Это действительно так и было. В схватке один на один отец непременно уступил бы Кучину. Если бы он шел убивать его, то обязательно прихватил бы с собой Сергея и Юру, но не сделал этого. Значит, отец хотел просто поговорить с ним.
Темно-синий пиджак, белое пятно на виске.
— Не густо. — Игорь щелкнул пальцем по планшету, экран которого мог бы украшать фоторобот вероятного преступника.
Но, увы, для такого портрета явно не хватало штрихов и красок.
Он надеялся, что машина Кучина попадала в поле зрения дорожных камер, но она ни разу нигде не засветилась с тех самых пор, как приняла на борт предполагаемый груз двести. Во всяком случае, на текущий момент.
— «Тойота» как сквозь землю провалилась.
— Как тогда, под Киржачом, — сказал Кокошин.
— Что под Киржачом? — Игорь отстраненно глянул на него.
Что-то не хотелось ему выбираться из тихого болота собственных раздумий. Он и хотел найти Кучина, живого или мертвого, но в машине было так хорошо, уютно. Мягкое мерное покачивание клонило в сон. Игоря что-то не тянуло на резкие движения, которые мог предложить ему Кокошин. Ехать бы так, в сладкой дреме под легким служебным напряжением.
— Там тоже не было камер. Как сошли машины с шоссе, так и пропали.
— Ты к Леньчику собирался съездить, — напомнил Игорь лейтенанту.
— Чем черт не шутит.
— Часа через три будем на месте.
Игорь закрыл глаза. Что-то не хотелось ему возвращаться в отделение и браться за работу. Хорошо было бы соснуть часок-другой на шоссе, по дороге куда-нибудь.
Но сразу заснуть ему не удалось. Сперва надо было позвонить Головняку, поставить его в известность и обосновать свои виды на Леньчика.
Для этого Горелову пришлось браться за телефон, шевелить мозгами.
Добро от начальства было получено, и Кокошин развернул машину. На пересечении Кольцевой они попали в пробку. Игорь уснул, не дождавшись, когда она рассосется.
Проснулся он у знакомого трактира. Кокошин остановил машину и глядел на пустующую летнюю веранду, по периметру которой светили фонари.
Катерину они нашли в трактире. Она протирала стойку бара, одним глазом посматривая на посетителей, сидевших за дальним столиком.
— А нам два кофе организуете? — спросил Кокошин.
— Вы? — Катерина обрадовалась им так, как будто они прибыли сотворить для нее чудо или как минимум отвезти к Олегу Марковичу.
— Нам бы друга твоего увидеть.
— Леньку?
— Он что, снова с кем-то подрался? — спросил Кокошин.
Он старался держаться непринужденно, но волнение его было заметно. Катерина здесь оказалась ни при чем. Лейтенанта напрягала ситуация. Ленька мог подраться с волками, наличие которых Кокошин всего лишь смутно предполагал.
— Не без того, — ответила официантка.
— Когда подрался?
— Ему тогда же, после вас, еще разок крепко влетело. Подъехали какие-то двое, Ленька к ним, они его и отоварили.
— Добавили наград герою?
— Ага, вся грудь в крестах.
— А кто подъехал?
— Я толком не разглядела. Помню только, что у одного из них белое пятно на виске было.
— Вот как!
Игорь поймал ликующий взгляд Кокошина. Они еще не видели парня с белым пятном на виске, но его кудри, что называется, уже примелькались. Чем скорее опера начнут искать этого типа, тем лучше.
Сергей и Юра вернулись ночью. Яна не слышала, как во двор въезжала машина, потом до нее донесся хлопок со стороны бани. Кто-то неосторожно закрыл за собой дверь.
Заинтригованная, она подошла к окну, осторожно отодвинула штору и на площадке перед баней увидела отца в старом, привычном спортивном костюме.
Он зашел в баню, без нервов, спокойно закрыл за собой дверь, и тут снова послышался тот же хлопок. То ли ветром дверь ударило, то ли стерлись уплотнительные прокладки, приглушающие звук. Отец снова открыл дверь, осмотрел ее, даже ощупал и оставил в покое.
Яна торопливо оделась, спустилась во двор, по траве вдоль забора осторожно подобралась вплотную к бане и услышала голос отца.
— Точно нигде ничего? — спросил он.
— Все чисто, Иван Евгеньевич, — отозвался Сергей.
