Операция "Лунная ракета"

Он украдкой взглянул на часы. Одиннадцать пятнадцать. «Мне нужно где-нибудь устроиться», - сказал он.

Теперь он чувствовал ее ногти сквозь рубашку. «Полярная звезда», - пробормотала она. «Телевизор в каждой комнате, бассейн с подогревом, домашние животные, кафе, столовая, бар и прачечная».

Он усмехнулся. - "Это хорошая идея?"

"Это ваше решение". Он чувствовал выступающую твердость ее груди у своего рукава. Он взглянул на нее в зеркало. Ветер прилепил ее длинные блестящие светлые волосы к лицу. Она убрала волосы пальцами правой руки, и Ник хорошо увидел ее профиль - высокий лоб, темно-синие глаза, широкий чувственный рот со слабыми следами улыбки. «Теперь девочка стала очень желанной женщиной, - подумал он. Но долг зовет. Ему придется связаться со штаб-квартирой AX до полуночи.

«Первое правило шпионажа», - декламировал он. «Избегайте того, чтобы вас видели в компании коллег по работе».

Он почувствовал, как она напряглась, отодвинулась. "Что вы имете в виду?"

Они только что миновали гостиницу «Близнецы» на Нортатлантик-авеню. «Что я останусь там», - сказал он. Он остановился на светофоре и взглянул на нее. Его красное свечение превратило ее кожу в пламя.

Она больше не разговаривала с ним по пути к «Полярной звезде», а когда вышла, ее лицо было зло отвернуто для него. Она захлопнула дверь и исчезла в вестибюле, не оглядываясь. Она не привыкла к отказу. Богатым никогда не бывает отказов.

* * *

Голос Хоука врезался ему в ухо, как нож. «Рейс 1401-A вылетает из международного аэропорта Майами в Хьюстон в 3:00 по восточному времени. Пойндекстер из редакторского отдела встретит вас перед стойкой по продаже авиабилетов в 2:30 утра. У него будет с собой вся необходимая информация, включая папку для изучения. о вашем прошлом и нынешних обязанностях ".

Ник снова ехал по шоссе 1, направляясь на юг через безымянный мир ярких огней и машин. Голос Хоука начал стихать, и он наклонился вперед, регулируя ручку крошечного сверхчувствительного двустороннего радиоприемника, спрятанного среди ослепительного набора циферблатов на приборной панели.

Когда глава AX сделал паузу, он сказал: «Если вы извините за выражение, сэр, я не разбираюсь в космическом оборудовании. Как я могу надеяться выдать себя за космонавта?»

«Мы вернемся к этому через мгновение, N3». Голос Хоука был настолько резким, что Ник поморщился и отрегулировал громкость наушников. Любое сходство между бессвязным, пьяницей того дня и человеком, который теперь разговаривал с ним из своего стола в штаб-квартире AX в Вашингтоне, было строго результатом актерских способностей Хоука и характера, такого же жесткого и грубого, как его шкура.

«Теперь о ситуации на Бали Хай, - продолжил Хоук, - позвольте мне объяснить. В течение нескольких месяцев происходила утечка информации высокого уровня. Мы думаем: мы сузили круг вопросов до этого ресторана. Сенаторы, генералы, высшие чины правительства там обедают и подрядчики. Говорят небрежно и неосмотрительно. Микрофоны улавливают всё. Но куда идет информация, мы не знаем. Итак, сегодня днем ​​я сознательно дал ложную информацию ». Он позволил себе короткий невеселый смешок. «Скорее для того, как отследить утечку, как бы заливая желтую краску в водопроводную систему. Я хочу увидеть, откуда выходит эта желтая краска. У AX есть секретные посты для прослушивания на всех уровнях в каждом правительстве мира и шпионских организациях в мире. Они выследят это - у нас будет осведомленность об этом

Сквозь изогнутую ветровую заслонку Ник наблюдал, как красноватый свет быстро разрастается. «Так что все, что мне сказали на Бали Хай, было ложью», - сказал он, замедляясь перед развязкой Веро-Бич. Он мельком подумал о чемоданах с его личными вещами. Они были в комнате, в которую он никогда не заходил, в гостинице «Близнецы» в Какао-Бич. Не успел он зарегистрироваться, как ему пришлось поспешить к своей машине, чтобы связаться с AX. Как только он связался с AX, он уже возвращался в Майами. Неужели поездка на север была действительно необходима? Разве Хоук не мог привезти в Палм-Бич свою марионетку?

«Это не все, N3. В том-то и дело. Лишь несколько пунктов были ложными, но жизненно важными. Я предположил, что лунная программа США - в беспорядке. Я также предположил, что пройдет пара лет, прежде чем она начнется. Однако правда в том - и это известно только мне, нескольким высокопоставленным должностным лицам НАСА, Объединенному комитету начальников штабов, президенту, а теперь и вам, Николас, - правда в том, что НАСА собирается попытаться провести еще один пилотируемый полет в ближайшие несколько дней. Даже сами астронавты не знают об этом. Он будет называться Phoenix One - потому что он возникнет из пепла проекта Apollo. К счастью, Connelly Aviation подготовила оборудование. Они доставят его на вторую капсулу на мыс Кеннеди со своего завода в Калифорнии. Вторая группа астронавтов находится на пике своей подготовки, готова к работе.». Голос замолчал. «Этот полет, конечно, должен пройти без сучка и задоринки. Чувствуется, что оглушительный успех в данный момент - единственное, что уберет горечь катастрофы Аполлона из мнения общественности. И этот вкус должен быть устранен, если Космическую программу США удасться спасти ".

