Селден и шахтеры были заняты работой. Кристин сразу узнала высокую фигуру Селдена. Он стоял в стороне от других рабочих, наблюдая за двумя шахтерами, которые, лежа на груди, пробивали дыру в пласте угля. Приблизившись к нему, Кристин заговорила измененным голосом:

– Меня послал начальник. Он сказал, вам нужен подрывник.

Селден поднял голову и уставился на нее с молчаливым неодобрением. Это продолжалось так долго, что Кристин беспокойно задвигалась, охваченная легкой дрожью.

– Старик сказал, вам нужна пороховая мартышка, – слегка дрожащим голосом повторила она. – Это я.

Селден заворчал и опустил лампу.

– Здесь не место для детей. Старик…

Кристин изобразила гнев мальчишки-подрывника. Эти «пороховые мартышки», как прозвали их шахтеры, обычно были дерзкие, не по годам развитые ребята, ловкостью и проворством действительно напоминавшие обезьян. Прекрасные исполнители опасных работ, они отличались самонадеянностью, необузданностью, задором и необычайной смелостью. На любое замечание, касающееся их молодости, они готовы были ответить потоком самых безбожных ругательств. Кристин попыталась имитировать гнев такого парня.

– Дьявол на троне Господа! Да я уже состарился на этой работе с тех пор, как живу на свои заработки! – кричала она.

Селден снова поднял лампу, направляя на нее свет. На мгновение Кристин увидела его лицо – оно почти не изменилось, разве что немного осунулось, но выражение лица стало другим: на нем было застывшее безразличие ко всему на свете.

Продолжая играть, Кристин приставала к нему:

– Что же, я зря сюда тащился? Старик приказал мне явиться к вам. Примете вы меня или нет? Я занятой человек, мне некогда разгуливать.

– Что ты умеешь делать с порохом? – спросил Селден, не обращая внимания на ее наглость.

– Не только держать его в руках, хотя и не очень много учился.

Селден резко сказал:

– Отвечай на вопрос. Дыра шести футов в жиле толщиной пять футов под углом сорок пять градусов. Сколько нужно пороховых зарядов, чтобы взорвать?

– Четыре, может быть, немного больше, если средний камень очень толст, – быстро ответила Кристин.

Она слышала точно такие вопросы в конторе Селдена и знала его причины: «Лучше положить немного больше пороху, чем мало».

– Это чепуха, спросите-ка что-нибудь потруднее.

Селден толкнул ногой связку газет.

– Сделай мне патрон.

Кристин умела делать патроны – этому ее научил отец, который часто готовил их дома.

– Где заряды? – спросила она.

Селден ногой подкинул ей обточенный кусок от ручки кирки. Кристин, оторвав четырехугольный клочок газеты, завернула в него палку. Закрутив бумагу у одного конца, она вынула деревяшку.

– Мне нужна глина, – сказала она.

– Глины нет. Замени ее угольной пылью, – ответил Селден.

Кристин испытующе на него посмотрела.

– Какого черта? – сказала она. – Вам следовало бы знать, что это запрещено. Я не стану взрывать такими патронами!

Селден слегка улыбнулся.

– Ладно. Я хотел посмотреть, что ты знаешь. Глина – за тем столбом.

Сделав патрон, Кристин передала его Селдену. Повертев его в руках, Селден сказал:

– Очень хороню. Ты, пожалуй, действительно не так зелен, как я думал. Как тебя зовут?

– Джим Дрисколл.

– Сколько тебе лет и где ты работал?

– Двадцать один. Работал в Кентукки. Кристин улыбнулась про себя: она действительно работала в Кентукки, но не на той работе, которую подразумевал ее ответ.

– Почему бросил работу? – допрашивал Селден.

– Забастовка.

Против такого ответа было трудно что-либо возразить. Внимание Селдена переключилось на других рабочих.

– Сделайте угол немного острее, – распоряжался он. – В этом месте пласт крепкий, и вы можете гнать его глубже.

Потом, все еще не отрывая глаз от работы, Селден сказал ей:

– Они заняты сверлением и подрезкой угля, а мы с тобой будем взрывать, после того как все уйдут из шахты. Обычно я не оставляю рабочих в забое во время взрывов, и предпочел бы обойтись и без тебя, но ничего не поделаешь: Компания требует, чтобы в артели был подрывник. Не мешай мне теперь, займись подготовкой к взрыву.

Селден замолчал, продолжая следить за рабочими; изредка он бросал им отрывистые указания.

