Земля Корнара

— Ну, твой мозг с непривычки и из-за старого человеческого восприятия и вправду посчитал, что это конец.

Она так радостно об этом говорит…

— Ближе к сути, пожалуйста, — посмотрел я на свои руки. Все на месте.

— В общем… — она снова призадумалась. — Проще показать.

Женские ладошки сзади закрыли мне глаза. Судя по полупрозрачной дымчатой коже, фантом Новы. Но вот дальше последовало что-то странное. Сначала звук, потом чувство невесомости… краски.

Я осознал себя в комнате, там же, где и уснул, но… смотрел со стороны… черт, я… я, как призрак, смотрю на себя спящего! Погодите, она… она что, вытолкнула меня из тела?! Она… она сейчас…

— Снова нет! — Голос ведьмы все так же прозвучал в моей голове. — Ты все еще на месте, и нет, твоим телом я управлять не могу и, скорее всего, никогда не смогу. Побудь пока в таком состоянии, если у меня получится, будет ух!

— Эм, что? Что ты вообще делаешь?! Нова! Черт…

Чувствую, она снова не слушает меня.

Мою матерную тираду прервал тихий голос из-за стены. Это были девочки, они что-то активно обсуждали. К моему стыду, интерес быстро перевесил все остальное, и попытка прислониться ухом к стене обернулась осознанием, что я, мать его, и вправду как призрак! Руки не могли упереться в каменную стену и провалились сквозь неё… Ну, судя по отсутствию криков о торчащих из стены руках, меня нельзя увидеть. Нова. Именно так она присутствует рядом со мной? Незримый призрак, связанный одним сознанием…

— Вы не правы! — слегка повысила голос Мелони.

Так, если увижу что-то, чего не должен видеть, сразу уйду… Я глубоко вздохнул, и половина моего туловища прошла через стену. Хм-м, они просто все вместе сидели на одной кровати, только Айвори, скрестив ноги, устроилась на полу. Судя по всему, в центре внимания находилась Мел… ладно, тут все в порядке, поэтому надо уходить, а то это не совсем правильно…

— Думаешь, мы не видели? Что ты весь день натирала мочалкой свою щеку, Мел? — довольно серьезно сказала Рифа.

Весь день? Я взглянул на окно. За ним и вправду уже царствовала ночь, для меня же прошла всего пара минут. Вот и еще одно объяснение, как Нова иногда теряется в происходящем.

— Во-первых, это некультурно — подсматривать за другими, а во-вторых, я просто мылась; что такого?! — Мелони сейчас выглядела живее, чем днем, но теперь гримаса злости омрачала её лицо.

— Просто мылась?! Тогда почему у тебя щека стерта чуть ли не до крови?!

Теперь голос повысила Рифа, а я, приглядевшись, также заметил, что щечка спасенной девочки красная и даже опухшая.

Мур тихонько сидела рядом с подругой. К разговору подключилась Аннет.

— Все ведь обошлось, Мелони. Мсье Клиф помог. Страшно подумать… — Сцепив руки в замочек, она старалась подобрать нужные слова. — Я хочу сказать, что тот, кто напал на тебя, не стоит твоих слез и переживаний.

— Я знаю, Аннет, просто… — Решится говорить или нет? Все же она среди самых близких, среди тех, кому может доверять. — Целовать могут только те, кто связан нерушимыми узами, понимаете?

Под «узами» она, скорее всего, имеет в виду брак. Детская наивность все еще теплится, это даже радует, хотя сегодня жизнь нанесла ей еще один удар. Выстоит ли она?

— Знаешь, ты возводишь это в какой-то мистический обряд. Как послушать, это глупо. — От беззаботных слов волчицы у меня поднялись брови.

— Ави! — Мое негодование разделила Аннет.

— Ну… Прости, если это кажется тебе глупостью. — Мелони вот-вот обидится на резкие слова, если не уже, но Айвори сразу встала на ноги, надув одну щеку.

— Мел, ты не поняла! — буркнула беловолосая. — Ты же самая умная среди нас!

— Тут спорить не буду… — пробурчали в ответ.

— Просто я хочу сказать, что в поцелуях нет ничего особенного!

— Есть! — выпалила Мелони и тут же, к своему удивлению, получила кроткий поцелуйчик в горящую щеку. — Глупая волчица, ты что делаешь?!

— Видишь? — улыбнулась оборотница.

Мур, похлопав здоровым глазом, также села на колени и подарила свой тихий поцелуйчик.

— Мур!

Аннет сначала это не понравилось, но она видела, как страдающая ведьма меняется в лице и с каждым прикосновением рана затягивается и стирается с её кожи. Длинноволосая так же аккуратно прислонила к ней свои губы.

