Падение

— В каком смысле?

— Тот наш разговор после твоего возвращения. О переезде, и прочем. Ты всё решил?

— Да, разумеется. Через пару недель найду себе квартиру и перевезу туда вещи. А потом…

— Что потом?

— Хочу позвать туда одну девушку.

— Да ну?

— Ага. С тех пор как вернулся, только об этом и думаю.

— Хм, — Кристина отвернулась, — А раньше, значит, не думал?

— Сама же сказала, — я притянул подругу к себе, — Раньше я был другим. А теперь… Теперь приоритеты слегка изменились. Как думаешь, она согласится ютиться в небольшой трёхкомнатной квартире?

— Думаю, ей надо сначала посмотреть на твоё будущее жилище. Девушка наверняка с запросами, — многозначительно протянула Кристина, легонько кусая меня за мочку уха.

В особняк мы вернулись, когда услышали, что оттуда доносится музыка. Крис захотела потанцевать, а я не собирался ей отказывать. В центре зала, в окружении других пар, кружились Лена и Амир, и мы с подругой на некоторое время присоединились к ним. Лишь спустя полчаса гости начали возвращаться на свои места.

За столами царило шумное и непринужденное веселье, которое всегда сопровождает подобные мероприятия. Некоторые гости обменялись местами и подсели к другим, более приятным собеседникам.

Недалеко от нас с Кристиной оказались трое друзей Амира.

— Отец думает вложиться в «Корабел Энергетикс». В последние полгода ходят слухи, что они запускают в разработку новую партию грави-генераторов, специально для отправки на Марс. Говорят, там будет какое-то принципиальное отличие от тех, что используют на наших заводах, — разглагольствовал один из них.

— Очень на это надеюсь, — отвечал второй, — а то за последние шестьдесят лет ничего принципиально нового от них не дождешься.

— Тебе-то какая разница? Ты в энергетике ни в зуб ногой.

— Зато в юриспруденции секу. Недавно в Шанхае произошла авария на одном из таких заводов. Они же по одной технологии построены. Отец как раз был там и узнал много нового. Местные юристы подняли архивы и выяснили, что авария — точная копия столичного происшествия полувековой давности.

— Не припомню, чтобы слышал о чём-то подобном.

— Да брось, ты серьёзно? Все об этом знают!

— Братишка, я довольно много времени провожу вдали от столицы, и мало слежу за новостями. Напомни, о чём речь?

— В тридцать первом году на первом заводе Кораблёвых что-то случилось. В цеху по изготовлению генераторов гравитония произошла авария. К счастью, выброс энергии удалось быстро локализовать, но погибли несколько человек. В том числе — главный конструктор генераторов, Максим Кораблёв — сын владельца, и какой-то переводчик, которого там даже не должно было быть. Теперь каждый год на каждом из заводов Кораблёвых в этот день проводят поминальные службы.

— О, кажется, вот об этом я что-то слышал… И что, ситуация повторилась? В Шанхае?

— Да, но ты же знаешь этих китайцев. Рабочие места, которые у нас давно роботизированы, у них до сих пор людям принадлежат. Так что жертв было… больше чем три. Надеюсь, с этими новыми генераторами такого больше не произойдёт.

«Внимание, проникновение на территорию особняка!»

В первую секунду я даже не осознал, что за слова выскочили в моих линзах. Система безопасности дома была настроена на трёх его хозяев, так что отец и Лена получили сообщение одновременно со мной. Найдя глазами сестру, я прочёл на её лице замешательство, а затем… Затем всё превратилось в какую-то пародию на голо-фильм.

Через главный вход гостиной один за другим вошли шестеро боевиков в форме серо-стального цвета. Солдаты министерства внутренних дел. Каждый из них держал в руках «умную» пушку, что изрядно напугало наших гостей. Компания элегантно разодетых дам, о чём-то весело щебечущих, шарахнулась от дверей как раз в тот момент, когда с противоположной стороны зала послышались испуганные и возмущённые голоса.

Обернувшись в ту сторону, я заметил ещё одну группу бойцов. Как и первые, они вошли в зал с опущенными в пол стволами, но их расслабленный вид ничуть не обманул меня. В отличие от некоторых гостей.

