Выключай телевизор, хэппи-энда не будет!

Да, все же «Зенит» образца 1968 года мало чем напоминает санкт-петербургский суперклуб из XXI века. Покамест это твердый середнячок. И «Динамо» проехалось по нему асфальтоукладчиком, даже и не заметив. 3–0 Без вариантов. Козлов, Еврюжихин и Мудрик с пенальти оформили крупную победу хозяев. Данила отыграл почти семьдесят минут и был заменен на Численко, которого болельщики встретили овацией. Любили этого игрока, любили. И не скажешь, что слава дутая — одни только его голы на чемпионате мира в 66-ом заслуживали восхищения. Не случайно, зарубежная пресса сравнивала Игоря с «русской ракетой».

Игрой своей Мельник в принципе был доволен. Отдал голевую передачу на Козлова, поучаствовал в атаке, где забил Генка и, собственно, заработал пенальти. После этого, кстати, молодого форварда и заменили. Жалко, конечно, что сам не отметился в протоколе. Хотя пару раз был весьма близок к тому, чтобы огорчить голкипера ленинградцев Шаповаленко. Но, сначала, кто-то из защитников заблокировал его удар, а потом вроде бы хорошо внешней стороной стопы пробил в дальнюю «девятку», но круглый лишь поцеловал крестовину и улетел за лицевую. Зато опекунов своих задергал весьма качественно. Те от бессильной злости, в конце концов, принялись лупить его по ногам и цеплять за футболку и судья даже выгнал одного такого грубияна с поля. Так что, ленинградцы доигрывали эту встречу в меньшинстве. Садырин? Ну, так, бегал, старался, но особого впечатления, как в предыдущем матче Малофеев, не произвел.

А после матча Число затащил всех в Сандуны. Отметить, так сказать, свое возвращение. Вообще, стоит сказать, что почти все московские команды после матчей отправлялись или в Центральные бани или в Сандуны. Баня-бассейн-массаж — лепота! Особенно, когда их парил знаменитый банщик Петя. Петр Григорьевич Кулагин. Бывало, что по соседству на разных лавках располагались непримиримые на футбольном поле соперники: ЦСКА, «Спартак» и «Динамо». И только в бане царило всеобщее равенство и братство. Ну, а после, раздайся море, за стол. Потому как, после бани не шмякнуть — это форменный грех и попрание устоев мироздания! Взять того же Бескова, если динамовцы не уезжали на выезд, то в воскресенье с утра он, как штык, прибывал на своем авто в баню. Заранее веники готовил и возил с собой в багажнике. Ну, а после, сто грамм и бутерброд. Красиво, с достоинством, без ужирания в хлам.

В этот раз динамовцы гудели только своей компанией. «Спартак» отправился в Ростов-на-Дону, а ЦСКА еще только предстояло сыграть через два дня с минчанами. Так что и Сандуны и банщики были в их полном распоряжении.

Пройдя все необходимы этапы парного релакса, Данила тихонько сидел за столом с кружкой свежайшего пива и балдел. Отвык он от того, что можно просто посидеть в полнейшей расслабленности, прихлебывая пенный напиток и отрывая клешню у очередного рака. Да, стояло блюдо с этим полузабытым Мельником деликатесом в центре стола, расстарались знакомые кого-то из одноклубников и прислали целое ведро с берегов Дона.

— Малой, ты с нами?

— А? Ох, каюсь, прослушал, о чем речь?

Товарищи по команде необидно засмеялись.

— Я говорю, в ресторан с нами едешь? — повторил свой вопрос Численко. — Надо бы продолжить веселье.

— Стоит ли? — засомневался Данила. — Если завтра Бес почует, что мы «отдохнули», то семь шкур спустит. Да и игра с киевлянами на носу. Не, я пас.

— Как знаешь, — равнодушно бросил Игорь. — Ну, вы-то хоть не разбежитесь по домам? — обратился он к остальным. После короткого обсуждения отказалась от продолжения банкета буквально пара человек, которые захотели провести выходной с семьей. Остальные же решили, что обмыть победу и возвращения Числа — дело святое. Так что, на базу Мельник добирался в одиночку.

