Приграничное владение 4

— Модные у тебя часы, брат, — кивнул на его Омегу Владимир. — Как у самого-то дела обстоят, жена, дети?

— Часы хорошие, швейцарские, будешь со мной работать и тебе такие хоть завтра купим. А семьи нет, — помотал он головой, — пока тоже не женился и детей нет. Серый, зато женился во второй раз и дочка от первого брака уже в школу в этом году пойдет. Помнишь же Сергея Дубровина? Мы вместе работаем.

— А чего делаете-то? — заинтересовался Колесников. — Торгуете чем или производство?

— Вова, в двух словах все не расскажешь и торгуем и производство и в строительство вложились. Серега он здесь, в городе, а я в другой стране и живу и работаю, но можно сказать бизнес совместный.

— То-то я смотрю загорелый и бородку отпустил как латинос какой, — усмехнулся Владимир. — А про работу не шутишь, правда что-то можешь предложить?

— Все, все могу тебе предложить! — посмотрел ему в глаза Саша. — И здоровье, и деньги, и положение в обществе и проживание в теплой стране на берегу моря.

— Ой, да ладно, — покачал головой Владимир, — вроде выпили полбутылки, а уже пьяный треп и обещания золотых гор пошли.

— Нет, Вован, я же тебя как облупленного знаю, а мне как раз человек нужен кому доверять смогу, кто не кинет и не подставит. Понимаешь? Будешь мне помогать, все хорошо будет. Ну, а что тебя здесь держит? Дом продать можно, или никто в вашей деревне не купит?

— Да почему не купит? — пожал плечами Володя, принимая горячее от беловолосой официантки, которая теперь даже пыталась улыбаться доказавшим свою платежеспособность клиентам. — Дядя Илья — сосед мой, для сына выкупить хотел. У него сын по контракту два года на севере водилой самосвала пашет, говорит как раз себе на дом зарабатывает. Но, сейчас я там живу.

— Ну вот, — снова разлил еще по одной Макаров, — поедешь со мной, увидишь все сам своими глазами и продашь дом. В крайнем случае, если хочешь перестраховаться, я тебе до однокомнатной в городе добью. Можешь ее даже сдать кому на долгий срок, а сам будешь мне помогать. Поедешь?

— Блин, Сань, ты серьезно, что ли? Да у меня даже загранпаспорта нет, какая заграница? Обдумать все нужно, да и чем заниматься, ты так и не сказал!

Саша хотел ответить, но у друга зазвонил сотовый, тоже старая кнопочная модель.

Владимир посмотрел на экран и поморщился, но все же ответил на вызов.

— Да! А чего перетерать-то, ты мне деньги отдать готов? Чего ты лепишь, совсем совесть потерял? Я не дома сейчас, в городе. Буду… ну к двум часам точно приеду. В гараже? О, кей, подойду и поговорим. — дал Володя отбой. — Уроды, легки на помине!

— Что там у тебя, проблемы?

— Я тебе, Сань, про друзей детства говорил, которые с деньгами меня подставили, так вот звонил. Старший, Борюсик. Совсем оборзел, ты говорит меня в должники определил, а сам кто по жизни? Совсем и страх и совесть потеряли.

— Да ты расскажи все по порядку? — попросил друга Александр.

— На соседней улице, живут два брата. С младшим, Олежей, мы в один класс ходили, да и со старшим приятельствовали всегда. В девяностые они уже мутили чего-то, ну в общем я не вдавался в подробности. А когда я из армии вернулся и уже во ФСИНе работал, пришел ко мне старший — Борюсик и деньги попросил. Мол, попал в нехорошую ситуацию, просил выручить.

— И ты ему денег дал? — криво усмехнулся Макаров.

«Хотя, чего я ерничаю, ко мне бы если бы кто из приятелей пришел, я ведь тоже бы дал? Ну когда есть, почему не помочь человеку?»

— Я тогда на машину копил, да и получал неплохо. Было три тысячи баксов, все отдал. — вздохнул и задумчиво покивал Володя. — Потом Борюсик уселся, я думаю ему деньги как раз для этого и нужны были. Вроде треху отмотал или чуть больше. Вышел год назад, а через несколько месяцев у меня мать умерла. Какие были еще накопления, все на лекарства, да на лечение ушли. Я тогда с ним встретился, денег попросил, хоть часть — нету, говорит. Ну че, поскрипел зубами и у соседей занял на похороны, мало ли думаю, человек несколько месяцев назад из тюрьмы вышел, может и правда гол как сокол? А он через месяц-полтора себе джипа купил, не нового конечно но все равно задело это меня сильно. Хотел в глаза все высказать, да не застал, жена его сказала, что работает где-то вахтой, то ли две недели, то ли месяц. Ну еще пару раз наведывался — говорит нету его. Хотя может просто разговаривать не хотел. Позвонил и по телефону ему все высказал. А сейчас, он мне сам перезванивает, встретиться готов. Переговорить.

