— Соскучилась!
— А это кто?
— Миллион за два часа! — заявила Лена, подмигнула Яне и глумливо усмехнулась.
— Сколько?
— Миллион. Но не всем!
Лена взяла Валика под локоть и увела за ворота. Яна успела заметить, как она приблизила губы к его уху, хотела что-то шепнуть тайком или поцеловать. Скорее первое.
Где-то во дворе зычно загавкала собака, судя по звучанию голоса, большая и сильная. У Яны отпало всякое желание выходить из машины. Уехать отсюда она никак не могла, хотя и очень хотела.
Несовпадение желания с возможностями вызвало у нее нервную чесотку, а Лена все не появлялась.
Противный зуд заставил Яну открыть дверь, но собака за воротами снова гавкнула, и она заперлась в машине. Вдруг Валик спустит своего цербера с цепи, а в лесу ни полиции, ни охотников, ни даже лесорубов, готовых выступить за Красную Шапочку против серого Волка.
Позвонить она никому не могла, телефон куда-то подевался, да и вряд ли в этой глуши можно было поймать сигнал сотовой связи. Зато Яна вдруг подумала, что могла бы сейчас докричаться до мамы. Надо лишь выйти из машины, встать лицом к запруде и заорать во все горло. Столько в ней было злости, что на том конце света услышат. Но ведь так только казалось.
Валик открыл ворота.
Лена подошла к машине, просунула руку с ключами через окно.
— Заводись. И давай во двор, — сказала она и кивнула в сторону небольшого бревенчатого дома с железной, ржавеющей крышей.
— Не хочу.
Яна попыталась забрать ключи, но Лена не торопилась разжимать пальцы. Хватка у нее на удивление крепкая, взгляд цепкий, жесткий. На Яну она смотрела как хозяйка на свою собственность.
— Повернешь назад — колеса прострелю, заодно и тебя тоже! — пригрозила она.
Валик молчал, медленно покачивался на широко расставленных ногах. На Яну он смотрел тяжело, с хитрым прищуром, как будто приценивался к ней.
— Я не хочу никуда ехать! — заявила она.
Ее пугали Валик и его дом, из-за которого доносился собачий лай, озеро, прыгнуть в которое можно было прямо из окна. В доме, высоко поднятом над землей на железобетонных столбах, можно было сгинуть, а в озере — утонуть. Во дворе здоровенная, злющая собака, здесь, за воротами, Валик с ножом и Лена со своей игрушкой.
— Тогда пешком.
— Что значит миллион за два часа? — спросила Яна, обеими руками вцепившись в рулевое колесо.
Автомобиль уже не казался ей уютным и безопасным, но в нем еще сохранилось тепло родной среды обитания, и она готова была держаться за него руками и ногами.
— Не бойся, Валик тебя трахать не будет, — сказала Лена и ядовито усмехнулась.
Она спокойно глянула по сторонам, давая Яне понять, что посторонних здесь нет и быть не может. Заступиться за нее некому. Никто не помешает Валику надругаться над ней прямо сейчас.
— Не надо, — жалко пробормотала Яна.
— За миллион не надо, а за сто рублей можно, я разрешаю.
— Когда Антон будет?
— Антона убили.
— Как это убили?
— Так ты же видела полицию во дворе его дома.
— Ты врешь!
— Да мне без разницы, веришь ты или нет, — произнесла Лена и зевнула в ладошку, изображая равнодушие.
— Кто его убил?
Яна не торопилась делать трагедии из смерти Антона. Хотя бы потому, что Лена могла нагло врать.
— Может быть, ты.
— Я?
— Менты отработают все версии. Ты была у него дома, он тебе сегодня звонил.
— Ты откуда знаешь?
— Я знаю, что он собирался тебя похитить. Только не думай, что Антон шутил. У твоего отца много денег, он за тебя хорошо заплатит. — Лена снова зевнула в ладошку.
— Ты меня похитила? — глянув на Валика, дрожащим от волнения голосом спросила Яна.
— Я всего лишь исполнила предсмертную волю Антона.
Яна с сарказмом глянула на Лену. Исполнение предсмертной воли — дело благородное, но эта дрянь была далека от образа святой непорочности, выглядела как подлая, совершенно гнусная дрянь. Как только можно было довериться ей?
— Но это все равно преступление, — сказала Элен. — Именно поэтому я должна посадить тебя на цепь. Рядом с собакой. Но если ты будешь умницей, то мы поселим тебя в баньке. — Она замолчала и вдруг с силой открыла дверцу машины.
Яна схватилась за ручку, но ей не хватило сил, и она вывалилась из салона.
Лена схватила ее за руку и сказала Валику, подошедшему к ней:
— Сломай ей нос!
Яна представила, как тяжелый кулак врезается ей в нос, острая боль пронзает мозг и растекается по жилам и нервам. Потом она, вся в крови, будет сидеть на цепи в каком-нибудь холодном погребе, в темноте и безнадеге. А ведь можно ждать своей участи в баньке, выбраться оттуда темной ночкой и тихонько уйти по воде.
— Не надо! Я сама!
— Ладно, смотри! — Лена разжала руки.
Яна поднялась и стала отряхиваться, с опаской глядя на Валика. Тот вроде как и не собирался ее бить, смотрел на нее, не просто оценивал, но и сравнивал с Леной. Во всяком случае, так девушке показалось.