И в электричке его едва не приняли. Задремал парень на скамейке, уткнувшись виском в стенку полупустого вагона под мерный стук колес, а тут, как на грех, патруль. И пожалуйста, картина маслом: cопливый пацан с отчетливым пивным выхлопом. Паспорта, разумеется, с собой не было, и безжалостно разбуженный Данила лихорадочно прикидывал, как быть и что делать, стоя перед милиционерами. Выручила «корочка» участника первенства СССР по футболу. Случайно попалась под руку, когда машинально рылся в карманах. Достал, а один из патрульных вдруг заинтересовался и забрал ее. Открыл, вчитался…

— Ребята, да это же наш! — и улыбка до ушей. — Мельник, из «Динамо». Нападающий.

— Врешь, — не поверил ражий сержант. — Дай-ка сюда его документик. Ишь ты, и правда, Мельник! Что же ты, паря, сразу-то не сказал, что свой?

— Да я как-то не подумал, — сконфузился Данила. Надо же, его, оказывается, уже узнают. Неожиданно.

— Эх, ведь не поверят, когда расскажу, — радовался первый патрульный.

— Так заберем его, доставим, куда следует, протокольчик составим, вот все отделение и полюбуется на малолетнего вундеркинда, — подал вдруг голос, молчавший до сих пор третий милиционер. — Молоко на губах еще не обсохло, а он уже пьянствует! И в комсомольскую организацию сообщить требуется. Пусть меры примут.

— Помолчи, Иван, — недовольно поморщился сержант. И, повернувшись к испуганно замершему Мельнику, пояснил. — Он у нас за «Спартак» болеет. Вот, не может простить, что ты их недавно под орех разделал.

— Да ну вас! — разозлился патрульный. — Я лучше в тамбуре подожду. — И ушел по проходу, грохоча сапогами.

— Не боись, мы своих не сдаем, — подмигнул сержант. — Но, вот в чем он прав, так это в том, что рано ты выпивать начал, Мельник. Не к добру это. Только-только ведь играть начал, зачем себя гробишь?

— Да кружку пива всего после бани, — начал оправдываться Данила. — С ребятами из команды за Число по маленькой приняли и все. Меня и развезло-то потому, что напарился хорошо. А так я и не пью совсем. Ну, почти.

— Ладно, держи, — милиционер вернул документ. — Я тебе, чай, не батя, воспитывать не стану. Просто, жалко будет, если окажешься однодневкой.

— Да хорош уж пацана стращать! — рассмеялся его товарищ. — Вот, нашел, — он нетерпеливо протянул блокнот и карандаш. — Распишись. И, если можно, то напиши, мол, Чуеву Афанасию, на память. Это я, значит, Чуев.

Фига се, это что, у него автограф просят? Нет, так-то было пару раз у стадиона, но все происходило на бегу, скомкано, чиркал какую-то закорючку и несся дальше. Помнится, смеялся еще про себя, что в прежнем мире ушлые фанаты с ним селфи бы делали, а здесь по старинке — автограф. Ладно, что, жалко что ли. Данила написал все, что просил милиционер и отдал блокнот счастливому хозяину. Правда, потом пришлось порадовать и второго патрульного. В общем, распрощались практически друзьями. Немногочисленные пассажиры после ухода патрульных стали приглядываться к Мельнику, да обсуждать в открытую, что, мол, это за фрукт, и парень, в конце концов, не выдержал такого внимания и решил выйти в тамбур. Неловко как-то стало. Что он, в самом деле, кинозвезда?

— Мудак ты! — поставил ему диагноз на следующий день Численко, тяжело дыша. — Загонял вусмерть. Все, шабаш, больше не могу.

— Да ладно, давай еще раз десять хотя бы, а? — Данила совершенно не обиделся на не слишком благозвучный эпитет в свой адрес. Чай, не в институте благородных девиц находится, в мужской компании соленое словцо иногда слетает запросто. — Хорошо же получаться стало.

— Иди в задницу, — посоветовал ему Игорь. — А хочешь еще дурью помаяться, так лучше вон, Масло попроси. Или Генку.