Рифа, оправдывая свое звание пацанки, резко обхватила Мелони за плечи, как закадычная подруга.

— Что, и наши поцелуи стирать будешь?! — улыбнулась она. И поцеловала с такой силой опухшую щеку, что послышалось:

— Ай-ай-ай! Не буду, не буду!

Вырвавшись из «окружения», Мел прошла в центр комнаты и, выдохнув, приложила руку к лицу. Секунды тишины сменились всхлипом от сдерживаемых слез — и кроткой улыбкой.

— Дуры вы… — И, повернувшись к ним: — Люблю вас…

— Иди сюда, засранка! — скомандовала Рифа, и группа весело обрушилась на Мелони, а вскоре все переросло в детскую возню.

Ну, что тут скажешь? Я безмерно рад, что из всех детей на этой Черной Земле мне выпал шанс защищать именно этих, попытаться спасти хотя бы эти маленькие лучики.

«Ты не одинок в этом!»

Боль пронзила голову, и все потемнело. Я резко проснулся на кровати, не совсем понимая, сон это был или нет, но детский смех за стеной подтвердил, что все случилось только что. Расслабившись, я закрыл глаза. Что вообще сделала Нова?

— Подъем! — Нова толкнула меня в бок…

Чего?!

Глава 17 Ночь

— Удивлен? Даже в смерти я остаюсь мастером эссенции! Ха-ха.

Смех прозвучал максимально наигранно, но да, я был чертовски удивлен.

Передо мной стоял фантом Новы, точно такой же, как в моем сознании. Полупрозрачная фиолетовая девушка искажалась дымкой, но человеческие изгибы то и дело вырисовывались и распадались вновь, зато лицо стало более четким, и победная улыбка внушала оптимизм.

— Ты и вправду здесь? — Сев на кровати, я заметил, что нас связывает… Цепь? Призрачная цепь шла от моего запястья к её. Насколько я помнил, наша «связь» — это древнее заклинание, и получается, кто-то придумал визуализировать это цепью…

— Ну, не совсем. — Она попробовала походить по комнате и потрогать кровати с подушками. Босые ноги с отчетливым звуком шлепали по дереву, а вот руки проходили сквозь любое препятствие. — Черт, как и думала, я все еще в тебе!

— Мне не очень нравится, как это звучит…

— Точно! — Нова быстро подошла ко мне. Забавно, что цепь бренчала, как настоящее железо. — Потрогай меня!

Я хотел возразить, но женские глаза полнились надеждой, и, когда ведьма протянула мне ладонь, мой палец ткнулся в неё, уперевшись в призрачную кожу.

Нова, покусывая губы, сначала ничего не говорила, а через пару секунд уже радостные вздохи не давали ей сказать и слова. Эта радость передалась и мне.

— По всей видимости, теперь ты с нами как минимум наполовину?

Я сжал её ладонь. Она была холодная, но не трупным холодом, а скорее… как ходить зимой без перчаток.

— Да, да, все-таки я здесь… Чувствую, как хорошо! — Честно говоря, я не мог представить, каково это — быть бестелесным фантомом и получить еще один шанс, ведь был в этом облике всего пару минут. Так что эта искренняя радость вполне естественна. — Потрогай меня еще где-нибудь! — раскинула она руки в стороны.

— Эм-м, давай мы пока остановимся на ладони… — прищурился я.

— Ладно, — цокнула языком Нова. — Теперь надо понять, видят ли меня другие.

— Знаешь, а с этим ты здорово придумала, — послышался голос Рифы, приближающийся к двери.

— А то! — Второй голос принадлежал Айвори. Видимо, две хулиганки решили идти спать и выбрали эту комнату.

Продолжая оживленный разговор, девочки открыли дверь и застыли на месте, удивленно раскрыв глаза. Неловкая пауза слегка затянулась, а потом…

— Рифа! Ави! Я вернулась! — улыбнулась Нова.

— А-а-а-а-а-а-а! — испугалась Айвори. — Призрак!

И девочка-волчонок убежала в другую комнату.

— А? Ты что, издеваешься?! — недоумевала Рифа, глядя вслед волчице, но та действительно испугалась.

— Хех, меня видят!

Зато проверено наверняка.

* * *

Калеб, созерцая затянутое тучами ночное небо, опустошил третий бокал самого дорого виски в местной таверне. Его люди отдыхали в казармах, а Селен докладывала о прибытии их отряда в город лично местным капитанам. Хотя постовые с этой задачей уже давно справились. Естественно, подвыпивший мужчина понимал, как в их работе важен официоз и что сейчас он должен сидеть за общим столом, как минимум, с другим Волкобоем и слушать его доклад о нынешней ситуации, но…

— В гробу я видел это Пограничье и весь Зимний с ним в придачу, — потирая скобу на носу, бубнил сам себе Калеб.

