Ключ опасности

На этот раз нож вонзился еще глубже. — Ты убил человека, который, как ты думал, был мной, не так ли?

Клегг покачал головой. — Не я, клянусь! Он это сделал.'

— Почему он снова послал тебя сюда?

«Для проверки — обыскать труп».

Ник замер. Встроенная система оповещения зажужжала.

Поздно. Со стороны двери раздался резкий щелчок. Лицо Клегга разлетелось вдребезги, как надтреснутый помидор. Ник повернулся вправо с ножом в руке и встал на одно колено. Через полуоткрытую дверь он увидел заместителя Гудбоди. В неповрежденной руке у него был пистолет. Оружие заканчивалось толстым черным цилиндром. Семинол усмехнулся желтыми зубами, когда глушитель качнулся в сторону Ника. Пистолет снова щелкнул. Горячее пламя обожгло плечо Ника. Он бросил рыбацкий нож — скорее для отвлечения, чем для убийства.

Отвлечение длилось достаточно долго, чтобы Ник добрался до Гудбоди в три длинных, подпрыгивающих шага. Его колено поднялось и ударило о плоский жилистый живот. Он опустил руку в ударе карате, который раздробил мужчине запястье. Пистолет с лязгом упал на землю. Но Гудбоди удалось ударить Ника по горлу затекшими пальцами другой руки — руки, которая была сломана. Ник поперхнулся и увидел красные огни перед глазами. Он осознавал , что его отбросило в сторону и он сильно ударился о кафельный пол коридора.

Он позволил себе полностью обмякнуть на обманчивый момент. Затем он вдруг поднял колени и вскочил на ноги и почувствовал, как гнев взорвался внутри него. Гудбоди тоже встал. Лезвие сверкнуло в его руке. Ник схватил вытянутую руку, яростно лягнул правой ногой и скрутил руку помощника шерифа, пока локоть не указывал под ужасно неестественным углом к лицу, так что острие лезвия упиралось в горло Гудбоди. 'И говори!' Слова прозвучали, как выстрелы. Гудбоди ухмыльнулся Нику, но в его глазах был болезненный блеск. Он резко дернул головой вправо и пронзил себя собственным ножом. Это было сделано ловко. Артерия была проколота. Кровь хлынула из-под лезвия, когда мужчина прижался к лезвию, убивавшему его, проталкивая его все глубже и глубже в горло. Желтые волчьи зубы сжались в последний раз. Гудбоди болезненно втянул в себя последний вздох. Потом он опустился на колени и упал.

Ник втащил его в квартиру за ноги и уложил рядом с Клеггом. Он запер дверь и обыскал оба тела. Ни у кого из них ничего не было с собой. Они были даже без масок. У них было свое лицо. Но когда Ник посмотрел на Гудбоди, он подумал, действительно ли он имел черты индейца-семинола. С таким же успехом он мог быть китайцем! И почему Гудбоди не убил его там, в пещере? У него были все возможности. И еще: что Клегг должен был искать на трупе Бенсона? Держись, подумал Ник, его тело! Потому что, конечно, они думали, что это его тело.

Внезапно, в страхе, Ник снял с себя одежду. Ему потребовалось меньше минуты, чтобы найти крошечное отверстие от иглы...

Ропот голосов стал громче. Чья-то рука схватила его за руку, нащупала пульс. Ник открыл глаза в ослепительно белый мир. Некоторые белые пятна оторвались от остальных и наклонились к нему. Женский голос рядом с его лицом сказал: «Он очнулся, доктор».

— Спасибо, сестра Лайонс, — ответил мужской голос. — Как я уже сказал, мистер Берд, структурных повреждений нет. Этот тип хирургии становится все более и более распространенным. Вскрытие больного, выкачивание всей его крови из организма, пропускание ее через фильтр и закачивание обратно в него. Примечателен, конечно, сам фильтр. Он пропускает кровь, но захватывает больные клетки».