— Надо загнать машину, — сказал Валик и кивком показал на дом.
— Я загоню, — произнесла Лена и села в машину.
Валик взялся за створку ворот.
Яна осторожно направилась к дому и увидела дощатую пристань, к которой пришвартована была весельная лодка.
Она направилась к ней и чем ближе подходила, тем громче гавкала собака. У самой воды Яна увидела ее. Вольер находился за домом и вплотную примыкал к бревенчатой баньке, из которой по дощатому настилу можно было выйти на пристань.
Яна знала эту породу, московская сторожевая. Пес лаял на нее зычно, грозно, но без истерики. Если хозяин выпустит его из клетки, то он в клочья порвет непрошеную гостью.
Но Валик не стал этого делать. Он просто подошел к Яне, когда она уже была на пристани и с тоской смотрела на железную цепь, удерживавшую лодку на месте. У нее не было ни малейшей возможности сломать массивный амбарный замок. Она просто стояла и ждала, когда Валик сбросит ее в воду и утопит или посадит на эту самую цепь.
— Сбежать хочешь? — с усмешкой спросил он.
Яна качнула головой, отрицая такие вот свои побуждения. Ей было все равно, поверит ей Валик или нет.
— Лучше не пытайся. У Риддика острые зубы, — заявил он и кивком показал на вольер.
— У моего отца тоже, — сказала она.
Отец обязательно будет ее искать, подключит полицию, задействует другие возможности.
Тот же Кучин в какой-то степени связан с криминалом. Он непременно найдет людей, которые найдут Яну, убьют Валика и Лену. Они должны это понимать.
— Это ты про Кучина? — спросила Лена.
Яна и не заметила, как та подошла к пристани.
— Ты его знаешь?
— Еще мне его не знать! — Лена иронически хмыкнула. — Думаешь, Антон подъехал к тебе просто так? Нет, его нанял Кучин.
— Нанял?
— Он хотел знать, будешь ты ему изменять или нет. Теперь ему это известно. Его невеста оказалась редкой шлюхой.
— Это неправда! — Чувство тупика не помешало Яне возмутиться.
Она резко повернулась к Лене, но врезалась в Валика.
Он быстро пошел на сближение, обнял, лицом прижал к своей груди и сказал:
— Шлюхой быть не так уж и плохо.
Яна приложила все свои силы, чтобы оттолкнуться от него, а он взял и отпустил ее. Она резко набрала скорость и погасить ее не смогла. Валик не стал помогать ей, не удержал. Беспомощно размахивая руками, Яна слетела с пристани и рухнула в воду.
От страха душа ее сжалась в комок. Плавать Яна умела, но боялась напороться на что-нибудь головой или животом, наступить на донышко разбитой бутылки. Но ничего такого под водой не оказалось. Ноги девушки сначала погрузились в толстый слой ила, а затем коснулись дна. Ни свай там, ни стекол, ни острых камней. Глубина незначительная, по грудь, не больше. Хотя под водой побывала и ее голова.
Яна поторопилась вынырнуть. Отфыркиваясь, она возмущенно глянула на Валика, который допустил такое безобразие. Он обидно скалился, наблюдая за ней с высоты своего положения.
— Как водичка? — с ухмылкой полюбопытствовала Лена.
— Очень хороша.
Вода на самом деле оказалась теплой. Если бы не одежда, то в ней приятно было бы находиться.
— Тогда там и оставайся.
— И останусь, — заявила Яна.
Вдруг ей все-таки удастся сбежать по воде? До противоположного берега всего ничего, каких-то пятьдесят метров, а плавать она умеет.
— Для Кучина ты в любом случае мокрая курица, — с едкой усмешкой сказала Лена, сошла с пристани, взяла лопату, прислоненную к стене дома.
— Врешь ты все! — сказала Яна и настороженно посмотрела на нее.
Уплыть отсюда она не могла, значит, ей нужно было выходить из воды. Но как это сделать, если Лена преградила ей путь? Лопата в ее руках — грозное оружие.
— Насчет того, что Кучин тебя похитил, тоже вру?
— Кучин меня похитил? — Яна совсем невесело усмехнулась.
Похоже, Лена запуталась в своих версиях, завралась, но ей от этого не легче.
— Ему нужен твой отец. На кону очень важный контракт, — рассматривая лопату, сказала Лена. — Кучин должен его получить. Любой ценой. Жениться на тебе он уже не может, поэтому остается похищение.
— Почему это он не может на мне жениться?
Еще Яна хотела спросить, почему она должна верить Лене. Может, Антон на самом деле жив и даже не знает, что ее похитили.
— Потому что ты заблудшая овца.
— Это ты так думаешь.
— Валик будет думать точно так же. — Лена злорадно усмехнулась, воткнула лопату в землю, полезла в свою сумочку, вынула оттуда видеорегистратор.
— Что это? — спросила Яна.
— Тебе лучше не знать, — щелкая кнопками, все с той же злорадной ухмылкой сказала Лена, вывела на дисплей изображение и передала регистратор Валентину. — Полюбуйся!
— Что это? — выкрикнула Яна.
Она хотела выйти из воды, чтобы забрать регистратор у Валика, но Лена снова схватилась за лопату.
— Я тоже так хочу! — На маленький экран Валик смотрел большими глазами.
— Яна у нас добрая, она всем дает. — Лена осклабилась. — И тебе не откажет, если хорошо попросишь.