Солдат

– О, у меня тоже день рождения в апреле, бро! – воскликнул Джей.

– Ну, так, а лет-то тебе сколько? Мы что, угадывать должны?! – возмутился Чак.

– Мне тоже двадцать пять, – ответил Джей.

– Старпёры, – ухмыльнулся Чак.

– Правда же Чак похож на Рона Уизли? – восторженно спросил Джей.

– Мне все так говорят, – гордо ответил Чак.

  Лиам посмотрел на Чака и хмыкнул. И, правда, у этого парня было много общего с киногероем: такие же ярко рыжие волосы, маленькие зелёные глаза и широкий нос.

– Похож, – улыбнулся Лиам.

– А у Джея шрам на лбу, как у Поттера! – воскликнул Чак.

  Ребята засмеялись.

– Можно потише? – недовольно буркнул Дастин.

  Со стороны можно было подумать: «Ну, взрослые же мужики, а сравнивают друг друга с персонажами из Гарри Поттера!». Но веселье должно было продолжаться и неважно о чём идёт речь. Правда, смеялись они уже тише. Чак даже покраснел, с трудом сдерживая смех. Джей показал свой шрам на лбу.

– Это я с велика в детстве упал, – сказал он.

– Мальчик, который выжил, – процитировал Чак, пародируя киношный голос.

  Но как бы Джей не хотел, с Гарри Поттером внешне его связывал только шрам на лбу. У Джея было худое вытянутое лицо, длинный нос, синие глаза и светлые коротко стриженые волосы.

  Лиам часто встречал поклонников "Поттерианы" в школе, в университете, но сам таковым не являлся. Он смотрел парочку фильмов, но как-то не проникся духом волшебства. Лиам был реалистом.

  Ещё через час машина остановилась на заправке. Один из водителей, тот, который был за рулём, открыл дверь.

– Если кому-то надо "по делам", идите сейчас, – сказал он, – Можете выйти и просто размяться.

– А долго ещё ехать? – поинтересовался Лиам, выходя из машины.

– Долго, – отозвался мужчина.

  Пока все ходили "по делам", второй водитель заправил минивэн. Когда ребята  вернулись к машине, первый водитель принес на двух подносах кофе, купленный в минимаркете. Один стаканчик он дал своему сменщику, один оставил себе, а другие предложил ребятам.

– Угощайтесь, – сказал он, раздавая каждому по стаканчику.

– Спасибо! – отозвались ребята.

  Хоть у Лиама и был с собой кофе, который утром специально для него сварила мама, он всё же взял предложенный стаканчик. Неудобно было отказывать, ведь человек старался.

  Выпив кофе, все уселись обратно в машину. Крис снова воткнул наушники в уши, а Дастин попытался уснуть. Чак завёл разговор о девушках, хвастнул тем, сколько их было у него и начал допрашивать Джея. Именно допрашивать, а не спрашивать. Вообще, Чак спрашивал всё что можно и что нельзя, говорил на любые темы, рассказывал о себе и старался похвастаться чем угодно. Лиаму это не нравилось. Его отец всегда говорил, что хвастается только тот, кто ничего стоящего в жизни не достиг. Джей в свою очередь, чтобы не обидеть собеседника сказал, что женат и не хочет говорить о других девушках. Тогда Чак быстро сменил тему разговора и перешёл с девушек на мотоциклы. Лиам малость подустал от этой болтовни и, не желая больше участвовать в пустых разговорах, достал из рюкзака наушники и плеер и сказал:

– Музыку послушаю.

  Ребята кивнули ему в ответ и продолжили разговор.

  Лиам, развалившись в удобном сиденье, смотрел в окно. В наушниках играла любимая группа Depeche Mode. Смесь рока и электроники всегда вдохновляла его, помогала расслабиться и подумать о жизни. В этой музыке были объединены, казалось бы, совершенно несовместимые жанры, но они прекрасно дополняли друг друга. Это отражало противоречивый характер Лиама.

  За окном мелькали дома, деревья, облака. Водитель ехал, не превышая скорость, ровно, спокойно. Новая машина, удобное сиденье… Веки отяжелели, Лиам на минуту закрыл глаза и не заметил, как уснул…

…Проснулся он поздно ночью от того, что Чак тряс его за плечи. Лиам открыл глаза и огляделся.

– Лиам! Лиам! Проснись, спящая красавица, мы почти приехали! – воскликнул Чак.

– Который час?

– Да я не знаю, не хочу за телефоном в сумку лезть, – Чак обвел глазами салон.

  Минут через пять, когда Лиам уже окончательно проснулся, машина подъехала к каким-то воротам. На улице было темно, хоть глаз выколи. Ворота открылись, и минивэн проехав дальше, остановился у КПП или чего-то подобного. Лиам посмотрел в окно. Он пытался разглядеть во тьме хоть что-нибудь. Где они? Куда приехали? Почему никаких фонарей не видно? Это же учебный центр, в конце концов! Им что, денег на электричества жалко? Внезапно дверь открыла девушка в военной форме, прервав раздумья Лиама.

– Приехали, – констатировал один из водителей.