Кристин, прислонившись к одному из перекрытий, внимательно наблюдала за ним. Освещение было скудным, но на неподвижно стоящего Селдена время от времени падал свет от ламп шахтеров. Кристин напряженно вглядывалась в его лицо. Она убедилась, что первый беглый взгляд ее не обманул. Выражение лица стало другим. В Айвенго оно было жестким и решительным, теперь же – замкнутым и безразличным. Вокруг сверкающих глаз легли новые морщины. Фигура осталась прежней, но плени немного согнулись, словно на них легла тяжесть пережитого. По мере того, как она смотрела, постепенно исчезло окружающее, и ей уже казалось, что они снова в «Доме на холме» пристально глядят в глаза друг другу.

Она испуганно встряхнулась, услышав голос внимательно смотревшего на нее Селдена:

– Иди сюда, надо хорошенько осмотреть, – звал он. Сконфуженная, она молчала. Селден направил свет лампы на пласты угля и, повернувшись к ней, щурил глаза. Кристин вздрогнула, хотя и знала, что в темноте он не мог разглядеть ее лица.

– Что ты там медлишь? Я не люблю сонных мух! – строго сказал Селден.

Кристин пробормотала извинения.

– Ладно, ступай в угол и займись патронами. Рабочие поднимутся наверх через несколько минут. Мы начнем взрывать в пять часов.

Пока Селден давал указания остальным рабочим, Кристин готовила материал для взрыва. После ухода шахтеров она принялась заполнять пороховыми зарядами круглое отверстие, просверленное в пласте угля. Селден ей помогал. Вскоре подготовительные работы закончились, оставалось только соединить шнуры, но взрывать было еще рано. Кристин решила использовать свободное время для расспросов.

– Вы работаете по контракту? – спросила она. Селден утвердительно кивнул головой.

– Сколько у вас рабочих?

– Пять или шесть, когда артель работает в полном составе. Номера моих чеков – от четыреста восьмидесятого до четыреста восемьдесят восьмого.

– Здесь все взрывают одновременно?

– Да, – тон Селдена становился нетерпеливым, но Кристин не унималась.

– А кто взрывает – Компания или подрядчики?

– Подрядчики, но все в пять часов. Ты это скоро увидишь.

– Черт возьми! – воскликнула Кристин, искусно подделываясь под тон отчаянного парнишки-подрывника. – Если я останусь при вашем порохе, то до многого допытаюсь.

Селден неодобрительно проворчал:

– Нечего торопиться! Я сам скажу, что тебе нужно будет знать.

– Вы не каждый день взрываете?

– Нет, – рассеянно ответил Селден. Кристин пренебрежительно фыркнула:

– Зачем тогда я вам понадобился?

Селден не ответил. Он слушал вопросы Кристин вполуха. Бе голос в тяжелом воздухе шахты переходил в неясный гул. Кристин продолжала за ним наблюдать.

– Почему вы не уходите? Я сам прекрасно справлюсь. Вы ведь платите мне за это.

– Я всегда остаюсь в шахте во время взрыва, – отсутствующим голосом сказал Селден.

– Вам незачем оставаться. Если что-либо и случается в шахтах, то чаще всего во время взрывов, – продолжала Кристин.

Селден молчал.

– Думаете, я недостаточно опытен, чтобы справиться со взрывом? Зачем тогда платить мне шесть долларов в неделю, если вы сами собираетесь здесь торчать?

– Компания требует, чтобы у меня был подрывник, поэтому я и плачу тебе деньги.

– А, понимаю… – многозначительно сказала Кристин. – Будьте спокойны, теперь у вас не будет холостых взрывов! Я собаку съел по этой части.

– Замолчишь ты, наконец?! – вспылил Селден. Посмотрев на часы, он приказал: – Приготовься, скоро начнутся взрывы!

При свете его лампы Кристин возилась возле батареи. В руках она держала два шнура, которые по его команде должна была соединить с батареей.

Селден нетерпеливо посматривал на часы. Приглядываясь к нему, Кристин уловила на его лице выражение напряженного ожидания – радостного и грустного одновременно.

Закрыв крышку часов, он встал.

– Пора. Начинай! – скомандовал Селден. Кристин оторвала взгляд от батареи. При свете двух шахтерских ламп она увидела его совершенно белое лицо, тяжело вздымающуюся грудь и внезапно распрямившиеся плечи. Кристин соединила шнуры, и раздался взрыв. Все обошлось благополучно. Ей показалось, что она расслышала слова: «Не сегодня».

Стремительно вскочив на ноги, Кристин дотронулась до его руки.

– Что вы сказали? – спросила она.

Она ожидала грубости, но Селден только кротко улыбнулся.

– Ты не поймешь. На сегодня работа закончена.

