Кабина дьявола

«О.» Старик взял «люгер» и провел пальцем по стволу. «Вы знаете, что скоро его нужно будет отполировать».

Ник усмехнулся. 'Я это знаю. Ты говоришь это каждый раз, когда я тебя вижу. Это должно произойти - скоро. А как насчет новой кобуры?

«Давай, - сказал старик. Он скрылся за рядом высоких металлических шкафов. «Изменения», - пробормотал он. «Все меняется. Долой старое, всегда есть что-то новое. Эти молодые люди никогда не бывают удовлетворены. Пластик или кожа, Ник?

«Кожа, пожалуйста. Помните, для ремня должны быть петли ».

Пойндекстер вернулся с кобурой. Он передал его Нику вместе с карандашом и распечатанным бланком. "Подпишите здесь."

Наблюдая за тем, как Ник пишет свои инициалы внизу анкеты, старик спросил: «У вас есть какие-то особые причины для изменения?» Между ними не запрещались такие вопросы.

Ник Картер положил карандаш и подмигнул своему старому другу. «Лучшая причина в мире. Несколько недель назад я проходил тест. Из поясной кобуры пистолет выхватывается на пятнадцатую долю секунды быстрее. Я сам сначала не поверил, но так оно и есть ».

Старый Джордж Пойндекстер понимающе кивнул. В ужасной и неумолимой логике AX это было важно.

Киллмастер вернулся в Нью-Йорк на авиалайнере. Пристегивая ремень безопасности, он смотрел на часы. Он вернется в свою квартиру на крыше только после девяти часов. Он расслабился с легкостью опытного путешественника, не обращая внимания на начало, так как его острый мозг был занят событиями дня, как кинопленка, возвращаемая назад.

Главное - время! Единственным его следом был посредник Паулюс Вернер. А Вернер был в Лондоне - или недавно был. Даже если этот человек уже покинул Лондон и был где-то на континенте, возможно, возвращался в Будапешт со свежим мясом - даже тогда его можно было бы найти или записать его след. Интерпол мог бы помочь, но Ник не хотел их привлекать. Хоук был очень категоричен - это была операция «сделай всё сам»!

Ник задремал. Он отказался от предложенной выпивки. Он вспомнил самые последние слова Хоука. «Ты можешь забыть Вьетнам, мальчик».

«С удовольствием», - сказал Ник. «Там воняет». Он не задал очевидного вопроса, зная, что Хоука будет раздражать его молчание.

«Хорошо, - сказал наконец Хоук. "Я послал тебя туда, потому что думал, что тебе это нужно - мне нравится поддерживать тебя в форме, чтобы ты оставался в живых как можно дольше, и, кроме того, это чертовски трудная работа - показывать новичку всё вокруг - и потому что я получил намек, что эта Грязь тренировок была проходящий. Это был ход на всякий случай.

Ник промолчал. Он действительно не верил, что в святилище Эйкса произошла утечка. Он не поверил, что Хок верил в это. Но старый джентльмен ничего не упускал.

Хоук искал сигару, к своему огорчению, обнаружив, что ее у него нет, и с ворчанием взял сигарету с золотым наконечником. «Я расскажу вам кое-что, что случилось со мной во время войны», - сказал он.

Он знал, что Ястреб имел в виду Первую мировую войну.

«Фактически сразу после войны. Я был просто мальчиком. Нам дали тропическую одежду, и ходили слухи, что мы едем в Африку или, может быть, в Зону канала. Я попал в Архангельск воевать с Красной Армией. Я кое-чему научился ».

Самолет вошел в зону аэродрома и снизился. Ник очнулся от дремоты. Хоук ничего не оставил на волю случая. Но у старика была одна большая ошибка - он давал вам практически невыполнимое задание, а затем делал вид, что отправляет вас в угол за кофе.

Было без четверти десять, когда Ник вошел в свою квартиру на крыше. Пок встретил его в холле. - Леди ждет вас, сэр. Много времени. Хорошо?'