— А, думаю, очень эффектно, — прокашлял сухой голос, который Ник знал так же хорошо, как и свой собственный. Он повернул голову чуть вправо — и увидел, что Хоук очень беспокойно сидит рядом с кроватью, держа в руках букет цветов. Даже в своем ослабленном состоянии Ник не мог не улыбнуться этому нелепому зрелищу. Глава АХ наградил его самой холодной улыбкой. «Кто-нибудь, пожалуйста, возьмите это у меня», — сказал он, с отвращением глядя на цветы.

— Да, медсестра позаботится об этом, — успокоил доктор. Он щелкнул пальцами. «Сестра Лайонс, проследите, чтобы мистера Берда и пациента не беспокоили в течение следующих нескольких минут. Уверен, им есть о чем поговорить.

Когда анестезия начала отходить, память вернулось к Нику — как он нашел укол на руке, контакт с АХ и как он получил указание немедленно явиться в дом престарелых Серфсайд, который по сути является сверхсекретным медицинским центром ЦРУ. Остальное, однако, было неопределенным. Он помнил обширные испытания, прибытие Хоука, разговоры о переливании крови, операции.

"Как долго я был здесь?" он спросил.

— Три дня, — ответил Хоук.

Ник удивленно поднял брови. Он попытался сесть. Хоук сказал: «Сохраняйте спокойствие. Ты не можешь уйти до завтра. И даже после этого ты должен отдохнуть еще два дня, а потом еще несколько тестов, чтобы увидеть, все ли из тебя отфильтровали».

Ник с некоторым интересом спросил , что именно они из него отфильтровали. «Наши люди называют это XL Liquid, — ответил Хоук слегка педантичным тоном, который он всегда использовал, говоря о новейшем оружии шпионов. — Вещество, похожее на полоний-210. При попадании в кровоток оно действует как щит, от которого отскакивают альфа-частицы, указывая местонахождение жертвы подобно радару. Но вместо экрана используется приемное устройство, очень похожее на счетчик Гейгера. При приближении к жертве сигналы усиливаются; с каждым километром расстояния между жертвой и реципиентом они становятся слабее. С помощью пеленгатора можно точно определить местонахождение жертвы. Он эффективен в радиусе сорока километров, хотя сейчас экспериментируют с жидкостью, эффективной в радиусе трехсот километров.

Ник тихо присвистнул. "Ходячая мишень!" он сказал. «Неудивительно, что они не убили меня». Хоук начал ерзать на своем месте. Ник знал, что его беспокоило. «Давай, мне все равно, — усмехнулся он, — и я уверен, что медсестре все равно». Хоук с благодарностью вытащил из жилетного кармана сигару и откусил верхушку. «Мы знали, что у русских есть своя версия этой жидкости, — сказал он, зажигая спичку о подошву своего ботинка...

Он сделал паузу. "Я не хочу говорить вам слишком много здесь," продолжил он. 'ЦРУ утверждает, что здесь совершенно безопасно, но поскольку у нас не было возможности проверить это самим, я найду другой способ связаться с вами через несколько дней.

Оба мужчины на мгновение замолчали — один был занят , попыхивая сигарой, другой вспоминал, как в прошлые разы его использовали против Иуды, главного преступника "Когтя", - Особого отдела Красного Китая для сеяния ненависти, убийств и зародышей войны. — Между прочим, — сказал Хоук, выпуская облако иссиня-черного дыма, от которого Ник чуть не задохнулся, — мы почти уверены, что этот Клегг был настоящим. Нам удалось проследить его биографию вплоть до его рождения. Он был просто жадным и хитрым человеком, который слишком ввязался в это дело».

— А Гудбоди?

«Кажется, он и шериф Грейнджер родились в прошлом году», — сказал Хоук. Он обыскал свои карманы. «У меня здесь есть фотография, которая многое объясняет».

«Но чего я не понимаю, так это почему Гудбоди и Клегг пошли в квартиру Бенсона во второй раз».

