Первый Новый год

Кот, сидевший на резном высоком стуле, похожим на тот, в которые за стол сажают малышей, закончил трапезу, и взяв в лапу салфетку, аккуратно промокнул мордочку.

– Покажу! Можете во всем рассчитывать на меня. Я, как и вы, планирую в лесу задержаться.

Услышав такую новость Алена захлопала в ладоши, подскочила, и от избытка чувств обняла бабушку.

– Я одеваться.

И через несколько минут вернулась в школьной форме и с портфелем.

«Задумаешь в следующий раз машину брать – сперва разрешение спроси», – сказала Яга, когда они подъехали к школе.

– А если попрошу, разрешишь? – на всякий случай уточнила Алена. Ведь слово Яге дать – это большая ответственность. Его только глупец не сдержать решится.

– Разрешу. На машине заколдованной летать премудрости не надо. Зато без попутчика надежного никуды. И не смотри на меня так. Это я с тобой Баюна послала.

Алена весь день в школе сидела как на иголках. Задумав устроить сюрприз, она с трудом удержалась, чтобы не рассказать друзьям о Морозе заранее. А когда закончился последний урок, с загадочным лицом шепнула Кате, Наташе, Коле и Толику, что нужно следовать за ней и помчалась к раздевалке.

– Быстрее! – торопила Алена ребят, и через несколько минут, уже одетые они со двора школы вышли к дороге.

Колька прошептал:

– Дед Мороз!

– Он настоящий! – радостно добавила Алена.

И маленькая компания медленно двинулась в сторону ажурных расписных саней, запряженных в тройку белых лошадей.

Его уже окружила группа детей. Некоторые фотографировались с Дедом Морозом, а он угощал всех конфетами.

– Идемте, – Алена за руки тянула за собой Катю и Колю.

Навстречу им шагнул Дед Мороз, протягивая по большущей конфете.

– Старинные сладости, настоящие. Сейчас таких не делают.

– Садитесь, – подтолкнула к саням Алена друзей, – Это за нами.

Ребята с восхищением рассматривали грациозных коней с длинными вьющимися гривами и хвостами, упряжь, сани и высокого плечистого дела с настоящими длинными усами и красивыми волнами ниспадающей бородой.

Мороз помог Алене и ее друзьям залезть в сани, посадил на красное, обитое бархатом сидение. Натянул и закрепил красный ремень, так, чтобы во время движения ребята не смогли встать.

– Для безопасности, – пояснил он.

– До встречи, ребятушки! – помахал Мороз тем, кто остался около школы, сел на скамейку впереди и тряхнул вожжами.

Нежно и весело зазвенели колокольчики, когда тройка помчалась.

Алена посмотрела на друзей – лицо Толи было серьезным, Коля широко улыбался, Катя и Наташа улыбки сдерживали, но у каждого блестели от восторга глаза. И это Алена еще не видела Баюна, сидевшего под скамейкой, в ногах Мороза, наполовину прикрытого полами его шубы. Шерсть и усы черного кота стояли дыбом, хвост бил по бокам, а желтые в обычное время глаза горели голубым огнем. А может быть в них просто отражался снег?

Кони неслись по деревенским улочкам оставляя за собой облачко снега и веселый звон. А впереди раскинулась, сияя белизной снега центральная площадь, где красовалась высокая пушистая елка, к которой одиноко жались ледяные фигурки Деда Мороза и Снегурочки.

Мороз притормозил на несколько секунд, поглядел, пригладил ус, не снимая рукавицы, улыбнулся, поднял трость, тряхнул ей, и вокруг трости вихрем снизу-вверх начали подниматься крошечные золотистые искорки. Они ударили в небо сияющим столбом и рассыпались по площади фейерверком, оседая на снегу мелкой блестящей пылью, а затем зажглись на елке и ближайших деревьях паутинкой мерцающих гирлянд.

А на площади вырос хрустальный городок из сверкающего на солнце льда. С горками, лабиринтами, и забавными фигурками веселых зверей.

Все случилось за несколько секунд, а после Мороз тронул вожжи, кони привстали на дыбы, и рванули вперед.

Ребята, открыв рты, застыли от изумления, и все как один оглянулись, чтоб проводить взглядом чудесную ледяную площадь.

– Присмотрись, копыта лошадей порой не касаются снега, – Толя схватил Алену за плечо и показал на коней.

– Я же говорила, он настоящий! – шепнула Алена.

