Здесь умирает надежда (ЛП)

Со Стеллой все было в порядке.

Более чем в порядке после… ссоры с Карсоном. Мы пили вино. Заказали сыр.

Еще вино. Подруга улыбалась, смеялась и много болтала. Но я достаточно хорошо знала свою девочку, понимала, что ее мысли витают где-то далеко.

Мысли были заняты мужчиной, который предложил ей заняться сексом. Который следил за ней и, в свою очередь, был причиной того, что ее не изнасиловали. Который затем, месяц спустя, послал своего лакея подойти к ней на тротуаре и увезти ее, по-видимому, с ее согласия или без него.

Джей не был рыцарем в сияющих доспехах.

В лучшем случае он был потенциальным поклонником.

В худшем — злодеем.

И в этом злодее было что-то такое, что соблазнило бы даже принцессу.

Хотя технически я встречалась с принцем, но, конечно, не была принцессой, так что у меня на уме был свой собственный злодей.

В какой-то момент во время нашей ссоры на тротуаре я решила, что хочу трахнуть этого негодяя. Что-то в нем, в его присутствии, в его глазах, в его плутоватой красоте сказало мне, что он трахался как настоящий мужчина.

Я была очень предприимчивой женщиной как внутри, так и за пределами спальни, спала со многими типами мужчин. Почти со всеми видами, какие только были.

Но не со злодеями: внушительными мужчинами в костюме с мускулами, и… особым вайбом.

Так что его нужно было вычеркнуть из моего списка желаний. Мне хотелось попробовать всего один разок.

А может и дважды.

Но сначала нужно найти его.

ТРИ НЕДЕЛИ СПУСТЯ

Его дом был милым. Очень милым.

Нужно немало усилий, чтобы произвести на меня впечатление, учитывая количество богатства, в котором я выросла. Меня впечатлило не величие или денежная стоимость этого дома… Мне просто он понравился. Маленький домик в Малибу. Его можно было бы назвать почти коттеджем.

Почти.

Но эта резиденция принадлежала гребаному задире, который был воплощением мужественности альфа-самца, и это было против закона физики, чтобы такой мужчина жил в коттедже.

Он работал на Джея Хелмика, который владел несколькими предприятиями, имел миллионы и был своего рода королем преступного мира. Я не знала подробностей, потому что Келтан, мой частный детектив, сказал, что подробности могут подвергнуть меня опасности. Конечно, это вызвало у меня еще большее любопытство, поэтому я предложила удвоить взятку, чтобы получить любую опасную информацию.

Келтан тоже был альфа-самцом. Чертовски горячий и, к сожалению, женатый. А еще он был невероятно хорошим парнем. Поэтому отказался от денег, не хотел подвергать меня опасности. Он чувствовал себя не комфортно, давая мне этот адрес. Предложил поехать со мной.

Сидя через стол от Келтана, я пригвоздила его суровым взглядом.

— Будешь защищать его? Мне не нужно сопровождение, — сказала я ему с ухмылкой. — Я прекрасно могу постоять за себя.

Келтан посмотрел на меня так, что я поняла: его жене очень повезло. Как будто он оценивал меня, взвешивал мой характер и способности одним взглядом. И он был… впечатлен.

— Я знаю, что можешь, — сказал он со своим сексуальным акцентом.

Итак, я была здесь, в доме Карсона, когда садилось солнце. У него была впечатляющая система безопасности. К счастью, я сама была довольно сногшибательной, так что смогла войти внутрь, чтобы сделать мартини, прежде чем вернуться на переднее крыльцо, дожидаясь мужчину.

По полученной информации я узнала, что Карсон редко бывал дома, постоянно работая на Джея, делая все, что делал заместитель криминального авторитета. Но он возвращался домой сразу после наступления сумерек на пару часов. По крайней мере, так мне подсказала информация, которую я получила за последние несколько дней. Я подозревала, что Карсон не был человеком привычки как по характеру своего бизнеса, так и по тактике выживания.

Хотя я не была настоящей международной женщиной-загадкой, я была женщиной, и нам вдалбливали, как избежать изнасилования. Не ходите по ночам. Не надевайте наушники. Не бегите по тому же маршруту, чтобы преследователь не наблюдал за вами и не знал точно, где и когда нанести удар.

