Закон о чистоте крови. Книга 2

Мириам мы призвали, миновав кованые высокие ворота. Привидения косились на нас, но никто не спешил знакомиться с новой на́гой.

– Какое место вам нравится больше, леди Мириам? – учтиво поинтересовался Нурикеш у призрака моей родственницы.

– Вот за это ты мне и нравишься, крылатый, – довольно улыбнулась она. – Не каждый может угодить женщине. Слышишь, Лалидари, присмотрись к нему.

Она подмигнула мне и рассмеялась. А я, к собственному удивлению, покраснела. Хорошо хоть в ночной тьме это не так бросается в глаза.

– Мне кажется, что нужно еще брать во внимание удобство посетителей вашей могилы, – долетел до меня голос Айнира. – Понятное дело, что вам хочется хороших соседей и прекрасный вид, леди Мириам. Но подумайте о родне! Насколько же неудобно им будет до вас добираться, если выберете во-от то место.

– Да кто ко мне ездить-то будет? Не смеши, мальчишка! Они и на родном кладбище ко мне заглядывали только когда надо что-то. Или кто обиженный приходил пожаловаться!

– А было, на что жаловаться? – заинтересовалась я беседой, нагнав феникса и леди Мириам.

– Да мне все кладбище было должно! – возмутилась родственница. – Ни одного уважающего себя карточного шулера! Не то что тут. Где там ваш Гзор похоронен?

Нурикеш указал на высокий памятник из темного камня с алмазной крошкой. Лунный свет бликами отражался на нем и создавал причудливые узоры.

– Отлично! – призрачная леди Мириам приосанилась. – Я пошла знакомиться с новым соседом, а ты, милок, уж будь добр, сдержи свое слово.

Феникс и рта открыть не успел, а призрак моей родственницы уже двинулся в сторону нужного памятника.

– Мда, задачка, – почесал он макушку. – Так, Ляль, у тебя сейчас самое важное дело. Проследи, чтобы она ни во что не ввязалась, пока я решаю этот вопрос. Хорошо?

Как будто у меня был выбор…

Айнир отправился искал смотрителя столичного кладбища, а я пошла к призраку Мириам. Моя родственница сидела на невысокой скамейке и поглаживала собственный хвост. На губах – довольная улыбка, а взгляд такой мечта-а-ательный.

– Как все прошло? – учтиво поинтересовалась я, опускаясь на сиденье рядом с нагой.

– О, Даррон такой милый, – проворковала она. – Согласился сыграть со мной, как только я перееду. Ох, мечты сбываются! Если у твоего крылатого все получится, то я даже мнение о нем поменяю.

– А какого ты о нем мнения?

– А какого мнения можно быть о фениксах? – хмыкнула женщина. – Но ты на него хорошо влияешь, Лалидари.

Она мне как-то странно подмигнула и вновь устремила мечтательный взгляд в пустоту. Призрак этого самого шулера при мне не появился, зато через какое-то время рядом вырос Нурикеш.

По его лицу сложно было понять, получилось ли выторговать место для Мириам, или все хуже, чем следовало ожидать.

Феникс провел рукой по волосам и обратился к моей родственнице:

– Завтра подам запрос главе вашего рода. И закажу новый саркофаг. Рядом с Гзором, к счастью, нашлось пустующее место. Поздравляю вас со скорым переездом, леди Мириам.

Это уже мне он спустя несколько минут шепнул, что рядом с этим карточным шулером и пройдохой ни один уважающий себя аристократ лежать не пожелал. Так что особого труда выкупить место не составило. Но моей родственнице об этом знать было совершенно необязательно.

– Может, и нам стоит себе местечко выбрать? – пошутила я, наблюдая за тем, как моя бестелесная родственница отправилась знакомиться с остальными будущими соседями.

– Знаешь, если бы я и выбирал себе место на кладище, то явно не на Центральном, – хмыкнул Нурикеш, тоже наблюдая за нагой. – И тебе не советую. После смерти обычно хочется покоя, а тут его вряд ли мы найдем. Особенно после вот такой подложенной свиньи.

