Призванные

– Если есть необходимость, я могу посетить твой дом. – ответил Каар-ка. На том и разошлись.

Микаэль хоть и лег рано, но заснуть ему удалось только под утро. Всю ночь в его голове бродили разнообразные мысли о том, как приобщить этих странных гуманоидов к единой вере, как соединить их предрасположенность к генетической памяти с основами старинной религии и плавно перенести это всё в единое русло. Придя к определенному плану, он все-таки сумел заснуть сном праведника уже практически на рассвете.

Когда радостный Микаэль открыл двери своего дома и громким голосом возвестил о своем возвращении, Памела вышла встречать его на руках с сыном.

– Дорогая, у нас гости! – Микаэль поставил на пол тюки со съестным, и подбежал, чтобы обнять жену и поцеловать сына. – Я пригласил Каар-ка посетить наш дом и пообедать в кругу нашей семьи.

– Какая хорошая новость, – улыбнулась Памела.

– Каар-ка, проходи, не стесняйся, и располагайся поудобнее, – Микаэль повернулся к стоявшему в дверях гуманоиду. – А я сейчас отнесу еду на кухню и приготовлю нам напитки.

Каар-ка прошел в гостиную и устроился в кресле. Сидел спокойно и глядел, не моргая, на Памелу, которая прошла за ним и присела в кресло напротив. Сына она продолжала держать на руках. Подросший Ромун агукал и пускал слюни.

– Дом, включить переводчика! Каар-ка, я Памела, жена Микаэля, – проговорила Пэм. – Очень приятно познакомиться!

– Микаэль, человек, сказал, надо посетить ваш дом. – Каар-ка наконец-то моргнул и посмотрел на ребенка. – Этот малек один? А где остальные?

– У нас пока один ребенок. – ответила Памела. – Но может, в будущем, запланируем ещё детей.

Из кухни показался Микаэль, неся поднос с напитками. Аперитив для людей и сок Лагу для Каар-ка.

– Как тебе наш дом? Правда уютный? – Микаэль поставил поднос на столик, рядом с хищным кактусом, который отреагировал на движение, клацнув подобием челюстей. – Памела давай покажем Каар-ка второй этаж и мой кабинет.

На втором этаже Памела передала засыпающего Ромуна робоняне. И уже налегке продолжила знакомить гостя с планировкой и комнатами дома. Когда обошли и осмотрели помещения на втором этаже и спустились вниз, чтобы пройти через кабинет на открытую веранду, Микаэль прихватил напитки туда.

– Я настроил климат дома на большую влажность внизу, чтобы тебе было удобнее, но на веранде лучше не сидеть долго. – Микаэль пропустил Пэм и Каар-ка вперед, потом сам вышел вслед за ними. – Посмотри какая красота! Какой простор! Луга не прекращают зеленеть и закат здесь потрясающий.

Они устроились на плетеном диване и креслах, попивая каждый свои напитки. Полюбовавшись недолгое время видом заливных лугов, вернулись в дом на кухню, где комбайн уже возвестил о приготовленных блюдах для обеда. Разложив еду на тарелках, они расположились за большим обеденным столом.

– Ты мне говорил, что у вас едят, когда надо есть. – Микаэль начал разговор. – У землян же слово обед можно трансформировать как праздничное принятие еды в честь дорогого гостя, или если надо отметить какое-то важное событие, собирается много людей, родных и друзей, все сидят за большим столом, разговаривают и едят. Есть деловой обед, когда можно и принять пищу и обговорить, и обсудить какие-то проблемы.

– Мы едим, когда надо есть, не разговариваем, когда едим. – Каар-ка пока ещё не притронулся ни к одному из блюд.

– И это правильно, – улыбнулся Микаэль. – процесс поглощения пищи дело серьезное само по себе, но так уж повелось издревле, что еда объединяет всех во многих социальных областях человечества, да и не только. Люди устраиваются за общим столом, читают молитвы, посвящают их всесущему, благодарят за дары неба и земли, это напоминание, что есть возможность побыть вместе с близкими и родными. Очень много праздников, которые связаны с принятием пищи и духовным объединением. Конечно, у нас есть и просто завтрак, обед и ужин.