— Это нас тоже беспокоило, — сказал Хоук, — пока мы не нашли XL приемник в машине Гудбоди. Нам удалось резюмировать их передвижения следующим образом: они поехали в Майами, чтобы обыскать квартиру Бенсона, были пойманы им с поличным и убили его, а затем скрылись. приемник бурно отреагировал, и в этот момент они начали подозревать, что человек, которого они убили, не был вами. Затем они вернулись в Майами, чтобы проверить тело. Остальное вы знаете.

Ник посмотрел на глянцевую фотографию, которую дал ему Хоук. Это был вид с воздуха на растянувшуюся серию островков. «Похоже на Флорида-Кис», — сказал он.

«Да, если быть точным, район Большая Сосна», — сказал Хоук. Он протянул Нику лист кальки, на которой чернилами был нарисован контур каждого острова. «Это рисунок настоящих островов, сделанный по фотографии, сделанной при тех же погодных условиях на той же высоте. Самый дальний остров — Пелигро. Волнистый край в верхней части листа — это мыс Сейбл в Эверглейдс, в 25 милях к северу».

— Острова? — спросил Ник, нахмурившись. — Так откуда это фото? Он положил на нее кальку и увидел, что чернила следуют каждой метке на фотографии.

— Поверни, — сказал Хоук.

Ник сделал это. На обороте были слова, и он прочитал:

СПУТНИКОВАЯ АЭРОФОТОГРАФИЯ, СДЕЛАННАЯ НАД ОЗЕРОМ КОКОНОР В ПРОВИНЦИИ ЧИНГАЙ, ЦЕНТРАЛЬНЫЙ КИТАЙ, С ИСКУССТВЕННЫМИ ОСТРОВАМИ, СОЗДАННЫМИ МЕЖДУ 3/11 А ТАКЖЕ 12/6.

Ник резко поднял взгляд. — Да, именно так, — сказал Хоук, предостерегающе приложив палец к губам. «За этим стоит нечто большее. Но это может подождать.

Дверь открылась. Ник шевельнул головой, пытаясь разглядеть, кто вошел, но обзор ему загораживал экран. Голос медсестры сказал: «Боюсь, вам пора идти, мистер Берд».

Хоук встал и сказал: «Хорошо отдохни. Сейчас я иду домой, но скоро вернусь к тебе. За последние несколько дней я получил несколько интересных рыночных советов », — добавил он, запихивая фотографии в карман и направляясь к двери.

Изо рта медсестры вырвался вздох. " Мистер Берд!" Ник услышал ее резкий и укоризненный голос. «Эта вонючая, сигара! Как ты смеешь тут курить? Это чудо, что пациент еще жив! Я даже ни на минуту не могу выйти!

Широкая улыбка скользнула по лицу Ника. Все в штабе АХ так же возмущались по поводу дешевых вонючих сигар, которые курил старый джентльмен, но никто никогда не осмеливался так резко возражать. Ник услышал резкий ответ Хоука: «Ну же, ну, сестра Лайонс, нет нужды преувеличивать ваше профессиональное рвение».

Дверь закрылась. — Вы можете лечь на бок , — сказал деловитый голос медсестры. «Лицом к стене. Пришло время для твоего массажа. Ник попытался мельком увидеть ее лицо, но она стояла к нему спиной, когда подошла к раковине и открыла кран с горячей водой. Он поднял плечи. Судя по голосу, высохшая старая дева. Он осторожно повернулся на бок, и тупая боль в ране на плече вернулась.

Теперь она стояла рядом с его кроватью. Одеяло было откинуто, штаны его пижамы сползли. Ничего не говоря о его шрамах, начала она, работая руками сильными, точными и опытными движениями. Через несколько мгновений она сильно хлопнула его по ягодицам. — Ладно, на спину! — приказала она.