— Эй, что за беспредел? — возмутился один из столичных франтов, имени которого я не запомнил, — Вы хоть знаете, кто тут…

— Отойдите, если не хотите в такой прекрасный день попасть за решётку, — перебил его один из бойцов, поднимая забрало шлема.

— Что?..

— Дамы, господа, — тот же боец вышел на середину зала, проигнорировав мужчину, — Прошу прощения за столь бесцеремонное вторжение. Мы здесь по приказу правительства гигаполиса.

— По всей видимости, случилось нечто серьезное, раз правительство отправляет вооруженных бойцов в мой дом? — спросил отец, выходя к незваным гостям, — Да ещё и безо всякого предупреждения.

— Соколов Василий Григорьевич?

— Это я.

— Вы арестованы. Будьте добры…

— Что за бред? — встав из за стола, я протиснулся мимо образовавших круг гостей, расталкивая их локтями. Меня нисколько не заботили их возмущённые возгласы, — В чём его обвиняют?

Пара бойцов преградила мне дорогу.

— Матвей Соколов?

— Да.

— Вы также арестованы.

— Да ну? — я едва сдерживал себя, чтобы не накинуться на закованных в броню солдат. Арестованы? Отец и я?! Полная чепуха, идиотизм! — Вероятно, мне стоит повторить вопрос — в чём нас обвиняют?

— В ограблении краснодарского склада корпорации «Нео-протезис» и похищении их собственности на общую стоимость свыше двухсот миллионов рублей. Прошу, не оказывайте сопротивления. Вы имеете право хранить молчание. Всё, что вы скажете, может и будет использоваться против вас в суде. На допросе может присутствовать ваш адвокат. А теперь…

Он кивнул своим людям. Двое из них синхронно шагнули ко мне и отцу. Ещё пара секунд — и наши запястья сковали стальными браслетами с энергетическим контуром.

— Матвей!

За спиной появилась Кристина, но я, обернувшись к ней, только покачал головой.

— Это ошибка, Крис, не переживай. Уже завтра нас отпустят. Присмотри за Леной.

— Хорошо.

Поискав глазами сестру, я заметил её недалеко от главного стола. Судя по лицу, она находилась в состоянии шока и совершенно не представляла, что делать. Её жених стоял рядом, крепко стиснув руку своей будущей супруги. Я кивнул ему, и тот кивнул в ответ. Будем считать, что мы поняли друг друга.

В гробовой тишине нас с отцом вывели из дома. Уже перед самым выходом я, наконец, увидел Петю и Сашу. Друзья с бледными лицами провожали нас совершенно убитыми взглядами. Будучи уверенным, что это просто нелепая ошибка, я подмигнул им, но на физиономиях парней промелькнуло то, что я никак не ожидал увидеть.

Страх.

Они очень сильно чего-то боялись.

Интерлюдия 1 — Предательство

Июнь 2091. Сочи. День после возвращения Матвея.

Пётр с трудом разлепил глаза лишь после десятка минут, пока его старый будильник не переставая крутил одну и ту же мелодию. Устройство сорокалетней давности не было подключено к сети — даже такой возможности не имело, и именно поэтому Годунов-младший им всё ещё пользовался. Просто потому, что командой спутника будильник было невозможно отключить — для этого требовалось встать с кровати и нажать кнопку. Даже если делать этого совсем не хотелось.

Кое-как содрав себя с гигантского ложа, Пётр, шатаясь, доковылял до стола и долбанул рукой по трезвонящей железке, наконец, заткнув её. Взяв стоявшую тут же бутылку минеральной воды, сделал несколько глотков и поморщился. Кажется, интокс-блокатор просто не выдержал смешения ударных доз алкоголя и нейростимуляторов, так что вчерашней попойкой парень обеспечил себе весьма неприятное ощущение похмелья.

И ладно бы хоть кто-то оценил его усилия! Матвей даже спасибо не сказал за организованную встречу — просто слинял ещё до наступления ночи. Как и его сестра, которая исчезла даже раньше своего братца. Куда пропала Кристина, для Петра тоже не было загадкой — он прекрасно видел, как она половину вечера торчала на балконе номера Соколова, выглядывая его. Стерва, хоть бы предупредила, что ей это всё нафиг не надо. Можно подумать, её любимого mind-jockey он позвал для себя…

Похмельный негатив подстегнул звонок от отцовской секретарши.

