Марсианские войны

— Земное здание, — ответил Джеттал Аиф. — То, что мы не смогли идентифицировать. Слишком большое для личной резиденции, но без каких-либо других явных функций.

— Что еще? — спросил, указывая жестом на стоянку, Хадрак.

— Машины, — сказал Ди. — Вы имеете в виду машины?

— Точно, — подтвердил Хадрак. — Четыре из них на площадке. Заметьте, что одна не работает, но еще дымится.

— Значит там есть земляне, — сказал Каир.

— Где? — не понял Аиф.

— По-видимому — внутри строения, — ответил Ди.

— Мы должны принять это во внимание, — согласился Хадрак. — Хотя на машинах и нет военной маркировки, вполне возможно, что земляне, находящиеся внутри, вооружены.

— Тогда надо быть осторожными, — заключил Ди.

— Так мы идем внутрь? — жалобно спросил Аиф.

— Конечно, — воскликнул Хадрак. — Никто и не говорил, что строение необитаемо.

— Я надеялся на это, — пробормотал Аиф.

Хадрак не обратил на него внимания и подал Ди знак продвигаться вперед.

— Взрывай дверь, — приказал он.

— Может, сначала посмотреть, не открыта ли она? — спросил Ди.

— Нет, — ответил Хадрак. — Там могут быть ловушки. Мы взорвем ее.

— Слушаюсь! — Ди поднял КА-77, переключил селектор и посмотрел на фасад здания.

— Которая из них — дверь? — спросил он.

— Вон та, — показал Хадрак. — У землян почти всегда двери соединяются с полом.

Ди кивнул.

— Я запомню это. — Он прицелился и выстрелил.

Ракета врезалась в дверь — осколки стекла и щепки брызнули в разные стороны.

— Пошли! — Хадрак со своим КА-77 наперевес возглавил отряд.

Семеро марсиан поднялись по ступенькам и по дымящимся обломкам двери вошли в пещерообразный зал особняка Гельмана.

Там они остановились.

Несколько секунд все молчали, потом Джеттал Аиф спросил:

— Для чего предназначено это здание?

— Не знаю, — ответил Слитри Ди.

— Не нравится оно мне, — сказал Тензиф Каир.

Хадраку все это тоже не очень-то понравилось, но он не собирался говорить об этом.

— А чего вы ожидали? — рявкнул он. — Это земляне. Конечно, их постройки непонятны нам!

— Но это не похоже ни на что, о чем говорили на инструктажах! — запротестовал Аиф.

— Отдел информации не может предусмотреть всего.

Похоже было, что Аиф собирался поспорить, но потом передумал. Вместо этого он спросил:

— Ну и что теперь?

Хадрак признал, что это был справедливый вопрос. Он снова огляделся вокруг.

Они находились в зале примерно двадцати футов ширины и пятидесяти длины. И как минимум тридцати в высоту. Широкая лестница, покрытая красным ковром, начиналась от центра помещения и вела на балконы, разветвляясь посередине. Другая лестница шла дальше, на третий уровень. Стены сплошь были покрыты какой-то растительной субстанцией. Окна из цветного стекла вряд ли служили для того, чтобы сквозь них смотреть, а свет, проходивший через эти окна, казался тусклым и разноцветным. Солнечные лучи, падавшие сквозь разломанную дверь, были намного ярче.

Весь зал заполняли разные предметы, на всех трех уровнях, и Хадрак не мог с уверенностью назвать предназначение ни одного из них. Он не видел ничего, что напоминало бы какие-нибудь механизмы или инструменты. Не было также ни компьютеров, ни средств связи, ни столов, ни кроватей или мест для работы… лишь один из предметов мог бы быть использован для сидения, но выглядел он абсурдно роскошным. Вместо всего этого были… какие-то странные вещи. Предметы стояли на полу, висели на стенах, свешивались с потолка, громоздились друг на друге. Искусственного происхождения: агрегаты разных видов; натуральные: растения в контейнерах, шкуры животных и экзотические земные птицы. А также предметы, назначение которых Хадрак даже и не пытался определить.

Он вглядывался в интерьер, его глаза с трудом привыкали к сумраку. Хадрак никак не мог понять, как земляне видели что-то в этом помещении при закрытой двери. Их мир был таким теплым и ярким, что в подобном зале они, наверное, чувствовали себя, как кроты на солнце.