– Сейчас, просто еда? – Каар-ка посмотрел на стоящие перед ним блюда.

– Ну не совсем просто, у нас гость, а это вроде праздника, – Памела решила помочь Мику в разговоре. – Но, если так будет удобно, мы можем помолчать, пока будем есть.

– Хорошо. – Каар-ка приступил к еде, придвинув к себе какое-то инопланетное блюдо, название которого никто не запомнил, даже скорее всего и кухонный комбайн.

Примерно через полчаса поглощения пищи в абсолютном молчании, Каар-ка, насытившись, встал из-за стола и прошел в гостиную к облюбованному креслу и сел там. Микаэль тоже присоединился к нему, а потом и Пэм, отправив посуду в установку для очищения.

– Пэм, пожалуйста принеси из моего кабинета фотоальбомы, я хочу показать Каар-ка нашу жизнь, нашу свадьбу, рождение Ромуна. – Микаэль с улыбкой попросил жену.

– Что такое фотоальбомы? – спросил Каар-ка.

– Запоминающиеся фрагменты нашей жизни, что мы хотели бы сохранить в памяти. – ответил Микаэль, принимая из рук Памелы принесенные фотоальбомы.

– Тут запечатлены в кадрах отдельные моменты самых счастливых дней жизни. Посмотри, вот мы с Памелой встретились на Марсе. Здесь у нас состоялось обручение и потом свадьба. – показывал и рассказывал Микаэль, нажимая на кнопку и листая электронный фотоальбом. – А вот здесь мы зарегистрировали наш брак и освятили его в миссии.

Микаэль планомерно показывал Каар-ка, запечатленную в фотографиях, их жизнь. Как они с Пэм стоят перед большим экраном пространственной связи, и глава миссии освящает их брак. Как протекает их жизнь на Венере и первый день, когда родился Ромун. Какие счастливые у всех лица и как много вокруг друзей. Вся история их существования, до момента прилета на Павленто 15.

– Каар-ка, скажи, а у вас как происходят свадьбы? – Микаэль уже закончил демонстрацию. – Как вы понимаете, что встретили…хм, единственных своих?

– Нет необходимости в свадьбе. Когда выросший самец отделяется от семьи и создает свою семью, ему дают жен. – Каар-ка вроде расслабился, сидя в кресле и моргал довольно часто. – Есть необходимость в постройке семейного грота и потом туда приходят жить, уже с женами.

– Эм… А кто дает жен? – Памела удивленно посмотрела на Мика, тот в ответ пожал плечами. И тоже задал вопрос:

– Каар-ка, а понятие любви вам знакомо?

– Жен дают старейшины рода. Любовь не помню, что это. – Каар-ка спокойно посмотрел на Пэм, потом на Микаэля.

– Любовь – чувство, свойственное многим представителям гуманоидных рас, глубокая привязанность и устремлённость к другому объекту симпатии. Поэтому существа, проявляющие любовь друг к другу, стремятся жить вместе, заводить детей, устраивать быт. – Пэм объясняя такое очевидное, наклонилась и взяла Мика за руку. Микаэль с улыбкой поцеловал руку жены и продолжил мысль:

– Я думаю, если ваши старейшины дают вам жен, они как бы совершают обряд передачи невесты жениху. Т.е. ответственность за жен ложится уже на ваши плечи. Вот видишь, какая-то параллель существует!

– Есть необходимость в семье, есть жены, есть дом, есть дети. – Каар-ка почему-то посмотрел вверх. – Почему один малек у вас? Самка не смогла сразу дать несколько?

– Каар-ка, тут отличительная физическая и морфологическая функциональность строения людей и других рас. Люди могут рожать иногда и несколько детей сразу, но это не всегда, зависит от генетики. И есть ли на то воля всесущего. – объяснил Микаэл, и отметил про себя ещё одно направление для будущих проповедей.