— Что-то мне, вся эта ситуация, братан, не нравится, — Саша задумался на некоторое время, — если жулье по жизни, то хорошего не жди. Кинули тебя на деньги, хотели бы отдать, так сразу бы отдавали. Сколько уже времени прошло?

— Как деньги занял? Да больше четырех лет уже прошло.

— Фью! — присвистнул Саша. — И реально думаешь, что отдаст, хоть часть?

— Да обидно, — стукнул себя кулаком в грудь Колесников, — ведь, когда деньги ему одолжил, пел совсем по другому. Мол, Володя, ты один мне другом оказался! Да я такого, в жизнь не забуду! А сейчас — ты кто по жизни? Еще и братец его, подпевала, ходит посмеивается. Вот как так, когда в органах служил так слово сказать боялись, а теперь пальцы веером? Пусть в глаза мне скажет, что на бабло кинул, хоть пару раз да по морде попаду, мало не покажется!

— Ну, чего ты раздухарился? Ты пьяный, что ли уже? Вместе поедем и спокойно поговорим. Порешаем, как они тебе долг отдавать будут.

— Да какой, я пьяный? С чего, с полбутылки коньяка под закуску? Просто достали такие уроды. Погоди, — Володя посмотрел на Макарова, — ты, что тоже со мной поехать хочешь, с этими уродами разговаривать? Тебе-то оно зачем?

— Да брось, Волоха, раз решил тебе помочь, так и тут вместе вывезем. Съездим встретимся с твоими бывшими приятелями, послушаем, что скажут. Все, не один. — хлопнул его по плечу Макаров. — Я же теперь в поселке живу, как раз мимо поедем. Сначала к тебе в деревню смотаемся, переговорим, вещи кое-какие на пару дней возьмешь, соседей предупредишь, что в командировку уезжаешь, и потом до поселка вернемся.

— Погоди, какая командировка, я же говорю, у меня загранпаспорта нет. — удивленно посмотрел на него бывший сослуживец.

— Да не надо, пока. Потом все сделаем, — махнул рукой Макаров и разлил остатки коньяка по стопкам, — ладно, давай, сначала твои дела порешаем, потом ко мне в поселок приедем и я тебя в курс дела введу. Когда сам все увидишь, меньше вопросов будет.

— Ну все, поехали? — начал собираться Макаров. — Как раз не спеша до вокзала прогуляемся.

— А может не надо, а Сань? Если с работой мне поможешь, то и так выручишь сильно. Зачем тебе в какие-то разборки влезать? Сами бы разобрались.

— Да брось, Вован, одна голова хорошо, а две — лучше! Ничего они мне не сделают, не бойся.

«Ну еще бы, мне, архимагу, два каких-то ушлепка! Я их даже руками трогать не буду, если заклинание „воздушного кулака“ активирую, то вообще, бесконтактно морды отрихтую! А, что Вована встретил — хорошо! Что ему тут терять? Чего сидеть одному в своей деревне?

Со здоровьем помогу, думаю пару уколов „сияющего“ и будет парень снова гири тягать. Ведь реально такой здоровяк был. Сколько в нем росту, наверное два метра есть? Да и вообще, парень-то хороший, надо его уболтать ко мне на остров перебраться. Хотя, если даже откажется, все равно помогу и с лекарством и с уродами этими разобраться.»

Когда проезжали через поселок, Саша показал на двухэтажное здание с мансардой.

— Вон, видел кафе наше стоит? И рынок напротив? Там Серега рулит и брат мой Кирилл. У Серого даже жена у нас же бухгалтером работает. По денгам мы хорошо поднялись, Серый себе новую машину купил пару месяцев назад и старого микроавтобуса продавать не хочет. Говорит — пусть будет. У нас только три рынка, два кафе и еще автокомплекс для дальнобоев большой, в Ключах. Работы валом, а ты говоришь… А вообще, Волоха, все это фигня, будешь мне помогать и меня слушать, так я тебя к настоящему делу пристрою. Увидишь, где размах и полет мысли!

Колесников посмотрел на товарища, но промолчал только крякнув улыбнулся.

Деревня, где жил Владимир была по этой же ветке, но ехать на сорок минут дольше, чем в поселок.

— Где говоришь, тебя братья-жулики ждать будут? — усмехнувшись спросил Саша.

— Сарай у них есть, большой, еще от отца им остался. Там ряд целый. С десяток таких на торце улицы стоит, от их дома пять минут. На сколько знаю, Борис там свою машину ставит используя как гараж. Он там и раньше свой старый мотоцикл ставил и ремонтировал. Да и зависали они там всегда с братом и приятелями своими. Видать и сегодня куролесят, может пиво пьют, — пожал Володя плечами.

