Без шансов

Уже отходя в сторону, девушка тихо бубнит себе под нос:

— Что я, оттопыренных мужских органов никогда не видела?

— Это когда, ты, на мужские органы смотрела?! — раздается громкий бас паладина.

— Ээ… — немного теряется Яна, но по ее задумчивому виду, становиться понятно, что она прокручивает в голове разные варианты и ответов на вопрос и событий разных и много чего еще. Затем отвечает. — К слову пришлось. Ну может тогда, до потери памяти…

Я уже не слушаю. И не смотрю. Это их дело, их отношения. Пускай разбираются.

Меня накрывает тень. Это Тур пришел проведать хозяина. Затем, меня накрывает широкий язык…

— Бе-ээ! — отплевываюсь я. — Тур, у тебя язык в крови. Ты меня всего измазал.

— Ууурр!

— Был же относительно чист. Теперь — все. Теперь — как обычно. Спасибо тебе, Тур!

— Уурр!

Пет ложится рядом. Закрывает веки.

Мда… У Тура детство здорового ребенка. Набегался, наигрался, наелся и спать.

Несмотря на болевые ощущения, тянусь к питомцу рукой, и треплю его за ухом.

— Ууррррр… — тихое продолжительное урчание пета от удовольствия.

— От копий одни обломки остались, — слышу голос Князя смерти, что подошел к трупу босса, — редкое ожерелье охотника, рваная меховая жилетка. И все…

Последнее он произносит расстроено.

— Где нормальный лут с босса? — некромант вопрошающе глядит на всех по очереди. — Где трофеи?

Тур сплевывает обломок копья, пока на него никто не обращает внимания, и двигает его лапой в сторону. Мол, я не приделах, и никаких копий не трогал.

— Одно копье целое, — подходит Профессор с обсуждаемым предметом. — Это первое. Которое наставник метнул и попал в щит Яна.

— Дай-ка глянуть на его характеристики! — парень подбегает к алхимику и выхватывает у него трофейное оружие.

— Так… — внимательно приглядевшись, Князь смерти начинает перечислять данные Системы. — Допотопное копье проникновения. Редкое. Урон от десяти до тридцати двух. Это колющий. Режущий и рубящий — ни о чем. Прочность шестьдесят семь из восьмидесяти. Из дополнительных свойств — добавляет десять единиц проникающего урона. Шлак, короче. Мне такого точно не надо.

— Раз, никому не нужно, может я возьму его себе? — скромно просит Профессор. — Все же оно лучше, чем моя деревянная палка.

Никто и не возражает.

Немного переведя дух, мы собрали весь оставшийся лут в одном месте.

Итого.

Накидки из меха, наподобие моей, только хуже по характеристикам. Копья старших охотников, с меньшим уроном, чем у оружия, оставшегося от босса. Бусы, в количестве четырех штук. Три кольца.

Колец, как и бус, должно было быть пять штук. У каждого, «целого» противника было по одному экземпляру. У Верга, возможно, два.

Все косятся на Тура, затем на меня.

— Организм молодой, — пожимаю плечами, — необходимо обильное, разнообразное питание.

— Ууррр… — сквозь сон соглашается со мной, лежащий неподалеку питомец.

— Ага, — кивает мне Ян, — витамины, минералы, металлы всякие…

— Ну, так, — соглашаюсь я. — Но металлов тут не было.

— Хех! Будет. В будущем. — улыбается паладин. — Если найдем урановые стержни, угостим твоего пета деликатесом.

— Ловлю на слове, — отвечаю рыцарю света улыбкой.

— Ууррр… — подтверждает питомец.

Из трофеев я взял себе бусы из маленьких косточек, клыков и когтей животных, выпавшие с Верга. Как их не проглотил Тур — загадка. Они, в отличие от другой, подобной бижутерией, не свисали с шеи, а плотно облегали и не мешали. Правильнее было бы назвать их ожерельем, но с Системой не поспоришь.

Костяные бусы острой подвижности.

+ 1 к ловкости.

+ 5 % к физическому урону критическими атаками.

Остальную бижу разобрали товарищи. Меховые накидки дурно попахивали, и их никто не взял.