Ник пробормотал что-то непристойное. Но он погладил густые волосы мальчика и впился в корейскую тарабарщину. «Есть имя, да? Эта дама?

Пок нахмурился, глядя на своего хозяина. «Мы говорим, не говори так! Просто говори. Как мне так выучить хороший английский? »

«Я смиренно прошу твоего прощения, Пок. Моя вина. А как теперь зовут эту даму?

«Недостаток», - сказал Пок. - Недостаток Форхиса. Я считаю.'

«Тогда ты ошибаешься», - сказал Ник. «Но, по крайней мере, вы настойчивый человек. Вы каждый раз говорите это неправильно. Вы сказали, что оставили ее в кабинете?

'Да. Давно. Она просит выпить, я завариваю. Тогда я получаю бутылку. Думаю, даме уже надоел бокал. Пок вернулся на кухню.

Ник покачал головой. Может, мальчик слишком много взял на себя, попробовав сразу выучить французский и английский языки.

Он хотел спросить мальчика, как прошла школа, но это подождало. Нику нужно было успеть на ранний рейс в Лондон.

Он снова выругался, идя в кабинет. Теперь он вспомнил золотой с серебром «Ягуар XK-E», припаркованный внизу. Это должно было дать ему подсказку, черт возьми! Флоренс Форхиз снова за ним охотилась. Но - он заколебался, держась за ручку на двери своего кабинета, - что еще он мог сделать? Идти спать в отеле? Отправляться в клуб? К черту! Это был его дом. А Флоренс Форхиз была одной из многих хищных женщин. Тем не менее он стоял у двери, хмурясь и колеблясь. Если бы это была Габриель, ему было бы все равно - игра в секс до тяжелой миссии была для него на пользу. Но это была не Габриель - она ​​не предлагала себя. В отличие от Флоренции. Проблема с Флоренс заключалась в том, что у нее было слишком много денег. Слишком много удачи с мужчинами. Она не могла понять, почему Ник не влюбился в нее. Так что она продолжала бегать за ним. И только сегодня вечером добралась до него...

Потом у него появилась идея. Дьявольская идея. Ник жестоко улыбнулся. «Даже у лучших из нас есть садистские наклонности», - размышлял он. Он напевал мелодию, открывая дверь кабинета. Девушка на длинной кушетке перед камином повернула голову, когда вошел Ник. "Привет, Николас. Где ты, черт возьми, был? Я ждала несколько часов.

Ник посмотрел на красный телефон, стоявший на стойке в углу. Он слабо надеялся, что он зажужжает, что Хоук что-то забыл. Тогда он сможет прилично извиниться, ему не придется продолжать свою запланированную грубость. Это было одно из самых странных противоречий; он мог убить женщину, если бы ему пришлось, но он не мог быть с ней грубым. Но не сейчас? У него это было чертовски хорошо придумано. Он избавится от мисс Хетебрук раз и навсегда.

Его лицо было бесстрастным. Он круто посмотрел на девушку. «Не помню, - резко сказал он, - что у нас была назначена встреча. И здесь.

Девушка встала и на мгновение пошатнулась. Ник заметил, что бутылка на журнальном столике наполовину пуста. Пок должен был быть прав. Она очень устала. Но она держала это под контролем. Он с трудом мог уловить усталый тон в ее голосе.

«Давай, - сказал он. «Я отвезу тебя домой. Ты не можешь выпившая вести машину. Можешь забрать машину утром ».

Девушка пошатнулась к нему. На ней было белое атласное платье, очень скромное у шеи и очень короткое выше колен. Ник подумал: от Dior. Платье на тысячу долларов.

Она споткнулась о толстый ковер на зеркально гладком паркетном полу и упала прямо на Ника. Даже скромный джентльмен должен был поймать даму. Ник поймал ее. Она была тяжестью в его руках, ее глаза были в двух дюймах от него, а надутый красный рот еще ближе. У Флоренс были голубые глаза, которые немного выпучивались. Ее рот был широким и влажным, зубы были хорошими, хотя и не идеальными. Ее кожа была матовой, а нос сильно светился. Она выдохнула запах выпитого тут хорошего скотча.

"Почему я тебе не нравлюсь, Николас?" Она крепче прижалась к нему. 'Я люблю тебя. Видишь, как я безуспешно гоняюсь за тобой.

Ник сделал нерешительную попытку избавиться от нее. Он мог бы раздавить ее одной рукой, как пивную банку, если бы захотел. Но он был немного уставшим, немного раздраженным проведенным днем; ему нужно было немного выпить, ясная голова, чтобы строить планы, несколько часов сна. Беда в том, что он начал ей отвечать. Не имело значения, что реакция была чисто физической - он или, по крайней мере, его тело все больше и больше осознавало близость ее маленького тела. Это была маленькая девочка, но изящного сложения. У нее была маленькая упругая грудь, крепкое туловище и ягодица, а также длинные ноги исключительно хорошей формы.

Флоренс потерлась животом о его. - «Не прогоняй меня, Николас. Ну давай же! Позвольте мне остаться - только на этот раз. Если вы это сделаете, я обещаю, что больше никогда вас не побеспокою.

Ник устало покачал головой. «Ты единственная в своем роде, Фло. И вы выбираете самые безумные моменты. Я отвратительно мерзкий. Я только что сошел с самолета, и у меня был тяжелый день. Мне нужна ванна, и я хочу спать. Если бы только я мог. Она прижалась к нему и снова начала изгибать тело. 'Милый! Я не уйду, пока я не получу то, за чем пришла. Давай, старый Николас. Дай маленькой Флоренс то, за чем она пришла ».

Ник держал ее на расстоянии. Это гибкое, мягкое тело начало влиять на его самообладание. Мрачная мысль пришла ему в голову, и он усмехнулся. «Разве вас не интересует хорошая работа в Будапеште?»

Она сузила голубые глаза. Он увидел, что теперь они стали немного стеклянными. - «Что ты имеешь в виду, Николас? Конечно, я не хочу работать. Мне ничего не нужно - только ты »....

Если бы когда-нибудь была женщина, которая просила об этом ... и в любом случае он бы не заснул, пока что-то бы не сделал. Прошло уже больше недели с тех пор, как у него в последний раз была женщина. Он выздоравливал после Южного Вьетнама и язв в джунглях. Но теперь он был взволнован, ей-богу, и если Ник Картер был взволнован, что-то должно было произойти!

Поэтому он притянул девушку к себе и грубо поцеловал. 'Тогда все в порядке! Хорошо, Фло. Если тебя не волнует, что ты ведешь себя как шлюха и с тобой обращаются как с шлюхой, меня тоже устраивает. Ну давай же. Пошли спальню.

«Неси меня, пожалуйста. Я немного навеселе ».

Ник перебросил ее через плечо и понес в спальню, как мешок с картошкой. Ее юбка соскользнула, и он увидел, что на ней золотые колготки. Ее волосы, трепетавшие в его глазах, были подходящим золотым факелом.

Она хихикнула, когда он бросил ее на кровать. «Я леди», - сказала она. «Ты знаешь это, Николас. Но мне нравится, когда ты относишься ко мне как к шлюхе. Это так мило.'

Ник уже раздевался. «Я намерен так поступить», - холодно сказал он. «Пока ты остаешься. Я не приглашал тебя, я даже не хочу тебя, но если ты останетешься, ты получишь то, что заслуживаешь, и просто получишь удовольствие ».

«Неправильные слова, Николас». Ее слова звучали приглушенно. Она натянула атласное платье через голову. Она бросила платье на пол, повернулась на спину и посмотрела на него. «Неправильные слова», - повторила она снова. «Но мне это нравится! Когда мы начнем, Ромео?