Я даже не была уверена, что он появится сегодня вечером. В таком случае пришла бы завтра. А потом и на следующую ночь, если понадобится. Я полна решимости. И как только решаю, чего хочу, ничто меня не остановит.

К счастью, мне не пришлось менять свое расписание в ежедневнике, чтобы выследить свою добычу. Фары осветили конец длинной подъездной дорожки, и гравий захрустел под колесами.

Я не пыталась спрятать ни свою машину, ни себя. Не желала напугать его. Это уже проигранная битва. У меня было такое чувство, что такого человека, как он, нелегко напугать. Вообще.

Мое колено подрагивало, когда я потягивала напиток. У него была хорошая водка. Все на верхней полке. Его домашний бар превосходен. Как и его дом. Эстетика была мужественной, но в то же время уютной. Мне очень хотелось поближе познакомиться с коттеджем, который пах человеком, океаном и… лимонами.

Я хотела порыться в ящиках, посмотреть на книги, узнать все, что можно об этом человеке, который был мне незнаком во всех отношениях. Мужчина, о котором я думала каждую ночь с того дня, как встретила его.

Но даже несмотря на то, что я вломилась в его дом и следила за ним, не горела желанием вот так вторгаться в его частную жизнь. Это уже слишком.

Все остальное, что я делала, имело оправдание. Совершала все это не потому, что хотела соблазнить его, хотя и это тоже. Но моя первоначальная задача была другой.

Я сохраняла расслабленную позу, сжимая пальцами ножку бокала с мартини, когда Карсон припарковался рядом с моей Теслой. У него не было пистолета, что было плюсом. Надо было включить свет, чтобы он не превратился в Рэмбо и не вышиб из меня все дерьмо.

Даже это не было надежной гарантией того, что меня не подстрелят. Этот человек, по общему мнению, был опасным незнакомцем, здесь меня никто не защитит.

И это еще больше меня возбудило.

Карсон не сводил с меня глаз, медленно направляясь от машины к крыльцу. Его шаги были неторопливыми, целеустремленными, черный костюм, казалось, двигался по воздуху, как чернила, тая на его мышцах.

Выражение его лица было холодным, но не пустым. Его глаза прожигали меня на протяжении всего пути. Было трудно сохранять самообладание, казаться расслабленной и невозмутимой из-за громадного мужчины, крадущегося ко мне после того, как я вломилась в его дом.

Но я справилась с этим.

Вся моя жизнь, полная приключений и хаоса, подготовила меня к этому самому моменту.

Моя грудь равномерно вздымалась, когда Карсон поднялся по ступенькам крыльца и встал передо мной. Близко.

Ветер донес до меня его запах. Мое тело откликнулось на его близость. Я скрестила и разогнула ноги, когда напряжение пронзило мое тело, достигнув кульминации между ног.

Глаза Карсона не опустились к моим ногам, чтобы засвидетельствовать мой непреднамеренный жест Шэрон Стоун из «Основного инстинкта», под страхом и возбуждением это немного задело мою гордость. Но я не подала виду, не отвела глаз от его бесстрастного взгляда.

— Дорогой, наконец-то ты дома, — сказала я фальшиво высоким тоном, наклонив голову и надув губы. — Прости, я тайком сделала несколько глотков мартини, который приготовила для тебя, но я рада поделиться… — Протянула ему стакан в знак приглашения.

Карсон, проигнорировав протянутый напиток, не сводил с меня глаз. Тишина зияла между нами, и я убрала руку назад.

Инстинктивно я хотела встать, чтобы выровнять баланс сил между нами. Я одержала верх всего на мгновение, застав его врасплох, найдя его дом, вломилась в него, но я чувствовала, как сила ускользает у меня между пальцев.

Глаза Карсона обжигали меня, опаляя кожу. Хотя мне хотелось отвести взгляд, я воспользовалась возможностью, чтобы полностью его разглядеть. Его кожа была цвета бледной слоновой кости, безупречной на первый взгляд, но тонкий шрам через темную бровь говорил о жестоком прошлом. Его скулы были высокими, почти суровыми, линия подбородка острой. Глаза, пронзающие мою кожу, были цвета океана в Греции. Электрически синие. Почти волшебные. Его ониксовые волосы были немного длинноваты, слишком дикие для остальной приглаженной прически. Мне хотелось запустить руки в эти взъерошенные волосы. Я судорожно сглотнула, рассматривая другие части его тела.

