Блэкджек для дилетантки [Агентов просьба не беспокоить]

– А как бы ты с загипсованной рукой на ходу держалась, подумала?

Смолчала, ибо вслух чужую правоту (а Морозовскую – особенно!) признавать не хотелось.

– Откуда ты этого Олега знаешь? – вместо этого попыталась я пролить хоть немного света на темную личность Никиты.

– Пересекались как-то по делу, – Мороз был, что тот кремень. – Должок за ним с тех пор остался.

– И много у тебя еще таких должников?

– Хватает, – подмигнул Ник и более углубляться в тему не стал.

Парковались напротив отдельно стоящего здания магазина. Вывеска над входом гласила, что пожаловали мы в гости к «МотоГризли». Олег, ожидаемо приехавший первым, ждал у ступенек.

– Ты уж помалкивай, будь добра, – скорее предупредил, чем попросил, Мороз, пока мы двигались в сторону Олега.

– Буду нема как рыбка, – пообещала с легкостью.

«МотоГризли» торговали экипировкой, запчастями и даже целыми мотоциклами. Полки магазина были заполнены шлемами, ботинками, перчатками и прочей амуницией на любой запрос. Расцветка товаров радовала яркими цветами и надписями на иностранном. Отдельными рядами стояли вешалки с мотокуртками и черными доспехами, которые, как я узнала позже, правильно называть черепахами. В дальнем зале стояли небольшие и скромные – не чета Олеговскому – мотоциклы и почему-то велосипеды. За прилавком скучал тощий продавец с выпирающим аки шип кадыком.

«Если Никита собрался говорить с этим парнем, то становится совсем непонятно, зачем ему понадобилась поддержка в лице Олега. Кажется, моя бабушка и то внушительнее выглядела» – подумала я, увидев представителя «МотоГризли», но сомнения, ясное дело, озвучивать не стала. И не только потому что обещала молчать.

Олег тем временем обратился к пареньку:

– Михалыч у себя?

Прежде чем ответить, продавец взглядом оценил нашего знакомого, приобретшего посредством верно подобранного комплекта одежды брутально-внушительный вид. Нашивки на его куртке видимо рассказали больше, чем я могла себе представить, потому что парень кивнул, а выражение его лица сменилось со скептического на уважительно-благоговейное.

– Сейчас доложу, – на манер секретаря ответил тот и, не поворачиваясь к нам спиной, скрылся за боковой дверью.

У меня же язык так и чесался расспросить Никиту про Олега и его, так сказать, статус в мотокругах, но недавно данное обещание заставляло молчать. Да и неудобно было в присутствии человека о нем же шептаться.

Пока ждали, Олег рассматривал витрины, Мороз сверлил взглядом ни в чем не повинную стену, я же заняла себя конфетками из тех, что лежали в вазоне рядом с кассой на откуп посетителям. Слабое утешение, скажу я вам, потому как образ насильно покинутой брускетты никак не желал оставлять моего сознания в покое. Не знаю, как там у Мороза, а мой юный организм требовал не только зрелищ, что с недавнего времени в изобилии подкидывала мне жизнь, но и, как это не прозаично, хлеба. Желательно с дополнением в виде колбаски.

– Михал Михалыч ждет вас, – выскочил откуда-то сбоку продавец так неожиданно, что я поперхнулась леденцом, словно он был ворованным, а не взятым на вполне законных основаниях.

Мороз любезно постучал по спине и предупредительно ухватил под локоток. Поблагодарила его кивком уже на ходу. Как оказалось, неведомый Михалыч ожидал нас в кабинете, что находился в глубине здания. Мужчиной он был… интересным. Лет под сорок, модная стрижка, одет в потертые джинсы и рубашку, которая в принципе не скрывала развитой в стратегически важных местах мускулатуры.

Михаил встал, как только мы вошли, и поздоровался с мужчинами за руку, мою же галантно облобызал и с недоумением во взгляде покосился на вторую – упакованную в гипс. Я пошевелила пальчиками, дабы доставить человеку капельку удовольствия, бдительный Мороз тут же ткнул меня в бок.

– Чай, кофе? – предложил хозяин.

