Empire of Ashes

В его кабинете стоял просто немыслимо большой стол, повторяющий форму дома, около него стоял глобус с востока, на полках- окаменелости, дорогие книги в позолоченных переплётах, а под потолком- скелет древней птицы, явно могучей и сильной. На полу- шкура гигантского медведя, на стене- карта континента, где были соседние страны, под нею- столик с алкоголем в хрустальных графинах.

А под одним из шкафов был скрыт целый миниатюрны погреб с кучей бочок вина. Герцогиня слышала, что её канцлер любил на свете больше всего три вещи- себя, вкусную еду и алкоголь.

Авейра выглядел злым, как всегда, и увидев своего правителя даже не встал. На нём был такого же покроя камзол, разве что цвет теперь был голубым. Замки двери лязгнули, и он открыл свой огромный рот:

– Послушайте, вам неприятно здесь находится.

– И что?

– А вот что- вы хотите вернуться обратно, а я понимаю, что маленького Зееграбена мне мало…

– Вы хотите власти?

– Да! – при этих словах его глаза вернули:

– Я хочу, чтобы вы на следующем собрании объявили войну.

– Кому?! И на кой мне это делать?

– Соседям, а уж кому первому- решайте сами. Я всего лишь предлагаю вам сделку- под вашим руководством, вы завоюете минимум ту же территорию, что сейчас занимает наша страна, а потом объявите меня полноправным правителем!

Тут девушка решила попробовать запугать его, хоть часть её души просила согласиться- это был способ быстро отделаться от него и вернуться к нормальному образу жизни, который для неё стал таким желанным.

– Вся армия подчиняется мне, гвардия- тоже… Кто на вашей стороне?

– Мне ничего не стоит натравить на вас весь парламент, а после… Повторить тот случай с дворцом…

Девушка промолчала, лишь слабо прошептала:

– Вы жадный и мерзкий…

– Мне это только приятно слышать, дорогая моя… Но если откажетесь- вам же хуже- не забывайте: весь парламент не даст вам продохнуть, а народ- возненавидит, стоит только мне захотеть…

Молчание.

– Если сделаю так… Я буду потом полностью свободна?

– Клянусь! – сказал он, взял из золотой тарелки виноград.

Снова выбор… Только всё стало гораздо сложнее…

– Есть условие…

– Так! – он стукнул кулачком по столу: условия ставлю я…

За мгновение девушка очутилась у его лица, но не могла ничем угрожать, так что просто схватила его за ворот, откуда свисало позолоченное жабо.

– Я согласна только если вы не тронете моих друзей из гильдии наёмников и простых стражей порядка в Керданве.

Канцлер прорычал, как зверь.

– Хорошо…

По пути назад она видела, как по коридору горничные несли просто сотни килограммов еды, предназначавшейся канцлеру. Там было всё- от жаркого и хлеба с оливковым маслом до пудинга и сладкого рулета. Поморщившись, она прошла дальше, постукивая тростью, а в голове уже рождался план, как обернуть эту ситуацию в её пользу.

Следующая речь в парламенте была просто неописуемой- после разогрева от канцлера- как обычно тот лишь вещал о былом величии и исторической несправедливости- за кафедрой оказалась сама герцогиня, призвавшая всех жителей на войну- первой их жертвой должен был стать сосед с кучей ресурсов и потоком торговцев с востока, а также им нужен был выход в море…

Через пару недель на страну Уолден было совершено нападение с гор. Почти за сутки немногочисленная, но хорошо вооружённая армия под искусным управлением командира- монарха, захватила все территории вплоть до Великой Континентальной Дороги. Пока весть расходилась по всему миру, а потом торговцев с востока становился всё меньше, они дошли до моря, а после укрепились там, на берегах, где некогда властвовал их мощный сосед.

По пути дорогу преградили воители на драконах- элита армии Уолдена. Огнедышащие рептилии с всадниками атаковали внезапно, почти под покровом ночи, и бороться с ними вызвалась сама герцогиня. Её щит мог сдержать огненный шторм, который могли создать несколько драконов, и именно она обладала нужным опытом.