— Что?

— Добрый день, Пётр Сергеевич. Я вас не отвлекаю?

— Отвлекаешь. Давай скорее, выкладывай, что там у тебя.

— Простите, что побеспокоила, но Сергей Валерьевич не смог дозвониться до вас сегодня утром. Он хочет вас видеть.

— Окей, скажи, что я заеду, — Пётр посмотрел на часы в правом нижнем углу своего интерфейса, — Скажем… После четырёх часов.

— Простите, — снова извинилась секретарша, — но Сергей Валерьевич ясно дал понять, что ждёт вас у себя дома через час.

— #&@%. Ладно, я понял. Передай ему, что буду вовремя.

Сбросив звонок, Пётр нетвёрдой походкой направился в душ.

Квартира у Годунова была очень большой и очень дорого обставленной. Пентхаус в самом центре города был куплен отцом Петра двадцать с лишним лет назад, когда цены на недвижимость ещё не были столь заоблачные. Долгое время помещение использовалось как не слишком легальное и очень пафосное казино для тех, кто может себе позволить спустить за ночь целое состояние.

Набив на этом заведении неплохой капитал, Сергей Годунов несколько дистанцировался от столь явного криминала. Дела пошли в гору, так что отец Петра предпочёл сосредоточиться на других теневых схемах — гораздо более прибыльных и менее заметных, с умом вложив заработанные с казино деньги в предприятия разной степени сомнительности. Пентхаус остался в его собственности, а на двадцатилетие сына Годунов подарил квартиру ему. Разумеется, полностью переделав её под нужды Петра.

Деревянные настенные панели в коридоре, дорогое покрытие пола из натуральной шерсти в нескольких комнатах, собственная, независимая от здания система безопасности, бронированные окна — это была лишь малая часть того, за что Сергей Годунов выложил целое состояние. Вся техника, которая стояла в пентхаусе стоила как пара квартир на нижних этажах этого же здания, а ежемесячное обслуживание и охрана всего этого удовольствия (включая собственный бассейн на огромном балконе) выливалось в не менее грандиозные суммы.

И тем обиднее было Петру, которому из-за сорванной несколько недель назад операции пришлось заложить всё это великолепие банкирам из «Трейдекса». Конечно, стоимость пентхауса с лихвой перекрывала понесённые убытки, и взятый у них кредит но… Теперь в голове у Годунова-младшего появилось ощущение даже не своей вторичности — третичности. Пентхаус никогда не принадлежал ему. Он был куплен, отремонтирован и подарен отцом, а теперь кроме него им, в случае проблем, могут распоряжаться и корпораты. Это угнетало Петра. Особенно в свете предстоящей беседы.

Кое-как приведя себя в порядок, Годунов спустился в фойе здания и вызвал глайдер. Уже через минуту умная машина выехала из подземного блока гаражей и припарковалась на свободном месте перед входом в стеклянную башню.

Отказавшись от идеи самостоятельно пилотировать мобиль, Пётр приказал спутнику включить режим автопилота и велел отправляться в ближайший ресторан. Дома у Годунова отродясь не было продуктов, да и готовить он, откровенно говоря, совсем не умел, предпочитая завтракать, обедать и ужинать в лучших заведениях города. К тому же, пустой холодильник — прекрасный повод поскорее спровадить случайно снятую в клубе «ночную подружку».

Пообедав (проснулся он довольно поздно, так что завтрак пришлось пропустить), Пётр, как обычно, оставил официантке щедрые чаевые и вернулся в глайдер. Состояние молодого человека не то чтобы сильно улучшилось — но теперь, по крайней мере, он мог более-менее трезво соображать. Всё то время, пока Годунов ехал до отцовского дома, он гадал — зачем так резко понадобился родителю? В свете неудачной операции, вывод напрашивался только один, и Пётр предполагал, что разговор предстоит не из приятных.

Их особняк находился в восточной части города, но после того, как Пётр перебрался в пентхаус, появлялся тут он чрезвычайно редко. Все эти тусовки, ночные покатушки, гонки по серпантину и прочие радости жизни не давали Годунову заскучать, и приезжать в родное имение было, в общем-то, незачем. Разве что проведать сестру, окружённую кучей воспитательниц, охранников и нянь, ведь отца вечно не было дома. Почти всегда — но не сейчас.