Как много ещё нужно объяснять и как много узнавать, но время летит быстро и Каар-ка необходимо возвращаться назад, к себе на планету. К своему дому, к своим не любимым, а данным женам, к детям, которых много, и о которых заботится кто-то другой, к дому по необходимости, потому что так проявилась генетическая память, так запрограммированы они все – на выживаемость, на стремление вперед, без ограничений и оглядывания на какие-то душевные порывы, без взаимодействия по велению сердца, а только потому что нужно. Но у кого есть право судить данную цивилизацию в их выборе и предназначении, которые воплотили волю всесущего. Если в космосе обретает более миллиона других рас с самобытным образом жизни, с установленными или приобретенными правилами существования. Не Микаэлю судить одну из таких рас. Он может только познакомить с разнообразием существующих направлений, а выбор останется за ними.

На протяжении нескольких месяцев Микаэль мотался между Павленто 15 и планетой системы Пао-Пай, путешествуя по городам и селениям и читая свои проповеди. Он уже понял, что нет смысла проявлять излишние усилия, проповедуя постулаты межбога амфибиям. Надо просто говорить о том, что есть во вселенной. Об их собственном происхождении. О связях с первоосновой. О духовном развитии других цивилизаций. А в генетической памяти амфибий, потом, по прошествии десятков или сотен лет, все эти проповеди останутся. И будут проявляться как основы, по необходимости…

Как-то раз, Микаэль все-таки смог увидеть церемонию отбора воинов. Он, настойчиво, просил Каар-ка взять его с собой на это событие. И вскоре оно состоялось в один из ярких солнечных дней. Природа цвела всеми цветами и пахла всевозможными запахами. Соотнести с каким-то земным месяцем это время года было трудновато, потому что, в основном, на планете не наблюдалось очевидных перепадов температур. На большой поляне около раскидистого дерева столпилась молодая “поросль” амфибий. Главный распорядитель, а им был старейшина рода, призвал всех выбрать орудия – глефы – они были прислонены связанным пучком к стволу дерева. Пока все разбирали орудия, Микаэль внимательно следил за каждым, кто брал в руки глефу. Некоторые молодые амфибии уверенно брали её наперевес и подходили к щитам. Другие, взяв глефу в руки, вертели её будто вообще не понимали, что это такое. Шестеро из будущих воинов смело подошли к щитам и начали применять разнообразные боевые приемы. Смотрелось это потрясающе, как будто, глефа была продолжением их тела. Каар-ка стоявший неподалеку, тоже взял глефу и подошел к одному из молодых воинов. Что-то сказал ему, и они вышли вдвоем на середину поляны. И началось представление, удивительное владение этим смертоносным оружием завораживало зрителя. А зритель похоже здесь был только один – Микаэль. Скорее всего Каар-ка понял, что он хочет посмотреть, как владеют этим оружием настоящие воины. Проведя несколько показательных ударов, отражений и захватов, воины остановились и разошлись. Каар-ка приблизился к Микаэлю.

– Отбор закончен. Шесть воинов есть. Остальные не нужны. Другие дела найдут. – Каар-ка приставил глефу к дереву и уже не интересовался что там будет дальше. А Микаэлю стало интересно, а как же остальные вспомнят свое предназначение.

–Каар-ка, а те, которых не отобрали, они куда денутся?

– Кто вспомнит ремесло, тот будет им заниматься. Есть необходимость строить гроты, пахать поле, ухаживать за брафту, делать изделия. Есть, кто будет водить корабли.

– А что и такое вспоминается? Вы знаете как космические корабли пилотировать? – Микаэль совсем и позабыл об этой стороне дела. – А у вас и заводы есть, где создают звездолеты?

– Заводы? Не помним, что это. Есть корабли, можем летать, чинить. – Каар-ка терпеливо отвечал на вопросы. – Есть большой город на востоке, там корабли.

– А как корабли появились у вас? Вы их построили? Тут же необходимы очень обширные знания в электронике, технике, инженерии.

– Корабли были всегда. Помним все, что нужно. Но редко проявляется это знание. Когда война только.

