Два плюс одна: сборник рассказов

– Он смотрел на неё серьёзно, без тени улыбки:

– А если не к жене?

– Это всё плохо кончится…– начала она.

– Думаешь? – он усмехнулся.

– Знаю…– в этот момент она подумала – а что дальше? И тут она поняла – он чужой муж, и всегда им будет. Перейдя черту, и разрушив две семьи, смогут ли они создать новый союз. Перерастёт ли это увлечение друг другом в большую любовь или перегорит в самом начале отношений? Да и мужа она тоже любила. Как такое может быть, что любит она обоих? Она стала думать, как поступить и что со всем этим делать.

У них никогда не было серьёзного разговора, поэтому о его чувствах, если таковые были, она ничего не знала, поэтому решила поступить так, как, по её мнению, будет лучше. Перестала общаться и с ним, и с его женой, чтобы это выглядело не так явно и подозрительно, делала это постепенно: отказывалась от встреч, перестала звонить сама, старалась не появляться в тех местах, где могла случайно пересечься с ним. Вскоре их общение прекратилось.

Но, к сожалению, известная поговорка «С глаз долой – из сердца вон» здесь не сработала. Она продолжала думать о нем, и её сердце наполнялось теплотой и каким-то щемящим чувством. Когда возник вопрос о переезде, можно сказать, что она с радостью сбежала в другой город. Иногда она встречает его за рулём машины или в интернете на фото у общих знакомых. Она смотрит на него и думает: «Это чужой муж!», а в душе щемит тоска…

Литература

Учителя не было уже пятнадцать минут. Если бы это был начальный класс, то уже вся школа слышала, что дети предоставлены сами себе. Но мы были десятиклассниками и поэтому старались не создавать лишнего шума, дабы кто-то не услышал, что урока нет.

Ещё через пять минут в класс вошла она. Несмотря на то, что она была преподавателем только у младших классов, её знала вся школа. Рассказывали, что один ученик не мог выучить стихотворение в пятом классе, так она заставила его рассказывать это стихотворение со сцены на выпускном в одиннадцатом классе. Может быть, эту историю про неё придумал какой-то вредный ученик, но кто теперь знает?

Мы замерли. Она величественно оглядела вставших для приветствия учеников и кивком разрешила сесть. Воцарилась тишина. Мы ещё надеялись, что она ошиблась классом и сейчас нам об этом сообщит.

– Дорогие друзья! Дело в том, что ваша учительница русского языка и литературы заболела. Меня попросили заменить её буквально на неделю. Признаюсь честно – я не рада! Надеюсь, что мы сможем с вами договориться: я рассказываю – вы слушаете, я спрашиваю – вы отвечаете, я задаю – вы учите. Если не выучили сегодня одно стихотворение – не переживайте, вы сможете рассказать его в следующий раз вместе с тем, которое я задам к следующему уроку.

Класс молчал. Каждый думал о том, что им предстоит пережить за эту неделю и, судя по настрою преподавателя учить придётся к каждому уроку.

Начался урок литературы и два часа пролетели как одна минута. Как она рассказывала – невозможно было не слушать: биографию писателя она знала не только по учебнику, для примера зачитывала наизусть отрывки из произведений и так всех вовлекала в разговор, что ребята даже не заметили, как начали спорить, приводить примеры и объяснять свою точку зрения.

Учить и вправду приходилось много, но каждый урок все ждали этого момента, потому что учитель не только давала всем разные стихотворения, что позволяло более полно погрузиться в творчество писателя и не слушать одно стихотворение весь урок в различных исполнениях одноклассников.

Однажды, мне выпало учить стихотворение Сергея Есенина «Колдунья», и так оно мне понравилось, что выучила я его за один вечер и последующие дни только повторяла, добавляя интонации и паузы. Когда я начала его рассказывать, в классе наступила тишина. Все смотрели на меня: кто-то с удивлением, кто-то с восторгом. Никто не ожидал, что я могу так эмоционально и интересно читать, ведь обычно я учила стихотворения в день сдачи, рассказывала мотонно, лишь бы сдать. Учитель так же была под впечатлением и долго меня хвалила. Обещанная неделя растянулась на два месяца, но никто не огорчился, а я благодаря ей полюбила поэзию.

Сестра

Апрель одна тысяча девятьсот девяносто первого года выдался прохладным. Андрей нёс одну единственную гвоздичку бережно упакованную в два слоя бумаги. Рядом, весело подпрыгивая шла его четырёхлетняя дочь Лида. Она сгорала от нетерпения – вот-вот они должны были забрать из роддома маму, которую она не видела несколько дней и успела соскучиться. Но самое главное – это сестра. Сколько о ней было рассказано: какая она будет маленькая и хорошенькая, с ней можно будет играть и как она будет любить Лиду.

Подошли к роддому. На крыльцо вышла мама с каким-то свёртком в руках и тётенька в белом халате. Папа отдал этой тёте цветок и взял у мамы свёрток. Пока шли домой Лида всё думала: «А где же сестрёнка? Неужели не стали её забирать? Может быть она не красивая или не понравилась маме, и она оставила её той тёте в халате? Как бы спросить…». Счастливая мама что-то рассказывала папе и заглядывала в конверт, что-то поправляя там, и каждый раз улыбаясь так, как будто там целый мешок конфет, леденцов с шипучкой, которые Лида просто обожала.

Пришли домой. Семья жила в служебном общежитии, в одной комнате шестнадцать метров, с общими коридором, кухней и туалетом. Для того чтобы хоть как-то разграничить пространство папа прикрутил к потолку палку, а мама повесила на верёвку красивую ткань, и когда было нужно эта ткань выдвигалась и загораживала дальнюю часть комнаты от любопытных глаз.

Мама положила конверт на постель и развернула, на Лиду смотрела маленькая голубоглазая девочка. Новая девочка смотрела, не мигая на Лиду, а та в свою очередь боясь шелохнуться разглядывала её. Так произошла первая встреча сестёр.

А дальше начало происходить то, что никто не мог предугадать. Лида выкатывала коляску в общий коридор и закрывала дверь, на вопрос, зачем она это делает девочка начинала плакать и просить папу сходить к той тёте в халате, забрать цветок и отдать ЕЁ обратно.

Конечно, началось всё это не просто так. Родители Лиды и Кати (так назвали девочку) были молодыми и не опытными и поэтому они не могли понять, что происходит с их ранее такой послушной девочкой. Лида была единственной и любимой «папиной дочей» которая была обожаема Андреем, и получающая всё что хочет – от внимания до игрушек, по первой просьбе. Но, с появлением Кати всё резко изменилось. Всё чаще Лида стала слышать: «тихо, Катенька спит», «подожди, мне некогда», «не мешай»…

Со временем обида на младшую сестру, именно на неё, а не на родителей, росла всё больше, но переломный момент наступил тогда, когда в гости приехали родители мамы и в первую очередь кинулись к Кате – умилялись ей, доставали подарки, весело переговаривались с родителями, а маленькую Лиду как будто не замечали. Она пыталась обратить на себя внимание, хотела, чтобы всё было как раньше, когда дед с порога подхватывал её на руки, а бабушка рассказывала деревенские новости, доставая из огромной сумки гостинцы. Но, теперь уже не будет как прежде, это Лида поняла в тот самый день, как будто в один момент став взрослой. С тех пор она замкнулась в себе: старалась меньше попадаться на глаза, так как в одной комнате это было практически невозможно, она стала больше времени проводить в общем коридоре и заходила только поесть и когда последнего ребёнка родители загоняли домой.