А может, помещение освещалось искусственно, даже днем? Сложные хрустальные устройства, свисавшие с потолка и торчавшие из стен, могли быть какой-нибудь разновидностью ламп. Хадрак был уверен, что земляне передвигались здесь при помощи зрения, а не какого-то чувства или инстинкта, потому что на стенах висели грубые изображения человеческих лиц, выполненные на плоской поверхности странным липким красящим веществом. Если бы люди не могли их видеть, они бы здесь не висели.

Внезапная мысль поразила Хадрака. А что, если это таинственное здание — храм, а изображения предназначаются больше богам, нежели смертным. В таком случае недостаток освещения не играет никакой роли.

Плоские цветные изображения лиц Хадрак посчитал не единственными признаками культа. Вдоль стен стояла дюжина резных цилиндров, на которых размещались различные части человеческих тел, выполненные из твердой белой субстанции.

«Возможно, это военные трофеи», — решил Хадрак. Каждый из них включал голову, хотя количество остальных частей тела разнилось. Может быть, они предназначались для напоминания о победах над выдающимися врагами, или же там внутри находились головы убитых соперников, а может, этот белый материал был перемолотыми костями убитых?

А возможно, перед ними лежали подношения животным божествам землян?

Похоже, это предположение было наиболее вероятным. Примитивные религии могут иметь проявления, абсолютно бессмысленные для более развитых культур. А помещение изобиловало нелогичными вещами. Например, полая нога большого животного с прилепленными к ней крючками, стоявшая возле одной из стен. Или каменная чаша с трубкой, из которой бесконечно и бесполезно текла вода. Как может кто-то, пусть даже и землянин, так расходовать воду?

Чем больше Хадрак думал, тем больше он склонялся к мысли, что строение, в котором они находились, было храмовым комплексом. Это интересно. Возможно, они лучше смогут понять землян, изучив их абсурдную варварскую религию.

Однако, сейчас они должны были выполнять задание. Их послали, чтобы исследовать это строение и установить представляет ли оно опасность. Поскольку внутри оказались земляне, их надо найти и нейтрализовать или хотя бы допросить насчет природы этого здания.

На первом уровне было восемь дверей, ведущих в комнаты, и, вероятно, они имелись еще и на верхних уровнях, на балконах. Хадрак нахмурился. Если они останутся единой группой, то целую вечность будут обыскивать это здание, а земляне легко ускользнут от преследования. С другой стороны, их слишком мало, чтобы разделяться. Надо найти какой-то компромисс.

— Внимание! — рявкнул Хадрак. — Мы будем осматривать за раз одну сторону одного уровня. Биндар и Дундат, берете эту дверь. Аиф, Каир — следующую. Ди, Хузи — третью. — Он поочередно показал на двери с правой стороны. — Я беру последнюю. Осматриваем полдюжины комнат и коридоров и собираемся обратно здесь же. Если мы поймаем землян, то сможем их допросить, но рисковать не стоит. Если кто-то будет вооружен или покажется опасным — убивайте.

— Есть! — прозвучал хор из шести голосов, и взвод разошелся.

Глава 8. В ТАЙНИКЕ

Кэтти Винтерс зачарованно следила, как Стив отодвинул панель, скрывавшую рычаг, отпирающий потайную дверь.

— Ого! — воскликнула она. — Настоящая секретная комната.

— Прямо как в кино, — сказала Нэнси.

Бад кивнул.

— Наверное, оттуда старина Гельман и достал свои идеи, — заметил он.

— Может быть, — согласился Стив и нажал на рычаг. Панели слегка разъехались в стороны. Дверь была снабжена грузовым механизмом; когда запор сработал, она автоматически приоткрылась на пару дюймов и показалась дверная ручка.

Бад открыл закамуфлированную дверь шире и пропустил всех в небольшую комнату.

Сама она не имела окон, но, подобно трубе, тянулась вверх через все пять этажей и выходила в одну из башенок на крыше, а свет, проникавший сверху, создавал естественное освещение. Стены вместо обычного темного дерева покрывал белый пластик, поэтому выглядела комнатка намного светлее, чем остальной замок. Вдоль трех стен шла лестница, которая вела на верхние этажи, Бад знал, что существует по крайней мере по одному выходу на каждом этаже, а на первых двух — по два. И все они, за исключением дверцы, ведущей на крышу, замаскированы снаружи. Обычно экскурсии проходили через эту комнату, чтобы сократить путь с первого на третий этаж, а на четвертый и всю дорогу назад шли по обычным лестницам.

Обстановку комнаты составляли пара удобных кресел, чайный столик, небольшой книжный шкаф и старинный торшер с пергаментным абажуром. Все это размещалось на великолепном восточном ковре, но выглядело намного менее роскошным, чем мебель большей части особняка.