Наша «подложенная свинка» в это время как раз доказывала одной аристократке, что та одета совершенно не по моде. И что эти серьги ей совсем не к лицу. Ошарашенная дама даже не возмутилась, когда нага предложила продать ей украшение за бесценок.

– Кажется, карточная борьба между ней и Гзором войдет в историю, – хмыкнул феникс, наблюдая, как нага лихо собирает ценные призрачные вещи для ставок.

Нейтральная земля между владениями сидов. Зал Совета

Финист Цари нервно мерил шагами комнату для ожидания и, пользуясь отсутствием лишних глаз, откровенно психовал. Его гремлина сидела на маковке больших напольных часов и беспечно болтала скрещенными ногами, явно не сознавая всю степень сложности ситуации.

– Мда… дал ты жару с лосем, – наконец протянула Элна, накручивая на палец выбившийся из прически рыжий завиток. – Я тогда подумала, что это явный бред, а поди ж ты… синие лоси действительно существуют.

– Я безумно рад, что этот случай расширил твой кругозор, – огрызнулся феникс и, запустив пальцы в волосы, с размаху сел в массивное кресло, обитое дорогим бархатом.

Приключения с лосем, к сожалению, не закончились. Обнаружив поутру у своего дома такой «подарок», феникс просто не успел ничего предпринять, потому как буквально спустя пять минут из портала появились очень оскорблённые сиды.

Лось кинулся к чуть менее синим, чем он, остроухим как к родимым и, судя по звукам, – жаловался на то, как кошмарно с ним обходились. А если судить по озверелым лицам сидов, – они лося понимали.

“Б… и… и через… этого самого лося!” – весьма эмоционально думал тогда Финист.

Под стражу все еще действующего, хоть и впавшего в немилость советника короля, конечно же, не взяли, но вежливо пригласили на разбирательство.

Торжественность обстановки предвещала, что из зала Совета Финист имел все шансы выйти в сторону эшафота. Ибо, к сожалению, синий лось приравнивался к национальному достоянию сидов вообще и рода Лазурит в частности.

Рассеянный взгляд феникса вновь наткнулся на совершенно беспечную служанку, которая в этот момент как раз запустила руку в подпространство и выудила оттуда кружку с ароматным кофе – с эмблемой одной из самых дорогих кофеен столицы. Из дыры послышался обрывок ругани. Рыжая девчонка достала из кармана золотую монету и швырнула в дыру. Судя по тому, что ругани стало больше – попала.

– Элу, ты реально не понимаешь, что нам грозит?! – наконец спросил у гремлины ее хозяин, не в силах выносить настолько демонстративно проявляемую радость жизни.

– Нам? – выгнула медную бровку девушка и сделала первый глоток кофе. – Не обобщай.

– В смысле? – не на шутку удивился феникс, искренне полагавший, что гремлина за ним и в огонь и в воду, и на тот свет через предложенный ассортимент убиения.

– Ну, во-первых, я всегда могу тебя украсть, – подмигнула ему служанка.

– Ты действительно думаешь, что я первый феникс, которого могут казнить? Элна, методы казни крылатого народа продуманы от а и до я.

– Тебя реально могут укоротить на головушку из-за лося?!

– Ну, это все равно что если бы мы корону Надира сперли.

– Мда-а-а… – тоже прониклась важностью сохатого Элу.

– Вот тебе и «м-да»…

На этом глубокомысленном резюме дверь распахнулась и на пороге показался высокий, стройный сид в неброском костюме и с легким поклоном пригласил достопочтенного Финиста Цари на слушание.

Феникс встал, поправил чуть сползшие наверх манжеты камзола и, посадив гремлину на плечо, вышел из комнаты ожидания.

Путь к Совету лежал через анфиладу пафосных залов, оформленных в цветах разных родов сидов.