Железнодорожная платформа была короткая и поэтому двери открывали только в первых четырех вагонах. У небольшой насыпи стоял покосившийся деревянный домик — касса, где продавали билеты на электропоезда. По тропке отсыпанной мелким гравием спустились с насыпи и миновав небольшой лесок вышли к первым домам.

Бревенчатые срубы, покосившиеся заборы, запах печного дыма. Парочка коз привязанных у забора и лохматая псина, что валялась в пыли на пригреве.

Саня пригляделся к старому бревенчатому одноэтажному строению, возле которого с десяток пацанов гоняли резиновый мячик.

— Школа, что ли?

— Школа, — кивнул Колесников, — но сейчас только началка осталась, до четвертого класса. После надо в соседний поселок ездить.

— Ну блин, вы даете! — покрутил головой Макаров. — Я думал сейчас такого нет.

— Ага, нет. Школы нормальной нет, это точно. Даже эту капитально ремонтировать надо, а лучше новую строить. Ты будешь смеяться, перед выборами обещали фельдшерский пункт закрыть и поликлинику построить. Прошли выборы… — сделал театральную паузу Колесников.

— Ну и?

— А чего, ну и? — хохотнул Владимир. — Фельдшерский пункт и закрыли, только поликлиники даже в проекте еще нету. Реально за двадцать лет от деревни треть народу осталась и тем работы — хрен! Вон видишь сараи? — показал он рукой на ряд дощатых строений. — Вон тот их, что во втором ряду, с острой крышей.

— С ними сначала перетрем, а потом к тебе за вещами сходим? Ну пошли тогда.

Возле старых сараек стояла грузопассажирская газель и Саша чертыхнувшись влез в грязь своими кожаными полуботинками.

За углом стоял старенький «Ниссан Патроль» и Вован кивнул на автомобиль:

— Вот и Борюсика машина, значит точно здесь. Ага, и двери открыты.

Сарай был старый, оббитый давно почерневшими от дождя и солнца досочками. У распахнутых воротин стояло двое молодых мужчин. Тот, что помоложе увидев друзей, сплюнул и криво усмехнувшись спросил:

— Че за хер, с горы? Кого ты, Вова, притащил еще?

— Рот свой прикрой, Олежа, кого надо того и привел. Борька где? Он мне сам позвонил, тут встречу назначил.

— Ну ходи сюда, раз стрелку тебе уважаемые люди назначили. — снова с кривой усмешкой хмыкнул его бывший одноклассник и цыкнул слюной меж передних зубов.

Саше такой прием в корне не понравился и он начав закипать на наглого уродца шагнул вперед.

— Тебя нормально спросили — где, твой брат?

Олежа оскалился и гыгыкнул. В последний момент взгляд его метнулся куда-то левее Макарова, где послышался слабый шорох и чей-то шаг. Саша хотел развернуться, чтобы посмотреть, но в голове, в тот же миг будто взорвалась граната и он провалился в темноту небытия.

Глава 9

Сознание проявлялось медленно. Вначале Саша услышал какие-то голоса, потом пыхтение и возню рядом. Плечо, на котором он лежал сильно затекло и голова раскалывалась тупой болью.

«Вот же дебила кусок! — подумал он про себя. — Возомнил себя непревзойденным магом и волшебником, а самого походу просто вырубили ударом по башке! Знал бы амулет стального доспеха не снял бы. Ага, два бы надел! Знать где упадешь, так соломки подстелил. Раньше думать надо было. Кто знал, что и тут магические амулеты пригодиться могут.»

Макаров хотел посмотреть, кто это возится и пыхтит рядом, но дернув головой, только застонал. Голова реально выстрелила болью.

— Саня, что совсем плохо? — узнал он голос Вована, но какой то шамкающий и со свистящим придыханием.

Все же приоткрыл глаза и чуть не отшатнулся от черной страшной рожи находившегося в полуметре от его лица. Только вглядываясь с полминуты понял, что это избитая физиономия его друга, да и вся одежда была изрядно вымазана в глине и грязи.

— Ох, ептать, Вован, ну тебя и отмудохали! Извини конечно.

— Саня, тебя Борюсик со всего маху битой по голове! Ну я на него кинулся пару раз хорошо попал, но там их четверо было, и все с палками и битами. С ног меня сбили и пинали долго, уроды!

— Вот так, Вова — ни одно доброе дело, не останется безнаказанным! — Попробовал улыбнуться Макаров и тоже покривился от боли. — Бля, у самого башка раскалывается!