Едва он сделал еще глоток, как послышался очередной скрип открываемых дверей в увеселительное заведение.

— Как знала, что найду вас тут, — сказала Селен, не доходя до столика у окна, где сидел Калеб, но, приблизившись и выдохнув, просто села напротив. — Доклад, я так понимаю, вам не интересен?

— Вряд ли ты скажешь что-то новое, если там сидят все те же самые, а я как смотритель за Зимним знаю, что там сидят все те же самые, поэтому классика. Наверное, дикий оборотень или два, несколько преступлений, может, даже какую ведьму сожгли. Думаю, нарушений в местной управе больше, чем сиськи комиссарши «Дочерей Безликого». Сюда бы проверяющего. — Калеб все это проговорил с весьма ехидной улыбкой и изобразил удивление. — А! Погоди, по документам проверяющий — это я. — Пауза. — Выпьем за это!

— Много не пейте, капитан, завтра утром сразу выезжаем в Оркесто, — спокойно и даже с грустью произнесла охотница.

— И что? Никаких колкостей? — удивился мужчина.

— Любимая поговорка охотников «Пока не в столице, все мы наемники», плюс не вижу ни одной самокрутки, а это значит, вы опять думали о ней, да? — Селен расстегнула верхние пуговицы мундира, позволив себе немного расслабиться, и, подловив паренька-прислугу, попросила второй бокал.

— Как всегда, в точку, — горько улыбнулся капитан. — Когда вижу такие городишки, сразу вспоминаю случай своего падения по карьерной лестнице, хех.

— «Охотник, не убивающий ведьм, не охотник, а еретик!» — Селен произнесла явно чью-то цитату из прошлого.

— Ты прекрасно знаешь, что всех я убиваю. — Калеб сделал затяжной глоток. — Психопаты из церкви меня вообще не слушали…

— А вы бы слушали того, кто сломал вам нос? — Женщина налила себе немного виски в принесенный бокал.

— Да там всего-то один удар был!

— И все равно я считаю, что ваша точка зрения правильная, и парни считают так же, к тому же комиссар видит ваши способности к охоте, поэтому вместо наказания вас…

— Что? Сослали следить за жопой Черной Земли? — Калеб слегка наклонился вперед.

— И при этом вы все еще живете в столице, — не отвела глаз охотница. Немного поморщилась: она уже позабыла, как крепок этот алкоголь. — И даже если вы недовольны, мы ведь все ровно скрыли следы и поехали лично, значит, вы все еще цепляетесь за свою должность.

— Хватит-хватит, я понял. Вот вечно ты приходишь, когда я пью, и начинаешь на меня давить…

— Работа у меня такая. — Поразительно, как охотница проявляла дружелюбие без единой улыбки.

Калеб усмехнулся. За столько лет совместной службы он все еще не смог понять эту женщину. Но самое главное — он мог положиться на неё, довериться ей, как и каждому из своих охотников, ведь их отряд приобрел дурную славу из-за капитана.

Неспешно попивая, офицеры сбрасывали напряжение от почти двухнедельного путешествия, предчувствуя еще столько же. Селен перечисляла припасы, которые следовало купить, как и дополнительные кристаллы для костюма, но Калеб опять ушёл в себя, зная наперед, что Селен в итоге все сделает без него. Предательские воспоминания уносили его в тот день… день, когда он заступился за одну из пойманных ведьм.

— Неужели это так странно? — покрутив напиток в бокале, задал риторический вопрос Калеб.

Селен сразу поняла, о чем идет речь.

— Церковь и Великая Охота часто расходятся в методах.

— Все я понимаю, — выдохнул Калеб. — Просто… неужели пытки — это так необходимо? — Одна лишь эта мысль приводила охотника в ярость. — Как никто я понимаю, что ведьм и оборотней надо истребить под корень. Пуля в лоб — и все, зачем ловить маленьких девочек и…

— Все, капитан, не продолжайте, снова наболтаете себе на выговор или того хуже, — слегка приподняла руку Селен, увидев, что несколько отдыхающих смотрят на двух волкобоев в офицерской форме.

— Да, опять меня понесло, а это значит, пора закругляться…

— Проводить вас до администрации? Там должны были уже подготовить комнату.

Через силу горький напиток был допит.

— Хм-м, — снова начал паясничать Калеб, не в силах удержаться. — Ну, не знаю, Сел, была бы ты лет на двадцать моложе… Хм-м.

— Спокойной ночи, — поправила она монокль, и ее бесстрастный голос сейчас показался еще более мертвым. И женщина, резко поднявшись, направилась к выходу.

— Пх, да я же пошутил! Сел! Сел!

Оставив серые купюры, капитан поспешил за своей главной помощницей… и другом.