Они выехали за деревню, и белогривые лошади перешли на галоп. Вихри снега взлетали из-под копыт, вспыхивая на солнце, окутывая сани искрящимся облаком, но ни ветер, ни снег, ни холод не касались лиц. Сделав круг, вернулись в деревню.

Мороз развез ребят по домам, вручив всем по большой коробке конфет. Каждый захотел сфотографироваться с ним на санях и около дома. Поздравив друг друга с наступающим Новым годом и наступившими каникулами, ребята наконец расстались, взяв друг с друга обещание встретиться в новогоднюю ночь.

Алена не представляла, как это устроить, но, когда посмотрела на Деда Мороза, он ободряюще кивнул.

Сани весело катились, скрепя полозьями в сторону лесной избушки Яги.

– Здорово с ребятами покатались! – с счастливой улыбкой на лице Алена откинулась на спинку сиденья. Рядом запрыгнул Баюн.

– А ты чего прятался? – удивилась она.

– Посмотри на меня! – Баюн горделиво вскинул голову, – На кого я похож?

– На большущего черного кота колдуньи, – развеселилась Алена.

– Вот видишь, сама поняла – совершенно не новогодний персонаж.

Деревня быстро осталась позади и Алена затаила дыхание: дорога, покрытая толстым слоем утрамбованного снега, закончилась. За поворотом начинался голый асфальт – именно этот путь вел в лес, к дому Яги. Тот самый, который все старательно не замечали. Мороз, конечно, другое дело, только саням снег нужен. По обеим сторонам от дороги он конечно был, но рыхлый и наверняка по колено лошадям… Мысли пронеслись в голове мгновенно, но не успели закончиться – кони оторвались от дороги и бежали теперь по воздуху – над верхушками деревьев. Сани даже не качнулись – летели так, словно продолжали ехать по дороге.

Алена то и дело крутилась, пытаясь все разглядеть.

– Эффектно! – изрек довольный кот.

Мороз дунул и деревья в лесу покрылись слоем белого, пушистого инея.

– Красиво, – согласилась Алена и спохватилась, – Только у нас дома елки не будет.

– Как это? – удивился Мороз, – Полный лес елок.

– Так их рубить нельзя. Леший узнает – на всю оставшуюся жизнь обидится.

– Я могу живые, лесные разукрасить, хоть все.

– Нет, не надо все. Рядом с избушкой красивая елка растет, – вспомнила Алена, – Давай ее. Вот, вот она! – и Алена помахала елке, словно старой знакомой, – Тебя сейчас наряжать будут! – закричала она, подпрыгивая.

– Не скачи, вывалишься, – попытался урезонить ее Баюн, а Мороз только знай улыбался себе в пышную бороду.

Едва они поравнялись с елкой, как Мороз потянул вожжи, и кони послушно остановились, зависнув в воздухе, вместе с санями. Мороз тряхнул тростью, она ожила, выпустив вверх фонтан волшебных искр, они смешались в воздухе со снежным вихрем, ненадолго окутали елку и пропали. В этот момент Алена услышала хор нежных голосов, и музыку.

Приглядываясь, она свесилась вниз.

– Просто чудо! – только и смогла вымолвить она.

Плюшевые игрушки пели про Новый год, забавно закатывая от старания глаза, временами прижимая к груди мягкие лапки. С важным видом пели машинки и единороги, им подпевали пупсики, выглядывая из игрушечных колясок. Почти рядом с макушкой важный дирижер размахивал палочкой и несколько оловянных солдатиков били палочками в деревянные барабаны, а мигающий разноцветными лапочками робот играл на пианино. На макушке, вокруг звезды водили хоровод маленькие яркие куклы с большими глазами.

– Маленькая игрушечная страна, – прошептала Алена, – А потом, они исчезнут?

– Это игрушки из моего мешка. Повисят сейчас, наполнятся радостью, и после, когда я подарю их детям, будут этой радостью делится.

Алена улыбалась.

Мороз шевельнул вожжами, лошади пошли в галоп и вскоре приземлились у дома Яги.

Они сошли с саней и Алена с интересом наблюдала как Мороз вытащил из мешка уже знакомую коробочку, взмахнул рукой и кони с санями, превратившись в игрушечные, плавно туда переместились.

Яга ждала у накрытого стола.

– У нас гости. Лешик с Василисой.

Мороз кивнул.

– Сейчас, выйду, не замешкаюсь.