В конце пути дорогу преградили огромные двери, украшенные панно из самоцветов. Присмотревшись, феникс лишь хмыкнул, заметив патриотические мотивчики народа сидов еще из тех времен, когда эти земли были отдельной страной с разными владениями под железной рукой Верховного князя.

Вообще, переход сидов под руку правителя Соединенного Королевства был стремительным и очень кровавым. Власть захватили красиво и очень-очень подло.

Фениксы всегда были горазды придумывать разные интересные комбинации, ну а белые фениксы, несмотря на невинное название рода, всегда являлись самыми неуравновешенными товарищами из всей крылатой братии.

Тогда королем был Яндир Хинсар. И вести войны он предпочитал на чужой территории, работая на опережение.

Сидов он обезглавил в самом буквальном смысле этого слова. Накануне заседания Совета, в который, как и сейчас, входили главы всех родов, его шпионы одурманили Верховного князя сидов, и тот впал в безумие. В результате остальных членов совета выносили по частям и хоронили весьма компактно…

Двери отворились бесшумно, и Финист легкой походкой вошел в древнее место, некогда залитое кровью по самые витражи.

Из пафосно-печального настроения, навеянного историческим экскурсом, его вывело присутствие в зале фигуры, которую феникс никак не ожидал тут встретить. Да полно, он был бы рад в жизни не видеть этих развесистых рогов и печальной синей морды.

Зал Совета был похож на мини-амфитеатр. Так как в последние столетия он использовался скорее для судебных разбирательств, то в центре стояла мини-трибуна для ответчика. Обвинители сидели выше. Каждый в традиционных одеждах цветов своего клана.

А вот напротив феникса в магической клетке сидел лось. Тот самый, мать его, лось.

Обвинитель, что ли? Свидетель? Или вещественное доказательство?!

Это было бы смешно, если бы не было так печально.

– Вот жеж… – тихо выразилась Элна, тоже уловившая ту самую неповторимую атмосферу надвигающегося… эм… неприятностей, в общем.

Слово взял сидящий в центре сид. Настолько старый, что его голубая кожа выцвела до того самого трупного оттенка, который достигается, если оставить человека на морозе на ночь. Он торжественно поведал, что заседание объявляется открытым и сегодня слушается дело по возмутительнейшему поступку, а именно – краже лося, осквернению священной рощи рода Лазурит и нанесению нетяжких телесных повреждений его наследнику.

Финист мигом осознал, что его не будут казнить. Его прямо тут и порешат.

Хотя нет… подобных наглых вредителей казнить станут с размахом! Быть может, сиды ради него даже используют традиционное пыточное искусство, которое им запретили из-за чрезмерной жестокости. Даже сами дознаватели под рукой Финиста считали сидов совсем уж больными, поэтому на эту должность сидов не брали. Хотя нет, один был. Но чисто чтобы попугать. Рецидивисты начинали колоться, едва увидев сида-дознавателя. Тот с горя даже пить начал! Так как работы нет и его держат исключительно как страшилку.

В общем, случай с лосем несомненно внесут в учебники истории как пример редкостного идиотизма и расплаты за оный.

– Что вы можете сказать в свое оправдание?

М-да, и защитника, само-собой, не положено.

– То, что к перечисленному я никакого отношения не имею, – спокойно ответил Финист. – Я увидел лося за пять минут до явления делегации от вас. Про священную рощу и наследника рода я вообще впервые слышу.

Невысокий сид средних лет в синих одеждах Лазурита едва заметно улыбнулся и проговорил:

– Лорд Сиэль говорил о светловолосой юной девушке с птицей, которая свалилась ему на голову. Достопочтенный Финист Цари на барышню не похож никоим образом.

Судя по косым взглядам, Лазуритный явно действовал по не согласованному с остальными плану. Алебастровый чуть заметно дернул уголком рта, а Финист выдохнул, понимая, что повезло. Его просто повесят. Или отрубят голову.