Когда он обернулся, чувствуя себя немного неловко из-за своей наготы, его ударили по лицу чем-то горячим и мокрым. Он подумал. - "О Боже"... Теперь теплое полотенце. Это было абсолютно необходимо? Но он лег со вздохом, потому что его тело теперь купалось в восхитительном чувстве. Движения медсестры вдруг потеряли свой профессиональный авторитет. Ее руки были мягкими, медлительными, двигались в нежном ритме. Это было пронзительное, чудесное ощущение, и Ник поддался ему. И вдруг он почувствовал, как руки скользнули к его средней части, а то, что они там делали сейчас, было не работой медсестры!

Растерянная ухмылка скользнула по его лицу. "Ну, сестра Лайонс!" он усмехнулся.

Глава 7

Женщина, которую Ник увидел, когда стянул с лица горячее полотенце, не была высохшей старой девой. Она также не была медсестрой по имени сестра Лайонс, хотя и носила форму медсестры. Глядя на нее с недоверчивым изумлением, Ник увидел то, что впервые увидел теплым сентябрьским днем в секции 33 стадиона «Янки», а затем на борту кругосветного самолета, направлявшегося из Бомбея в Нью-Дели: мягкую кожу медного цвета, высокие скулы, щедрый рот, тщательно накрашенный губной помадой, чтобы подчеркнуть его природную красоту, глаза почти миндалевидной формы, сочные темные волосы, выбившиеся мелкими локонами из-под нелепой шапочки медсестры, слегка изогнутые бедра, тонкая талия и, под крахмальная белизна ее мундира, высокая упругая грудь, вызывавшая в воображении всевозможные восхитительные мысли и воспоминания.

Сестра Лайонс, она же Джулия Барон из Нью-Йорка, Лондона и Пекина, наклонилась вперед и нежно поцеловала его. Сердце Ника забилось, когда он вдохнул духи , которые прозвал «Женщиной-Драконом». Его Джули. Видел он ее так редко; и так сильно любил. «Джули, дорогая, дорогая, — прошептал он, — позволь мне еще раз взглянуть на тебя». Она улыбнулась и показала слегка кривые зубы, которые, по его мнению, украшали ее лицо . «Ты все еще выглядишь красиво, — усмехнулся он, — но это не мое представление о медсестре».

Мечтательные кошачьи глаза Джули весело сверкнули. — Что ж, тогда мы застряли. Потому что ты тоже не кажешься мне очень больным. Здравствуй, мускул. Привет, шрам. Всем привет . .. — Она села на кровать и кончиками пальцев погладила его крепкие мускулы. "Красивое чудовище, чем ты занимался?"

— В этом нет никаких сомнений, — усмехнулся Ник. «Ваши выступления становятся все более зрелищными. Но думала ли ты о том, что сделать на бис?

— Осторожно, — сказала она и встала, подошла к двери, заперла ее и выключила потолочный свет. Возвращаясь к кровати, она быстро расстегнула униформу медсестры. Она соскользнула с ее бедер на пол. Она вышла из нее и, если не считать пояса и нейлоновых чулок, была великолепно и бесстыдно обнажена. «Главная медсестра сказала, что мы должны быть готовы к чрезвычайным ситуациям», — сказала она с улыбкой.

— Думаю, мне нравится такая больница, — пробормотал Ник, обнимая ее. Ее рот поддался под его поцелуй, открылся. Их языки встретились. Его рука нашла одну из ее прекрасных грудей, почувствовала, как она поднимается и опускается под его пальцами. Он взял мягкий, набухший холмик в руку, затем нежно сжал.

— О, как мило, дорогой Ник, — пробормотала она, и ее губы скользнули по его лицу в быстрых легких поцелуях, касаясь его рта, его век, его мускулистой шеи. "Это было так давно."

— Мне придется спросить, что ты здесь делаешь, — прошептал Ник, — но я почти боюсь это услышать.

«Я твой телохранитель, дорогой, — выдохнула она ему в ухо, — я не могу никого подпускать к тебе, пока ты здесь».