Камнем преткновения стало желание Данилы наиграть несколько комбинаций с кем-нибудь из партнеров. Зрела у него подспудно мысль о том, что надо переводить взаимодействие с одноклубниками на качественно иной уровень. В самом деле, ведь играют подчас, как бог на душу положит. И много грешат индивидуальной игрой. А неплохо было бы иметь в загашнике пару-тройку вариантов, которые отработаны так, что от зубов отскакивают. Вон, в девяностые романцевский «Спартачок» славился своими ажурными стеночками и забеганиями, которые вроде и известны были всем досконально, но найти действенное противоядие против них, могли лишь немногие команды-соперницы.

А Данила и хотел-то для начала исключительно навесы в определенную зону потренировать с кем-нибудь из атакующей линии. Так, чтобы не просить во время игры мяч, а точно знать: если крайний нападающий прошел до определенного места на фланге, то последует навес или прострел в штрафную в определенную же зону. Что сложного? Можно подумать, что здесь это для кого-то является диковинкой. Да полным-полно примеров хорошо сыгранных пар в разных командах. В том же «Торпедо» изумительно взаимодействовали в свое время друг с другом Стрельцов и Валентин Иванов. А в «Нефтчи» Маркаров и Банишевский.

Н-да, похоже, неудачный он выбор сделал. Решил, что восстановившийся Численко с его слаломными проходами окажется тем самым «подносчиком снарядов», но нет. Игорь тяготел к индивидуальной игре и частенько заигрывался. Даже сейчас, во время отработки простого приема: прошел-навесил, он нет-нет, да и забывал про молодого партнера и бил по воротам сам.

Маслов? Нет, Валерий хорошо пасом из глубины, на ход. Это тоже, конечно, дело важное и нужное. Но хотелось найти кого-то, кто сможет отдавать голевую передачу. Гусаров? Аналогично. Еврюжихин? Здесь другая беда: скорость отменная, но техника несколько хромает. И передачи от него летят всегда по-разному. Эх, Воронин бы подошел, как нельзя лучше, по уровню игрового мышления в Союзе за последние годы ему, пожалуй, не было равных. Но, во-первых, он не динамовец, а, во-вторых, где он, тот самый звездный полузащитник, по которому сходила с ума футбольная Европа? Разменял талант на бутылку и загулы. А нынче, вон, вообще речь идет о том, чтобы в футбол смог вернуться после жуткой автомобильной аварии.

А жаль. Сейчас, когда футбол еще не дорос до скоростей и плотности на поле уровня восьмидесятых — нулевых годов, классный диспетчер мог себе позволить и обыграть трех-четырех противников и отдать выверенный пас. Позже-то плеймейкерам придется и в обороне отрабатывать наравне со всеми, реализуя коллективную модель игры. Вместо свободных художников в цене будут игроки, способные прессинговать и отбирать мячи. Мало кто сможет позволить себе классического диспетчера — «десятку», освобожденного от оборонительных функций. Образно говоря, надо уметь и таскать рояль и играть на нем. Либо на фланге, как те же Бэйл или Ди Мария, либо в центральной зоне — как Де Брюйне или Томас Мюллер — выполняя одновременно и функции волнореза и диспетчера.

Вовку что ли Ларина попробовать подтянуть под свои задумки? Но пока Бес ему не слишком доверяет. Оно и понятно, при такой-то линии нападения: выбирай — не хочу. Эштреков…а что, вполне-вполне. Только вот Володя пока тоже скорее на замене сидит. И сейчас, если до конца восстановится Численко, перспективы его в «Динамо» окажутся довольно туманными. А вариант любопытный. Особенно, с учетом того, что он дружит с Семиным и вырисовывалась даже не пара, а тройка игроков: Семин-Эштреков-Мельник. Юра в подыгрыше, как атакующий полузащитник, Володя — фланговый, Данила — центр.

— Ребята, вы мне не поможете? — А чего откладывать, сейчас и попробуем.