Комната оказалась слишком маленькой для такого количества людей. Бад быстро сосчитал всех по головам: трое детей, десять взрослых, итого — тринадцать человек.

Стив как раз закрывал дверь, когда снаружи раздался взрыв.

— Что это было? — взвизгнула Тифани.

— Не знаю, — ответил Стив. — Может пойти посмотреть?

Бад поймал его за пояс.

— Не будь дураком, парень, — сказал он. — Это марсиане. Они, наверное, просто взорвали дверь.

— Эту прелестную стеклянную дверь? — воскликнула Сьюзи Рубенс. — Как они могли такое сделать!

Бетси Винтерс издала звук, средний между смехом и всхлипом.

— Они могут делать вещи намного хуже, — сказала она, — как в Топвуде.

— Дверь была заперта, — предположил Бад, — и они решили, что замок не должен их останавливать.

— Э… наверное, нам надо соблюдать тишину. Что если они нас услышат? — спросила Марси.

— Да, тише все! — крикнул Тони.

На несколько секунд повисла тишина. Затем Бобби с визгом устремился вверх по лестнице, его брат Сид — за ним. Большинство взрослых закричали на них, призывая к тишине.

— Он щекотал меня! — оправдывался Сид.

Стэн Рубенс начал что-то говорить, но Бад оттолкнул его и помчался наверх. Он схватил мальчиков, по одному в каждую руку, и поднял их к своему лицу.

Дети смотрели на него в безмолвном ужасе.

— Слушайте, детишки, — процедил Бад сквозь зубы. — Это вам не игра. Наши жизни поставлены на карту. И если хоть один из вас пикнет, я сверну шеи обоим. — Он вспомнил свое собственное детство, когда важнее всего на свете, важнее жизни и смерти, было не давать спуску старшей сестре. И единственное, что могло их успокоить, — это развести в разные углы. Бад кивнул и добавил:

— Один из вас пойдет наверх, а другой — вниз к взрослым. И если я замечу, что вы смотрите друг на друга, то оторву вам головы и заткну ими ваши глотки, а потом вместе с родителями выкину к марсианам, чтобы они живьем содрали с вас кожу и сожрали ваши кишки. Вы поняли меня?

— Да, сэр, — ответил старший мальчик.

— Отлично! — Бад поставил детей на площадку. — Тогда ты иди наверх, а ты — вниз. Я пришлю к тебе кого-нибудь — заодно и внизу станет больше места.

Бобби полетел вверх по лестнице, а Сид поспешил вниз к родителям.

— Послушайте, вы не слишком… — начал было Стэн.

— Тише! — оборвал его Бад.

Он убедился, что Стив правильно закрыл дверь, и вернулся. Стояла тишина. Его речь произвела впечатление не только на детей.

— Марси, — сказал Бад. — Иди наверх, составь парнишке компанию.

Марси кивнула и пошла по лестнице.

— Смотровые отверстия там, — Бад указал на противоположную от двери стену, — за скользящими панелями. Они выходят в столовую.

Он отыскал взглядом Кэтти и после того, что произошло с мальчиками, решил держать ее подальше от неприятностей.

— Ты будешь смотреть, — сказал он ей. — Вот скамейка, станешь на нее.

Кэтти кивнула, взяла скамейку и отнесла наверх. Забравшись на нее, она увидела, что отверстия уже были открыты, и выглянула наружу.

— Вижу большую комнату, — прошептала девочка, — в ней длинный стол и много стульев, а вдоль стен — разукрашенные кабинки…

— А марсиан видишь? — тоже шепотом спросила Нэнси.

— Только дверь, — ответила Кэтти. — Она открыта. И…

Кэтти замолчала и чуть не свалилась со скамейки, резко отпрянув от окна.

— Марсиане, — сказала она. — Оба. Они здесь.

— А что мы будем делать, если нас здесь найдут? — скороговоркой выпалила Сьюзен.

— Мы должны добыть оружие, — сказал Билл Эдвардс. — Если их всего двое, а нас тринадцать, мы сможем защититься.

Стив покачал головой.

— Не доверяю я этим древним ружьям, — проговорил он. — Даже если мы найдем боеприпасы, в чем я не уверен, из них не стреляли по крайней мере лет пятьдесят. А некоторые вообще просто экспонаты, а не настоящие ружья, и я не знаю, какие из них.

— А другого оружия нет? — спросил Билл.