Защититься и контратаковать- вот и весь план борьбы с этими ящерами, однако их было больше двух, так что пришлось девушке не просто. Пару раз ей едва удалось увернуться от атаки когтями, либо от пламени, зато только со временем ей удалось достать первого всадника, после чего его дракон был убит одним точным ударом шею, где образовалась щель между листами брони. Со вторым ей удалось разделаться хитростью- заманив под траекторию полета снаряда требушета- от головы рептилии ничего не осталось, ещё двое просто сдались, а последнего она ранила своей саблей, а потом его атаковали маги. Так от великой силы и последней надежды Уолдена ничего не осталось.

C поддержкой Авейры, который приносил довольно много пользы при переговорах и выступлениях перед пленными и простыми солдатами, девушка смогла придумать как скорее перебросить войска на север, где можно было ударить по линии обороны Альзате.

Уже совсем скоро её огромная армия стояла у стен монастыря, а позади них поднимались огромные столбы дыма- уже поверженные лавры. Хоть армия марзпана была сильной и многочисленной, без поддержки основных сил- которые всё ещё были в Риоле- герцогине не составило труда разбивать небольшие отряды, которые оставались в монастырях, но по её указанию, всех женщин и детей не трогали. Эта очевидная мера стоила ей долгого и тяжелого разговора с Авейрой…

– Я настаиваю… Их всех надо публично казнить, и разнести эту весть повсюду!

– Зачем?

– Чтобы меня боялись- чтобы боялись нас всех и уважали!

– Не путайте- бояться будут меня, в первую очередь, так как вся ответственность за войну ляжет на мои плечи, и поэтому я имею право требовать это…

Авейра скрипнул зубами, после чего развернулся и ушёл, напоследок согласившись на пощаду женщин, детей и стариков.

И сейчас, после трёх недель в почти завоёванной стране, она вела своих воинов в бой. Армия выросла почти в два раза, так что стало гораздо проще воевать почти во всем миром…

Она была одета в светло-красное платье, поверх которого надевались нагрудник, наплечники с головами грифона, латная юбка и широкая пластина, защищавшая спину. На голове- та же корона, разве что с неё ниспадал ворот из кольчуги. Подняв меч, прятавшийся в ножнах у шеи гнедого скакуна, она подняла его и скомандовала пойти в атаку.

Сотни солдат, при поддержке конницы и осадных орудий начали штурмовать скрытый за высокими стенами храм с пристройками. Он напоминал старый замок с аккуратными арками и башенками, на которых стояли кресты, а на самой высокой развевался флаг Альзате. Также на территории конкретно этого была винодельня, которая сильно интересовала канцлера.

Пока всё шло гладко- ворота сотрясались от силы ударов, по лестницам на стены спрыгивали солдаты в белой броне с серебряными элементами и мехами небольших горных сурков мармотов- подобное украшения совсем недавно ввёл Авейра, считая его очень красивым. Ещё немного, и на нескольких башнях поднялись флаги родной страны Галадриэль.

Но тут, практически незаметно, около неё очутился какой-то воин, молниеносным ударом разрубивший под ней лошадь. Герцогиня почувствовала это за доли секунды, спрыгнула и выхватила из-за спины щит. Перед ней, обнажив клинок, стояла Бэрриет.

– Ты же была в гильдии с моей сестрой…– почти крича обвиняла её рыцарь: а теперь… Разожгла пламя войны по всему континенту, парализовала торговлю и тем самым поставила под угрозу существование сразу нескольких стран!

– Я знала, что ты придёшь… На тебя нет много времени.

Голос правительницы не дрожал, глаза были пусты, а руки сжимали холодный щит.

За один прыжок она оказалась у лица блондинки, а та лишь прикрылась мечом; в ответ на это Галадриэль ударила по нему щитом, практически выбив его из рук.

Рыцарь в белом разорвала дистанцию, после чего отцепила плащ и кинула его в лицо противнице, а та с трудом увернулась, чего капитан и хотела. Вонзив свой прочный клинок между щитом и её руками, ей удалось подцепить его, но герцогиня вцепилась в него мёртвой хваткой, попыталась вырвать, практически кинув в сторону блондинку, но итог был один- щит был откинут в сторону, а теперь бой шёл лишь на мечах.

Мысль, что в случае боя Галадриэль надо лишить именно щита давно пришла в голову девушке, и она, как ей показалось, была права, что не могло не вызвать радости. Но это было ошибкой.

