Дон Педро

Брехт, когда на штабных учениях такой вариант прорабатывал, то отсутствие авиации сильно всё усложняло. Практически невозможно этим дурам противостоять, никакой блиндаж и окоп не поможет. Только бомбардировка позиций. А если там ещё и зенитные пулемёты на позициях понатыканы, то вообще швах. Тушите свет.

Есть только один выход – отойти. А ещё, чтобы стрелять с закрытых, так сказать, позиций нужен корректировщик. Значит, если товарищи у немцев учились, то будет кружить очень высоко самолёт. Ну, это они думают, что высоко, а у нас есть Эрликоны. И их суммарно тридцать штук. И эти маленькие пушечки бьют на высоту четыре с половиной километра.

Этот рикугун – хуйо послал обычный Тип – 91 корректировать стрельбу. Базара нет. Самолёт может взлететь на высоту 9000 метров. Туда только ракетами достать можно, но с девяти километров и не видно ничего. Потому истребитель – корректировщик огня начал кружить над позициями полка на высоте около полутора километров. Два залпа швейцарских пушечек и нет истребителя дымя с резким снижением, а потом и штопором полетел к земле матушке. Бахнуло, где-то в паре километров от позиций японского артдивизиона. Отлетался сокол.

Так вот, про тактику. Нет защиты от этих дальнобойных монстров. Сорока килограммовые снаряды с восьмью килограмма взрывчатого вещества (ВВ) даже бетонные перекрытие проломят. Так ещё где тот бетон в степи взять? Потому придумали такой ход. На старых позициях, разобрав частично здание вокзала, соорудили позиции оборонительные с деревянными пушками и танками. А сами танки общим количеством десять, то есть одна рота, выдвинули вперёд на три километра вдоль железной дороги и выкопали всем полком ночью ямы для них с пологим спуском. Заехали в него Т-26Р и их сеткой накрыли.

Когда пушки начали стрелять и стал кружить Тип-91, то дали ему немного покружить и скорректировать правильно огонь, а потом из деревни выехали замаскированные под домики танкетки и автомобили ГАЗ-АА с Эрликонами и сбили пернатого. Пушки целый час работали по брёвнам, а потом рота танков подъехала к позициям уставших артиллеристов и разогнала обслугу пулемётами. Подъехали на грузовиках бойцы, зацепили страшно дорогущие девайсы, купленные японцами у Германии за сорок тысяч рейхсмарок – тяжёлые полевые гаубицы, произведённые на фирме товарища Круппа, и увезли. Снаряды погрузили на машины (тяжёлые гады) и убрались. Вот огорчился должно быть рикугун – хуйо, узнав об исходе баталии.

Теперь, раз японцев и самого «хуйю» учили немцы, то будет черёд бомбардировщиков. Потому весь полк споро восстанавливал ложные позиции и опять маскировал в деревне китайской зенитки под домики.

Не подвели. Прилетели. Как бы ни полусотня самолётов. Пополам тяжёлые бомбардировщики «тип 93» (Ки-1), производства концерна Мицубиси и истребители Тип-91. Трогать их не стали. Высоко. Эрликоны могут и достать, но потом часть улетит, и позиции японцам будут известны. Подозревая, что разбомбить китайскую деревушку для них моральной преградой для мести Гайдзинам не станет, решили не трогать, пусть степь перепахивают, и посмотреть, а что будет дальше. Чего ещё сумрачный немецкий гений может измыслить.

Ждали два дня. Иван Яковлевич болел и трофеи перебирал. Количество наград ещё выросло. Даже один древнего вида орден добавился. Как пояснил знаток Японии Светлов это прямо раритет из раритетов. Им только самых больших начальников в стране Восходящего солнца награждают. Называется – Орден Цветов павловнии. Наверное, с того генерала сняли бойцы РККА, ну, который рикугун – хуйо. Знак ордена представлял собой изображение восходящего солнца, с исходящими от него лучами, обрамлённого цветами павловнии. В центре расположен красный эмалевый кабошон, окружённый серебряными двойными лучами, также покрытыми красной эмалью.

– А это не рубин в центре, – даже облизнулся Брехт.

– Нет, это просто выпуклость покрашенная эмалью, – разочаровал начинающего фалериста бывший хорунжий.

– Сволочи, на наградах экономят.

А ещё Брехту принесли японский журнал. Светлов хоть и морщился, но немного попереводил. Журнал был настолько необычным, что Брехт прямо глазам своим не верил.

В март этого 1936 года японский журнал «Клуб Сёнэн» опубликовал иллюстрации под названием «Всемирный конкурс изобретений в области транспорта», в котором были рассмотрены различные транспортные средства передвижения будущего. Самолёт был с турбореактивным двигателем и на крылатую ракету из будущего смахивающий. Поезд на монорельсе, автомобиль с шарообразными колёсами. Вот чё! А в СССР их по-прежнему макаками называют и варварами. А товарищи технику семимильными шагами вперёд двигают.

Событие двадцать первое

И уносят меня и уносят меня В звенящую пьяную хмарь! Три белых коня, эх три белых коня: Мартини, коньяк и вискарь.

Так надоело это всё Брехту. Сидишь целый день на жаре в палатке, потеешь, а выматься негде, а ночью в степи холодрыга, под одеялом и шинелью мёрзнешь. Домой охота к тёплой Куй под бочок. И в баньку.

Попросил дотащить его до телеграфа Иван Яковлевич и с маршалом Блюхером связался. Понятно, что шифровок ни каких не знает, потому спросил прямым текстом в лоб:

– Василий Константинович, не нравится мне эта война. Никто в атаку не идет, долго нам ещё тут сидеть?

– Точка тире точка, – ответил Блюхер. Послал что ли.

– Говорит, что сегодня свяжится с Ворошиловым и узнает.

– Стойте, Иван Фёдорович, – Брехт всех русских пленных отправил уже домой, а телеграфиста Долгунова попросил остаться. Связь же нужна. Рация есть, но две тысячи километром не малое расстояние. Пусть будет запасная.

– Стою.

– Передайте Блюхеру, чтобы он Ворошилову сказал, если японцы чего в виде пардону предлагать будут, то пусть наши требуют границу по озеру Ханка исправить. Там она по воде проходит небольшим участком. Пусть всё озеро станет Советским.

Вовремя Брехт про него вспомил, устал уже с озера гонять китайских браконьеров. Там на китайской стороне деревня большая и они чуть не до самого нашего берега заплывают, охотясь на птицу водоплавающую и сети ставя. Почти отучил. Просто, когда появились Аэроплоты, то бойцы плавали, собирали китайских браконьеров и заставляли месяц отрабатывать на самых грязных и тяжёлых работах, потом пороли от души и голыми на китайский берег высаживали, лодки и улов, естественно, конфисковывали. Почти от браконьеров избавились. Не понравилось китайцам русское гостеприимство. Но ведь лучше саму возможность браконьерства исключить. Пусть всё озеро Ханка будет Советским.

Ответ от командарма пришёл на следующее утро. Вовремя. Васька с хорунжим бывшим как раз перевезли всё золото и в один из ГАЗ – АА в патронный ящиках, на десяток гвоздей забитых, сложили. Ящики, помня про вес этого металла, не перегружали. Старались, чтобы вес соответствовал. Две тонны чуть многовато для полуторки, но, во-первых, в мастерской грузовикам рессоры сразу по получению на более мощные меняли, а во-вторых, бензин с более высоким октановым числом, из-за добавок спирта, делал двигатель процентов на двадцать мощнее. Так что, выдержит. Кроме того, не своим же ходом поедет техника, как сюда привезли на платформах, так и назад увезут.

За это время телефонисты соединили палатку Брехта со станцией Забайкальск, и с маршалом удалось поговорить по телефону.

– Вань, заканчивай там. Помирились мы с самураями в очередной раз. Радуйся, твоё теперь озеро Ханка целиком. Да, Ворошилов сказал, чтобы подготовили представления на ордена. Больше чем на тридцать, как ты выражаешься, губу не раскатывай. Себя не считай, на вас с комиссаром Аронштамом будет отдельный приказ. Состав подадут прямо на станцию Маньчжурия, там и будете грузиться. Молодец, не подвёл, вот что значит гвардия!

Грузились два дня, трофеев набрали кучу целую. Механики из девяти подбитых танков два умудрились тоже на платформы закатить. Соединили гусеницы, двигатели из девяти два собрали. Ну, чуть башня дырявая, так он, как танк, и не нужен, будет ещё одна зенитная установка. Кроме того двенадцать крупповских пушек, это ни хрена не маленький габарит. Каждая еле на железнодорожную платформу влезает. А ещё грузовики немецкие, что от японцев достались. Это были не просто машины, а прямо настоящие вундервафли. Молодцы японцы, знают что выбирать. На 1936 год это лучшая грузовая машина в мире.

«Айнхайтс-Дизель» – 2,5-тонный грузовой автомобиль с дизельным двигателем и колёсной формулой 6x6. Как-то ещё, правда, их замаскировать нужно, чтобы в Хабаровске не отобрали.

Нога за две почти недели, что загорали в Маньчжурии, стала заживать и в штабной вагон Брехт уже пусть и с палочкой, но сам зашёл. Тронулись, выпили по чуть-чуть за победу советского оружия. В купе втроём ехали. Русское воинство. Немец, армянин и еврей.

Еврей, он же армейский комиссар второго ранга Лазарь Наумович Аронштам напился и стал Брехту угрожать.

– Я твою партизанскую натуру понял. Ты не коммунист ни какой. Единоличник настоящий. Ничего я с тобой разберусь. Вот приеду в Москву и сразу разберусь. Сошлю тебя туда, где твои партизанские замашки тебе не помогут. Там только медведи будут.

Брехт почти трезвый сидел и думал. Что делать с этим комиссаром, прости господи. Может свернуть ему шею и выбросить из вагона, а что пьяный пошёл покурить да и выпал. И какое-то шестое или седьмое чувство остановило. Сошли в Хабаровске вдвоём, комиссар молчал, может, забыл, что спьяну наговорил. Отчитались у Блюхера. И Брехт поехал в Спасск-Дальний. Почти месяц прошёл, занимался полком, пристраивал новые машинки, переделывал японские танки под зенитные установки, созванивался с Симоновым, просил предусмотреть крепление на ППТРС для оптического прицела сразу, чтобы потом не переделывать. И тут вдруг звонок от Тухачевского. Прибежал в штаб, мозжечком чуя, что всё плохо.

А оказалось вон чего.

– Иван Яковлевич. Приказ на тебя пришёл, даже несколько. Во-первых, поздравляю с орденом «Красного Знамени», а во-вторых, тут начальник Политуправления Московского военного округа и член Военного совета при народном комиссаре обороны СССР Лазарь Наумович Аронштам за тебя похлопотал. Ворошилов его просьбу уважил. Отправляешься в Кызыл военным советником.

– Куда? – хрень какая.

– В Тувинскую Народную Республику, раньше называлась Народная Республика Танну-Тува. Столица у неё город Кызыл. Там есть советское посольство, вот при нём будешь военным советником. Не боись справишься. Там всех войск меньше полка. Кавалеристы. Монголы, одним словом, на своих мохнатых лошадках и дикие совсем. Что рад? Так, время нет, заканчиваю. Приказ получишь у меня в Москве, награждения через пятнадцать дней. Так что, покуйся и срочно выезжай. До встречи.

Трубка загудела. Вот так, так. И как это воспринимать? Аронштам слово сдержал, загнал, куда Макар телят не гонял. В пустыню, учить кавалеристов воевать. Да он ещё тот кавалерист. Не знает, какой рукой пику держать, а какой шашку или у тувинцев мечи ещё.

Стоп. А ведь замечательно!! Отсидеться за границей пока тут чистки идут. Ай да Аронштам, ай, да сукин сын. Сам значит погибай, а товарища выручай. Самого-то его расстреляют скоро, а вот товарищ Брехт благодаря его стараниям может и выживет.

– Куй! Дан приказ мене на Запад!

Глава 8

Событие двадцать второе

Разговор двух секретарш:

– Страшное это изобретение – пишущая машинка!

– Почему?

– Когда не работаешь, всем сразу слышно!

Москва встретила солнцем и лужами. Ночью прошёл дождь, и лужи на асфальте были жёлтые от пыльцы тополей. За Брехтом прислали машину. Подошёл к нему прямо в вагоне капитан и, козырнув, предложил следовать за ним.

– На награждение? – Иван Яковлевич подхватил роскошный кожаный чемодан производства артели Дворжецкого и ступил на перрон. Площадь трёх вокзалов шумела, бегали носильщики, суетились люди. Прохаживались милиционеры в белых гимнастёрках и синих галифе. Столица!!

– Награждение? – капитан попытался поймать за шиворот носильщика. Удалось только на втором экземпляре, – Прими, – он кивнул на чемодан в руке Брехта парню цыганской наружности, – Нет, тащ полковник, маршал Тухачевский хочет с вами пообщаться.

– Понятно.

Они прошли на площадь и сели в обычный ГАЗ-А, носильщик потребовал рупь. Пришлось доставать и отсчитывать мелочь. Рублёвой бумажки не нашлось. И цыганистый носильщик и строгий капитан смотрели осуждающе. Нищета, мол, с провинции нагрянула, а не – «Понаехала».

Машина, попетляв по улочкам, привезла на угол Красной Площади, где ещё два года до постройки в 1938 году здания Наркомата Обороны с башней будет находиться и сам наркомат обороны, и генеральный штаб, и Политуправление, и управление боевой подготовки, и ВВС, и ВМС. Всё рядом и под рукой.

На входе милиционер, а не военный, посмотрел на Брехта с чемоданом осуждающе, долго изучал ксиву и раз десять при этом скосился на коричнево-кожаное совершенство с пряжками блескучими. Молний не нашли, наверное, ещё и не изобрели и долго думали, как же тогда чемодан застёгивать. И ничего путнего не придумали. Пришлось пойти по примеру обычного дерматинового собрата. То есть, жёсткий корпус обтянули, только не дерматином, а очень хорошо выделанной кожей с тиснением под крокодиловую. Но на дерево Иван Яковлевич не согласился, и каркас сделали из алюминия. Дюрали, наверное, раз жёсткая. Или до дюралюминия ещё не дошла научная мысль? Нужно будет зайти к лётчикам поинтересоваться. Он ведь кучу сплавов алюминиевых знает в процентах. Всё же металлург по образованию. Сподобится и дюраль его именем назовут. Будет сплав брехтовский.

– А из чего у вас самолёт сделан?

– Как из чего? Самая настоящая отечественная «брехня»!!!

– А что у вас чемодане, товарищ полковник? – не выдержал дотошный милицейский сержант(один просвет и одна звездочка в петлицах).

По возрасту старше Брехта, и проблема, видимо, уже со зрением, щурился удостоверение рассматривая.

– Парадная форма. Награждать товарищ Калинин завтра орденом будет и костюм гражданский. В театр хочу сходить. Вы какой посоветуете? – Вот, главное занять мысли милиционера. Так как в чемодане ещё и гранаты новые, которые в будущем назовут РГД-5 и изобретут только через двадцать лет. Оборонительная граната Ф-1 у них уже есть, теперь будет и наступательная. Брехт точный вес РГД – 5 не помнил, потому просто примеряли, чтобы удобно было рукой швырять. Получилось триста пятьдесят грамм. Из них ВВ сто пятьдесят грамм. Вещь получилась замечательная, в чемодане их десяток штук с выкрученными запалами лежало. В коробочке, ватой протыканные.

– Откройте, пожалуйста, товарищ полковник, – не вышло. Всё, можно начинать сухари сушить. Припишут, что хотел подорвать руководства РККА.

– Брехт, ты? Чего здесь? Ах, да, завтра же награждение. – Вот хрен догадаешься с трёх раз, кто может в такой ситуации на помощь прийти, а пришёл Лазарь Наумович Аронштам.

– Сержант, это со мной, пропустить, – кинул через плечо армейский комиссар второго ранга и мотнул головой, мол, следуй за мной.

– Товарищ комиссар, товарища полковника ждёт товарищ Тухачевский, – неожиданно напомнил о себе капитан. А чемодан-то гад мелкий не стал из цепких рук милиции высвобождать.

– Да? Ну, пойдём, провожу, я в соседний кабинет, – большим начальником Лазарь Наумович стал.

– Потом зайди в Политуправление, разговор к тебе есть, – Аронштам был без фуражки, лучик солнца бликовал на лысине. Хорошо, что не сбросил тогда с поезда. Можно сказать, второй раз жизнь спасает.

– Есть, зайти в Политуправление! – козырнул и дёрнул за ручку дверь приёмной маршала.

Тухачевский Михаил Николаевич – здоровый гад. Брехт со своими ста семьюдесятью пятью был почти на голову выше почти всех современников. Вот завтра с Калининым встречаться. Тот в прошлый раз орден прикалывал и смотрел прямо снизу вверх, морщился. Не любят высоких людей. На пузо бы орден приколол, если бы на нём застёжка, как на будущих орденах и медалях была, но пока только закрутка и ордена вручают в коробочках. Сам потом прикручивай. Дырку верти. А маршал ещё выше и в плечах ширше. Холёная пухлая такая физиономия с некрасивой родинкой на правой щеке. Протянул руку и сжал со всей силы. Прям раздавить хотел. Гирями занимается. И не получилось ничего. Гирями Иван Яковлевич не баловался, он занимался самбо и ушу с китайцем, ещё подтягивался и гантель на вытянутой руке держал, чтобы при стрельбе из пистолета, довольно тяжёленького, рука не дрожала.

Надавил на довольно пухлую руку маршала и Иван Яковлевич. Минуты две силушкой богатырской мерялись. Победил маршал. Нет, Брехт бы и ещё подавил, но вспомнил, кто перед ним и разжал руку, и в воздухе ею помотал, типа, ну и тиски у тебя замминистра, прямо Поддубный, тоже Ваня который.

– Силен, – хлопнул его по плечу Тухачевский. Специально, гад, со всей силы. А вот ёжик он сильный, но лёгкий, отлетел полковник в угол кабинета и на диван чёрный потёртый до невозможности плюхнулся.

Поговаривают, что на нем маршал секретаршу пользует, или как эта должность тут называется. Так что Иван Яковлевич, поспешил встать.

Про маршала в будущем много чего напишут, и что немецким шпионом был, и что музицировал в день по пять часов, и что специально принимал на вооружение хрень всякую, которой воевать нельзя, один пример динамореактивной пушки конструкции Курчевского чего стоит. А ведь это только цветочки. Там такие перлы есть, что мама не горюй, вроде «лазеров» или «лучей смерти», «беспилотных самолётов» или телеуправляемых танков. Да, про танки есть ещё пара классных моментов. Особо Брехта умилила одна из «серьёзных» идей товарища маршала – построить танк, способный ездить по рельсам, летать, плавать, в том числе и под водой. Строил его кстати, «изобретатель-самоучка» товарищ Дыренков, который полностью оправдал свою фамилию – организовав вместо танка гигантскую дыру в оборонном бюджете родного СССР. Второй танковый замах ещё круче.

В самом конце 20-х, товарищ Тухачевский стал носиться с идеей в духе товарища Троцкого, хотел организовать «поход» с целью устройства «мирового пожара» в Европе. Однако техники для этого у СССР в те годы не было, от слова совсем, но Тухачевский был готов рвануть в Европу хоть на обшитых броней тракторах.

И всё это, ведь, правда. Что это – глупость несусветная или на самом деле был завербован немцами, когда был у них в плену. Просто увлекающийся человек? Кто теперь узнает? Но Брехт общался не с тем малахольным прожектёром, этот – его Тухачевский, принял на вооружение гранаты Ф-1, пробил противотанковое ружьё Симонова на шесть лет раньше, чем в реальной истории, добыл для полка товарища Брехта Эрликоны и Браунинги. Сплошные плюсы пока. Так Эрликоны вроде уже начали в Туле делать. И ПТРС там же клепают, будет, чем встретить и Геринга и Гудериана. Главное, теперь, чтобы на допросах не ляпнул, что залучил в ряды троцкистов и организаторов военного переворота полковника Брехта. Ну, да месяц и один год до расстрела ещё есть. Нужно попытаться гранату наступательную внедрить и над концепцией танков заставить маршала подумать. В чемодане кожано-коричневом под крокодила лежали несколько бумажек. Это Брехт с помощью местного художника пытался танк Т-80 изобразить. Без Динамической защиты (ДЗ). Из чего и как её делают, тупо не знал. Нет, так-то понятно, что это просто взрывчатка в металлической коробочке. Но, наверное, не всё так просто, если, аж до конца 80-х не ставили на танки.

Событие двадцать третье

Встречаются на просёлочной дороге танк и старый-престарый «Жигуленок» на лысой резине с убитой подвеской и конченым мотором. И тут командир танка говорит водителю «Жигулей»:

– Брат, там проехать можно?

Маршал заказал кому-то по телефону чаю и принялся внимательно смотреть, как Брехт вытаскивает из чемодана коробку. Потом из коробки маленькую коробочку с финтифлюшками, и, наконец, водрузив на стол зелёного сукна эту коробку, открывает её.

– Это и есть твои новые гранаты? Маленькие. Игрушки. РГД-33 удобней. Её за ручку можно взять и бросить, – Тухачевский смело схватил гранату и попробовал бросить.

Не боится. Ну, хотя в Ф-1 видел же принцип, что нужно вкрутить хреновину в штуковину и за колечко дёрнуть. Раз хреновины нет, то и не страшно.

– Михаил Николаевич, я воевал нашими РГД-33 – это полная хрень. Чуть не погиб. А это граната, которую на самом деле даже удобнее швырять. У меня бойцы за пятьдесят метров легко забрасывают. И здесь сто пятьдесят граммов взрывчатки. Осколки не далеко летят всего метров десять – двенадцать, но ещё и грохот дай боже. Нужно внедрять. Очень нужная для РККА вещь.

– Ты же говорил, что китаец, который изобрёл гранату Ф-1, помер. А эту кто придумал? – вот же, правильный вопрос задал, холера.

– Это мы по его стопам пошли. Коллективное творчество. Та граната оборонительная, а это – наступательная. Разница в том, что ту нужно кидать из окопа или из-за угла, когда на тебя немцы бегут. Там осколки далеко летят. Могут и самого кидака́ поразить, а здесь бросил её на пятьдесят метров, а осколки всего на десять летят, бросил и беги вслед за ней. Она жахнет, немцы в прострации пока, а ты подбегаешь и рога им на касках пообламываешь все. А без рогов им что делать, только сдаваться.

– Ты прямо как Кузьма Крючков. Герой. Хорошо, герой, я Михаилу Григорьевичу Дьяконову в Ленинград на «Прогресс» твои игрушки отправлю и созвонюсь с ним. Он тут на днях привозил хвастать интересной игрушкой, между прочим. Пистолетная мортирка называется. Похожа на твой ручной гранатомёт, только выглядит изящней. Так, с подарками разобрались, давай подробно описывай, как с японцами воевал, про пушки и танки в курсе, но ты, давай с подробностями всё.

Брехт около часа рассказывал. Незаметно чай выпили, потом ещё выпили. Тухачевский, германский он там шпион или нет, но слушал внимательно, в тактику вникал, про возможности зениток швейцарских записал даже себе на бумагу. И вот тут дошли до танков, и Брехт вытащил из чемодана эскизы будущего Т-80.

– Как вы думаете, товарищ маршал, вот два танка этот – наш обычный Т-26Р, а это вот что я придумал, в какой легче попасть из пушки и подбить?

Тухачевский мысль сразу уловил.

– Твой танк гораздо ниже. И обводы такие, что снаряды будут в рикошет уходить. Правильно?

– Точно. И мне не понятно, если нам с вами это видно, то какого чёрта конструкторы городят всякие Т-28. Этого умника нужно высечь на Красной Площади прилюдно, чтобы он такую бредятину не рисовал.

– Эк, выпороть. Развоевался! У Т-28, зато, какая огневая мощь. К нему ни с какой стороны не подобраться. Три башни. Сила! – Маршал покраснел.

Твою же налево! Что этот уродец тоже делали по протекции Тухачевского. Нет, нужно чтобы его быстрее расстреляли.

– Товарищ маршал, а зачем вообще танки нужны? Это не глупый вопрос. Это самый важный вопрос. От ответа на него и вид у танков разный получится.

– Поясни.

– Ну, если танк нужен, чтобы пехоту катать, то чего бы к нему кузов не приделать, больше влезет. На самом деле танк нужен, чтобы выбивать танки у противника и прорывать оборону. А для этого не надо кузова, нужно, чтобы по нему нельзя было попасть. Танк должен быть ниже и обтекаемей, как вы сами и заметили.

– А экипаж, где они разместятся? Думаешь, дураки высокую башню делают? – разошёлся, сейчас ещё в морду даст. Здоровущий кабан. Страшно.

– А если расширить? Не вверх, увеличить, а в ширину. Тогда и люди войдут, и проходимость увеличится и переворачиваться на буераках не будут. У меня Т-26 уже два раза на бок заваливались. Хорошо это просто учения, а не война была.

– Пуф. Пуф. – Пораздувал щёки Тухачевский.