«Тогда вот как об этом позаботиться», — усмехнулся Ник. А потом уже не было ни времени, ни желания говорить. Он поднял ее на кровать, прижался к ней своим длинным телом и скользнул в нее. Она приветствовала его с распростертыми объятиями, притянула к себе. С нею не было борьбы — просто два прекрасных тела, прижавшись друг к другу и ритмично покачиваясь, сливаясь воедино, концентрируясь на совершенном чувстве другого, пылая пламенем взаимной страсти в едином ревущем огне.

Они шептали ласковые имена, которые ссылались на воспоминания о прошлых встречах. Шепот стих в тишине, а затем начал слишком громко стонать, когда она почувствовала его тело и его напряженные движения. Она ответила своими твердыми, гибкими бедрами, пока ее розовые соски и дрожащий холмик ее живота не превратились в постоянное движение под ним. А потом черная ночь взорвалась красным, расколовшись под ними, и мир рухнул у них под ногами. По крайней мере , так им казалось .

И Ник сказал: «Джули, твоя Я люблю .

И, как всегда, он имел это в виду.

Если не считать пары, лежащей на большом банном полотенце, на пляже никого не было. Маленькие волны лениво вились в зеркальных водах залива Бискейн, разбиваясь о слой розовых раковин, лежавший у их ног. Рядом валялись водолазные маски и ласты. Загорелая, перепачканная песком пара лежала в объятиях друг друга, шепча и смеясь. Два бокала для мартини и термос были в пределах досягаемости.

Последние два дня они купались, смеялись и занимались любовью, и лишь несколько раз видели людей рядом с собой. Красочный горизонт Майами-Бич был на горизонте, но Ки-Бискейн, хотя и соединенный с материком плотиной, мог находиться на другой планете. Мужчина поднял свой стакан, улыбнулся девушке и сказал: «Медовый месяц, дорогая». Он осушил стакан, взял термос, поднес его к уху и встряхнул. «О, о, — сказал он, — похоже, медовый месяц закончился. Но все же папа поступил умно, послав его.

Тем утром термос прибыл экспресс-почтой, адресованной «мистеру и миссис Финч, Ки-Колони-Хаус, Ки-Бискейн » , и человек за прилавком, как и было приказано, поспешил к молодой паре, получил чаевые и услышал крик миссис Финч: «О, как мило! Это один из тех самоохлаждающихся термосов! А мистер Финч сказал: «Как раз то, что нужно для пикника. Я прикажу в баре смешать кучу мартини с водкой.

Теперь молодожены лежали на берегу, усердно глядя на термос. 'А не ___ ли нам?' — пробормотал мистер Финч, и его невеста кивнула. Он вытащил металлическую пластину с накаткой из крышки и вставил ее в небольшой охлаждающий блок внизу. Затем, сидя близко друг к другу, глядя каждый в разные стороны, они слушали медленное жужжание в термосе, которое теперь усилилось. Тонкий металлический голос начал говорить. Хотя далекий и совершенно невыразительный, голос был безошибочно узнаваем. Это был не джин в бутылке, а Хоук, говорящий с «мистером и миссис Финч», также известными как Ник Картер и Джули Бэрон.

— Слушайте внимательно, — сказал голос. «После этого сообщение самоуничтожится. Я дам информацию только один раз. Поняли? Когда Хоук начал обратный отсчет с десяти, Ник посмотрел на Джули и показал ей взглядом, что пляж с ее стороны пуст.

'... теперь, номер один: Спутниковая воздушная разведка Изображение искусственных островов на озере Коко Нор в провинции Чингай. Я не буду останавливаться на этом, потому что уверен, что Джули это уже знает. Достаточно сказать, что именно ее группа из OCI сообщила о существовании школы подготовки красных китайцев, которая предоставила десятки англоязычных агентов, способных выдавать себя за американских граждан. Кроме того, ее группа сообщила о существовании точной копии американского города где-то в Чингае. Это привело к тому, что воздушная разведка сфотографировала провинцию, обнаружив в процессе множество искусственных островов, к сожалению, мы не можем подобраться ближе, чем фотография, которую я вам показал. После этого увеличения становятся непригодными для использования из-за атмосферных условий. Но я съем свою шляпу, если этот фальшивый город не находится на одном из тех искусственных островов».