В тот же миг монарх подумала, что в тех снах ей являлась она сама- судя по броне и тому, как сложилась её жизнь…

Меч и сабля постоянно скрещивались, высекали искры, а люди вокруг старались держаться подальше. Генералы Зееграбена поражались, что делает в самом пекле их правительница. Она же раскручивала меч до немыслимых скоростей и наносила многочисленные удары, часть из которых Бэрриет не могла заблокировать, отчего на её доспехах стали появляться вмятины, а на лице потекла кровь в районе левого виска. Однако ей также удалось нанести несколько ударов, которые отрубили часть длинных белых волос и подрезали платье.

– Чёрт, – думала блондинка: она слишком сильна физически, а искусству боя она училась чуть ли не с рождения, если человек может хотя бы гипотетически овладеть клинком на таком уровне…

Галадриэль же решила не медлить, выхватила у стоящего рядом офицера клинок и уже сражалась двумя мечами, став ещё более быстрой и непредсказуемой. Каждый удар, настолько хаотичный и быстрый, что казалось, будто она всё просчитала, а её янтарные глаза были всё также пусты. Бэрриет долго сопротивлялась, но контратаковать не могла, а вскоре упала на одно колено, а её шея оказалась меж двух клинков.

– Это конец…

Адрия не могла поверить. Не могла поверить, что её подруга встала во главе армии, которая захватывала страну за страной; от сестры не было вестей, от матери- тоже. Отец и богоизбранные должны были выдвинуться и дать бой Зееграбену, но король не мог начать действовать без согласия марзмана, чья армия была почти полностью в Риоле, а в столице Альзате уже реяли флаги горной страны.

В городе бои шли почти неделю, практически все дома пострадали либо от осадных орудий, либо от огня; жители бежали либо на север, либо на запад через огромное озеро, и сотни простых людей, ещё вчера жившей ничем не примечательной жизнью, смотрели с бортов лодок на горящие купола многочисленных храмов, столбы дыма, а также слушали крики и яростные команды над водной гладью…

Новости не приносили ничего хорошего или воодушевляющего…

Но в какой-то день, когда казалось, что будет только хуже- солдаты, сошедшие с гор, уже сражались с армией короля, Адрия что-то почувствовала. Ей показалось, что надо срочно идти туда, где она встретила Галадриэль, под то дерево… На юго-западе. Так она и поступила, ибо в родной столице её ничто не держало- отцу было не до дочери, её лучший друг незадолго до этого уехал в соседнюю страну, где в огромном портовом городе шла не менее оживлённая торговля, чем в Керданве. Сделал он это по подсказке девушки- та не хотела, чтобы он рисковал жизнью в случае участия в войне, а тем более подвернулась возможность получить опыт работы городским полицейским в портовом городе Артуре…

Тем временем Галадриэль увеличила свою страну в три раза, и это только за четыре месяца. Счастью её канцлера не было предела- он всегда ходил и причмокивал, проталкивал законы, которые наделяли его всё большей властью, а уже скоро он должен был получить всю власть и статус единоличного правителя.

Буквально с каждым днём он становился ещё больше, ещё больше ненавидел всех- особенно лордов, сомневавшихся в необходимости увеличить страну, но вскоре никто не смел спорить с ним… Его дом ломился от предметов роскоши из Уолдена, Альзате и Риоля, а когда тому в голову пришла мысль растить свой виноград и делать вино под своим именем, в его имении стали трудиться рабы, бывшие военнопленные, чьи жизни отныне ничего не стоили…

А через неделю произошло страшное- он стал править Зееграбеном; в тот день весь дворец был торжественно украшен, люди рукоплескали жирному Авейре, а Галадриэль сняла с головы корону, которую перенесла на голову канцлера. Тот вырвал её и надел на свою лысеющую голову, после чего поднял руки, изображая из себя победителя по жизни, пока зал содрогался от апплодисментов…

–Я! Только я- я ваш король, это моя победа, вся Великая Континентальная дорога под моим контролем!