При этих словах уже я ткнула Никиту под ребра. Получилось не столь ловко и незаметно, поэтому Михалыч понятливо улыбнулся:

– Понял, что предпочитает девушка?

– Чай, – подсказал Ник, пока я стыдливо молчала. Неловко получилось.

Хозяин лично приготовил напиток и к моему глубочайшему восторгу вытащил из холодильника коробку с пирожными. Захотелось взять и расцеловать человека, но не думаю, что Мороз бы одобрил.

– Так по какому вы вопросу? – перешел к делу Михаил, когда все расселись вокруг моей коробки со сладким, поставленной в центр кофейного столика.

– Парня вашего ищем, – как бы с неохотой поведал Олег. – Уронил сестру моего товарища и был таков, – потряс он для наглядности моим гипсом, слегка расплескав при этом действе чай, что я держала в «здоровой» руке.

– Зовут как? – тут же сделался серьезным Михалыч.

– Даша, – пискнула я.

Мороз наступил мне на ногу, а Михаил с сочувствием во взоре перефразировал для особо понятливых:

– Парня, с которым каталась, звать как?

Пришлось срочно делать вид, что пью чай, пускай Никита разговаривает, в самом деле, у него несравненно лучше получается.

– Олейник Евгений, – не заставил себя ждать тот.

– Прямо сейчас могу вам адрес его скинуть и место работы, если что-то более конкретное интересует, придется подождать.

– Не стоит, мы там уже были, – остановил того Мороз. – Нам бы поговорить с кем-нибудь, кто может знать, куда Евгений подевался. Может, друзья среди одноклубников?

Услышанное Михалычу не понравилось. Он нахмурил брови, посмотрел внимательно на мужчин, еще раз на мой гипс, но отказать в просьбе пришедшим с Олегом не решился:

– Это больше времени займет.

– Мы пообедаем неподалеку, – согласился Ник, глядя, как я расправляюсь с третьей по счету корзинкой.

– Часа полтора мне дайте, – закончил беседу Михаил и поднялся из-за стола. Мы последовали его примеру.

Ближайшим оказался недорогой сетевой ресторан из тех, что посещают семьей, когда в выходные лень готовить. К моему большому сожалению, цены в нем были вполне подъемные, так что обеспечивающий нашу бурную деятельность Адамович и глазом не моргнет. Для разнообразия взяла себе роллы и теплый салат с овощами, осень – как раз их сезон. Ник выбрал горячее, Олег последовал его примеру.

В зале ресторана оказалось душновато, и поначалу духота не очень-то беспокоила, но полный масштаб бедствия я смогла оценить лишь спустя какое-то время. Под гипсом начало сильно чесаться. Я была на грани того, чтобы немедленно расковырять этот гипс, чем под руку попадется, лишь бы унять сводящий с ума зуд. И плевать на конспирацию!

– Получше ничего придумать не смогли! – ворчала я, ерзая на стуле.

– Ну, хочешь, я тебе подую, – не выдержал Олег, Никита издал одобрительный смешок.

Сцепила зубы, чтобы не сказануть, куда ему подуть следует. Когда официант положил передо мной палочки, я возблагодарила небеса за прозорливость и, тут же попросив еще один комплект, трясущимися руками разодрала бумажную упаковку. Не медля ни мгновения, просунула палочку под гипс и тотчас же поняла, что ничего приятнее за всю жизнь не испытывала. Японцы – гении! Дальше обед прошел без эксцессов.

Спустя ровно полтора часа мы вновь входили в здание магазина. Увидавший это продавец кивнул, обозначив тем самым, что нас видит, и тут же взялся за телефон. Михаил вышел в зал, передал Никите бумажку со словами, что эти парни готовы с нами побеседовать. Мороз поблагодарил и бумажку забрал.

– Был рад помочь, – уверена, не совсем искренне, напутствовал нас на прощание Михалыч.

На улице Ник распрощался с Олегом, уверив того, что дальше мы сами. Байкер настаивать не стал и под рев мотора, сотрясший все мои внутренности и запустивший не одну автосигнализацию у припаркованных неподалеку автомобилей, умчал по своим делам, а мы скромненько и, не привлекая лишнего внимания, загрузились в «Рендж Ровер». Очень хотелось избавиться от гипса, но Мороз предупредил, что в таком случае мне придется сидеть в машине все то время, что он будет иметь дело с товарищами Женька.