«А где, - спросил Ник, - на сцене появиттся Астронавт N3?»

«В данный момент в больнице Уолтера Рида в коме лежит мужчина», - резко сказал Хоук. Он заговорил в микрофон на своем столе в Вашингтоне, и его голос превратился в бессмысленные колебания радиоволн, которые были переведены в нормальные человеческие звуки с помощью сложной серии микроскопических реле автомобильного радио. Они доносились до уха Ника как голос Ястреба - и без потери резкости в пути. «Он находится там уже три дня. Доктора не уверены, что они могут спасти его, и если они смогут, то будет ли его разум когда-нибудь снова таким же. Он был капитаном второй резервной команды - полковник Гленн Эглунд. Кто-то пытался убить его в Центре пилотируемых космических кораблей в Хьюстоне, где он и его товарищи по команде тренировались для этого проекта ».

Хоук подробно это описал, и Ник отправил серебристый 350 GT мчаться сквозь ночь. Полковник Эглунд был в закрытом прототипе капсулы «Аполлон», испытывая систему жизнеобеспечения. Кто-то, очевидно, отрегулировал элементы управления извне, увеличив содержание азота. Это смешалось с собственным потом космонавта внутри его скафандра и образовало смертоносный, опьяняющий газ - амин.

«Эглунд явно что-то видел», - сказал Хоук, - «или каким-то образом знал слишком много. Что, мы не знаем. Когда его нашли, он был без сознания и никогда не приходил в сознание. Но мы надеемся выяснить это. Вот почему его место займёте вы N3. Эглунд примерно твоего возраста, твоего роста и общего телосложения. Об остальном позаботится Пойндекстер.

"А что насчет девушки?" - спросил Ник. "Этой сладкой конфетки."

"Пусть пока остается на месте. Кстати, N3, какое у тебя впечатление от нее.

«Временами она может быть очень профессиональной, а иногда - идиоткой».

«Да, как и ее отец», - ответил Хоук, и Ник почувствовал лед в его тоне. «Я никогда не одобрял общественный элемент в высших эшелонах ЦРУ, но это было до того, как я что-то сказал по этому поводу. Дикинсону Свиту следовало иметь больше здравого смысла, чем позволять своей дочери вмешиваться в подобные вещи. Это другое причина, по которой я прилетел в Палм-Бич лично - я хотел поговорить с девушкой, прежде чем она свяжется с вами ". Он сделал паузу. «Тот набег на заднюю часть Бали Хай, о котором вы упоминали ранее, - по моему мнению, это было бессмысленно и рискованно. Как вы думаете, вы сможете удержать ее от того, чтобы она больше не раскидывала тележки с яблоками?»

Ник сказал, что может это сделать, добавив: «Тем не менее, из этого получилось одно хорошее. Интересный снимок доктора Сана. Там также есть мужчина. Я попрошу Пойндекстера сделать его опознание».

"Хм". Голос Хоука был уклончивым. «Доктор Сан сейчас находится в Хьюстоне с другими астронавтами. Она, конечно, не знает, что вы замените Эглунда. Единственный человек за пределами AX, который о вас знает, - это генерал Хьюлетт Макалестер, главный начальник службы безопасности НАСА. Он помог устроить этот маскарад ».

«Я все еще сомневаюсь, что это получится, - сказал Ник. «В конце концов, астронавты в команде тренировались вместе в течение нескольких месяцев. Они хорошо знают друг друга».

«К счастью, на нас действует отравление амином», - прохрипел ему в ухо голос Хоука. «Один из главных симптомов - ослабление функции памяти. Поэтому, если вы не вспомните всех своих коллег и обязанностей, это будет казаться вполне естественным». Он сделал паузу. «Кроме того, я сомневаюсь, что тебе придется продолжать эту шараду более суток. Кто бы ни сделал это первое покушение на жизнь Эглунда, он попробует еще раз. И он - или она - не будет тратить на это много времени».

Глава 5

Она была еще красивее, чем на порнографическом фото. Красивая с изящными, почти нечеловеческими манераии, что нервировало Ника. Ее волосы были тёмными - черными, как арктическая полночь - и подходили к ее глазам с сияющим бликом. Ее рот был полным, сочным, с акцентом на унаследованные от ее предков скулы - по крайней мере, со стороны отца. Ник вспомнил досье, которое изучал во время полета в Хьюстон. Ее мать была англичанкой.

Она его еще не видела. Она шла по нейтрально пахнущему белому коридору Центра пилотируемых космических кораблей, разговаривая с коллегой.

