушел. Впрочем, мое облегчение было преждевременным. Я просто получила отсрочку. Теперь мне придется мучиться неизвестностью и ожиданием.

Но меня хотя бы накормят, дадут обогреться. Сейчас я бы отдала что угодно, чтобы прогнать из тела впитавшийся в каждую его клеточку ледяной холод.

Дверь сбоку, скрытая портьерой, вела в небольшую ванную. В ней уже было все, что может понадобиться девушке: теплый пушистый банный халат, стопка белоснежных полотенец, богатый ассортимент всевозможных шампуней, гелей. Я набрала ванну и со стоном погрузилась в горячую воду, скрытую под пышным облаком ароматной пены.

Не знаю, сколько я провела там времени. Должно быть много. Я лежала, наслаждаясь теплом, и старалась ни о чем не думать.

Когда наконец я вышла – комната снова была пуста. Но в ней уже успели побывать слуги. В камине жарко полыхал огонь. На кресле лежал теплый клетчатый плед. Рядом, на небольшом столике, дымилась кружка с какой-то жидкостью. Попробовав ее, я поняла, что это глинтвейн. Он же был и в небольшом керамическом кувшинчике, стоявшем рядом.

Я потягивала ароматный напиток, свернувшись калачиком в кресле, когда снова раздался стук. Я подскочила и чуть не опрокинула кружку, но это был всего лишь ужин. Поставив поднос на стол, горничная удалилась, так и не произнеся ни слова. Допив вино, я с удовольствием поела: слава богу, стрессы никогда не влияли на мой аппетит.

В большом гардеробе нашелся целый ворох одежды. Даже беглый осмотр меня убедил: все подобрано по моему размеру. Или… наоборот – меня подбирали под размер?

Остановив свой выбор на скромном голубом платье, я переоделась и вернулась к камину, приготовившись ждать. Но глинтвейн и еда сделали свое дело. Вскоре я задремала прямо в кресле.

Проснулась я далеко за полночь. Огонь погас, но комната хорошо прогрелась и уже не казалась нежилой. Грязная посуда со стола исчезла. Кажется, сегодня меня больше никто не собирался тревожить. Странно… Я была уверена, что таинственный «хозяин» решит сразу воспользоваться своим приобретением. Но у него, похоже, был на это совершенно другой план. Поэтому я просто разделась и легла в постель.

Глава 6

Проспала я долго – видимо, после вчерашних волнений. Когда проснулась – на улице ярко светило солнце, и на душе уже не было так пусто и гадко. Я понимала, что нахожусь в отвратительной, безвыходной ситуации, но воспринимала ее как-то отвлеченно. Пока я была в душе – на столе появился завтрак, а камин снова ярко горел. Поев, я принялась исследовать комнату.

Занятие не потребовало много времени: помещение было крохотным. Тем не менее, результат меня порадовал. Стенная панель напротив кровати скрывала вполне современный телевизор. Небольшой шкаф был до верху набит книгами. В ящиках стола лежало все, что может потребоваться для письма или рисования. Но ни компьютера, ни телефона мне найти не удалось.

Похоже, меня снабдили всем, что может развеять скуку, но при этом надежно отрезали от окружающего мира. Но я не возражала: мир не проявил ко мне никакого сочувствия и, не сомневаюсь, еще не раз продемонстрирует свою жестокость. Так зачем же мне жалеть о потере связи с ним? Кому мне писать или звонить?

До вечера я просидела с книжкой у огня, то читая, то проваливаясь в дрему. Прервалась только тогда, когда бесшумные и безмолвные слуги принесли обед. Ближе к вечеру снова появилась горничная. На этот раз она подошла ко мне и я услышала ее робкий голос:

– Хозяин зовет вас. Пойдемте.

Кровь бросилась к лицу: зря я расслабилась. Вот сейчас все случится. Мы снова отправились в странствие по коридорам огромного дома но, к моему удивлению, пришли вовсе не к хозяйской спальне.

Огромные стеклянные двери, возле которых остановилась горничная, вели на крытую террасу. На ней, на массивном деревянном столе был накрыт ужин на двоих. В другое время меня бы наверняка восхитила романтичная обстановка. Вечерело, но свечи под стеклянными колпаками давали достаточно света. В саду пели птицы. Легкий ветерок шелестел в листве деревьев. Но сейчас мне было не до романтики.

Мой взгляд невольно возвращался к человеку, сидевшему на противоположной стороне стола. Он держал в руках бокал с белым вином, рассеянным взглядом блуждая по саду. Каштановые, с медовым оттенком волосы были длинней, чем принято у приличных мальчиков из колледжа, но все же не настолько, чтоб причислить его к хиппи. Карие глаза были спокойны, в них читалась скука.

Он указал мне на стул:

– Садись, поужинаем.

Я робко опустилась на краешек стула и замерла в нерешительности, пока его голос не повторил свой приказ:

– Ешь.

Послушно взяв вилку, я принялась за салат, совсем не ощущая вкуса.

– Расскажи о себе.

Слова давались с трудом – слишком я нервничала. Но он умело задавал вопросы, и вскоре беседа стала более непринужденной. Я рассказала о своей семье, колледже, увлечениях… Только когда дошла до самоубийства отца, голос снова сорвался и я замолчала. В горле встал комок, справиться с которым не помог даже большой глоток вина.

Он отложил приборы, встал и подошел ко мне. Протянув руку, помог подняться на ноги. Он стоял напротив. Черная рубашка казалась частицей ночи. В глазах плясали огоньки свечей. Мне он казался демоном, принявшим облик человека и пришедшим, чтоб покарать меня за какой-то грех.

Он откинул назад мои волосы, провел костяшками пальцев по щеке, взял за подбородок. Я задрожала сильнее. Он коснулся пальцем глухого ворота, закрывавшего шею практически до подбородка:

– Больше не надевай такого. Мне нравится твоя шея.

Больше не надевать? Значит, он не собирается выкидывать меня на улицу? Его пальцы меж тем скользнули вниз, расстегивая, а то и просто отрывая бесчисленные крохотные пуговки. Треск, с которым они отлетали, каждый раз заставлял меня вздрогнуть. Казалось, что он вот-вот потеряет самообладание и набросится на меня, как дикий зверь.

Наконец, платье упало к моим ногам. Он отошел не шаг, любуясь на меня.

– Отбрось его в сторону.

Снова вздрогнув, я недоуменно посмотрела на него. Он указал вниз и повторил:

– Платье. Отбрось его в сторону.