"Ни хрена себе" — восхищенно прошептал Ник. Он был готов лично съесть несколько шляп, если бы этот город не был Большой Сосной! Номер два: Ингра Брэнд. Когда мы проверили ее, мы наткнулись на настолько секретный проект НАСА, что даже AX не был проинформирован о его существовании». Ник улыбнулся слегка сердитому тону металлического голоса Хоука. «Помимо непосредственно вовлеченных ученых, об этом знают только президент и Объединенный комитет начальников штабов. Он находится на мысе Соболь в Эверглейдс. Именно здесь производится самая мощная и самая компактная ядерная ракета всех времен. Я мог бы добавить, что она настолько сильна, что тот, кто держит его в руках, может навязывать свои условия остальному миру, а это также означает СССР. Голос продолжил.

'Проект известен по кодовым инициалам ПХО, сокращение от Pay-hay-okee, название, которое семинолы дали Эверглейдс.

Темные брови Ника удивленно поднялись. Так это была информация, которую пытался передать Очоа.

Хоук сказал: «Я собираюсь сразу же поговорить о роли Ингры Брэнд в проекте PHO, но сначала я хочу прояснить несколько других вещей. Мы провели тщательное расследование в отношении ее отца, А. К. Атчинсона, компании «Аквасити» и доктора Карла Орфа. Вот, вкратце, соответствующие факты. Начну с Орфа. Ему пятьдесят четыре года, родился в Праге, судетский немец, в конце войны покинул Европу, сначала практиковался в Доминиканской республике, затем на Кубе. Мне сказали, что он очень опытный хирург. Покинул Кубу вскоре после прихода к власти Кастро, практиковался в Майами. Натурализован как американец три года назад. Сейчас он более или менее отошел от своей практики. Живет в Сениор-Сити, большую часть времени проводит на рыбалке, но иногда неофициально лечит нескольких пациентов. Один из них — профессор Гюнтер Бранд, у которого около года назад случился сердечный приступ.

Ник закурил сигарету и посмотрел на пляж. Он был по-прежнему безлюден. Он посмотрел на Джули. Она подмигнула: «Хорошо». Они улыбнулись, наклонились и поцеловались — все еще счастливые молодожены, на случай, если на них наведут сильные бинокли.

Скрипучий голос Хоука продолжал. - «Относящиеся к делу факты, касающиеся профессора Брэнда, хорошо известны благодаря той роли, которую он сыграл в разработке атомной подводной лодки. Но несмотря на все похвалы и известность, которые он получил в результате, обычно забывают, что он был главным ученым Гитлера в области подводных идей, изобретателем многого, в том числе двухместной подводной лодки и плана вторжения в Англию через Канал., который так и не прошел дальше проекта. Даже Гитлер, казалось, находил это слишком надуманным. После войны Бранд был оправдан в Нюрнберге и устремился в эту страну, где его прошлое замяли. Откровенно говоря, нам были нужны его немалые таланты. Он был представлен публике как «хороший антифашистский немец». Мы не знаем, каковы его настоящие взгляды. Он не очень разговорчив. Но бесчисленные проверки безопасности, проводившиеся в отношении него на протяжении многих лет, выявили в корне аполитичную фигуру, которая заинтересована только в поиске финансирования для подводных научных проектов». Голос Хоука умолк, а затем продолжил: «Это главная причина, по которой он выбрал Сениор-Сити, чтобы жить в нем после выхода на пенсию. Очевидно, А. К. Атчинсон время от времени просил у него совета и помощи в строительстве Аквасити. За свои услуги он получает скромный гонорар от Общества Атчинсона и живет в Сениор-Сити бесплатно».