Стальные ворота открылись, едва система безопасности особняка просканировала нейрочип Петра и его глайдер. Годунов велел спутнику припарковать мобиль напротив крыльца, глубоко вдохнул и вылез из транспорта.

Кивнув двум охранникам молодой, совсем недавно появившейся на рынке корпорации «Атлас», Петя сразу поднялся на второй этаж и по широкому коридору прошёл в южную часть здания, где за зимним садом его отец отстроил себе немалых размеров кабинет. Сам Годунов-старший уже ждал сына.

— Отец… — начал было Пётр, но ему даже не дали поздороваться.

— Когда ты собирался сообщить мне о пропавшем грузе? И о том, что перезаложил свой пентхаус, чтобы покрыть возникшие убытки?

— Не собирался

— Не собирался, — повторил Сергей Годунов, — Надеялся, что не узнаю?

— Напротив, был уверен, что скрывать такое — бесполезно. Решил разобраться сам, как ты всегда и хотел и…

— И как — разобрался? — в голосе отца чувствовалась насмешка, — Тебе сильно повезло, что я слишком поздно узнал о твоём самоуправстве!

В комнате повисло напряжённое молчание.

— Ты хотя бы углубился в изучение своей проблемы?

— Что ты имеешь ввиду?

— То, что «сам» ты до сих пор ничего сделать неспособен! — взорвался отец, — Хочешь разобраться? Тогда, может, поинтересуешься, кому мы обязаны потерей трёхста миллионов? И ладно бы только деньги! Самое важно, сын, что пострадала наша репутация. Твоя репутация! — Сергей с силой ткнул сына пальцем в грудь, — И всё это благодаря кому?

— Отряд «Оборонэкса» случайно наткнулся на груз. Когда я его отправлял, не знал, что там произойдут теракты! Корпорация…

— Если бы ты посоветовался со мной, идиот… Можно было бы узнать о том, что планируется! Я бы поднял свои связи!

— Маршрут был проверен. За два месяца до этого мы отправляли груз в Новую Барселону, и всё было в порядке!

— А знаешь, почему в этот раз всё пошло не так? Есть хоть какие-нибудь догадки?

— Нет.

— Потому что ты, тупица, не удосужился вникнуть в ситуацию, как с тем испанским грузом! Вместо того, чтобы всё проконтролировать — пустил на самотёк! И это происходит уже не в первый раз! Решил, что если раз провёл партию удачно — так будет всегда?

— Я…

— Заткнись. Заткнись, и слушай внимательно. У тебя было простое задание — охмурить эту девчонку, и через неё и её отца выйти на служащих «Нео-протезиса». С горем пополам сделать это удалось, хоть и совсем другим путём…

— Да потому что она по уши влюблена в Матвея! — взорвался Пётр, — «Мотя то, Мотя сё»! Пять лет его не было рядом, а ни дня ни прошло, чтобы о нём не вспомнила! Вот и пришлось искать другие варианты. Целый год на это ушёл!

— Я велел замолчать! Хотя знаешь, забавно, что ты об этом сказал… Ведь именно Матвей Соколов руководил боевым отрядом, который накрыл твой груз! Как тебе такой «вариант»?

После этих слов Годунов-младший на несколько мгновений впал в ступор.

— Ты шутишь?

— Я видел записи, это точно он. Это было его последнее боевое задание за пару недель до того, как закончился контракт, представляешь?

Сказать, что эта новость выбила Петра из колеи — значит не сказать ничего. В голове у молодого человека просто не укладывалось — как могло произойти столь нелепое совпадение? Он хорошо знал своего отца и прекрасно понимал, что тот не стал бы утверждать подобное, не имея на руках непроверенную информацию, и всё же…

Всё же, случившееся казалось сюжетом невероятного голо-фильма. Если бы Пётр верил в судьбу или некие высшие силы — он наверняка списал бы произошедшее на них. Но Годунов-младший гордо называл себя "материалистом", не признавал ни того, ни другого, и теперь лишь пытался поймать разрозненные мысли в своей голове, даже не зная, что ответить на такое заявление.