Конечно, это не могло продолжаться вечно. Катя подросла, стала ходить “хвостиком” за Лидой, а те, у кого не было братьев или сестёр (а таких было большинство) так явно показывали свою зависть, что Лида по-другому начала смотреть на сестру. А когда родители, уходя на работу, стали оставлять девочек вдвоём, чтобы не было скучно и страшно устраивали игры, придумывали истории, которые рассказывали, друг другу сидя на широком подоконнике окна.

Когда сёстры подросли, вся семья переехала в деревню. Лида по будням жила у бабушки с дедушкой – так было ближе к школе, Катя с родителями жили на другом конце деревни. Девочки в этот период виделись редко, поэтому общались только в выходные, но очень дружно.

Позднее, когда родители решили переехать в другую страну и забрали обеих дочерей с собой, сестры сдружились, но Лида всегда помнит о тех днях и старается уже со своими детьми не допускать ошибок родителей: не выделяет одного ребёнка, не отмахивается от просьб и требования внимания и много другое, о чём она помнит из своего детства. А вот Катя, к сожалению, повторяет многое: всё внимание младшей, долгожданной дочери, а старшая всё время пытается завоевать внимание мамы, иногда шкодничая и проказничая. Когда Катя рассказывает об этом, Лида старается помочь сестре, возможно, её советы помогут не только Кате найти общий язык со старшей дочерью, но уже сейчас наладить отношения сестёр, чтобы в будущем не пришлось исправлять ошибки родителей.

Жених

Наташа пророчила Свете богатого жениха и скорую встречу с ним. Выйдя из квартиры соседки Натальи, Светлана подумала о том, что как же ей повезло иметь в соседях такую замечательную женщину, к которой «из самой Москвы люди едут». А тут, всего за тысячу рублей, она расписала всё будущее Светланы, и было оно такое светлое, что улыбка не сходила с её лица.

Соседка и близкая подруга Светланы заметила эти перемены и выпытала у неё всю правду. Конечно, она не стала огорчать её тем, что не стоит шестидесяти двухлетней женщине, состоящей на учёте в психиатрической клинике и живущей в квартире дочери вместе с ней, зятем и внучкой, надеяться на быстрое замужество и совместное проживание. Светлана была так счастлива, и всё мечтала, что вот – вот встретит «своего парня», как она говорила.

Однажды соседка услышала в подъезде какой-то шум, выглянув в подъезд, она стала свидетельницей такой картины: у двери Светланы стоял пожилой мужчина, который в руках держал букет из Пионов, явно со своего огорода, в левой руке у него был пакет. Этой же рукой он стучал в квартиру Светы, создавая дополнительный шум раскачивающимся из стороны в сторону пакетом. Отдельно стоит рассказать о внешнем виде гостя: на ногах его были надеты синие тапки, называемые в народе «банные», явно большие, размера на два, и очень грязные. Далее шли треники, с оттопыренными коленями, синяя майка в пятнах, и венчал это одеяние пиджак, по виду и запаху – не первой свежести. Открылась дверь и на пороге появилась сияющая Светлана, а гость, выставив руку с букетом вошёл в квартиру.

Через пять минут Светлана пригласила соседку в гости. Когда вошли в квартиру, гость которого хозяйка представила Николаем, возлежал на кровати, сняв только тапки, и поедал виноград из того самого пакета, который соседка видела у него в руках. Светлана засуетилась: начала накрывать на стол, выбежав из комнаты, чем-то загремела на кухне, а вернувшись в комнату болтала обо всем и ни о чём, поглядывая на Николая. Соседка решила всё-таки начать разговор и узнать хоть что-то о госте.

– Николай, а сколько Вам лет?

– Достаточно, – гость был не многословен.

– А какие у Вас планы на Светлану? – она решила перейти к главному.

– Самые серьёзные, – он не переставал есть виноград, явно не мытый и принесённый в презент хозяйке дома.

– Николай, может Вам виноград помыть, да на тарелку положить?

