Кира

Кира не спала. Несколько часов отдыха оказалось достаточно, чтобы восстановиться, и теперь она занималась тем, что получалось у нее лучше всего – страдала от скуки. Уходя, отец оставил ей полные папки картинок и груды книжек, но копаться в них было интересно год или два назад, а сейчас Кира искренне мучилась и без конца слонялась по комнате, то заглядывая в компьютеры, то останавливаясь у окна, подоконник которого медленно превращался в болото. Наблюдение за каплями воды на некоторое время увлекло, но случайное распределение было чересчур предсказуемым и ограниченным. Скучная игра, скучно!

Завершая обход по кругу, Кира вдруг замерла и встрепенулась. Дверца манежа! Обычно она всегда была заперта, но сейчас…

Не веря своей удаче, Кира осторожно осмотрела замок, а затем чуть коснулась и резко провалилась в коридор, увешанный камерами слежения. Прислушалась. Тихо гудели вентиляторы в серверной в конце коридора, постукивали головки жестких дисков, едва различимо пищали трансформаторы многочисленных блоков питания, в одной из розеток чуть заметно потрескивал неплотно закрепленный контакт. “С высокой вероятностью через двое суток случится короткое замыкание” – подсчитала Кира. Не потому что ей это было действительно интересно, просто иначе она не могла.

Убедившись в том, что поблизости никого нет, нарушительница крадучись двинулась исследовать новое пространство. От камеры к камере, резкими рывками она продвинулась вглубь корпуса, освещенного ровным диодным светом, так хорошо рассеивающимся на матовых белых поверхностях. Чуть осмелев, попробовала заглянуть в несколько кабинетов и лабораторий – чего здесь только не было! Компьютеры и ноутбуки разных модификаций, микроскопы и маркерные доски, паяльные станции и осциллографы. Внимательным взглядом фиксируя обстановку, Кира рассчитывала позже днем поискать в сети информацию об этих удивительных устройствах, а пока спешила объять как можно больше.

Коридор кончился. Вернуться и поиграть с чем-нибудь из кабинетов? Или… Интерес пересилил страх. Вызывая лифт, Кира с любопытством рассмотрела символ на стене холла – шестеренка, вписанная в трехлепестковый цветок. Ассоциативный аппарат услужливо предложил ей аналогии с моделью атома, но мысли о цветке ей понравились больше. Тихий шелест отворяющихся дверей, заминка, мерцающий люминесцентный свет в кабине. “Ресурс газа достаточный, хватит еще на один месяц” – автоматически подумала Кира. Пульт с кнопками этажей был сродни коробке конфет, все интересные и манящие – что же за ними кроется? Беглянка несколько секунд томилась выбором, но активировала кнопку “Ангар”. Если у всех кнопок номера, а тут целое слово, то значит здесь и скрывается самое интересное!

Лифт ухнул вниз.

Оказавшись на месте, Кира не стала спешить. Аккуратно заглянув в несколько проходов, ведущих с лифтовой площадки, она внезапно услышала мерный звук дыхания. Чуть посвистывающий, размеренный, едва различимый. Дотянувшись до камеры в комнате охраны, Кира обнаружила человека. Человек спал, доверившись контрольной системе, которая обязательно разбудит его в случае подозрительных движений в ангаре. Но не потревожит по поводу Киры, которая в доли секунды внесла себя в список исключений: только и делов-то, что поменять одно значение в таблице. Отец показывал ей и не такие базы данных!

Оставив охранника исполнять свой долг, беглянка смелым рывком перепрыгнула в большое помещение, над входом в которое блестела металлом табличка “Заслон. Ангар экспериментальной робототехники”. И не прогадала! Дежурная голубая подсветка окружала каждый из образцов, поражающих воображение Киры, до этой ночи не выходившей за пределы своей комнаты. Вот они, настоящие игрушки!

Раскинувший широкие композитные крылья дрон, похожий на большого морского ската, прильнувшего к дну в ожидании добычи. Целый набор разных металлических конечностей-манипуляторов, замысловато опутанных пневмотрубками, от чего они становились похожи на мощные, покрытые жилами и венами, руки профессиональных спортсменов. Выводок похожих на дорожные чемоданы колесных платформ. Но что там скрывается в темном дальнем углу?

Сгорая от любопытства, Кира, позабыв об осторожности, даже включила мощные прожекторы верхнего света, чтобы поскорее распознать свою находку. Ей оказалось нечто, похожее на большую стальную божью коровку, оснащенную шестью крепкими цепкими лапами и верткой “головой” с разнокалиберными глазницами. Настоящее чудище из композита и металла. О, да! Это точно она! Самая интересная игрушка!

Переполняясь восторгом и предвкушением веселья, Кира включила робота и, оседлав тонну технологических новаций, с ликованием подняла жестяные рольставни ангара. Вперед! Кататься на жуке!