– В любом случае остается дело о похищении лося.

Угу, как раз за это и отрубят.

– Достопочтенный совет, хочу заметить, что в вечер похищения лося я был на приеме во дворце Надира Первого и тому есть достаточно свидетелей.

К счастью. Не могут же они подкупить всех? На несколько сотен гостей бюджета заседания явно не хватит.

– Да, все верно, – неохотно подтвердил Алебастровый.

– Также прошу учесть показания моей слуги.

Элна соскочила с его плеча на трибуну и, встав навытяжку, звонко проговорила:

– Я подтверждаю, что Финист Цари не был на землях сидов. В том числе и на территории клана Лазурит. Готова поклясться на Кристалле Истины, что не переносила его туда сама и не ощущала его отсутствия в пределах столицы. Вы прекрасно знаете, что связанные с хозяевами гремлины всегда знают, где их «старший».

– Слуга не будет свидетельствовать против господина, – подал голос еще один обвинитель. – Ничего другого от «младшей» мы и не могли услышать.

– Она готова поклясться на Кристалле, – вновь выдал совершенно внезапный защитник в лице все того же Лазуритного. – Это не просто смерть, это выжигание мозга, если солжет.

Финист лихорадочно припоминал, не заносило ли его к сидам в последние пару дней. Совершенно случайно. Вроде нет, он был только на территории Альбара Гирина, но его поместье не относится к землям родов.

Дальнейшее заседание все больше походило на комедию положений. Сиды и правда притащили Кристалл. Элна отважно положила на него маленькую ладошку и поклялась.

– Раз такое дело, то позвольте и мне, – Финист неторопливо расстегнул манжет и внутренне содрогнулся, положив руку на холодные грани. – Я никогда не был в Священной роще и лося не воровал.

Честно-честно. Альбару подкидывал, но это не воровство, а благодетельствование голубого лорда.

В общем, в этот раз пронесло.

Спустя еще полчаса придирок, разбирательств и мучений, с Финиста Цари сняли все обвинения и отпустили.

Элна перенесла их в городской дом феникса, и тот прямым путем отправился к бару, где налил себе четверть бокала крепчайшего самогона гремлинов и залпом выпил.

– Мне кажется, или мы едва выжили? – тихо спросила рыжая.

– Не кажется, – покачал головой опальный советник короля. – Притом нам бы не дали Кристалл, если бы на этом не настоял Лазуритный. И мне очень, просто безумно интересно, для чего он это сделал.

– И самое главное, что он за это потребует, – вздохнула Элу и с нажимом потерла виски.

И феникс, и его служанка прекрасно понимали друг друга без лишних слов. И сейчас оба ощущали, что тучи сгущаются и надо что-то делать.

Но в голове у Финиста Цари билась одна-единственная мысль. Под него копают, очевидно хотят убрать с арены, и в идеале – ногами вперед. И пока он связан с Элной контрактом – могила им грозит общая.

Почему-то эта мысль отзывалась непонятной тянущей болью в глубине груди и желанием спрятать рыжую малышку от всех опасностей мира.

И в первую очередь – от себя.

* * *

Честно говоря, я уже была готова ложиться спать. Силы за день как-то быстро кончились, а за окошком призывно перемигивались яркие звезды. Как бы намекая, что самое время отложить все учебники и нырнуть в сладкие волшебные сны. Оставалось только надеяться, что кошмар, преследующий меня последние две ночи, в этот раз ускачет сам.

Буквально.

Потому что сны, в которых мне приходилось мчаться вдаль на синем сохатом, пробуждали во мне только страхи. Не слезть, не остановиться. И страшно от этого до ужаса.

Кажется, я себе фобию заработала после нашего веселого путешествия по роще рода Лазурит. А ведь говорят, что для избавления от страха надо ему еще раз в глаза заглянуть. Но что-то мне совершенно не хочется искать повторной встречи с этим милым созданием с грустными глазами, которое меня во снах теперь преследует.