На нем был костюм от Гуччи, воротник черной рубашки расстегнут и обнажал толстую, мускулистую шею. Опять же, кожа была гладкой, почти как мрамор, за исключением того, что освещали яркие фонари на крыльце. Еще один шрам. Еще один момент насилия из прошлого.

Остальная часть его тела была прикрыта, но у меня было предчувствие, что под одеждой шрамов будет больше. Места, которые могли бы показать, насколько близко он был к смерти. И каким жестоким он был.

— Что ты здесь делаешь? — спросил Карсон после того, как я была готова побежать. И сорвать с него одежду. — Откуда ты знаешь, где я живу?

Мне потребовалась секунда, чтобы обрести самообладание. Вспомнить, почему я здесь. Как только вспомнила, то перевела дух. Потом еще раз. Затем ухмыльнулась, потягивая мартини.

— У меня много денег, милый. Конечно, мне пришлось потратить намного больше, чем я планировала, чтобы найти, где ты живешь, но я знакома с ребятами из Гринстоун, а они могут найти иголку в стоге сена. — Мой взгляд скользнул по нему. — Или симпатичного, таинственного, опасного паренька, который зарабатывает на жизнь чем-то темным и преступным.

Вот тогда-то и исчезло его пустое выражение лица. Его глаза горели лазурным огнем, брови были слегка искажены, а рот чуть приподнят. Далеко не настолько близко, чтобы это можно было назвать улыбкой или даже ухмылкой, но это была одна из самых сексуальных вещей, которые я когда-либо видела.

— Не могла подождать, когда я сам приду к тебе? — спросил Карсон после мучительно долгого молчания. Его голос был теплым. Тон, который, как я подозревала, мало кто слышал раньше.

Мне это понравилось.

Моей киске это чертовски понравилось.

Я поклялась себе, что исследую этот теплый тон, конечно, на расстоянии. Этот мужчина может погубить девушку, которая не будет осторожна.

И хотя слово «осторожна» не приходило на ум людям, которые думали обо мне, я была очень даже душевной особой. Хотя о какой душе тут можно говорить? Я даже не знаю этого человека.

— На самом деле я не из тех девушек, которые ждут, когда к ним что-то придет, — промурлыкала я, превращаясь в сексуальную кошечку. — Я больше похожа на женщину, которая добивается желаемого. — Мою кожу покалывало, говорила с сексуальной уверенностью, которая была моей второй натурой, но по какой-то причине звучала более неуверенно, чем обычно.

Я не нервничала, приходя сюда. Не нервничала. Даже зная, что останусь наедине с преступником. Я выросла, окруженная миллиардерами и политиками.

Привыкла находиться рядом с преступниками.

Но Карсон был совершенно другим человеком. Я знала это в глубине души. Не могла показать ему ни толики страха. Поэтому осушила свой напиток, поставив стакан на столик, на котором стояло растение в горшке, за которым с любовью ухаживали, цветущее ярко-красными цветами.

Я не позволяла себе думать об этом опасном человеке, ухаживающем за цветами. Скорее всего, у него был садовник для таких вещей.

Я встала со стула на слегка ослабевших ногах. Даже на каблуках я едва доставала Карсону до плеча и стояла достаточно близко, почти задевая его. Он не отступил назад, когда я подошла. Не пошевелил ни единым мускулом. Его глаза просто прошлись по мне. Медленно.

— Я здесь, потому что ты меня интересуешь, — прямо сказала я, не совсем в настроении играть в игры и определенно не в состоянии лгать себе о плотском контроле, который этот странный мужчина имел надо мной.

Это слегка потрясло меня. И взволновало. Меня нелегко напугать, к чему, я уверена, Карсон привык. Люди боятся его.

Я с нетерпением ждала возможности показать ему, насколько не боюсь.

Желудок покалывало от предвкушения.

Но цель этого визита была не в этом. Даже несмотря на то, что я выглядела как чистый гребаный секс. Мои шоколадно-каштановые волосы были заколоты на затылке, пряди падали на открытые плечи. Я почти не пользовалась косметикой, если не считать розового блеска на губах.