– Ладно, убедил, – сдалась я практически без боя и снова взялась за палочку.

Первый байкер с листочка Михалыча в это время тягал железо в тренажерном зале, поэтому пообщаться предложил там же в баре. Встретил нас татуированный качок с полотенцем на шее и протеиновым коктейлем в руке. Никита, тем не менее, не впечатлился. Я решила придерживаться схожей тактики, хоть в силу наличия женского начала было трудно – продолжение рода, выбор максимально перспективного самца и все такое прочее.

– Значит, вас Женька интересует? – потер шею Денис, который качок.

– Он самый, – подтвердил Ник.

– Я и сам, признаться его видел в последний раз в начале сезона, когда мы всей компанией на открытие ездили.

– Это в мае было? – уточнил Мороз.

– Ага, второго числа. Мы тогда на Заливе с клубом зависали, народу человек двести было, – предался приятным воспоминаниям байкер.

– Как думаешь, на закрытие Женька стоит ждать?

– Да хрен его знает, мы ж не строгий клуб, скорее товарищи по интересам. У нас все по взаимному согласию, так сказать, без жесткого принуждалова.

– Ясно. Так что там с открытием?

– Женек сам не свой тогда был, взбудораженный какой-то. Я поначалу даже подумал, что он под чем-то приехал, хотя у нас с этим строго. Бухло так и вовсе приветствуется, если приехал с ночевкой или вторым номером, а за все прочее и вылететь можно. А потом смотрю, глаза вроде ясные и говорит осознанно. Сказал, мол, тему с товарищем мутит – верняк, обещал, как выгорит, рассказать. Он в тот вечер многих пацанов обошел, а ночевать не остался, уехал. До сих пор не появлялся, кстати, не выгорело, наверное.

– Какие-нибудь догадки насчет его темы имеются?

– Полно, – усмехнулся Денис и приложился к коктейлю. – Ясно, что ничего законного, раз он тогда всех более-менее крепких ребят обошел.

– А знаешь его откуда?

– Так в детстве в одном дворе росли, потом лет пять назад в клубе встретились, общались при случае. Последнее время реже конечно, видать запал от первой встречи сошел на нет, да и интересов общих не осталось, кроме разве что байков.

– Как думаешь, где он сейчас может находиться?

– Понятия не имею. Так что даже и не знаю, почему Михалыч решил, что я помочь вам могу.

– Какие-нибудь родственники?

– Мать вроде за город переехала, а отца еще в детстве не стало.

– Спасибо и на этом, – поднялся Ник, и я вслед за ним.

Второй мотоциклист трудился тренером то ли по карате, то ли по айкидо и встречу назначил на конец тренировок, то есть на самый вечер, тем самым освободив нам несколько часов. Есть после плотного обеда еще не хотелось, потому Мороз решил поехать ко мне, ибо оттуда было ближе добираться до Каратиста.

– Как думаешь, то, что собирался замутить Женек, как-то связано с пропажей Снегиревой? По времени вроде все сходится, – пристала я к Никите, едва мы сели в машину.

– Если и так, то не вижу смысла трепаться об этом на каждом углу и ставить в известность кучку крепких парней, – разочаровал Мороз.

– Тогда я совсем ничего не понимаю, – пожаловалась я.

– Разберемся, – философски проронил Ник, и далее мы ехали молча.

Едва войдя в квартиру, Ник завалился на любимый бабулин диван и уснул столь крепким сном, будто совесть его была не по годам чиста. Честно говоря, даже завидно стало.

Попыталась повторить трюк, но через тридцать минут сдалась в виду полного провала. Время до вечера решила убить как обычно – то есть посредством интернета, благодаря чему узнала больше об увлекательной жизни байкеров, разного рода клубах и их мероприятиях. Так что можно будет не чувствовать себя полной дурой при последующих разговорах.

Проснулся Мороз не в духе – дневной моцион явно не пошел ему на пользу. Молча приготовил яичницу, спасибо, что на двоих, и, не дожидаясь меня, уселся за стол. Я поставила чайник, расположилась напротив и попыталась всем своим видом, как могла, транслировать благодарность, раз уж настроения для вербального общения кое у кого не было. Поели быстро, но я позволила себе насладиться чаем, пока Мороз зависал в дУше, возвращая утраченную бодрость духа.