– Добрый вечер, парни! – девушка поздоровалась, а затем представилась: – Сержант Диас. Кто тут у нас?

  В руках у девушки был планшет. Она включила его, что-то понажимала, затем окинула взглядом всех парней в салоне и снова что-то понажимала.

– Так, проверим, – сказала она, не отрывая взгляд от планшета, – Браун Чарльз. Здесь? – она посмотрела на парней.

– Да, это я, – ответил Чак.

– Тебя что, в честь принца Чарльза назвали? – с усмешкой спросил Джей.

– Даже если и так, что тут смешного? – возмутился Чак.

  Лиам улыбнулся, а Джей постарался не засмеяться и прикрыл рот ладонью.

– Ладно, шутки в сторону, ребята. Давайте быстрее, вы и так самые последние приехали, – строго сказала сержант, – Торрес Лиам, Райт Джейден, Вавилофф Дастин, Смит Кристофер, все здесь?

– Да, – ответили ребята.

  Чак покосился на Дастина, но тот не обращая внимания, смотрел в окно.

– Вавилофф. Русский что ли? – спросил Чак.

– Мой дедушка, – ни капли не смутившись, ответил Дастин, – а я – американец.

  Похоже, Дастин уже не раз слышал подобный вопрос и это его совершенно не раздражало. Лиам готов был поаплодировать выдержке Дастина. Сержант Диас тем временем закончила "перепись". Она позвонила кому-то и, сказав: "Пятая группа на месте" положила трубку.

– Ну что ж, мальчики, доброй ночи! – сказала она и кокетливо махнула рукой на прощанье.

– Рад был познакомиться! – крикнул ей Чак, когда Лиам закрывал дверь.

  Минивэн проехал чуть дальше и заехал на крытую парковку.

– Приехали, выходим, – сказал водитель.

– А… – только хотел что-то сказать Джей, но водитель его перебил, – Вас там проводят.

  Ребята, взяв сумки и рюкзаки, вышли из машины. Откуда-то со стороны донёсся звук приехавшего лифта. Все обернулись и действительно – на парковке был лифт. Оттуда вышла девушка в форме. Она была чуть постарше той, что встретила их на КПП и по внешнему виду и по званию.

– Штаб-сержант Морган, – представилась она, – Сейчас у вас есть возможность написать сообщения своим жёнам, девушкам, мамам или тем, кто хоть каплю переживает за вас, о том, что вы приехали и с вами всё в порядке. В учебном центре запрещено использование любых средств связи, и я вынуждена буду забрать ваши мобильники, умные часы и всё у чего есть мобильная связь. Всё ясно?

– Но как же я без интернета?! – возмутился Чак, – Да ещё и целых три месяца?!

– Извините, это не я придумала. Таковы правила, – девушка развела руками.

– А плеером пользоваться можно? – поинтересовался Лиам.

– Можно.

– А позвонить?

– Звонить нельзя. И вообще, я должна была сразу забрать у вас телефоны, но я даю вам возможность написать родным, – ответила девушка.

  "Ладно", – подумал Лиам, доставая телефон, – "Ничего страшного. Всего три месяца без интернета. Жаль, конечно, что позвонить нельзя". А ведь он обещал Рэйчел. Ну, что ж, правила есть правила. Тогда Лиам написал сообщение: "Привет, любимая! Прости, что пишу тебе СМС, хотя и обещал позвонить. В учебном центре, оказывается, запрещено пользоваться мобильными, но нам разрешили написать сообщение. Поэтому я пишу тебе. У меня всё хорошо, доехал без происшествий. Общаться эти три месяца мы не сможем, но знай, что я люблю тебя и Чарли больше всех на свете. Передай родителям, что всё хорошо и скажи, что я их люблю. Обнимаю, целую [смайлик сердце]". Отправив сообщение, Лиам выключил телефон и отдал его штаб-сержанту Морган.

  …И это было его последнее сообщение…

  Спустя два с половиной месяца на пороге дома Торресов появился Майкл. Он пришел рано утром и тихонько постучал. Дверь открыла Рэйчел. Она была в пижаме и тапочках, а на голове – наскоро собранная из волос гулька.

– Майкл? – удивлённо спросила она и зевнула.

– Рэйчел…

– Что-то случилось? Выглядишь взволнованным.

  Майкл достал из сумки письмо и молча протянул ей. Он выглядел странно, неестественно: лицо было вялым и бледным. Рэйчел была в замешательстве. Она посмотрела на Майкла, затем на письмо, потом снова на Майкла.

  За год совместной службы Майкл и Лиам стали не только постоянными напарниками, но и хорошими друзьями. В свободное от работы время они иногда собирались у Лиама дома, чтобы поиграть в FIFA на игровой приставке. Конечно, у Лиама были друзья и в школе, и в университете, но когда учёба заканчивалась, они как будто испарялись. Все эти друзья были не друзья, а скорее "коллеги по учёбе", пережитки юности. А Майкл стал первым настоящим осознанным другом во взрослой жизни Лиама, которому он мог доверять.

  Рэйчел дрожащими руками взяла конверт. Ком встал у неё в горле, а сердце сжалось.