– Можно. – Николай встал вместе с пакетом и, не выпуская его из рук, отправился в сторону туалета.

Светлана подсела к соседке и начала с жаром рассказывать о том, какой Николай обходительный и внимательный, принёс букет и фрукты: виноград и банан. На вопрос соседки как давно они знакомы и как часто виделись, оказалось, что пришёл он сегодня не в первый раз – во второй. И при прошлом посещении Николай так же пришёл не с пустыми руками – принёс табуретку, на которой сейчас и сидела соседка. Разглядывая крашеную синей краской ободранную табуретку, она задала единственный вопрос – зачем? По словам Светланы, Николай, когда принёс сей предмет интерьера, сообщил, что «будет потихоньку обживаться и принёс табурет, чтобы хоть что-то было». Соседка, конечно, удивилась, но виду не подала.

Николай, выйдя из туалета с пустым пакетом, аккуратно его сложил и очень долго укладывал в карман пиджака, а затем снова развалился на кровати с ожиданием поглядывая на накрытый стол. Соседка решила продолжить допрос, так как вёл себя Николай, мягко говоря, странно.

– Николай, вот Вы говорите намерения серьезные, прямо жениться готовы?

– Можно! – Николай икнул.

– А где вы планируете жить?

– Здесь.

– Вы знаете, что это квартира дочери Светланы, и она живет здесь вместе с мужем и дочкой, они Вам не помешают?

Николай, до этого разглядывавший ковёр на стене и натяжной потолок, уставился на соседку. Пару раз моргнув он сел на кровати, нашарил тапки. Взяв со стола пирожок, он положил его в карман и пошёл к выходу, затем вернулся и молча схватился за табурет, на котором сидела гостья, она еле успела встать, и решительно пошёл в коридор. Света кинулась за уходящим гостем:

– Николай, что случилось? Не уходи! Сейчас чай пить будем. С пирожками!

– Света, прощайте, мы не подходим друг другу, а точнее – Вы мне. – Николай взял букет, лежащий у зеркала в прихожей, поправил табурет под мышкой, вздохнул, покачал головой и вышел. Светлана, всё так же непонимающе улыбаясь, вернулась в комнату.

– А чего он ушёл?

– Виноград закончился, – решила пошутить соседка.

– Да? Надо было ему сказать. Я бы сбегала в магазин…

– Света, я пошутила, он ушёл потому – что думал, что ты живёшь одна и планировал жить здесь как хозяин, видела, как на кровати возлежал, прям как Шах какой-то и табуретку притащил в первый день знакомства!

– Да? Ну ладно, ты знаешь, он мне совсем не понравился. От него ещё пахнет так не вкусно и тапки грязные…– Света явно не переживала, что Николай ушёл, и начала угощать соседку пирожками и чаем.

Соседка решила приглядывать за наивной Светланой, чтобы в следующий раз она снова не привела домой охотника за жилплощадью. А Света не унывает и верит, что вот – вот её счастье выйдет из-за угла на встречу. Нужно только немного подождать.

Хороший день

Проснувшись ранним утром, Егор выглянул в окно, где по-весеннему пробивались сквозь редкие тучки и наперегонки стремились к Земле первые солнечные лучи. У него появилось твёрдое убеждение, что сегодня обязательно случится что-то хорошее. Пока собирался на работу, улыбка не сходила с его лица и он, вспомнив весёлую песенку стал насвистывать её незатейливый мотив.

Во дворе ничего не изменилось – всё тот же дворник дядя Петя, вечно всем и всеми не довольный, что-то бурчащий себе под нос вслед прохожим. На скамейке сидела восьмидесятилетняя старушка с первого этажа, Людмила Степановна, которая, когда бы ты не оказывался у дома, всегда была “на посту” в окне или около подъезда. Она зорко следила за Егором от самого входа, что он невольно начал чувствовать себя в чём-о виноватым. Поздоровавшись с ней и дворником, Егор отправился к своей машине, радуясь в душе, что все на своих местах.