Глава 14

Жизнь Кристин в Маренго приобрела небывалую напряженность. Ей казалось, что кровь, текущая в ее жилах, стала подобна старому вину – так силен был нервный подъем и так пьянил ее риск. Не было ни часа, когда бы ей не приходилось играть роль. По утрам она выступала в качестве жены инженера, все еще не вернувшегося из Блюфилда, а после полудня была мальчишкой-подрывником. Ленивые утра в коттедже сменялись опасной работой в шахте.

Интуитивно Кристин чувствовала, что пора отказаться от второй роли – не потому, что она боялась за себя, но работа в шахте создавала новые осложнения, и не только для нее. Шахтеры – отнюдь не сентиментальный народ, и с теми, кто осмелился нарушить их законы, расправа у них короткая и жестокая. Кристин же нарушила основной закон, запрещающий женщинам спускаться в шахты. Углекопы не считали нужным объяснять свои суеверия, но требовали уважения к традициям, основанным на мистической вере. Им казалось, что присутствие женщины в шахте навлечет на них ужасное, необъяснимое несчастье.

Все это было известно Кристин с детства, но каким может быть наказание ослушникам, она не знала. Не знала только потому, что не было ни одной женщины, осмелившейся нарушить этот закон. Она старалась даже не думать о возможности разоблачения. Раскрытие ее инкогнито было бы во много раз страшнее для Селдена, чем для нее. Шахтеры не поверили бы ему, они подумали бы, что Селден сам покровительствовал ей и знал, кто скрывается под именем Джима Дрисколла.

Сознавая опасность, которой она подвергала Селдена, Кристин пришла к заключению, что такой риск больше не нужен. Все, что можно было узнать, наблюдая за ним и анализируя его поведение в шахте, она узнала. Ей приходилось прибегать к уловкам, чтобы вызвать его на разговор. Несмотря на то, что большую часть времени в шахте они проводили вдвоем, говорили мало.-Вопросы, имеющие глубокий смысл, Селден молча отстранял, на иные же отвечал настолько уклончиво, что трудно было угадать его мысли.

Пытаясь вызвать его на откровенность, Кристин поведала ему длинную и запутанную биографию Джима Дрисколла, на что Селден не ответил ей тем же. Он слушал и подавал односложные реплики, по которым ни о чем нельзя было догадаться. И все же Кристин, следя за его действиями и стараясь понять его чувства, ловя отдельные замечания и выражение его лица, постепенно узнавала Селдена, сравнивая его с прежним управляющим шахтой в Айвенго. Теперь он стал рассеянным там, где раньше был внимательным и расчетливым, действовал автоматически в тех ситуациях, где прежде проявлял кипучую энергию и инициативу.

После нескольких недель добросовестного сбора всех мелочей, относящихся к Селдену, Кристин наконец убедилась, что знает его достаточно, и пора приступать к осуществлению задуманного в других условиях. Она решила покончить с ролью подрывника, хотя ей жаль было расставаться с шахтой. Она полюбила глубокий черный мрак, полный таинственных звуков. Ей нравились постоянное движение воздуха и сложный запах подземелья.

Отсылая рабочих перед взрывом наверх, Селден оставался вдвоем с Кристин. Их работа была однообразной. Селден начинял дыры патронами, приготовленными Кристин. После этого наступал напряженный момент: ждали взрыва. Потом они молча поднимались на поверхность и расходились в разные стороны.

В один из таких дней, когда рабочие уже ушли, Кристин, стоя на коленях перед батареей, решила объявить о своем уходе.

– Начальник, вам не мешало бы подыскать себе другую пороховую мартышку, – начала она.

– В чем дело? Тебе не подходят часы работы? – проворчал Селден.

– Нет, время подходящее.

Селден возражал потому, что ему нравился этот занятный мальчишка.

– В тебе нет особой нужды, но Компания требует, чтобы был подрывник, хотя ему нечего здесь делать. В чем же дело? Если не в часах, так, наверное, в плате? – спросил Селден.

Шустрый, ловкий мальчик завоевал его симпатии.

– Нет. Денег мне хватает. Но я уезжаю, – с некоторым вызовом заявила Кристин.

Лицо Селдена стало безразличным.

– Твое дело. Опять зуд в ногах?

– Похоже на то. Пора на новые места. Я уже знаю, что, когда все надоело, надо брать ноги в руки.

– Когда ты хочешь уйти? – спросил Селден.

– Чем скорее вы найдете кого-нибудь, тем лучше для меня. Когда меня потянуло, в новые места, я не люблю ждать.

Селден взглянул на часы и громко захлопнул их.