До второго байкера, которого мы, не сговариваясь, окрестили Каратистом, ехать пришлось минут двадцать. Пробки к этому времени успели рассосаться, что не могло не порадовать. Осень брала свое, и под вечер на улице стало зябко. Я куталась загипсованной рукой в пальто, благо оверсайз, если верить модным блогерам, вот уже который сезон оставался в тренде.

Принимал Каратист у себя в кабинете, если таковым можно было обозвать кое-как приведенную в порядок подсобку без окна. Коричневая табличка на двери оповещала, что внутри нас ждет Гордеев Анатолий Тарасович, мастер спорта, тренер высшей квалификационной категории. Напротив входа располагался рабочий стол с компьютером – в наше время не обходятся без него даже каратисты, по боковым стенам были расположены полки с кубками и медалями, почетные грамоты укрывали значительную область стены неподалеку. В углу на мягком кресле из гарнитура годов эдак девяностых навалена куча спортинвентаря. Сам же Анатолий Тарасович обнаружился сбоку возле раскрытых дверей встроенного шкафа, куда, как я успела заметить, любовно оглаживая, развешивал кимоно. Выше среднего роста брюнет со свежим шрамом на брови пригласил войти.

– Добрый вечер, – поздоровался он. – Надеюсь, поздняя встреча не доставила вам неудобств, по-другому никак не получалось, у нас соревнования на носу.

– Все в порядке, – уверил Мороз, не вдаваясь в подробности. – Мы ищем Евгения, и Михаил Михайлович пообещал, что вы сможете нам в этом помочь.

– Да, он звонил днем. Помогу, чем смогу, присаживайтесь, – Каратист подтащил еще один стул и протер сиденье ладонью, обошел стол по кругу и сел напротив нас с Никитой.

– Когда вы виделись в последний раз? – приступил Ник.

Анатолий нахмурил лоб.

– В мае точно виделись на открытии сезона, потом еще в баре пару раз зависали, это уже в начале лета было примерно.

– Были ли какие странности в его поведении в последнее время? Может, общие знакомые что отметили?

Анатолий задумался.

– Не-а, ничего такого вроде не было.

– Странно, ваши общие одноклубники говорят, что на открытии Евгений был необычайно взбудоражен. Рассказывал всем о перспективном проекте.

– Не слышал, – Каратист был тверд и взгляда не отвел.

Либо виртуозно владеет лицом, либо действительно о произошедшем ни сном, ни духом.

– Бывает, – не стал настаивать Мороз. – А где сейчас найти его можно, знаешь?

– Домашнего адреса не знаю, а работает вроде в охране где-то. Могу написать ему, если нужно.

– Спасибо, – отрицательно покачал головой Ник. – Про родственников сказать что-нибудь можешь? Или, может, девушка есть постоянная?

Каратист вполне искренне рассмеялся:

– Зачем ему постоянная, если каждая вторая после покатушек и так на все согласна? И никакого тебе выпиливания мозгов.

– Ясно. А охарактеризовать его как можешь?

– Да обычный парень, в тусовке полно таких: молодой, свободный, особо по жизни не парится. А когда еще-то развлекаться на всю катушку? Не в старости же.

– Ну да, ну да, – покивал Ник и протянул Анатолию руку: – Спасибо.

Тот в ответ активно потряс Морозовскую ладонь и проводил нас до двери, слегка пружиня при ходьбе. При выходе из здания среди прочих в глаза бросилось объявление о городских соревнованиях по карате, видимо о них-то и упоминал Анатолий.

Всю дорогу обратно Ник довольно посвистывал, чем вводил меня в полнейшее замешательство. Что в последней встрече его так сильно порадовало, угадать было сложно. Обычный районный спортивный центр и не давший и намека на ясность разговор. Но я уже давно пришла к выводу, что мозги у нас работают в противофазе.

– Ты чего такой довольный? Вроде ж бестолково съездили, – не удержалась я все-таки, когда до моего дома оставалась лишь пара светофоров.