– Можешь не читать… Он… Он погиб, – едва шевеля губами, сказал Майкл.

  Она выронила из рук письмо и едва не упала сама, но Майкл успел поймать её. Никогда прежде ей не было так больно и страшно. Никогда она не чувствовала себя такой одинокой и опустошённой. Она ведь знала, чувствовала, что что-то не так! Как она могла отпустить своего возлюбленного?! Как она могла! Рэйчел было так больно осознавать, что она никогда больше не сможет увидеть Лиама, не сможет обнять его, прикоснуться к нему… А как она будет объяснять Шарлотте внезапное исчезновение любимого папы? Рэйчел упала на колени и горько заплакала, спрятав лицо в ладонях.

  …На похоронах Рэйчел была словно на автопилоте, сама не своя. Она то билась в истерике и кричала: "Нет, он не мог умереть!", то сидела и молча смотрела в пустоту. Темные очки едва ли могли скрыть её глаза, опухшие от нескольких дней почти непрерывных рыданий. Маргарет – мама Лиама, как могла, поддерживала несчастную девушку, хотя ей самой было тяжело. Ведь нет ничего хуже для матери, чем пережить смерть сына… А каково было Дэниелу – его отцу? Это ведь всё из-за него. Это ведь он хотел, чтобы сын пошел по его стопам – служил своей стране. И что в итоге? В итоге его любимый сын погиб. Но почему? Почему именно он? Пожалуй, этим вопросом задавался не только Дэниел.

  Через несколько дней Майкл снова пришел к Рэйчел. На этот раз дверь открыла Маргарет. Майкл поздоровался и заглянул в дом: Рэйчел сидела на диване и ела мороженое из ведёрка, смотря куда-то в стену. Она всё ещё была похожа на зомби с опухшими от слез глазами. Маргарет предложила Майклу войти и он, немного помедлив, согласился.

  Он прошел в гостиную и встал напротив Рэйчел. Она будто бы и не заметила, что в комнате есть кто-то еще и продолжила монотонно зачерпывать мороженое, ложку за ложкой отправляя в рот.

– Рэйчел, – окликнул её Майкл.

  Она вздрогнула и посмотрела на незваного гостя.

– Я не заметила, как ты пришёл, – тихо сказала она.

  Потом, вдруг осознав, что выглядит непрезентабельно, поставила на стол ведёрко мороженого и попыталась прибрать свои нечесаные волосы. Затем она резко положила руки на колени и посмотрела в окно, стараясь снова не заплакать.

– Если я могу чем-то помочь, – сказал Майкл.

– Нет! – перебила его Рэйчел, вскочив с места. Она сжала кулаки так, что костяшки побелели: – Ты не можешь помочь! Никто не может помочь!

  От печали и беспомощности Рэйчел снова рухнула на диван и заплакала, закрыв лицо руками. Майкл, видя, как она была подавлена, будучи не в силах помочь, направился к выходу. Он не мог смотреть на страдания несчастной девушки. Мэгги проводила Майкла до двери, а он оставил свой номер со словами: «Передайте, что она может звонить в любое время» и ушёл.

Глава 2

  Лиам Торрес родился в обычной семье в маленьком городке Грейт-Фолс, что в штате Монтана. Он был первым и единственным ребенком. Мать Лиама, Маргарет училась в старшей школе, когда познакомилась со своим будущим мужем. Она была высокой, стройной брюнеткой, но красилась в платиновый блонд и завивала волосы, отчего была похожа на Мерлин Монро в её лучшие годы. Юная Мэгги, как её называла мама, в отличие от знаменитой красавицы, почти не пользовалась косметикой, она лишь подчеркивала тушью свои и без того выразительные серые глаза. Мэгги знала себе цену и не позволяла людям пользоваться собой. Будучи такой прекрасной и недоступной, Мэгги часто ловила на себе "хищные" взгляды парней.

  А его отца звали Дэниел. Внешне он ни чем не выделялся среди других парней в школе – среднего роста, брюнет, спортивного телосложения. И, наверное, Мэгги не заметила бы такого обычного деревенского парня, если бы он не был новеньким. Это была любовь с первого взгляда.

  Как только Мэгги окончила школу, они с Дэном поженились. Вскоре у них родился сын. Лиам появился на свет на месяц раньше положенного, был очень слабым и болезненным. Мэгги пришлось забыть о высшем образовании и посвятить свою жизнь сыну.

  В это время Дэн поступил в Военный колледж Южной Каролины. Его мечтой было дослужиться до подполковника и к 45 годам уже выйти на пенсию. А на пенсии можно было заниматься чем угодно – хоть путешествовать, хоть в гольф играть, ведь будет полно свободного времени!

  Так проходила их жизнь – Маргарет воспитывала Лиама, а Дэниел служил Родине. Они виделись не часто, но ведь любовь на расстоянии только скрепляет отношения? Маргарет думала иначе. Ей не хотелось постоянно переезжать, но и развестись она не могла. Как можно бросить любимого человека? Ведь он же приезжает и даже бывает дома… Иногда… Как бы ей хотелось, чтобы муж был рядом…