Почти всё, что произошло тогда внимательно записывал придворный хронист. С подачи Галадриэль это должно было стать народным достоянием. О ней же, по её просьбе, стали быстро забывать- словно правителем всегда был Авейра…

На следующей неделе столица оказалась объята огнём. Но самое невообразимое- что инициаторами разрушения древнего города выступили богоизбранные… Рихтер обрушал на головы стражников огромные гранитные глыбы, Янис выжигал всадников светом, а Корнелиус в схватке сжигал сотни человек разом… Драконы Уолдена, которые были скрыты на востоке, кружили в небе, а марзпан, стоя на возвышенности благословлял войска на победу… Андре грамотно командовал своим отрядом, ведущим деятельность в тылу врага, тем самым лишая их поддержки и образуя кольца вокруг небольших взводов…

Вечером, едва дыша, Авейра бежал в тронный зал по коридорам, где крайний раз видели герцогиню. Он не верил в то, что его мир, который он строил так долго, просто рушится на глазах, а его- первым приговорят к пыткам и смерти.

Фалды его алого камзола развевались, жабо он с яростью сорвал, так как оно лезло в лицо… Лицо исказила уродливая гримаса ненависти ко всему живому. Ворвавшись в зал, он с грохотом распахнул двери.

– Так не пойдёт- почему около нашего дворца везде пожары, а войска Альзате и Риоля идут на штурм моего замка! Отвечай- ты должна это исправить! – кричал в приступе гнева жирный канцлер.

На серебристом троне, как и во всём дворце, никого не было. Лишь шторы позади слегка колыхались, а на подушке из красного бархата лежала та самая трость, с которой герцогиня приезжала в его дом… Здание сотрясалось от ударов, взрывов и прилетавших в него снарядов… С потолка сыпалась штукатурка, внизу гремела посуда, а вокруг никого не было, словно в наказание…

Авейра оглянулся, на его лицо упал свет от ярко-оранжевого пламени за окном, а внизу послушались шаги и крики вражеских солдат. Он медленно сполз на колени, сидя так на ступенях, склонил голову, а с его головы упала и покатилась корона. Глаза покраснели, из носа потекли сопли, а зубы скрипели, что есть мочи. За окном раздался рык дракона, а на мгновение свет потух- огромное знамя с грифоном упало с крыши…

Канцлер потерял всё, буквально за сутки… Так он и остался, совсем один в своей империи, просуществовавшей меньше месяца… Империи пепла, после сегодняшней ночи…

В высокой траве было трудно найти дорогу, но дерево с густой кроной виднелось издали. Под ним сидела Адрия, прикрыв глаза. В этом месте она прожила почти полгода, но была в курсе, что Зееграбен пал, а с канцлером… Простая смерть была бы лучше его судьбы.

Она ждала свою подругу.

Было спокойно, хоть нельзя было сказать, что та появится… Мир кардинально изменился, в том числе и с её помощью, ведь некоторые до сих пор помнили, кто вёл отряды горных солдат в бой… Однако, будто был такой план, своё имя она почти стёрла из истории, и, если ей удалось залечь на дно, Галадриэль ничего не грозило… А в том, что подруге это удалось, Адрия была уверена.

Так она и ждала под кроной, скрывавшей её от жаркого солнца, как в один день на горизонте показался кто-то в белом плаще и с большим щитом на спине.

Перепутать рыцаря с кем-то ещё было всё-таки трудно… Адрия подскочила, посмотрела вдаль, прикрыв глаза от яркого солнца, после чего начала импровизированно танцевать. Её подруга издали заметила высокую блондинку и улыбнулась…

Галадриэль неспешно шла к ней, радуясь, что маг в полном порядке. И вот наконец, спустя столько времени, после стольких перемен, когда казалось, что мир изменился раз и навсегда, они стояли друг перед другом. Молчали. Долго, рассматривая друг друга, после чего обнялись, будто сорвавшись с цепи.

После долгих объятий под жарким солнцем в голубом и чистом небе, они много говорили о том, что случилось, как пережила гильдия войну (почти все пошли за большими наградами и успели поучаствовать в битвах с Зееграбеном) но важнее было то, что ждало их впереди.

Но уже скоро, совсем неспешно, они направились по дороге туда же, где выполнили первое задание, активно обсуждая что же делать в такой ситуации. Адрия, с умным видом, заключила:

– Ближайшее время тебе нельзя появляться в Риоле или Альзате… На стоит пойти в Артур- там тоже много работы для наёмника, тем более нас там ждёт наш старый друг…

– Тогда…– Галадриэль сделала несколько шагов вперёд и оглянулась: пойдём навстречу нашей собственной судьбе!