Это он удачно зашел. И Семин и Эштреков вполне благожелательно отнеслись к предложению поработать вместе над атакующими комбинациями. В процессе выяснилось, что Семин помимо неплохого видения поля обладает и весьма приличным дальним ударом. Что резко повышало атакующий потенциал зарождающегося трио. Еще бы быть уверенным в том, что Бесков решит их использовать одновременно на поле именно в таком сочетании и именно с такой тренерской установкой. А то, кто его знает, нарежет совсем другие делянки и, знай себе, паши отсюда и до обеда. Кстати, легок на помине, стоит у кромки, наблюдает.

— Сэм, что это вы тут придумали? — Надо же, интересно стало.

Юрка как мог рассказал. Володька добавил свои пять копеек. Ну а Данила, скромно стоящий позади старших товарищей, застенчиво хлопая глазами, изображал массовку. Почему не полез сам объясняться? Во-первых, Константин Иванович и так на него частенько косится с подозрением из-за частых «озарений». Во-вторых, нужно поднять авторитет Семина и Эштрекова в глазах наставника — чтобы больше доверял. Тем более, Бескову ну очень сильно нравится, когда игрок мыслит на поле, а не механически отрабатывает заложенную программу. В этом, кстати, у них с Лобановским в будущем будет ключевая разница. Наставник киевлян будет искать игроков под придуманную им модель, а старший тренер «Спартака» будет выстраивать тактическую схему вокруг тех игроков, которые будут в его распоряжении.

Константин Иванович послушал-послушал, а потом велел еще раз продемонстрировать на поле предложенные варианты атаки. И еще. А потом еще. Остановил, велел подойти и долго, со вкусом, разносил в клочья все предложенные комбинации. «Старички», что собрались в кружок неподалеку и лениво отыгрывали «квадрат», умирали со смеху. Но, неожиданно, в конце разноса, когда от всех троих рационализаторов, казалось, можно было прикуривать, Бесков вдруг совершенно неожиданно подытожил: «А вообще, в этом что-то есть. Молодцы, хвалю! Я на досуге покручу ваши придумки, глядишь, что-то путное и выйдет». И величаво удалился, оставив футболистов стоять с открытыми ртами. Причем, и молодых, и опытных. Хрен поймешь этого Беса!

— А знаешь, Малой, почему он вас вздрючил? — подошел к Даниле Яшин. Парень беспомощно пожал плечами и развел руки в стороны. — Запомни раз и навсегда, ты не должен быть лучше Бескова. Никогда и ни в чем. Он этого терпеть не может. Ревнив до чертиков. Я же видел, ему ваши идеи по сердцу пришлись. Но как великий и ужасный Константин Иванович признает, что три молокососа обскакали его? Правильно, никак! Вот он сейчас выждет немного, пару незначительных деталей изменит и подаст все так, будто он сам если и не придумал эти схемы, но довел их до совершенства. И мой тебе совет, не вздумайте вякнуть, что это ваши, а не его наработки. Восхищаетесь и аплодируете гению наставника. Вникли?

— Да без проблем, — легко согласился Данила. — По мне, так пофиг, кто что придумал. Главное, чтобы сработало и пользу принесло. — И добавил под одобрительные смешки динамовцев. — Нам же за «рацухи» все равно никто премию не заплатит!

— Молоток! — Яшин одобрительно хлопнул его по плечу. — Глядишь, выйдет из тебя толк.

— Так, хорош арапа заправлять! — зычно крикнул оставшийся за главного после ухода Бескова Голодец. — Сейчас стретчинг, а потом аутотренинг.

— А еще клининг, петтинг и много других ужасных слов, — вполголоса прокомментировал эту команду тренера Мельник. Футболисты сдержано засмеялись. Но, смех смехом, на самом деле, вполне нормальные вещи скрывались за этими мудреными иностранными названиями. Ведь, что такое стретчинг? По сути, просто комплекс на растяжку. Его еще в 50-ые годы продемонстрировали шведы. А чуть позже он начал победоносное шествие по всему миру. Всего было три разновидности упражнений: статическая — спортсмен удерживал какую-то позу, динамическая — медленно выполнял определенное движение и баллистическая — интенсивные махи и прочие подобные движения. Для футболистов этот комплекс был весьма и весьма полезен. В принципе, прослеживалось нечто схожее с пилатесом, который Мельник втихаря практиковал на базе, но были и свои отличия.

С аутогенной тренировкой было иначе. В последнее время в советских футбольных командах эта методика внедрялась достаточно широко. Особенно, после прошлогоднего международного тренерского семинара, где она была продемонстрирована широкому кругу специалистов. Что полезного она могла дать футболистам? Казалось бы, ну посидели мужики под расслабляющую музычку с закрытыми глазами, подремали втихаря и разошлись. Ан, нет, все оказалось гораздо серьезнее. В тех же «Милане» или «Челси» существовали так называемые mind room — комнаты отдыха или восстановления. В них футболисты учились управлять своим дыханием, приемам мышечной релаксации, нормализации сердечного ритма. Ересь? Но все вместе это серьезно улучшало сопротивляемость организма к различным стрессам. А разве не нужно это футболисту, который зачастую испытывает во время матча просто чудовищное психологическое давление? Безусловно, нужно. Умение концентрироваться в нужный момент, владеть своими эмоциями, поддерживать оптимальный уровень своей готовности — да за подобные навыки своих игроков любой тренер душу продаст! А добавьте сюда еще помощь в сохранении спокойствия, поддержку стабильного эмоционального фона, быстрое восстановление ресурсов организма между нагрузками…где, спрашиваете, расписаться кровью?

А музыка…что музыка? Если правильно подобрать подобное сопровождение для аутотренировки, то эффект ее возрастет многократно, равно как и ускорится сам процесс обучения навыкам. Втирала что-то присланная из Спорткомитета инструктор про «якорение» на приятных ощущениях и прочую муть, но ее особо никто не слушал, потому что пялились на ее грудь. Довольно аппетитную, кстати. Ха! Интересно, если бы была такая возможность, заглянуть в голову футболистов и увидеть, что именно они себе представляют во время всех этих медитаций, какой процент спалился бы на образе стройной дамочки в неглиже?

Глава 5

1968 год. Москва. Август.

— В чем разница между игровой резкостью и скоростью? Гусаров. Молчишь? Маслов. Ага, тоже в рот воды набрал. Кто скажет?

Господи, о чем это он?! Данила едва не выругался вслух. Команда «горит». «Горит» по черному, беспросветно. А Бесков в перерыве вдруг решил провести очередное теоретическое занятие. Он что, не в адеквате? Опять что ли Иваныч втихаря накидался? Да нет, вроде трезв, как стеклышко.

Неприятности посыпались с самого утра. Сначала что-то заискрило, задымило на кухне базы и после суетливой беготни и нервотрепки, закончившейся виртуозным матом дяди Гриши, ликвидировавшего неисправность, завтрак оказался безнадежно испорчен и отдавал дымом и копотью.

Потом забарахлил их верный Росинант — клубный автобус — и Бесков начал метать громы и молнии во всех, кто не догадался исчезнуть из его поля зрения. Затем долго стояли на железнодорожном переезде, пропускали какой-то бесконечный товарняк. На старшего тренера смотреть было страшно. Казалось, еще секунда, и он кого-нибудь придушит собственными руками. По крайней мере, Кузнецов, который сдуру предложил поехать в объезд, чуть не вылетел на улицу — Константин Иванович свято соблюдал традицию, которая гласила, что перед игрой ни в коем случае нельзя сдавать назад.

Потом, того хлеще, при разгрузке вещей на стадионе выяснилось, что Володька Долбоносов забыл положить в сумку бутсы. Мельник в тот момент всерьез начал осматриваться на предмет местонахождения наряда милиции — для предотвращения кровопролития. Впрочем, черная полоса не миновала и его самого. После разминки парень обнаружил, что у него сломалась втулка на правой бутсе, и оттуда вылетел шип. Данила тупо разглядывал место поломки, совершенно не представляя, что ему теперь с этим безобразием делать. Хорошо, Володя Штапов, их защитник, обратил внимание на возникшее затруднение и сел рядом.

— Дай-ка. — Мельник растерянно протянул пострадавшую обувку. Штапов тщательно осмотрел ее и тихонько вздохнул. — Малой, ну как так? Вроде не в первый раз на игру выходишь, серьезней надо готовиться. А с этим, — он покрутил в руке поврежденную бутсу, — проблем не оберешься. Эх, желторотики! — Володя тяжело вздохнул, поднялся и пошел к своему креслу. Достал из сумки продолговатую картонную коробку, поставил себе на колени и открыл. Данила с затаенной надеждой внимательно наблюдал за ним. Ничего себе, оказывается, у Штапова при себе небольшой филиал хозяйственного магазина: щеточки, шильце, инструменты всякие.

— Не бзди, зелень, если Хозяин взялся, все будет в порядке, — тихо засмеялся Аничкин, который сидел рядом с Мельником и надевал щитки.

— А почему Хозяин — поинтересовался Данила. — Странное какое-то прозвище.

— Была, брат, история, — охотно начал рассказывать капитан. — Он как-то раз у Гусара бутсы в аренду на матч взял, свои позабыл, как сосед твой бестолковый. А после принес и хотел просто отдать. Генка взбеленился. «Брал чистыми, чистыми и отдашь! Гуталина и щетки нет, говоришь? Сейчас я специально ради тебя в магазин сбегаю. Ищи, где хочешь!» Вот Штапов и обзавелся маленьким хозяйством. А Генка увидал, да и начал нахваливать, молоток, мол, настоящий хозяин и все такое. Ребята услышали и следом также его стали звать. Хозяин!

Володька тем временем достал маленькие пассатижи и специальные ключи. Быстро и ловко — раз-раз — ввернул, завернул, вставил шип и помахал бутсой. Готово.

— Спасибо, выручил! — искренне поблагодарил товарища Мельник. — Ты прям, настоящий мастер.

— А, ерунда, — отмахнулся Штапов. Хотя по лицу было видно, что похвала ему пришлась по душе. — Сам со временем научишься. Главное, помни, что мелочей в нашем деле не бывает. И все будет в порядке.

Но на этом злоключения динамовцев, к огромному сожалению, не закончились. Едва началась игра, а москвичи уже доставали мяч из сетки собственных ворот. Это Хмельницкий нашел классной передачей Сабо, тот легко обыграл Зыкова, прошел по флангу и точно прострелил во вратарскую так, что Яшин не смог достать хитро закрученный мяч. Зато его легко принял спуртовавший одновременно с партнером Пилипчук. Он развил бешенную скорость, ворвался в штрафную площадь хозяев и, уже падая, аккуратно, «щекой» послал мяч в ворота. 0–1

А пока москвичи приходили в себя, Мунтян накрутил сразу двух соперников, получил по ногам и пошел устанавливать круглого для пробития штрафного удара. Хозяева выстроили стенку, но Владимир играючи, будто перед ним не было вообще никого, точно послал снаряд в «девятку». 0–2 При этом на табло насмешливо красовалась всего-то седьмая минута после начала встречи.

Это сколько же нам таким макаром сегодня положат к концу матча? Данила растерянно покрутил головой. Прошлогодние чемпионы демонстрировали уверенную, классную игру. На их фоне редкие атаки москвичей выглядели откровенно жалко. Зрители на стадионе, собравшиеся преимущественно в надежде увидеть реванш за выездное поражение, неодобрительно засвистели.

— Мельник, снимись с ручника! — услышал Данила, пробегая мимо боковой трибуны. — Включи хотя бы вторую! — Хотел продемонстрировать шутнику, куда он ему готов запихнуть и ручник и другие рукоятки и рычаги, но поймал внимательный взгляд главного судьи Круашвили и молча потрусил вперед. Выежнешься, и тебя мигом выгонят. Вот радости киевлянам будет.

Гости, поведя в два мяча, продолжали уверенно контролировать ход встречи. Они размашисто и часто атаковали, били по воротам Яшина при любом удобном случае и буквально подавляли москвичей своей непоколебимой уверенностью в собственном превосходстве. Лишь на исходе второй трети тайма они позволили себе немного расслабиться и дали хозяевам шанс сократить отставание в счете. Разозлившийся на всех и вся Данила, получил пас от Маслова, взорвался каскадом финтов, обыграл сразу четверых и, пройдя почти до линии штрафной, не стал бить, как этого ждали все киевляне, а легонько покатил мяч в брешь между двух защитников на выход Козлову. Но тот явно оказался не готов к этой скрытой передаче, замешкался и пробил как-то не прицельно, да еще и ковырнул мыском газон. Банников не напрягаясь забрал еле катящийся мяч и даже успел идевательски поблагодарить форварда: «Мерси!» Вот ведь, сученыш!