У нее было хорошее тело. Белоснежный халат, который она носила поверх уличной одежды, не мог этого скрыть. Это была стройная женщина с полной грудью, которая шла в осмотрительной позе, вызывающе выдвигавшей свою красоту вперед, каждый гибкий шаг подчеркивал юношескую выпуклость ее бедер.

N3 быстро рассмотрел основные факты: Джой Хан Сун, доктор медицинских наук, доктор философии; родился в Шанхае во время японской оккупации; Мать британка, отец китайский бизнесмен; получил образование в Мэнсфилд-колледже в Коулуне, затем в M.I.T. в Массачусетсе; стал гражданином США; специалист по аэрокосмической медицине; сначала работал в General Kinetics (в Медицинском институте Майами GKI), затем в ВВС США в Брукс Филд, Сан-Антонио; наконец, для самого НАСА, которое делило свое время между Центром пилотируемых космических аппаратов в Хьюстоне и мысом Кеннеди.

"Доктор Сунь, можем мы вас на минутку увидеть?"

Это был высокий мужчина с погонами на плечах, стоявший рядом с Ником. Майор Дуэйн Ф. Соллиц, начальник службы безопасности проекта «Аполлон». Ник был передан ему генералом Макалестером для повторной обработки;

Она повернулась к ним с легкой улыбкой на губах от предыдущего разговора. Ее взгляд скользнул мимо майора Соллитца и резко остановился на лице Ника - лице, над которым Пойндекстер из монтажного отдела трудился в то утро почти два часа.

Она была хороша. Она не кричала, не бегала по коридору и не делала глупостей. И расширение ее глаз было едва заметно, но для натренированного глаза Ника эффект был не менее драматичным. «Я не ожидала, что вы скоро вернетесь, полковник». Голос у нее был низкий, а тембр удивительно чистый. Акцент был британский. Они пожали друг другу руки по-европейски. "Как вы себя чувствуете?"

«Все еще немного дезориентирован». Он говорил с ярко выраженным канзасским тоном - результат трехчасового сидения с магнитофонной записью голоса Эглунда, вставленной в его ухо.

«Этого и следовало ожидать, полковник».

Он смотрел, как пульс бьется в ее тонком горле. Она не отводила взгляда от него, но улыбка исчезла, а ее темные глаза были странно яркими.

Майор Соллиц взглянул на часы. «Он весь ваш, доктор Сан», - сказал он резким, точным тоном. «Я опаздываю на собрание. Дайте мне знать, если возникнут какие-либо проблемы». Он резко повернулся на каблуках и пошел прочь. У Соллица не было никаких лишних движений. Ветеран «Летающих тигров» и лагеря японских военнопленных на Филиппинах был почти карикатурой на безудержный милитаризм.

Генерал Макалестер беспокоился о том, чтобы провести Ника мимо него. «Он сообразительный», - сказал он, навещая Ника на Лондейл-роуд Эглунд в то утро. «Очень резкий. Так что не расслабляйтесь рядом с ним ни на секунду. Потому что, если он додумается до того факта, что вы не Эглунд, он нажмет кнопку будильника и разоблачит ваше прикрытие». Но когда Ник явился в офис майора, все прошло как по волшебству. Соллиц был так удивлен, увидев его, что провел с ним только самую поверхностную проверку безопасности.

«Следуйте за мной, пожалуйста, - сказала доктор Сан.

Ник шел позади нее, автоматически отмечая плавные, гибкие движения ее бедер, длину ее длинных и твердых ног. Он решил, что противники становятся все лучше и лучше.

Однако она была противником. Он не сомневался на этот счет. И, может быть, убийцей тоже. Он вспомнил фразу Хоука: «Он или она попробует еще раз». И пока все указывало на «она». Человек, который пытался убить Эглунда, должен был (во-первых) быть кем-то с доступом к Отделу медицинских исследований и (во-вторых) кем-то с научным образованием, особенно в области химии внеземной поддержки жизни. Кто-то, кто знал, что определенное количество лишнего азота смешается с аммиаком из человеческого пота, образуя смертоносный газ Амин. Доктор Сун, руководитель медицинских исследований проекта «Аполлон», имела доступ и обучение, а ее специальная сфера деятельности заключалась в поддержании человеческой жизни в космосе.

Она открыла дверь маленькой прихожей и отошла в сторону, показывая Нику. «Снимите одежду, пожалуйста. Я буду с вами».

Ник повернулся к ней, его нервы внезапно сжались. Сдерживая небрежный тон, он сказал: «Это абсолютно необходимо? Я имею в виду, что Уолтер Рид проверил меня, и копия их отчета уже отправлена ​​вам».

Улыбка была слегка насмешливой. Это началось с глаз, затем коснулось ее рта. «Не стесняйтесь, полковник Эглунд. В конце концов, я не в первый раз вижу вас голым».

Именно этого и боялся Ник. На его теле были шрамы, которых у Эглунда никогда не было. Пойндекстер ничего не сделал с ними, поскольку это было совершенно неожиданным развитием событий. Отдел документации редакции подготовил фальшивый медицинский отчет о канцелярских принадлежностях Уолтера Рида. Они посчитали, что этого будет достаточно, что медицинское агентство НАСА проверит только его зрение, слух, двигательные реакции и чувство равновесия.