На поляне уже все разошлись. Не осталось никого, кроме Микаэля и Каар-ка. А Микаэль задумчиво смотрел на дерево и размышлял про себя: “Как же так, каким образом эта раса достигла развития до космических технологий, не приложив к этому никаких усилий. Ну ладно, ресурсы тут богатейшие. Но камень, если его не обработать, просто камень. Руда, если не приложить усилий, просто железка. А о тонких технологиях, вообще, что говорить. А они просто помнят? Корабли были. Значит их сюда доставили. Значит десятилетиями ранее кто-то усиленно и негласно “помогал” этим амфибиям становиться технически развитыми. Причем именно в этом направлении. А они и впитали в себя все знания и передают теперь генетически. Да и война эта странная…И с чего вдруг на Павленто 15 создавать колонию людей. И тут все помешаны на взаимодействии с амфибиями”.

Мысли Микаэля были разбросаны и раздроблены, но какая-то ниточка определенности уже тянулась к сознанию и пробивалась искра понимания, что ситуация не так проста, как её пытаются тут представить и глава представительства людей, и военная администрация. Надо серьезно поговорить с Лаурой.

Несколько дней Микаэль не мог пробиться к Лауре на прием. Глава администрации была очень занята переговорами с военными представителями. Или согласованием разработки планов по взаимодействию с другой соседствующей расой, мрангеанами. Но где-то к концу недели ему удалось добиться встречи после трехчасового ожидания около её кабинета.

– День добрый, Лаура. А знаете, что много трудиться это тоже грех? – Микаэль вошел в кабинет Лауры и не дожидаясь приглашения уселся в кресло напротив стола.

– Здравствуй, Микаэль. Извини, не могла выделить для тебя хоть минутку раньше. Тут появилась возможность привезти на Павленто 15 этих жуков. А столько сделать надо ещё. Столько согласовать. Обязательно чтобы ничего не забыть и ничего не упустить. Написание одних протоколов встреч чего стоит. Я уже не помню, когда спала. А ты я смотрю бодрячком? Как сам? Как семья?

– Все хорошо, Лаура, спасибо. Я тут хотел прояснить один вопрос, который не дает мне покоя. В общем-то я хорошо справлялся со своей работой. И доклады это подтверждают. Даже на Земле в миссии я получил одобрение. Но меня все-таки гложет мысль. А зачем это все? Зачем нам это все? – Микаэль пристально посмотрел в уставшие глаза Лауры.

– Ну как же, ты же знаешь, что мы рады принять в свой состав любую расу, которая достигла развития, совместимого с остальными расами, – начала было Лаура, но Микаэль её перебил.

– Только теперь? Или наши интересы были здесь и раньше?

– Что ты хочешь этим сказать? – Лаура напряженно посмотрела на него.

– Лаура, я был в их большом городе, где сосредоточены космические корабли. Это списанные транспортники, земные списанные большие корабли. И атмосферные устаревшие истребители класса “А”. Как они оказались у амфибий? Не просветишь? А эти их постоянные отборы воинов? Для чего, если война закончилась?

– Я не в курсе данной ситуации. Военные все держат в секрете. Их миссия очень важна на этой планете, – Лаура начала нервно теребить ручку. – Микаэль, тебе лучше не соваться в эти дела. Занимайся проповедованием своих межбожественных постулатов. А взрослые игры оставь взрослым дядям.

– Лаура, ты же знаешь, что я этого так не оставлю. И мне придется довести все до сведения миссии. Эта раса уникальна. И я полагаю, что вовсе не была воинственной. В них заложили это, их сделали такими.

– Мик, послушай, на днях у нас будет прием в представительстве. Уже все подготовлено к встрече. И приглашены, наконец-то, мрангеане, если получиться их привезти, и паопайцы. И столько людей с Земли. Давай потом все обсудим в спокойной обстановке, без нервов.

– Хорошо, после приема. – Микаэль поднялся и направился к выходу. – И, Лаура, не стоит меня недооценивать.