— Так со всего маха если, вообще думал убили тебя. Хорошо, что ты оклемался. — попытался улыбнуться разбитыми губами-варениками его друг.

Вован сидел на старом матрасе. Его руки скорее всего, тоже были стянуты за спиной, так как при каждом движении он изгибался всем телом, что вкупе с избитой и опухшей до барабанного состояния, окровавленной физиономией смотрелось довольно жутко.

«Ну меня вроде не пинали? Просто на раз вырубили ударом биты и то хорошо, хотя…»

— Где мы вообще? — Саша оглядел квадратную с потемневшими от времени бревенчатыми стенами комнату, размером примерно три на три метра с одним маленьким оконцем под самым потолком. В которое, впрочем, не прошел бы взрослый мужчина. Потом чертыхнулся увидев на половину оторванный рукав своего легкого пальтишка.

— Не знаю, я же тоже вырубился, но в себя еще в машине пришел. Помнишь «Соболь» белый стоял, у въезда?

— Соболь? — не понял его Саша.

— Ну газель грузопассажирская. Вот нас на ней и привезли. А потом уже здесь заперли. Но я думаю, ехали мы не так долго, может полчаса самое большое. Севернее нашей деревни несколько вообще заброшенных стоит. Думаю мы тут где-то.

Саша вдруг услышал голоса. Но далеко, наверное в другой половине дома.

— Тихо, разговаривают! — сказал он Вовану и зашептал заклинание «слухач». Если бы не были руки стянуты за спиной, то можно было бы произнести только два кратких слова и активировать магический знак, но теперь пришлось проговаривать всю устную форму заклинания.

— Я ничего не слышу. — покрутил раздутой головой Колесников.

— Да тихо ты! — шикнул на него Саша. — Я зато слышу!

«…на хрена их сюда притащили, уроды?! Вы совсем дебилы? Мне это зачем? Вон Коляну и Лехе, зачем? Их в блудное втянули и на базу проблемы притащили? На хрена? Боря, скажи мне — на хрена?

— Да ладно, Валер, сам же говорил, что пару рабов не помешает, чтобы картошку посадили. Ну пусть эти и поработают.

— Боря, ты совсем дурак? Твой приятель, как я слышал, в органах где-то работал, у него дружки в системе остаться могут. Понимаешь? Это тебе не бомжующий алкоголик с вокзала. А второй, его приятель, он вообще кто? Не знаешь? А если это фээсбэшник какой или дядя у него прокурорский? Зачем свои личные проблемы перекладывать на общее?

— Да какой, фээсбэшник? — продолжил оправдываясь гнусавить Борюсик. — У него ни удостоверения и вообще никаких документов не было. А Вова теперь никто, поперли его со службы.

— Мне тут Алексей сказал, что это ты этому Вове денег должен?

— Ну брал немного и кинул лоха! А получил он за то, что меня по матушке обложил. Ваще рамсы попутал, так с уважаемыми людьми разговаривать. За неуважение его и наказали.

— А ты, Боря, часом не зазвездился, может положенцем себя почувствовал? А то еще и меня так наказать решишь, за неуважение?

— Что вы, Валерий Палыч, такое говорите? Вы же знаете, я с вами и за вас всегда. А Вова этот, вообще лох по жизни. И другана такого же притащил ни документов при нем ничего вообще.

— Вот это меня и напрягает! В общем так, Боря, слушай мое окончательное решение — сейчас меня в город отвозите, а потом сюда, обратно. И чтобы к утру, этих людей тут не было!

— А куда их?

— Да мне поровну! Куда хотите. Хоть на все четыре стороны отпускайте, но не здесь конечно, чтобы они тут ничего не видели, хоть в лесу закапывайте. Но одно запомни, Боря — тут их никогда не было и я о них ничего не слышал. Как и Леша, как и Николай. Уяснил? А будут проблемы с вашей выходкой, то я с вас по полной программе спрошу. Вы мне нужны, чтобы мои указания исполнять и решать проблемы, на какие я вам укажу, а не тащить сюда ваши собственные. Еще одна такая выходка и жесткого пинка под жопу вам с братцем налажу.»

Борис еще, что-то лепетал, но Саша расслышал только удаляющиеся шаги, а потом хлопнувшую входную дверь.

— Привалят нас походу, — глупо гыгыкнул он снова посмотрев на разбарабаненую голову другана, — вряд ли так просто отпустят?

— Как это привалят? — шумно сглотнул Вова. — За что? Это же они мне деньги должны, а не я им.

— Вот за это и привалят. Был бы ты «терпила безответный», так забыли бы, а ты возбухать стал. Обругал, стрелку им назначил, да еще привел неизвестного человека, то бишь меня.

— Да это же они сами… — мотнул головой Вова, но Макаров снова перебил его.

— Стоп! Снова голоса слышу.