На работе вовсю готовились к новому году. Были сданы все годовые планы и отчёты, и поэтому спало напряжение, которое витало в воздухе последние пару месяцев. Народ расслабился и с удовольствием занимался украшением рабочих мест, а стоящую в углу офиса пальму украсили так, что она сверкала и напоминала о приближении праздника не хуже традиционной ёлки.

После обеда к Егору подошла Светлана и долго решалась что-то сказать, а затем собравшись с мыслями, спросила:

– Егор, ты не хочешь завтра сходить в кино? Мы с подружкой хотели сходить, а она не может. Если тебе есть с кем, я и свой билет отдам…

– А пошли вместе? – Светлана давно нравилась Егору, но он не знал, как подойти, чтобы не получить отказ. Ка потом работать в одном коллективе?

– Тогда завтра после работы? – Светлана сияла ярче гирлянды, которую вешали на пальму две коллеги, с интересом поглядывающие в их сторону.

– Хорошо! – Егор смотрел в след уходящей Светлане и на его лице сияла мечтательная улыбка.

Приехав вечером домой, он снова и снова прокручивал в голове разговор со Светланой: как подошла, как смотрела, как он ответил и её реакция, думал о том купить ли ей цветы или ещё рано, как и куда пригласить на следующее свидание. Улыбаясь своим приятным мыслям, он думал о том, что этот обычный день оказался таким хорошим, что завтрашний день должен стать самым лучшим.

Про Бабайку

Каждое лето маленькая Юля проводила в гостях у бабушки с дедушкой – родителей папы. Бабушка Майя и дедушка Валентин с удовольствием принимали любимую внучку у себя, тем более в частном доме, это вам не в квартире, тут и свежий воздух, овощи с грядки, ягоды с куста. Да что там говорить, Юля, несмотря на юный возраст, была девочкой послушной, первая помощница в огороде и на кухне.

У бабушки Майи был пунктик: кушать и спать все должны в строго отведённое время, поэтому, что бы ни случилось, в девять часов вечера Юля должна была лежать в постели. Предварительно дедушка закрывал ставни во всём доме и, несмотря на то, что на улице было ещё светло, в доме была полнейшая темнота, которая пугала Юлю не меньше рассказов бабушки.

Видимо решив, что просто так девочка не заснёт, она придумала вечернее укладывание – ежедневно садилась на край постели и распускала длинную седую косу до пояса, на кончике которой был завязан жёлтый шнурок. С утра бабушка скручивала тоненькую, толщиной с дедушкин палец, косу в аккуратную «гульку», а перед сном она повторяла ритуал с расплетением и расчесыванием длинных волос, и становилась похожа на Бабу Ягу из книги, чем вводила Юлю в состояние ступора и она не только пошевелиться боялась, но и вообще уснуть.

В процессе приведения волос в порядок бабушка рассказывала одну и ту же «сказку», о том, что по городу в позднее время ездит машина с различными чудовищами. Самая главная у них – Бабайка! А ездят они за тем, что высматривают детей, которые в это время гуляют на улице или не спят. Бабайка, самая главная, хватает непослушного ребёнка, садит в мешок и увозит в машине в своё логово. А что там происходит с непослушными детьми бабушке было неизвестно, так как ещё ни один ребёнок не возвращался обратно.

Юля, знающая эту историю во всех подробностях, каждый раз с жадностью ловила каждое слово, боясь пропустить новые подробности. Закончив рассказ, бабушка отправлялась спать в соседнюю комнату, и Юля оставалась одна. Прислушиваясь к каждому шороху за окном, она представляла, как по улице едет синяя машина, и вот она останавливается у дома, где за ставнями прячется маленькая девочка. Конечно, Бабайка знает, что Юля не спит, уже подготовлен мешок для того, чтобы утащить её. Дрогнули ставни. Юля замерла и закрыла глаза: «Всё верно! Заглядывает и проверяет – сплю ли я!»… Боясь открыть глаза и увидеть Бабайку, Юля сжимала их всё крепче и, наконец, засыпала.