Через пять минут Мельника сбили неподалеку от радиуса штрафной. Маслов пробил неплохо, но не хватило самую толику точности — кожаная сфера пролетела рядом со штангой. Непруха!

— Что такое не везет и как с этим бороться, — выдал на автомате Данила. — В церковь что ли сходить, бутсы и мячик святой водичкой окропить?

— Ты действительно дебил или удачно прикидываешься? — остро взглянул на него Аничкин. И Мельник прикусил язык. В самом деле, здесь к религии отношение такое себе…вооруженный до зубов нейтралитет.

— Прости, Вить, глупость сморозил.

— Беги давай, клоун.

Ага, сегодня на манеже все те же. Ох, что сейчас в раздевалке устроит им главный дрессировщик — даже думать неохота.

И вот, на тебе, Константина свет Ивановича вдруг взволновала разница между скоростью и резкостью!

— А это разве не одно и то же, — робко подал голос Смирнов.

— Двойка тебе! — оскалился Бесков. — Жирнючая такая, на всю страницу. С каких таких перепугов эти два понятия будут равнозначными? Когда вы с неправильным настроем включаете скорость, то, вместо того, чтобы получить преимущество перед соперником, вы переводите свои действия в ненужную суетливость и поспешность. А спешка, как известно, хороша когда?

— Известно когда, — хмуро ответил Яшин. — При ловле блох.

— Правильно, Лев Иванович, молодец, пятерка! Иди в душ, перекури, не майся. А мы пока продолжим с остальными неуспевающими.

— Константин Иванович, что вы с нами, как с маленькими? — с обидой поинтересовался Рябов. — Ладно еще Малого так воспитывать можно, но нам-то уже далеко не семнадцать.

— Как заслуживаете, так и разговариваю! — отрезал Бесков. — Взрослыми они себя посчитали. Как есть, салаги. Просто хер побольше отрастили. А мозг так и остался в песочнице! Слушать, что я говорю, не отворачиваться! Козлов, Еврюжихин, Мельник, сколько сегодня забили?

— Ноль, — нестройным хором ответили нападающие.

— Сколько голевых сегодня отдали? — не унимался старший тренер.

— Ноль, — угрюмо ответил за всех Еврюжихин. — Вы же знаете, чего издеваться?

— Знаю, — энергично кивнул Константин Иванович. — А еще я знаю, что вы трое сегодня не форварды прославленного клуба, а шлеп-компания «Ноль целых, ноль десятых!» И если во втором тайме вы эту статистику не измените в лучшую сторону, я лично на ваших футболках велю над номерами это название вышить. Ясно?!

Что характерно, возразить особо нечего. И от этого еще обиднее. Данила поймал себя на мысли, что он немного пританцовывает на месте, борясь с подспудным желанием сорваться и убежать на поле. А там грызть-топтать противника. Огляделся. И с удивлением обнаружил, что вся команда находится ровно в таком же состоянии. Один только вопрос не давал покоя. Засел, гад, в голове занозой.

— Константин Иванович, можно?

— Чего тебе, нулевый? — Ишь, хохочут еще. Можно подумать, сами лучше играли!

— А резкость чем от скорости отличается? Вы так и не объяснили.

— Малой, тебя правда сейчас именно это волнует? — непритворно удивился тренер. — Ну, изволь. Главное отличие резкости от скорости в том, что она самобытна, непредсказуема, неожиданна для соперника. И поэтому, почти всегда, она гораздо полезнее, чем бездумно включенная скорость. Понял?

— Ага, — замотал головой вверх-вниз, точно китайский болванчик, Данила. — Чего тут непонятного? Говорят же, мол, резкий пацан — значит, может врезать в любой момент.