— Тело в земле?
— Мы даже забыли, где именно, — предельно серьезным тоном сказал Юра.
Яна представила его глаза и не увидела в них ни грамма насмешки, с которой он обычно общался с ней.
— Точно забыли?
— Иван Евгеньевич, вы же знаете, нам можно доверять, — в голосе Сергея звучала легкая показная обида.
— Можно, — немного подумав, согласился отец.
— Мы за вас хоть в огонь, хоть в землю, — заявил Юра.
— Я прикажу, и в землю отправитесь.
— Надо будет — сами ляжем.
— Не надо в землю, давайте в парную. Одежду не забудьте сжечь.
— Все сделаем.
Отец собрался уходить. Яна это прекрасно понимала, но решила не сходить с его пути и только в последний момент спряталась за угол бани.
Она все поняла. Это не отец, а Сергей с Юрой убили Кучина и предали его тело земле. Потому что верны отцу как собаки. Они могли убить и Яну. Отец, конечно, пощадит ее, если увидит здесь, но не исключено, что Сергей и Юра не поймут его и устранят ее как опасного свидетеля, чтобы обезопасить своего работодателя.
Эта мысль повергла Яну в состояние паники. Отец прошел мимо, не заметив ее. Он скрылся в доме, а она бросилась к воротам. Его цепные псы сейчас приводили себя в порядок, двор и дом не охранялись. Так почему бы не воспользоваться этим?
Куда бежать, он не знала, но не сомневалась в том, что сделать это нужно немедленно. Иначе смерть.
Кокошин давно уже не был ребенком, но день с ночью перепутал окончательно.
— Я не пойму, ты лунатик или просто полуночник? — спросил Игорь.
— Кстати, я уже думал, почему бы не организовать ночную полицию?
— Это без меня.
Они подъезжали к дому Егоровых. Яна уже находилась там, майор Головняк выяснил это. Кокошин очень хотел побеседовать с ней прямо сейчас. Отговаривать его было бесполезно.
— Ночь — самое лучшее время для нашей работы. В темноте вся нечисть выползает из своих нор.
Вдруг откуда-то из-за кустов на дорогу, прямо в свет фар выскочила девушка с растрепанными волосами. Джинсы, куртка, ни ступы, ни метлы.
— Что-то не похожа она не ведьму, — заявил Игорь.
— На Яну она похожа, — сказал Кокошин, просиял, остановил машину и пулей выскочил из нее.
Игорь тоже не стал медлить. Яна ведь не просто так торопилась перейти дорогу, за ней могли гнаться какие-то люди.
Но преследовал ее только ветер, шелест которого лишь слегка разбавлял ночную тишину.
Яна увидела Кокошина, тут же пугливо шарахнулась от него, но услышала знакомый голос и остановилась.
— Это вы? — спросила она, с недоверием глядя на лейтенанта.
— Ночная полиция, — сказал Игорь, обращая на себя внимание беглянки.
— Ночная полиция?
— Российский аналог зубной феи.
— А я вот сама зуб свой отношу. — Яна приняла шутку, но улыбнулась как-то довольно закрепощенно.
— Куда?
— В пункт утилизации.
— Своим ходом?
— Своим ходом.
— А Кучина туда на машине отвезли, — продолжал Игорь.
— Кучина? — Яна вздрогнула.
— Загрузили в багажник и вывезли. Там был парень с белым пятном на виске.
— С белым пятном? Вы знаете? — Голос Яны дрожал.
— А вы где в это время были?
— Я с отцом была. Мы домой ехали.
— Сегодня? Из поселка Зяблово?
— Ну да. — От волнения и переживания Яну хватил озноб.
Кокошин снял пиджак, накинул на нее.
— Вы знаете, в какое время убили Кучина? — осведомился Игорь.
— Примерно, — ответила Яна.
— Может, в машину пройдем? — спросил Кокошин, но в ответ Игорь лишь махнул на него рукой.
Не стоит останавливаться, пока горячо. Нельзя дать Яне остыть, взяться за ум.
— А парень с белым пятном?
— Это Юра.
— Где он сейчас?
— Там. — Яна махнула рукой в сторону дома.
— Вас грабят, убивают?
— Нет, просто Юра служит у нас в охране.
— Он и убил Кучина?
— Он или Сергей.
— Кто такой Сергей?