Влияют ли такие события нашего детства на будущую жизнь? К чему приводят такие «сказки на ночь»? Юля выросла и уже не боится, что ночью её может утащить какая-то вымышленная Бабайка, теперь у неё взрослые страхи – что под покровом ночи в дом может проникнуть нехороший человек и навредить ей или её семье. Каждый вечер Юля перед сном проверяет, надёжно ли закрыты форточки и дверной замок, так сказать «закрывает ставни».

Жареная картошка

Они были нашими соседями много лет. Родители дружили и часто собирались у нас дома, к ним почему-то мы практически не ходили. Почему, я узнала позже.

Я тогда была маленькой и дружила с одной из их дочерей, которую звали Роза. Для нас каждый раз была удивлением почему её так зовут и в начале знакомства я даже заподозрила её в обмане и долгое время думала, что имя она себе придумала, а мама просто её поддерживает. Несмотря на некоторую обиду с моей стороны на несуществующий обман, дружили мы очень хорошо, общались, играли либо у нас дома, либо у них во дворе. К ним в дом нас никогда не приглашали и часто отправляли к нам домой вместе с младшей сестрой Розы.

В этот день мы как обычно играли во дворе дома Розы, время близилось к обеду. Мама девочек позвала нас обедать и меня в том числе, а мне было интересно – как у них внутри? Оказалось, так же как у нас: такой же зелёной, большой кухонный стол у окна. Сели за стол: с одной стороны Роза с сестрёнкой, с другой мама Розы и с краю я. Мы беззаботно болтали и уплетали картошку прямо со сковородки, а мама Розы не ела и с волнением посматривала на дверь. Через 5 минут дверь отворилась, вошел папа Розы. Он был нетрезв, а в руках держал огромный нож, с которым он двинулся в нашу сторону. Не помня себя от страха, я рванула к выходу и побежала домой, рассказала родителям о том, что произошло и они быстро ушли.

Став взрослой, я узнала, чтобы папа Розы очень ревновал свою жену и как только в организм попадал алкоголь он начинал подозревать её во всех смертных грехах и хватался за нож. Раньше, он просто угрожал и высказывал свои подозрения, а в этот раз он пустил его в ход. Когда протрезвел, на коленях стоял под окнами больницы и просил прощения, но мама Розы устала жить в постоянном страхе: как он себя поведет при гостях, что будет, если вовремя не увести его с праздника, в каком состоянии он вернётся с работы. Выйдя из больницы, она развелась с мужем, продала дом и уехала к родителям, и там начала новую жизнь. Он уехал к своим родителям и больше уже никогда не женился.

НЕсказка

История жизненная, рассказанная Евгенией Р. по теме: Новый год, сказка, мораль; исправленная и дополненная автором.

Жила-была девочка, которая много лет мечтала о красивой ванной комнате, как у принцессы: с зеркалами, душевой кабиной и золотым унитазом! Моя детей в тазике она представляла себе, что наступит тот день, когда не нужно будет греть воду, застилать полы в ванной, чтобы не намочить пол и не высчитывать – хватит ли воды на мыльную голову.

Душу грела душевая кабина, которая лежала вот уже как пять лет у неё под кроватью и тоже мечтала о красивой ванной комнате. Она представляла, как важно она будет стоять во главе ванной, как её будут демонстрировать всем родным и гостям, нет, показывать будут всю ванную, но мы-то знаем, кто там будет королевой.