— О, молодец! — поднял указательный палец вверх Бесков. — Вот сейчас выйдешь и станешь для Киева таким резким пацаном. Вперед, нулевые!

Москвичи вышли на вторую половину игры, будто на последний бой. Сосредоточенные и злые. В перерыве Бесков к тому же произвел замену — вместо Козлова вышел Численко. Он занял свое привычное место справа, а Мельник тоже уже вполне привычно ушел в центр.

— Игорь, давай, как на тренировке? — попросил Данила. Товарищ задумался, но потом согласно кивнул.

Удобный случай применить на практике разученную наработку представился довольно скоро. Когда Игорь совершил свой знаменитый слаломный проход по краю, Мельник помчался параллельным курсом в ту точку, глее он обычно находился, когда они тренировали комбинацию на базе. Чилсенко не глядя по сторонам вел мяч и со стороны казалось, что он не видит партнера. И вдруг, достигнув определенной отметки, Игорь хлестко прострелил в штрафную. А Данила в одно касание переправил мяч в дальний верхний угол. Твою мать, перекладина!

— Ничего, — подбодрил его подбежавший Маслов. — Здорово сработали, парни, давайте еще раз, на бис!

На Численко повисло сразу двое киевлян, но он, словно маленький танк, вновь прорвался вперед, практически таща на себе соперников, но теперь с условленного места не прострелил, а навесил. И Мельник, который, якобы случайно, в этот момент положил руку на плечо своего опекуна — буквально на пару секунд — и не дал тому нормально выпрыгнуть, сам высоко взвился в воздух и зряче, как научился за долгие тренировки в комнате, пробил головой мимо Банникова. 1–2

Хорошо? Хорошо. Но мало! И москвичи продолжили гнуть свою линию. Теперь уже они выступали первым номером. И болельщики не освистывали их, а, наоборот, сопровождали каждое удачное действие бурными аплодисментами.

Бесков же, внимательно понаблюдав за игрой, заменил подуставшего Штапова, которого окончательно задергал своими стремительными рывками быстрый и верткий Хмельницкий, на свеженького Долбоносова. И Володька наглухо закрыл самого опасного игрока гостей.

Москвичи стали чаще владеть мячом, смелее пошли вперед. В одном из эпизодов Еврюжихин бешенной электричкой пронесся до самой лицевой и оттуда запустил высокую передачу. К мячу устремились сразу несколько игроков. Удачливее всех оказался Мельник. Он не только перепрыгнул защитников, но и руки Банникова. Кивок в сторону ворот, гол?…Но что это — капитан киевлян Василий Турянчик бросился на подстраховку своего голкипера и сыграл рукой, пытаясь не дать зайти мячу в ворота. Пенальти!

Как и в предыдущем матче с «Зенитом» бить отправился Мудрик. Разбег, удар, мяч врезается в штангу и от нее влетает в сетку. Отчаянный бросок Банникова, угадавшего направление удара, не помог. 2–2

— Дожмем! Дожмем, парни! — Аничкин не давал успокоиться и гнал своих товарищей вперед. — У нас еще шесть минут.

Черт, перед глазами круги разноцветные плавают, а в уши словно вату туго-туго набили. Мельник устало вытер пот с лица. Тяжко. Рывок за рывком, постоянная упорная борьба. Борьба, в которой ни в коем случае нельзя отступить. Тут ведь как, обычно, если ты форвард, то тебе в самом начале прилетает по ногам. Так, вроде не слишком грубо, но чувствительно. И защитник, дрянь такая, внимательно за тобой смотрит. Если хотите, своего рода проверка «на вшивость» такая — уберешь ноги или нет.

Дрогнул, испугался, отошел в сторону и все, хана! Ты сломался психологически, проиграл эту драку. И в по-настоящему важном эпизоде опять уберешь ноги. Неосознанно, сам того, быть может, вовсе и не желая. Но уберешь. Хороший защитник такое верхним чутьем ловит, на уровне инстинкта. Нет, конечно, если видишь, что к тебе летит «коса», то, пожалуйста, перепрыгивай, отбегай — это совсем другое. Лежать со сломанной ногой желающих немного найдется. Но во всех остальных моментах сдохни, но борись!