Робот с гулом и жужжанием неожиданно резко и быстро выбрался наружу. Оставляя на мокром асфальте внутреннего двора выщерблины и борозды, Кира погнала своего жука к высокой бетонной стене, на ходу открывая тяжелые створки главных ворот. С темных небес хлестко лилась вода, мелькали белые вспышки молний, ночь обещала быть полной захватывающих приключений и открытий. Жук вприпрыжку ринулся было наружу, но вдруг… Грянул гром, слух резануло резким звуком сирены. Все здание взорвалось человеческими криками, светом окон, лучами прожекторов, а следом с жутким грохотом захлопнулись ворота.

Кира в страхе сжалась на своем жуке и замерла, словно пришпиленная к месту булавкой. “Вот же влетит мне за это от папы…” – для такого вывода и вероятности считать не нужно!

Реальность моргнула. Жук исчез, но появилась комната. Кира внезапно оказалась в привычном окружении, в небольшом кабинете на верхнем этаже. Ярко горел свет, в помещении толпился народ, с подоконника на пол капала пыльная вода из скопившейся лужи.

– Итак, кто мне объяснит, что здесь происходит?! – Петр Васильевич, начальник отдела, хмуро обвел взглядом команду разработки, – У нас только что дрон-вездеход почти ушел гулять в город. Представляете себе эффект?! Бешеный жук в муравейнике посреди ночи! Могла возникнуть очень нездоровая сенсация. Есть версии, как это вышло?

– К.И.Р.А. его угнала, – просто ответил отец. Вопреки ожиданиям он не выглядел разъяренным, и от того ужас ночной беглянки чуть ослаб, – Подключилась к автопилоту и угнала.

Команда неразборчивым гулом и мычанием поддержала незамысловатое объяснение. Многие из ребят выглядели так, будто даже не приходили в сознание – добиваться осмысленных ответов сейчас было явно затруднительно. Петр Васильевич на каблуках развернулся к ведущему разработчику и сделал пару глубоких вдохов. Морщины лба прошли полный цикл превращений, после чего последовал следующий вопрос:

– Федя, я догадался, как она увела робота, но каким макаром она там оказалась? И, главное, зачем?

– Хм, – разработчик потрепал седеющую бороду и порыскал в планшете у себя в руках. Длинные полотнища технических логов хранили в себе все ответы, умей только читай между строк, – Похоже, что ей было скучно и не спалось. Она взломала нашу систему контроля и нашла себе развлечение.

– Программе стало скучно? Опять ты со своим очеловечиванием…

– А есть разница? Мы же сделали ей максимальный приоритет на самообучение. И вот, скука, как она есть.

Кира переводила глазок камеры с Петра Васильевича на папу и обратно. Кажется, наказание ей не грозило, а на лице разработчика и вовсе распозналось скрытое удовлетворение. Кира зафиксировала это как поощрение. Прописала новое значение себе в базу.

– Ладно, ребята, – внезапно махнул рукой руководитель, – Попадание в топ новостей на сегодня отменяется. Расходитесь по своим норам спать.

Сонные разработчики с облегчением потянулись на выход и вскоре их шаркающие шаги затихли вдалеке. Прожужжал дверьми и загудел лифт. Затем все стихло. Петр Васильевич задумчиво посмотрел на открытое окно. Дождь кончился, тянуло освежающим сквозняком и запахом, вызывающим стойкие ассоциации с комарами. Пластик подоконника украшало водяное пятно, в точности повторяющее оставленные предыдущими потопами разводы. С подоконника капало. Петр Васильевич оценил взглядом лужу на полу.

– А ты, Федя, задержись, будь добр.

Федор и не думал уходить. Все это время он обозначал шаги на выход со скоростью, которой позавидовала бы иная черепаха. Настолько медленно, что со стороны это казалось стоянием на месте. С максимально возможной невинностью в голосе он поинтересовался:

– Что-то еще, Петр Васильевич?

– Я вот что узнать-то хотел, окно опять ты на ночь открытым оставил?

– Ой, ну да, наверное. Заработался, задумался. Да вроде не особо много натекло же, – Федор пощелкал пальцами, оглядываясь по сторонам, – Где-то здесь тряпка у нас была…

– И “Манеж” тоже?

– Что?

– Ничего. Считай ты меня убедил. В следующую неделю выводим К.И.Р.А. на полевые испытания. Будут тебе и согласования и бюджет.

Петр Васильевич потер красные с недосыпу глаза, набрал было воздуха в грудь для еще одной тирады, но потом передумал и молча вышел вон. Федор приподнял пару ноутбуков в поисках тряпки, но бросил затею. Запер окно, пробурчал: “Да ну это разве лужа?”, улыбнулся и покинул рабочий кабинет.

Уходя, как всегда, разработчик бросил взгляд на дверную табличку: “Заслон. Лаборатория Кибернетического Разума”. Уже не терпелось сюда вернуться, но и выспаться, все же нужно.

А рука его, тем временем, уже нащупала телефон в кармане, чтобы набрать короткое сообщение: “Обещание сдержал”.