И вот, в канун Нового года, один влюблённый прЫнц решил осуществить мечту своей девочки и сделать ей невероятный подарок. Закатав рукава и достав инструменты (которые, как и руки мастера, были золотыми), прочитав заговор по применению, он взялся за работу, и ванная заблистала новой, местами даже идеально выложенной, плиткой. Девочка от таких событий ходила счастливая, а по ночам поглаживала душевую кабину, улыбаясь и представляя, как она моется под тёплыми струями воды, в собственном душе, как настоящая принцесса. Проходя мимо ванной, девочка заглядывала в неё и любовалась положенной плиткой – так ладно у него получилось, что она и дышать боялась, как и кабинка, час которой должен был вот-вот наступить.

Но прознал про эти события страшный злодей – зелёный змий. Сбил он прЫнца с пути намеченного, сманил и опоил его зельем дурманящим. Ему бы отказаться от работы и дождаться полного освобождения от дурмана, но прЫнц был не из тех, кого можно сломить и сбить с дела задуманного. Решил он взяться за установку долгожданную душевой кабины. И случилось непоправимое! Зазвенела дверь стеклянная, но не от счастья, а от того, что выскользнула она из рук хоть и золотых, но ведомо, откуда растущих. Смотрела девочка на миллион мелких стёклышек и думала о том, что не скоро станет она принцессой сказочной, а благодаря прЫнцу любимому в одно мгновение превратилась в Золушку.

Мораль сей (не) сказки такова: любовь толкает мужчин на невероятные подвиги, она же даёт женщинам силы понять, принять и простить.

Автобус

Анна смотрела в окно. По ощущениям – ехала она в автобусе, сидела слева, одна. За окном виднелась серая дымка, за которой не было видно ни домов, ни людей.

Автобус остановился, и Аня почувствовала – пора выходить. Автобус отъехал, и на пустой остановке стояла одинокая Анина фигура окутанная дымкой. Девушка вглядывалась в рассеивающийся туман, ещё не зная, что она может там увидеть. За дорогой посветлело и появилось серое здание с множеством окон и одной единственной подъездной дверью.

Из дверей кто-то вышел и направился к остановке. По мере того как человек приближался, Аня понимала, что где-то она его уже видела и точно должна узнать, как только он подойдёт ближе.

– Привет.– Парень лет семнадцати, одетый в свитер с высоким воротом, синие джинсы и кроссовки с белыми шнурками, улыбаясь, смотрел на Анну.

– Миша?! – радость от неожиданной встречи омрачала и какая-то мысль, которая всё ускользала, но была такой важной, что Аня больше не проронила ни слова, а всё думала и пыталась ухватить эту мысль «что же?».

       Миша смотрел на неё с улыбкой и, у Ани складывалось ощущение, что он знает, о чём она думает и поэтому так улыбается. Смутившись, она отвела взгляд и увидела автобус, который приветливо отворил свои двери перед единственными пассажирами. Миша снова улыбнулся и не глядя на Аню пошёл в открытую дверь, а она двинулась следом за ним, с ощущением, что так надо.

Ехали не долго, Миша сидел впереди, по диагонали, и Аня могла смотреть на него, чему в душе она была очень рада. Автобус был пуст, и в начале у неё скользнула мысль – почему он не сел рядом? Но мысль тут же была ею отброшена, как что-то незначительное. Гораздо интереснее было смотреть на Мишу, от этого по телу разливалось какое-то тепло и, хоть она не видела его лица, чувствовала – он знает, что она смотрит и рад этому.

Автобус остановился. Миша направился к выходу, и Аня поспешила за ним, боясь не успеть – кто знает, а вдруг двери закроются и этот появляющийся неизвестно откуда, автобус, увезёт её, а Миша останется там – за окном. Но, Аня успела не только выйти, но и догнать его. Шли рядом, но в то же время было ощущение, что идут они далеко-далеко друг от друга.

– Миша, а куда мы идём?– Она задала этот вопрос, не потому что ей нужно было это знать, а чтобы начать разговор, чтобы он снова посмотрел на неё и улыбнулся.