Театральные комедии

ДАНИИЛ. Конечно лучше. Тем более что сейчас должен прийти Эйлер.

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ. Кто это?

АНДРЕЙ. О-о-о, это тип, который спит и видит меня в гробу.

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ. Он хочет грохнуть тебя?

ДАНИИЛ. И забрать его жену.

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ (Андрею). У тебя есть жена?

ДАНИИЛ (указывая на Анну). Вот она – вдова.

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ. Но он живой!

ДАНИИЛ. А по документам – мертвый.

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ. Круто! Мне бы так устроиться. Тогда можно куролесить как угодно.

Капитан стонет на полу.

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ. Можно, например, сбросить ментяру с балкона. (Указывает на Капитана.) И после этого какие с мертвого, взятки?!

ДАНИИЛ. А толку? Вот этот падал (указывает на Андрея), и хоть бы хны!

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ. И этот падал?

На экране телевизора появляется голова владельца арт-салона Эйлера.

ДАНИИЛ (Андрею). Быстро ныряй в свою конуру! (Указывает на гроб.)

ОКСАНА. Сам туда ныряй!

АНДРЕЙ. Сколько можно?! Мне разонравилась эта задумка.

ДАНИИЛ. А деньги тебе тоже разонравились?

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ. Какие деньги?

АНДРЕЙ. Большие. Но в гроб все равно не полезу. (Поднимает с пола бороду и парик, надевает на себя.) Меня еще не привезли из морга. Хотите, кладите туда капитана.

ДАНИИЛ. Мы его не поднимем.

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ. Но в шкаф затолкать сумеем.

Настоящий Канаев и Даниил заталкивают Капитана в шкаф. Андрей поднимает гроб, прислоняет его вертикально к стене. Входит ЭЙЛЕР с чемоданчиком-дипломатом в руках, на пороге снимает шляпу.

АННА. Владислав, спасибо, что не забываете нас.

ЭЙЛЕР. Именно так и обязаны поступать настоящие друзья. И я пришел не с пустыми руками. И венок заказал.

АННА. Спасибо. Мы тоже готовимся.

ЭЙЛЕР (оценивая гроб). Неплохо, приличненько… Эта расцветка ему бы понравилась.

ДАНИИЛ. Можно было и поярче, но в ритуалке других не было.

ЭЙЛЕР. Ничего, ничего… мы отдадим ему должное памятником. Цветовую гамму подберем соответственно его картинам.

ДАНИИЛ. Пятнистую?

ЭЙЛЕР. Разумеется. Кстати, о картинах… Все это (указывает на стены) я забираю.

АНДРЕЙ (удивленно). Как забираете?

ЭЙЛЕР. Вернее, покупаю.

ДАНИИЛ. И за сколько, если не секрет?

Эйлер вопросительно смотрит на Анну.

АННА. У меня от друзей секретов нет.

ЭЙЛЕР. За два миллиона. (Кладет дипломат на журнальный столик, расстегивает его. Чемоданчик доверху набит пачками денег.)

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ (удивленно). Два миллиона?! За эту мазню?

АНДРЕЙ (уязвленный). Именно за эту. (Эйлеру.) Мы согласны. (Анне.) Ты не возражаешь?

АННА. Конечно. Владислав очень великодушен.

ЭЙЛЕР. О прочих работах, оставшихся в мастерской, поговорим потом.

АНДРЕЙ. А я из дома могу принести еще несколько полотен, которые он подарил мне.

ДАНИИЛ. Мастер не ценил творенья своих рук.

АННА. Он щедро одаривал друзей.

ЭЙЛЕР (Оксане). А у вас, сударыня, его работ не осталось?

ОКСАНА. Только одна…. Но я не собираюсь с ней расставаться.

ЭЙЛЕР. Это пейзаж?

ОКСАНА. Нет. Мой портрет.

ЭЙЛЕР. В розовом?

ОКСАНА. Нет.

ЭЙЛЕР. В голубом?

ОКСАНА. Нет. Ни в каком. Я лежу на диване…

АНДРЕЙ. Что вы прицепились к девушке. Видите, она стесняется.

ОКСАНА. Мне нечего стесняться. Ты сам говорил – у меня божественная фигура.

АННА. Он так говорил?

ОКСАНА. Когда был без бороды.

АНДРЕЙ. Оставьте сплетни о покойнике! Думаете, ему приятно это слышать… на том свете?

АННА. А его вдове на этом?

ЭЙЛЕР. Анна, я всегда смогу защитить вас от оскорблений.

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ. Я тоже не позволю издеваться над женщиной. (Эйлеру.) И давно вы торгуете картинами?

ЭЙЛЕР. Сколько себя помню.

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ. И они, по-вашему, стоят два миллиона? (Указывает на картины.)

ЭЙЛЕР. По мнению моих клиентов, дороже.

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ. Черт побери! Я, кажется, всю жизнь торговал не тем товаром.

ЭЙЛЕР. Не знаю, чем вы торговали, но покупатель за свои деньги всегда мечтает получить удовольствие.

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ. Это вы верно заметили, можно даже сказать – блаженное забытье.

ЭЙЛЕР. И тут на помощь приходит искусство.

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ. Фармакология тоже не отстает. Но я готов согласиться – ваш бизнес намного прибыльней.

ЭЙЛЕР. Не скажите. Не случись этого несчастья, я мог бы прогореть.

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ. Все равно ваш бизнес надежней. Если загибается какой-то ненормальный – у вас обязательно прибыль. А если ошибается мой потребитель (изображает укол в руку), я теряю клиента.

ЭЙЛЕР. Вы по профессии врач?

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ. В некотором роде. Помогаю избавляться от страданий.

ОКСАНА. Тогда избавьте меня от головной боли.

ДАНИИЛ. С этой задачей справится и чашечка кофе. (Анне.) Где у нас кофе?

АНДРЕЙ (удивленно). У нас?

АННА. Не цепляйся к словам. (Даниилу). Пойдем, покажу. (Даниил и Анна берут Оксану под руки, уводят на кухню.)

ЭЙЛЕР (Настоящему Канаеву). А вы?

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ. Нет-нет, спасибо, я предпочитаю напитки покрепче. Пока хозяйки нет, я хотел бы сделать вам выгодное предложение – я готов серьезно вложиться в ваш бизнес.

ЭЙЛЕР. В каком объеме?

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ. Десять миллионов.

ЭЙЛЕР (удивленно). Десять миллионов?!

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ. Наличными. Кроме того, у меня готовый бизнес-план.

ЭЙЛЕР. С удовольствием познакомлюсь. (Смотрит в сторону Андрея.)

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ. Нет-нет, пусть он останется – может пригодиться.

ЭЙЛЕР. Я весь внимание.

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ. Насколько я понимаю, у вас есть клиенты, готовые выкладывать за это безобразие миллионы? (Указывает на картины.)

ЭЙЛЕР. Разумеется. Иначе я бы не стал рисковать.

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ. Я предлагаю вам после смерти малахольного хозяина этого дома поставить производство цветного мусора на поток.

ЭЙЛЕР. Я тоже об этом подумывал. Но самое ценное в картинах – подпись автора.

НАСТОЯЩИЙ КАНАЕВ. Да подписать может кто угодно! Например – он. (Указывает на Андрея.)

ЭЙЛЕР. А рисовать кто будет?