На ужин с гостями Мороз приоделся. Белые, густые волосы, что до этого просто ниспадали по плечи, причесал и собрал в хвост, вместо привычной домашней пижамы, что хранились у него в огромном многообразии, надел белую рубаху с вышивкой, белые льняные штаны, и неизменные теплые тапочки. Высокий, широкоплечий, он был похож на богатыря.

Гости, при виде его тоже подобрались. Леший приосанился, кикимора Василина зарделась, складочки на подоле разгладила, Баюн был просто неотразим, как всегда.

Яга, в ореоле радушной хозяйки представила друг –другу гостей, после чего все дружно взялись за ложки. Деревянный стол Яги и без того не маленький, выглядел вдвое больше и ломился от лакомств на любой вкус. От коры до икры, как говориться.

После того как все блюда были по крайней мере попробованы, начались разговоры.

Неожиданно для всех, прервав чью-то фразу на середине, Мороз поднялся, крутя от волнения длинный ус.

– Я, – начал он, – Виноват. Не доглядел. Отчего у вас много лет не было подарков. Не доглядел, не проконтролировал, – он тряхнул головой, и вздохнул. – И, поскольку я намереваюсь все исправить, выполню любые ваши желания.

Разговоры стихли. Лесной народ призадумался.

Яга наклонила на бок голову, посмотрела на внучку, на Мороза, снова на внучку, опять на Мороза, широко улыбнулась и молвила:

– Приговариваю двенадцать лет подряд с нами Новый год встречать!

Леший с кикиморой заулыбались, даже Баюн замурчал от удовольствия, что случалось не каждое столетие, Алена подпрыгнула на стуле и захлопала в ладоши:

– Ура! Здорово! Я сама лучше бы не придумала!

– Будет исполнено, —улыбался Мороз, видимо эта идея ему тоже пришлась по душе.

Кикимора отчаянно силилась придумать желание: терла нос, пожимала плечи, закатывала глаза, гримасничала, все невольно начали смотреть на нее, что смущало и мучило ее еще больше, наконец она не выдержала и сдалась:

– Избушку мне, чо-ли, поправь. Ветхая она и косая, того и гляди развалится.

– Сделаю, – с серьезным видом ответил Мороз, а Яга едва не сплюнула от досады и весь ее вид просто кричал – нашла на что желание потратить, и – не я ли тебе несколько раз летом говорила – давай избу ремонтировать, а ты все потом, да потом…

Кикимора, на нее глядя только улыбнулась робко и плечами пожала.

– А я, – мечтательно улыбнулся Лешик, – сугробы хочу такие, чтобы сосны до макушек, – он замолчал, наткнувшись на взгляд Яги, – Ну хоть на треть замело.

– Давай ограничимся ближайшим лесом!? – не смогла промолчать Яга.

– Можно, – согласился леший, заметешь лес этот, тот, и несколько соседних, я покажу.

– Будет сделано, – с довольным видом поглаживал бороду Мороз.

– Только ты того, ювелирно работай, – добавила вслед пожеланию лешего практичная Яга, дороги и деревеньки стороной обходи.

Мороз кивнул.

А леший словно помолодел на пару сотен лет.

– Мне внучка на каникулы привезут. Будим с ним в сугробах лабиринты делать.

– Я! Я тоже хочу лабиринты! – подскочила Алена.

Яга погладила внучку по голове.

– А как же, в сугробах да без тебя, – и посмотрела на лешего, – Не вздумай мою внучку в лабиринте своем потерять!

Хоть и говорила Яга улыбаясь, но даже Алена поежилась.

– Ну да, потерялся я однажды, – вздохнул Леший, – Но я ведь тогда маленький был, а сейчас не только каждое дерево – каждую травинку знаю.

– Теперь ты, Аленушка, – ласково посмотрел на нее дед Мороз.

– Я же письмо уже отдала… – и просияла, – А что, еще можно!? – Она подумала, а потом вздохнула, – Ну нет, я так сразу не могу, мне подумать надо.

– Ага, – проворчала Яга, – С интерьетом своим посоветоваться…

– Ты все правильно угадала, бабушка, – Алена соскочила с места, мимоходом обняла бабулю и обратилась к гостям вежливо, как учила бабушка, – Приятного всем вечера, а мне прямо сейчас срочно уйти надо! – и под улыбки взрослых скрылась за дверью.

– Ты, Баюн, что скажешь? – обратился к коту Мороз.

– А я свое желание, если можно, про запас оставлю, – промурчал кот.

Яга понимающе покачала головой: