Небесная танцовщица и капитан

Наконец, укротитель извлек на свет тощий бумажник. Открыл его, с кислым видом заглянул внутрь, поморщился и чихнул. Из бумажника выстрелил фонтанчик конфетти.

– Чертовы циркачи... проклятые шутники, драть их плеткой... – пробормотал Буффорд под нос, а потом обратился к тете Дженни. – Сударыня, не одолжите пару сотен кронодоров? Кажется, я забыл снять деньги со счета, а ставки тут высоки, и берут только наличными.

– Простите, не захватила мелочи, – кротко ответила тетя Дженни, и укротителю, несолоно хлебавши, пришлось продолжить экскурсию вместе со всеми.

Группа отправилась осмотреть камерный синематограф и гимнастический зал. Второй помощник разливался соловьем, описывая роскошь помещений первого класса, Блоб вставлял комментарии, уточняя потраченные компаний суммы: стоимость ковров, зеркальной фольги на потолке, алюминиевой мебели. Ему нравилось слушать собственный голос, и он не обращал внимания на то, что Пулкинс посматривает на него с раздражением. Кому понравится, когда его перебивают!

Элли погрузилась в собственные мысли. И все они были связаны с капитаном Эвклидом Ларсеном.

Пожалуй, он был первым мужчиной, о котором она думала так много, и который вызвал у нее столько разнообразных эмоций.

Ларсен здорово отличался от тех типов, с которыми ей приходилось иметь дело в кабаре – развязных, скользких, порой опасных, порой просто надоедливых.

Элли никогда не думала о них как о мужчинах. Они были досадной неприятностью. Капитан Ларсен тоже был неприятностью, но такой, что вызывала серьезные опасения, а не только раздражение.

Но капитан вызывал у нее не только опасения. Половину своих чувств, которые разбудил в ней Ларсен, она затруднялась определить.

Он был жестким, властным, сдержанным человеком. Она остро чувствовала ту холодную энергию, которая окружала его, как аура. Эта энергия пробуждала в ней сильный отклик; Элли испытывала волнение, когда думала о Ларсене. И зуд любопытства.

Как странно, как неожиданно!

Элли нравилось наблюдать за людьми. При этом она настороженно гадала: есть ли в ней что-то такое, что отличает ее от остальных? И решила, что нет. Она артифиса, но все же она человек, обычная девушка. Она чувствует и размышляет, как все. Злится, тревожится, смеется... Ну, может, она чуть умнее остальных. Но это тоже нормально для людей – считать себя умней остальных!

Однако одна вещь оставалась для нее непостижимой. Элли еще никогда не чувствовала сильного притяжения к мужчине. Когда девушки в кабаре умильно восхищались своими избранниками, Элли не понимала их восторгов. Но сейчас и она испытывала чувство, близкое к восхищению. Но ведь Ларсен пока ничем его не заслужил! И вообще, он ей не понравился. Капитан – ее потенциально опасный противник. Он не рядовой подвыпивший посетитель кабаре, которого можно осадить суровым взглядом или острым словом! С ним нужно держать ухо востро.

Элли нахмурилась, встряхнулась и посмотрела по сторонам. Экскурсия шла своим чередом. Пассажиры гуськом шли за Пулкинсом. Тетя Дженни вытащила из ридикюля вязание и стала на ходу щелкать спицами. Наверное, она могла вязать даже во сне и не пропустить ни одной петли.

Но потом она оглянулась на Элли и нашла занятие поинтереснее. Сунула спицы и вязание под мышку, замедлила шаг, взяла Элли под локоть.

– Как тебе капитан Ларсен? – спросила она тоном завзятой сплетницы.

– Неприятный мужчина, – отрезала Элли, убеждая саму себя.

– Он красив.

– Разве?

– Безусловно. Мужественное, волевое лицо, умные глаза.

Элли упрямо покачала головой.

– Мне кажется, он жестокий и неуживчивый человек.

– Отнюдь. Он очень молод для капитана, вот и старается выглядеть серьезным. Суровый – может быть. Принципиальный. Я немного побеседовала с Пулкинсом и Блобом и кое-что узнала о Ларсене.

– Что же? – встрепенулась Элли. Ей очень хотелось услышать историю капитана!

– Он – выходец из низов, сын отставного моряка и швеи. Учился в плохонькой школе в трущобах, но очень старался. Потом работал в мастерских, где строят аэростаты. Дослужился до младшего техника и поступил в Королевское воздухоплавательное училище. С блеском сдал экзамены и получил стипендию. Всего добился сам. Он на хорошем счету у компании, хотя есть в его послужном списке пара инцидентов, и он часто идет наперекор решениям владельцев судна. Особенно когда речь идет о привилегиях пассажиров первого класса.

Тетя Дженни оглянулась, проверяя, не слушают ли ее посторонние уши. Прочие участники экскурсии увлеклись рассказом Пулкинса о комнате для дегустации вин, и она продолжила:

– Понятно, почему он не жалует богатеев. Классовая ненависть, не иначе.

– Почему он вас так интересует?

– Потому что, милая, тебе необходимо очаровать Ларсена. Влюбить его в себя.

Элли ахнула.

– Зачем?! Я не хочу.

– Тебе нужно продержаться на «Горгоне» до прибытия в Федераты. Если капитан будет благоволить тебе, воспылает к тебе нежными чувствами, он захочет удержать тебя рядом и не станет доискиваться до причин твоего появления на дирижабле. Помнишь, он хотел отправить радиограмму с запросом? Положим, с радистом я поговорю, он молодой мальчик, его легко запугать, убедить или подкупить. Но это слабая мера. Полно, неужели Эвклид Ларсен тебе ни капли не понравился?

– Ну разве что самую каплю.

– Он тоже заинтересовался тобой. И не только потому, что что-то заподозрил. Он глаз не отводил от твоих рыжих волос. И немного смущался, когда вы вели беседу.

– Да вы шутите! Он умеет смущаться не больше, чем железный топор.

Тетя Дженни засмеялась журчащим смехом.

– Думаю, ты не встречала в кабаре таких мужчин. Порядочных и серьезных.

Элли крепко сжала губы и отвернулась.

– В кабаре ходят разные люди. Не все из них негодяи.

Тетя Дженни взяла ее за руку и серьезно сказала:

– Дорогая, прости меня, старую циничную перечницу... зря я предложила тебе использовать женские чары на Ларсене. Тебе это неприятно, так? Твой хозяин Лазарус заставлял тебя развлекать клиентов? Требовал, чтобы ты ублажала его? Наверное, ты ненавидишь мужчин.

Элли вспыхнула.

– Ничего подобного! То есть да… Поначалу Лазарус требовал, чтобы я… развлекала клиентов и его друзей в гримерке после выступлений. Но я сумела дать отпор. К счастью, Лазарус не досаждал мне ухаживаниями. Я же артифиса, он не считает меня человеком. Даже прикоснуться брезгует. Другим девушкам не так повезло. Когда Лазарус привел в мою гримерную одного старого богатого развратника, я сказала, что лучше умру. Пригрозила, что заставлю свое механическое сердце остановиться. Это невозможно, но Лазарус не знает, на что способны артифисы. Он испугался, не захотел терять деньги, которые я ему приносила. Поэтому я никогда… вообще... ни с каким мужчиной.

Элли смешалась и прикусила язык.

– Бедная девочка… – сказала тетя Дженни с состраданием и осторожно погладила ее по плечу.

– Однако я умею кокетничать и кружить мужчинам головы, если нужно. Но я порядочная девушка, хоть и работала в кабаре. Эта затея мне не нравится. Вдруг у капитана есть жена или невеста?

– Об этом не беспокойся. Ни невесты, ни жены у него нет. Однако капитан познал свою долю разочарований. Одно время он ухаживал за знаменитой примадонной мюзик-холла Като Лефевр. Но она бросила его ради алюминиевого магната. Хорошо, что ты в некотором роде ее коллега. Потому что капитан, видимо, испытывает слабость к артисткам.

Элли немного покоробила настырность тети Дженни. Несмотря на то, что пожилая дама сочувствовала Элли, от своих планов она не отступилась. Очень уж бабуле хотелось внести в историю с побегом романтическую нотку.

– Но есть один момент, – продолжила тетя Дженни озабоченно. – Капитан не любит артифисов и големов.

– Чем же мы ему насолили? – встрепенулась Элли.

– Несколько лет назад компания хотела поставить на роль штурманов артифисов. Из последней партии, тех, которые были специально созданы и натренированы водить воздушные корабли и прочий транспорт. Это был эксперимент – ну, и стремление компании сэкономить на жалованье экипажа. Однако капитан Ларсен воспротивился. Он сказал: «На моем судне не будет ни одного артифиса». И компании пришлось пойти на попятный. Ларсена заставили взять несколько големов на роли трюмных матросов, но артифисов больше ему не навязывали. Ларсен считает, что им нельзя доверять. И ему не нравится, что они отбирают работу у обычных людей.

Элли выслушала эту историю с интересом. После того как старый мастер Фукс разорился и умер, его мастерские перешли новым владельцам, а Элли купил Лазарус, она не общалась с другими артифисами и смутно представляла, что происходит в мире ее братьев и сестер.

– Послушайте, тетя Дженни… теперь эта затея кажется еще более сомнительной. После предательства возлюбленной капитан разочарован в женщинах. Испытывает неприязнь к артифисам. Как я смогу его очаровать?

– Запросто. Ему не нужно знать, что ты – артифиса.

– А если он догадается? Вы же догадались.

– В тебе ничто не выдает артифису. Я догадалась, потому что я старая, наблюдательная и знала твою историю. Люди видят лишь то, что хотят видеть. В тебе Ларсен видит мою племянницу, светскую избалованную девушку.

– И такие особы не вызывают у него восторга.

– Вот и докажи ему, что он неправ! Капитану тоже не мешает встряхнуться. Бедный юноша с головой увяз в работе, ожесточился. У него на уме только служба, приказы, циркуляры и навигационные карты! Он практически женат на своем дирижабле. Ты окажешь капитану услугу, если заставишь вспомнить, что кроме «Горгоны» в мире существуют прекрасные девушки. Дорогая, это наилучший выход. Раз уж ты попала в поле его внимания, нужно правильно разыграть свою роль.

Элли хмыкнула. Вдруг ей овладели мелкое тщеславие и жажда мести. Капитан отнесся к ней с холодком, с толикой презрения. Видел в ней никчемное существо. Приятно будет заставить его изменить свое мнение! Вскружить ему голову, повергнуть к ногам... к ногам артифисы, между прочим!

Элли устыдилась своих мыслей. Пусть сердце у нее механическое, но оно не такое холодное, как у светских красоток, которые коллекционируют мужчин, как трофеи.

Капитан уже разочаровывался в женщинах. А если он влюбится в нее всерьез? И когда путешествие закончится, его ждет еще одно разочарование, когда она его бросит… она-то точно в него не влюбится. Для нее это будет игра.

Ничего, успокоила она себя. Если такое случится, я расстанусь с ним мягко, пообещаю ему все, что он захочет. Он улетит обратно, я останусь за океаном. А там расстояние и время сведут его чувства на нет. Он скоро забудет случайную пассажирку, в компании которой провел несколько приятных дней.

В конце концов, цель оправдывает средство. На кону ее свобода и жизнь.

– Ладно, – сказала она. – Я попробую.

– Молодец! – похвалила ее тетя Дженни. – Вот что значит боевой дух. И кто знает, что выйдет из нашей затеи? Вдруг капитан Эвклид Ларсен – тот, кто предназначен тебе судьбой?

Элли закатила глаза и фыркнула. Спасибо, не надо ей такой судьбы – столкнуться с ледяным айсбергом. Растопить его не хватит никакого огня.

Тетя Дженни по-доброму усмехнулась.

– На концерте для пассажиров ты должна блистать. Капитан увидит тебя в танце, и у него не будет ни единого шанса. Но и до концерта мы не будем терять времени. Постарайся чаще попадаться ему на глаза. Будь живой, ласковой, понимающей. Беседуй с ним, показывай свой интерес. Но не переиграй: вульгарных и навязчивых дамочек он не любит. Эх, было бы здорово устроить какое-то происшествие, несчастный случай!

Элли с ужасом уточнила:

– Дать капитану выпасть за борт? Да, тогда моя проблема будет решена, но это как-то чересчур.

– Нет-нет, что ты! Несчастный случай с тобой. Чтобы он тебя спас, показал себя героем. Нет лучше способа завоевать мужчину, как стать его дамой в беде. Хорошо бы на «Горгону» напали воздушные пираты Химераса, и капитан бы тебя защитил. Кхм, кажется, я перечитала любовных романов, – засмеялась тетя Дженни.

– Да, лучше обойтись без пиратов. Я справлюсь и так.

– Я верю в тебя, дорогая!

Элли понимала, что движет тетей Дженни. Она была старой, ей было скучно.

У мастера Фукса имелось немало приятельниц, чинных старушек, с которыми он по выходным играл в домино. Они заявлялись в гости, пили чай и бренди, щипали Элли за щеку, называли «милой деткой», расспрашивали, нет ли у нее возлюбленного. Вечно пытались свести ее с приказчиком Куртом из магазина напротив или с шофером Бобом. Старушки строили планы, плели интриги, развлекались как могли. Элли порой им подыгрывала, жалеючи.

Тем временем второй помощник провел группу мимо кают-компании офицеров к лестнице на нижние палубы. В этот момент дверь кают-компании открылась, и в коридор вышел капитан Ларсен в сопровождении синоптика.

В руках они держали сводки, карандаши, и продолжали спор на ходу.

– Вы уверены, что шторм пройдет на пятьдесят пятой широте? – отрывисто говорил капитан.

– Безусловно, – подтвердил синоптик и почесал карандашом лоб. – Вам придется обогнуть его. Семь баллов – не шутки.

– Досадно. Потеряем время. Впрочем, можно пройти по краю. Попробуем. Жаль, компания сэкономила на метеомансере. Он бы сумел разогнать шторм.

– Такой – вряд ли, капитан. Даже Одаренные не всесильны.

– Все равно скупость компании может дорого нам статься. Потратить столько денег на оборудование салонов первого класса и не нанять метеомансера!

– Кхм-кхм! – выразительно покашлял представитель компании Блоб.

Капитан поднял глаза.

– Разве я говорю неправду, Блоб?

– Руководство решило, что в метеомансере нет нужды! Нам обещали прекрасную погоду. Кроме того, «Горгона» исключительно метеоустойчива. Ей не страшна никакая буря.

– По окончании рейса я подам руководству компании рапорт со своими соображениями. Уж будьте уверены, выскажу в нем все.

Остальные экскурсанты ушли вперед и не слышали разговора. Взгляд капитана остановился на тете Джейн и Элли, которые замешкались и стали невольными свидетельницами перепалки. Капитан сердито хмыкнул.

– Прогуливаетесь по палубам? – спросил он со свирепой любезностью.

– Мы на экскурсии! – весело объяснила тетя Дженни, переложив вязание под другой локоть. – Пулкинс рассказывает очень интересно. Но порой путается в деталях. Жаль, что вы не захотели к нам присоединиться! Уж вы-то знаете «Горгону» как свои пять пальцев. Может, передумаете?

– Простите, нет. Мне нужно в командную гондолу.

– Попросим Пулкинса отвести нас туда! Ужасно хочется посмотреть, как устроена рубка. Там же всякие рычажки, штурвалы, кнопочки!

– Пассажирам строго запрещен вход в командную гондолу, – отрубил капитан ледяным голосом. – Вас сейчас проводят на технические палубы и в трюмные отсеки. Впрочем, там вряд ли найдется что-то интересное для дам. Советую вернуться в казино или бар. Там подают прекрасные коктейли.

Тетя Дженни незаметно подтолкнула Элли локтем: «Давай, скажи и ты что-нибудь!»

– Пулкинс покажет нам генераторы и помещения для баллонов с газом? – спросила она. – А посадочную площадку для аэропланов? Не каждый день выпадает возможность ближе познакомиться с чудесами современной техники!

Капитан так удивился, что чуть не выпустил метеокарту из рук. Он несколько секунд озадаченно смотрел на Элли, а потом вдруг заявил:

– Ладно. Пожалуй, отложу дела и пойду с вами. Пулкинс не очень хорошо разбирается в начинке дирижабля, это вне его компетенции. Постараюсь вас просветить, если вам действительно интересно узнать устройство «Горгоны», – в его последних словах прозвучало сомнение.

Капитан передал карты синоптику, поправил фуражку и зашагал за пассажирками.

* * *

Прочие экскурсанты обрадовались появлению капитана. Некоторые сразу пожелали завести с ним беседу, но капитан приложил палец к губам, указал глазами на второго помощника – «Слушайте гида!» – и сделал такое строгое лицо, что болтуны сразу отступились.