Когда закрылась дверь за Микаэлем, Лаура посидела ещё какое-то время, собираясь с мыслями. Потом быстро встала из-за стола и прошла в комнату связи рядом, через два кабинета. Попросив выйти всех, кто там находился в тот момент, она подсела к монитору надела наушники и, набрав код, нажала кнопку межгалактического вызова:

– Поль, нужна срочно твоя помощь в одном деликатном деле. Прилетай как можно скорее. И захвати необходимое устройство. Да, ты знаешь какое. Чтобы без следов… В чем проблема? Да тут один святоша начал свою линию невовремя гнуть. Необходимо принять меры. Ты в курсе, что поставлено на карту…После большого приема займемся… Ну ничего… Все, отбой.

Закончив сеанс связи, Лаура сняла наушники и откинулась устало в кресле…

В день, когда должен был состояться прием, назначенный по межгалактическому времени на вечер, Лаура поехала в космопорт, для встречи с Полем. Чтобы не привлекать ненужное внимание, она не стала приглашать его в представительство. А так, вроде она здесь по делам, встречает важных гостей. Никто не обратит внимания, где она ходит и с кем разговаривает.

Поль, мужчина в годах, работал когда-то в разведке, на межгалактическое правительство. Выйдя на пенсию, стал консультантом при Научном блоке Академии Космических военных сил. С Лаурой пересекался, когда та была молодым, подающим надежны политологом в Академии.

Пристроив свой маленький звездолет незаметно, поодаль от прилетающих и отбывающих остальных комических кораблей, Поль прошел к зданию.

– Поль, дорогой, как я рада тебя видеть! – воскликнула Лаура, завидев Поля, направляющегося в её сторону.

– Лаура, рад приветствовать! Давненько, не виделись! – произнес Поль и, подойдя ближе, прошептал. – Обними меня и приоткрой свою сумочку.

Лаура приобняла Поля, и он незаметно вложил в её сумку капсулу. Потом тоже обнял её и весело рассмеялся:

– А я и забыл, как ты прекрасно выглядишь!

– Ну что ты, годы, проведенные в трудах, накладывают свой отпечаток. – Лаура кокетливо улыбнулась.

– А у меня есть для тебя подарок от твоей тетушки. – и надел ей на палец кольцо с небольшим камушком и тихо добавил. – При необходимости, нажми на камень. И пожалуйста, будь осторожна. А мне пора обратно.

– Спасибо, Поль, и передавай привет тетушке! – Лаура продолжала улыбаться, смотря, как Поль удаляется к своему звездолету.

Проводив взглядом улетающий корабль, Лаура вздохнула и отправилась на стоянку к своему синему миникару. Она решила незамедлительно привести свой план в действие. И для этого необходимо было заехать к Микаэлю.

Припарковавшись напротив дома, Лаура вышла из миникара и направилась к входной двери. Постояла немного в замешательстве, но потом решительно нажала на звонок. Дверь открылась, впуская её внутрь. В прихожей её встречал Микаэль.

– Привет, Лаура? Что привело тебя к нам? Ты же вроде должна привечать гостей? – Мик приглашающим жестом предложил пройти в гостиную.

– Да, здравствуй, Микаэль. Я вот заехала, по пути от космопорта. Я беспокоюсь, успеет ли вовремя прилететь Каар-ка. – Лаура прошла в гостиную и присела в кресло рядом со столиком, где обитал хищный кактус.

– Прилетит, когда будет необходимо, ты же знаешь прекрасно их поведение. – Микаэль расположился на диване, напротив.

И тут в комнату вошла Пэм с Ромуном на руках. Она подошла к дивану и хотела было присесть рядом с Миком.

– О, какое прелестное дитя и такой уже большой! Можно мне его подержать, ну пожалуйста, Пэм? – Лаура непринужденным жестом поставила свою сумку-кейс между креслом и столиком и попыталась задвинуть её подальше, продолжая отвлекающе тарахтеть про детей, про семью, про счастье материнства.

Памела передала Ромуна Лауре, и та стала сюсюкать и восхищенно улыбаться, качая на коленях ребенка.

– Осторожнее Лаура, он только поел, как бы не срыгнул, – и как только Памела произнесла эту фразу, малыш щедро оросил отрыжкой дорогой синий костюм Лауры.

– Ох, какая я неосторожная, – извиняющимся тоном произнесла Лаура, передавая ребенка обратно Пэм.

Памела опустила Ромуна в манежик, и предложила Лауре пройти в ванную комнату отчистить костюм.

– О, ничего страшного, я всё равно переоденусь в представительстве, и я уже собиралась уходить, Микаэль можешь не торопиться, пока все важные гости для тебя не так важны, как Каар-ка, так что жду вас не скоро. – И Лаура направилась вслед за Памелой в ванную.

Микаэль посмотрел на сына и подмигнул ему:

– Ну что малыш, ты свое отношение выразил к этой тете, и оно соответствует моему мнению.

Потом, увидев, что хищный кактус на что-то нацелен внизу и пытается дотянуться до этого подобием зубов, поднялся. Оказалось, “забытая” Лаурой её синяя сумка. Микаэль подхватил сумку и решил отнести её в машину Лауры. Все равно она собиралась уезжать. Проходя мимо ванной, он произнес:

– Лаура жду тебя около машины, сумку я захватил!

Но из ванной доносился звук льющейся воды и шум компактной сушилки, поэтому вряд ли его кто-то услышал.

Уже около машины Лауры Микаэль, постоял немного, подождал, а потом положил сумку на заднее сидение через открытое окно. Синяя сумка неприметно расположилась на синей обшивке рядом с синим пледом. У Лауры был пунктик на синий цвет.

Вскоре в дверях показалась довольная Лаура и за ней Пэм, которая с унылым видом выслушивала очередное вещание про то, как важна семья, и какие они любящие родители. Еще раз напомнив, чтобы не торопились, Лаура вскочила в свой миникар и упорхнула на большой скорости в сторону представительства. Гнала она как сумасшедшая, ей нужно было успеть приехать, переодеться, и затесаться в толпу гостей, чтобы все думали, что она тут была постоянно.

Микаэль с Памелой послушались “совета” и решили не торопиться, а проводив Лауру, спокойно собирались, и выехали по направлению к представительству только спустя какое-то время. Микаэль планировал, перед началом официального выступления, пообщаться с членами миссии. Ромун прекрасно остался на попечении робоняни.

Далее события развивались практически мгновенно и параллельно. В то время, как Лаура, быстро переодевшись, вышла к гостям вечера, и не сомневаясь нажала на камень кольца, чтобы привести в действия капсулу, которая, как она думала, осталась в доме Микаэля. В то время, как Микаэль с Памелой уже практически были на полпути к развилке, Каар-ка подлетал на челноке к космопорту и был уже в нижних слоях атмосферы. Поэтому он и заметил сильную вспышку вдалеке от космопорта в направлении, где была колония людей. Приземлившись, Каар-ка постоял немного, глядя в сторону вспышки и соображая, что это могло быть такое. Потом, пересев в миникар, поехал в представительство. Уже подъезжая, он понял, что произошло ужасное. На том месте, где стояли здания, оказалась просто яма.

Дезинтеграционная бомба уничтожает все вокруг в пыль. Воронка от взрыва была огромная и не осталось вообще ничего, что напоминало бы, что тут когда-то находилось представительство людей. И никого…

Каар-ка развернул миникар и поехал к дому Микаэля и Памелы. На обратном пути Каар-ка встретил машину своих друзей, припаркованную у обочины. Они стояли рядом и непонимающе смотрели в сторону, где произошел взрыв. Единственное, что они могли услышать с такого расстояния – громкий хлопок. Но им не так повезло, они попали под импульсную волну, которая вырубила электронику их миникара.

– Что произошло? – обеспокоенно спросил Микаэль.

– Взрыв уничтожил постройки людей. – ответил Каар-ка.

– И много жертв? Хоть кто-то остался? – Памела с надеждой посмотрела на Каар-ка.

– Ничего не осталось, большая яма. Пусто.