Оставшиеся вещи оставили на месте. Нам они не нужны. А торговца, как в какой-нибудь игре, которому можно продать весь ненужный хлам, нет. Либо, мы не в курсе этого.

Пора нам отправляться на следующий уровень.

Дорогие читатели!

В ночь со среды на четверг и с субботы на воскресенье проды выложить не смогу. В остальные дни выкладываю как обычно, после 0:00 по мск.

Приятного чтения)

Глава 6

Отступление 1.

День отключения сознания и правки памяти землян.

Россия.

Обычная деревенька в провинциальном районе.

Большой бревенчатый дом.

По всему строению и за его пределы разносится веселая музыка.

Тонкому женскому, кто-то даже скажет детскому, голосу на записи аккомпанирует задорный голос молодой девушки.

Как жаль, что нет пиратов, жестоких, бородатых И никакого моря у нас в районе нет. Ах, как бы было классно подраться с ними насмерть, Встретить себе на горе их черный пистолет. У нас ни Бабки Ежки, ни ядерной бомбежки, Одни клопы да вошки, да пандемии ВИЧ

— Екатерина! — раздается строгий мужской голос.

Плетемся скучным маршем к могилкам скучным нашим, Грозой не ошарашит, не прилетит кирпич.

— Екатерина! Выключи музыку!

С шурупов не сорваться стеклянным небоскребам, Мертвым не встать из гроба, в диспансере маньяк

— Катька! Где, ты, там?! — обладатель голоса заходит в просторную гостиную, где здоровая деревянная лестница с широкими ступенями и, под стать им перилами, уходит на второй этаж.

Это мужчина, в возрасте около шестидесяти с небольшим лет. Короткая стрижка. Аккуратно подстриженные усы и небольшая опрятная бородка. Волосы полностью седые, но облысение не затронуло его голову.

Пусть город спит спокойно, пиратов не бывает, Статистика сурова, не смухлевать никак.

— Здесь! — раздается веселый голос девушки с верхнего этажа.

В этот момент там что-то стучит, грохает, гремит и звенит.

— Проще подавиться ириской, чем в лапы угодить террористам! — с этими словами из песни, на перила лестницы, берущие начало на втором этаже, прыгает та, которую мужчина назвал Катька.

Белокурые длинные волосы забраны на затылке в хвост. Аккуратно очерченный овал красивого лица. Яркие, голубого цвета глаза сияют задором. Точеное спортивное тело. А одежда девушки, короткие джинсовые шортики и цветастый топ, лишь придают соблазнительный вид стройной фигуре молодого тела и красивым ножкам.

— Чисто символически риски, скорее печень или сердечный приступ! — напевая эти строчки, девушка съезжает по широким перилам на первый этаж.

В ее правой руке зажата инкрустированная серебром рапира. Превосходная реплика из качественной стали.

— Вряд ли завтра рухнут башни, вряд ли упадут кометы! — слетев с перил, Катька проносится мимо мужчины, прыгает на диван в гостиной, а затем перебегает на его широкую спинку.

— Как прошел вчерашний, так пройдет и этот, — допевая последнюю строчку припева, девушка совершает несколько ловких и красивых движений оружием.

— Катька! Коза, ты, непослушная! А, ну, прекращай! Досталась же внучка…

Затем, девушка перепрыгивает на табуретку, ловит равновесие, спрыгивает на пол, и направляет острие клинка в мужчину.

— Сдавайся, старый пират! — пытаясь придать голосу грозные мужские нотки, громко произносит она, а затем заливисто смеется.

— Ты, что дуреха делаешь?! Зачем эту рапиру взяла?!

— Тренируюсь, дедуль! Восстанавливаю форму, — отвечает девушка.

— А зачем боевое оружие взяла?! Оно, к тому же, заточено! Тренировочных тебе мало?! Поранишься еще! — с беспокойством ворчит дедушка этой непоседы.

— Я?! — возмущается Катя. — Никогда! Ты же знаешь, я бы уже три года была, как чемпионкой! Кубок был бы у меня, если бы не то происшествие, а не у придурошной Аманды! Да, и годы параллельного посещения клуба по боевому историческому фехтованию не проходят даром!