— Что касается самого А. К. Атчинсона, — продолжал металлический голос, — нам не удалось найти ничего, что еще не было бы хорошо известно. Техасский нефтяной миллионер, добившийся собственного большого успеха, лет шестидесяти . Одинокий, довольно одинокий человек, ненавидящий публичность. Одинок всю жизнь, но с, ну, можно сказать, непреодолимым интересом к слабому полу. Обычно имеет под рукой какой-то гарем из старлеток, манекенщиц и девушек из шоу-бизнеса. Построил свою виллу на Пелигро-Ки в первую очередь для того, чтобы он мог жить как сатир без вмешательства возмущенных моралистов. Не активен политически. Официальное объяснение его решения построить Аквасити заключалось в том, что его морские нефтяные скважины вызвали у него интерес к возможности создания целых сообществ под водой. Но наше собственное исследование выявило несколько иной мотив».

Ник навострил уши. Он наклонился ближе к говорящему термосу и выдохнул дым.

— Нынешняя любовница Атчинсона, — прохрипел металлический голос, — или, по крайней мере, его нынешняя фаворитка — Кара Кейн, бывшая танцовщица водного балета в Майами, чья карьера пошла на спад. Старый козел на самом деле строит для нее Аквасити. Она станет там звездой подводного театра, будет тренировать собственный плавательный кордебалет и будет хозяйкой подводного отеля и ресторана, а др айв-центр будет продавать ее собственный ассортимент продукции.

— Что касается Аквасити, — продолжил голос. «Наше расследование не выявило ничего даже отдаленно подозрительного. Aquaco — это компания Атчинсона — получила предварительное разрешение от Комитета по ключевому развитию на строительство сооружений в водах вокруг Пелигро стоимостью 35 миллионов долларов. Aquaco будет дано три года на завершение разработки к удовлетворению комитета, после чего компания получит лицензию на 30 лет. Материалы предоставляет ряд ведущих американских производителей – алюминий, стекло, специальные трубы. Судя по всему, Aquacity будет служить своего рода витриной для их подводной продукции. Конечно, в прессе были жалобы на чрезмерные меры безопасности, окружающие чисто коммерческий проект, но Атчинсон всегда работает именно так. Он как-то сказал, что не хочет, чтобы какие-то репортеры копошились вокруг, что публика не увидит, что он построил, пока это не будет закончено».

Ник выглядел задумчивым. Сверхсекретный проект «Кейп-Сейбл» располагался на другой стороне Флоридского залива, всего в 40 милях от столь же секретного проекта «Аквасити»! Если когда-нибудь возникнет необходимость в расследовании двух секретных проектов, мрачно подумал он. — А теперь важные факты об Ингре Бранд, — прохрипел металлический голос Хоука. — Ей двадцать шесть лет, она родилась в Германии. Ее мать погибла во время бомбардировки Гамбурга в 1943 году. Она приехала в эту страну со своим отцом после войны и была автоматически натурализована, что позволило ей жить с ним на различных правительственных базах, где он находился. Она особенно блестящий ученый, пользующийся большим уважением в своей области, занимающейся проектированием электронных схем. Я слышал, что она практически в одиночку разработала числовую и аналоговую схемы для головного мозга ракеты PHO на мысе Соболь. Она также изобрела металлический сплав, используемый для этих схем. В ее честь он назван Брандиниум — сплав гафния и тантала, выдерживающий температуру в четыре тысячи градусов.

Ник тихо присвистнул, пытаясь установить связь между блестящим ученым, которого описал Хоук, и красивой, суперсексуальной блондинкой, с которой он извивался на пляже той ночью. Он потерпел неудачу.

— Меня все это, конечно, не удовлетворяет, — продолжал голос Ястреба, — и вас, я думаю, тоже. Мы собираемся поближе познакомиться с ней. Начальник службы безопасности Кейп-Сейбл, похоже, не хотел ничего говорить, кроме того, что в данный момент она находится на длительном отдыхе. Я думаю, он не любит, когда ему мешают другие государственные учреждения

Так что мы должны обойти его. Мы уже договорились о том, чтобы Джули отправилась на мыс Сейбл в качестве помощника по административным вопросам из резерва НАСА. В этом качестве у нее есть все возможности просмотреть файлы безопасности.