Я была в простом белом сарафане, обтягивающем грудь и заканчивающемся чуть выше колен. Одеваясь так, девушки, конечно, не пытались выглядеть сексуально.

Многие стремились как можно больше обнажать кожу. На что я была полностью согласна.

Но я чувствовала, что такой человек, как Карсон, не отреагировал бы на это. На самом деле, этот простой сарафан сводил с ума большинство мужчин.

Это подпитывало какую-то гребаную фантазию о девственнице-доярке. Соответствовало идеалу, согласно которому женщины должны выглядеть женственно, изящно. Я была не из тех, кто соглашается с патриархальным мнением идеалов женщин, но обожала этот гребаный сарафан. Мне нравилось чувствовать себя женственной и нежной, а также чертовски сильной, потому что одно-единственное белое платье выглядело так, словно вот-вот поставит этого могущественного мужчину на колени.

На секунду я была совершенно парализована. Думая об этом мужчине, стоящем передо мной на коленях.

Поклоняющегося мне.

Пожирающего меня.

Это была попытка взять себя в руки, выровнять дыхание, успокоить бешено колотящееся сердце. Особенно, когда его глаза горели огнем, точно зная, о чем я думаю.

Но, конечно, он не мог читать мысли.

И сейчас было кое-что более важное, чем моё желание.

Моя лучшая подруга.

— Я пришла сказать, что ты меня интересуешь, — сказала я, запрокинув голову вверх. — Теперь, сказав это, хочу дать понять — я знаю, что за человек этот Джей Хелмик. Знаю, что ты его правая рука. Он положил глаз на мою подругу. И, насколько я понимаю, Джей Хелмик не из тех, кто легко сдается.

Лицо Карсона превратилось в маску. Его глаза снова потемнели, огонь в них все еще горел, но он угасал по мере того, как я говорила.

— Я здесь из-за предчувствия, что моя лучшая подруга с ним свяжется, — продолжила стальным голосом. — Я хорошо ее знаю, понимаю, что она захочет исследовать его мир.

Воздух между нами плотный, но в то же время едва ощутимый. Мои глаза были прикованы к Карсону.

— Я здесь, потому что моя подруга настоящее сокровище. И если ты или твой босс позволите, чтобы с ней что-то случилось, я, бл*дь, выслежу вас обоих и уничтожу. — Мой тон стал легким в конце угрозы. Соблазнительным.

Карсон не позволил показать эмоций, но я сомневалась, что он привык к угрозам, особенно со стороны женщины. Подозревала, что он угрожал чаще, чем разговаривал. Просто дыша, этот человек представлял собой гребаную угрозу.

Я ожидала, что он отреагирует на мои слова. Сохранит свой мужской авторитет или что-нибудь такое, черт возьми.

Но он этого не сделал. Не знаю, может, он испытывал меня, проверял, как долго я смогу выдержать его присутствие, его пристальный взгляд, или ему вообще нечего было сказать. Но если испытывал, я не собиралась проваливать тест, и моргать первой.

Поэтому я вздернула подбородок повыше и прищурила глаза, совсем чуть-чуть, чтобы дать понять — я не отведу взгляд. Воздух между нами стал тяжелым. Почти потрескивал от энергии.

Наверное, это было притяжение. Любовь с первого взгляда — концепция, придуманная для продажи билетов в кино.

Нет, это не любовь. Но это было притяжение, которого я никогда не испытывала. Его феромоны вызывали какую-то хреновую химическую реакцию в моем теле.

Я не знаю, как долго это продолжалось, мы просто стояли там, почти касаясь друг друга, смотрели, не говоря ни слова. Мои колени начали дрожать, но я ни за что на хрен не сломаюсь.

Что-то изменилось на лице Карсона, когда он, казалось, осознал всё, его рот снова изогнулся в той невероятно сексуальной улыбке, которая не была улыбкой.

— Понял, дорогая, — сказал он, наконец, его голос был хриплым, в нем слышался намек на нежность.

Мою кожу покалывало. Мужчины часто называли меня всяким дерьмом. Эффект варьировался от раздражающего до откровенно покровительственного. Никогда это не казалось мне милым или комплиментом. Я не хотела, чтобы мужчина называл меня «малышка». И конечно, не «дорогая».