— Тогда, ты, была в форме! И не спортивно оскорблять соперника! — возражает мужчина.

— Это не оскорбление для нее, а, даже, комплимент! Я и сейчас в форме! Бери свою шпагу и начнем! — внучка изображает призыв оружием.

— После тех травм, так быстро в форму не приходят, — спокойно начал объяснять девушке дед. — Перед кубком, у тебя были многолетние постоянные тренировки. А сейчас?

— Ты же видел, я тренируюсь! И тренируюсь много! — снова возмущается внучка. — Мне годы спаррингов не нужны, у меня мастерство фехтования в крови! Ты мастер, мой отец был… — голос девушки грустнеет. Затем, встряхнувшись и вернувшись к текущему спору, она продолжает, — Да, я хоть сейчас на кубок поеду и выиграю! А авария была два года назад.

— Два года! Ты на ноги встала только год назад, затем длительная реабилитация! — продолжает спор мужчина. — Лучше не напоминай! В тот день я сразу поседел полностью, хотя до этого волосы были предметом моей гордости, в таком-то возрасте. Думал, потерял вас троих, сына, невестку, внучку… Ты чудом выжила. Еще этот подарок твоему отцу от его друзей, после того, как он получил золото. Зачем ты его достала? Эх, воспоминания…

— Ну, дедуль… — Катя прячет рапиру за спину, подходит к своему дедушке, и упирается своим лбом в его широкую грудь. — Давай и, вправду, не будем об этом. Сегодня такой замечательный день!

— Кхм-кхм! — мужчина прочищает комок в горле, поднимает голову и с подозрением вглядывается в девушку. — А чего-сь, ты, сегодня такая радостная и счастливая? Аж паришь над облаками…

— Ну, ничего. Просто… — пожимает плечами внучка и тут же с задором предлагает. — Давай и вправду разомнемся?! Представим, что мы пираты с вражеских команд!

— Екатерина, от ответа не уходи! Знаю я тебя! — дедушка грозит пальцем. — Это связанно с тем парнем?

— Да, — признается девушка и глаза ее сияют от радости и надежды. — Я нашла его!

Маленькие девичьи ладошки несколько раз хлопают в порыве восторга, нетерпения, предвкушения, надежды и еще комка разных эмоций.

Катя достает из заднего кармана сложенный лист фотобумаги и разворачивает его. Это распечатка из интернет-газеты. На листе, помимо текста, располагается изображение молодого человека, спортивного сложения, что несет на руках окровавленное тело девушки. Взгляд серьезных зеленых глаз парня устремлен куда-то вперед. Его русые волосы взлохмачены. На влажном от пота лице пятна сажи. На фоне видны сбитые к кучу горящие перекореженные машины.

— Ты, думаешь он тебя вспомнит? — спрашивает мужчина.

— А как же! Должен! — не сомневаясь отвечает Катя.

— Два года прошло, — приводит аргумент дедушка. — Когда он тебя вытащил, вернее твое окровавленное и изломанное тело, то передал в карету скорой помощи и скрылся. Думаешь, успел разглядеть твое лицо?

— Я читала насчет таких случаев. Спасатели чувствуют бОльшую привязанность к спасенным и ответственность за них, чем наоборот, — протестует девушка. — Должен помнить!

— Возможно… — задумчиво произносит мужчина. — Должен тебе признаться…

— В чем?

— Он приходил к тебе и…

— Что?! — девушка перебивает речь своего дедушки. Ее глаза выпучены, ноздри расширены, в глазах ярость. «Настоящая фурия» — промелькнуло у деда в голове. Катя продолжает возмущаться — И ты не сказал мне?! Я весь год его искала! Думала, кто он, где он, как он?! Ломала голову, как он ко мне отнесется, когда увидит. Захочет ли видеть?! А, ты!

— А что, ты, хотела?! — не выдерживает мужчина. — Ты, как очнулась, сразу стала про него расспрашивать! Ну, почти сразу. Помешалась на нем! А я поначалу думал, что он приходил за наградой. Твой отец был известен. Все знали о его немалом достатке и сбережениях.

— И? — спрашивает девушка, когда замолкает дед.