— Также было условлено, — сказал Хоук, — что вы, N3, также посетите установку на мысе Соболь. Ваше прикрытие — личность высшего офицера службы безопасности из Вашингтона, совершающего инспекционную поездку. Ваши документы, подписанные Объединенным комитетом начальников штабов, будут доставлены в течение часа через специального курьера. Они будут вручены вам лично в больнице, куда вы сейчас вернетесь для окончательного медицинского осмотра. Могу добавить, что курьером является Грэм из редакции, и у него с собой вся необходимая одежда и средства маскировки».

Хоук сделал паузу, а затем продолжил: «Я хочу, чтобы вы осмотрели всю эту установку и посмотрели, может ли что-нибудь или кто-нибудь — даже просто таракан — туда войти или выйти. Делайте подробные записи обо всех нарушениях безопасности, с которыми вы можете столкнуться. У вас есть только один день, чтобы сделать это, поэтому вам нужно действовать быстро. Вы должны уйти, прежде чем кому-то придет в голову мысль позвонить в штаб-квартиру НАСА, чтобы узнать о вас. Это может вам помешать. смущать.

— Когда вы выедете из учреждения на своей служебной машине, — сказал Хоук, — серый «мерседес» будет припаркован вдоль государственной дороги 27 на полпути между Фламинго и Хоумстедом. С нетерпением жду. Когда вы приблизитесь, Мерседес начинает двигаться. Вы следуете за ним до определенной заправочной станции в Хомстеде. В туалете этой станции вы передаете свои записи, и одежду другому водителю. Затем вы меняетесь машинами и продолжаете свой путь на «Мерседесе» в город Эверглейдс на берегу Мексиканского залива, на побережье , где команда Editors в настоящее время перестраивает для вас каютный катер. Затем вы прибудете к Биг-Пайн-Ки в роли Нила Кроуфорда, миллионера, рыболова и любителя подводного плавания. Более подробная информация о вашем прикрытии, а также ваше обычное снаряжение ждут вас в Эверглейдс».

Голос замер в тихом шипении.

Ник подождал несколько минут, чтобы убедиться, что термос выключился. Он знал, что под блестящей серебристой оболочкой содержимое, слова которого уже были стерты, быстро распадалось. Затем он удалил комбинированный ключ и головку ленты, сделав устройство бесполезным, и стряхнул серый порошок изнутри в океан. «Очень поучительный литр мартини», — сказал он, ставя термос обратно в корзину для пикника. "И прекрасный медовый месяц тоже, я должен сказать." Джули улыбнулась, и рука об руку они вышли на пляж.

Хоук не сказал Нику, что делать в Большой Сосне. В этом тоже не было необходимости. Ссылки на его обычное снаряжение было бы достаточно. На этот раз он будет не растяпой, изо всех сил пытающейся привлечь вражеский огонь, а лично Киллмастером.

Быть задача: Найдти Иуду а также может быть армию агентов CLAW и уничтожить их.

Глава 8

«Теперь, если вы нажмете третью кнопку на приборной доске, носовая палуба отодвинется назад и… .. '

Четыре . Пулеметы «Браунинг» 50-го калибра плавно и бесшумно скользнули на позиции.

Фрэнки Дженнаро сиял от гордости. Он был инженерным гением, и перестройка сорокафутовой крейсерской яхты, на которой он и Ник Картер теперь находились в рулевой рубке, была его лучшей работой. Вспотевшая команда техников AX стояла под брезентом, защищавшим их работу от посторонних глаз, на рейде Бэррон-Ривер, недалеко от маленького городка Эверглейдс. Несмотря на удушающую жару, они тоже улыбались, потому что знали, что они и их босс проделали отличную работу.