Колояр. Принцип войны. Том 2

— Вы ошиблись, Марк, — сдерживая дрожь, сказала Алика. — Конечно, ваша профессия дает вам право подозревать каждого поживиться тем, что находится в подвале, но мы не при чем.

— Ну да, ну да, — вздохнул Мейер. — Дружище, ты знаешь, куда отвезти девушек. Ни один волосок не должен упасть с их голов. И своих обезьян держи на привязи. А я завтра загляну для обстоятельного разговора.

Он сделал какой-то странный жест пальцем, нарисовав в воздухе круг и ткнул в сторону бледной Анастасии. Рыжий помощник Бартоломео подошел к ней и с ухмылкой вытащил серебряный браслет с прорезанными на его поверхности рунами, ловко перехватил девичье запястье. Девушка попыталась выдернуть руку из цепкого захвата, но все было тщетно. Благоразумнее было подчиниться грубой силе. Щелкнул замок, браслет вспыхнул фиолетовым цветом по окружности и потух.

— На вторую девку цеплять, шеф? — спросил рыжий у Марка.

— Нет, она без Дара, — качнул головой коллекционер. — Берите их и увозите. Я хочу отдохнуть.

— Да как вы смеете! — Настя попробовала было шагнуть к севшему в кресло коллекционеру, но рыжий снова вцепился в нее, теперь в плечо. Девушка вскрикнула от боли и остановилась. — Марк! Вы совершили непоправимую ошибку, признав нас за аферисток. Мои родители и браться обязательно узнают, что вы со мной сделали, и вам не поздоровится, клянусь!

— Леди, я пока ничего вам не сделал, — непритворно удивился Марк. — Я поступаю сообразно своим интересам, а не из-за желания нанести кому-то вред. Не сопротивляйтесь бездумно. Езжайте с этими людьми спокойно, а завтра или послезавтра я лично поговорю с вами и решу, как быть. Мне нужно собрать информацию, посоветоваться с людьми… В общем, всего хорошего!

И он откинулся на спинку кресла, закрыл глаза, словно этим жестом показывал, что не намерен продолжать разговор.

Блондин с перебитым носом тяжело засопел и подтолкнул Алику к выходу. Растерянность девушки сменилась злостью. Как можно было не почувствовать подвох в предложении Мейера и попасться на примитивную приманку? Посчитали себя умнее человека, съевшего не одну собаку в таком специфическом бизнесе, где нет доверия даже друзьям и надежным партнерам! И Колояр тоже хорош! Послал на заведомо опасное дело двух беззащитных девушек. Дар Анастасии оказался настолько неприспособленным для наказания бандитов, что говорить о нем не было никакого смысла. Умение очаровывать и привязывать к себе мужчин само по себе является мощным оружием, кто бы спорил. Но странные помощники Мейера — да бандиты обыкновенные! — все равно подстраховались, нацепив на Окуневу примечательные браслетики-блокираторы.

Девушек вывели на улицу и легонько подталкивая в спину, погнали в сторону большого черного автомобиля. Глухая ночь развеяла надежды Алики на помощь соседей. Их особняки слепо таращились черными провалами окон на улицу. Ну, крикнут они на пару «спасите», и им тут же заткнут рты. Бандиты настороже и не допустят подобной вольности.

«Хорошо, не стали с нас дорогие шубы сдергивать, — иронично подумала девушка, неловко вскарабкиваясь в салон машины по высокой подножке; здесь все пропахло табаком и горечью кофе. Она боялась, что каблуки туфель попадут в решетчатое отверстие ступеньки и как результат — вывих лодыжки в лучшем случае. Но все обошлось. Рядом, пыхтя от бессильной злости, плюхнулась Настя.

— Завязывайте глаза, — сказал рыжий, бросая им на колени куски черной ткани. — Давайте, дамочки, пошевеливайтесь. А то буду больно наказывать.

Девушки переглянулись, осознав своем положение, которые уже не казалось радужным и спокойным. Возмущаться подобным отношением бандитов к себе не было смысла. Поэтому, пожав плечами, Алика завязала себе глаза плотной повязкой, и мир мгновенно исчез, оставив только звуки рокочущего на низких оборотах двигателя; о чем-то негромко переговаривались помощники Мейера.

Слева от Алики открылась дверца. Грубоватый толчок кулака в бок заставил девушку подвинуться. Кто-то из бандитов сел рядом. Она ощутила запах ментола и крепкого табака. Методично пережевывая резинку, рыжий или блондин — Алика не знала, кто ее сосед, голоса у них почти одинаковые — бросил какую-то фразу, и его дружки рассмеялись. Потом он проверил повязку, и для верности затянул ее потуже. Алика зашипела. Этот урод умудрился выдрать волосок из ее симпатичной прически.

Машина загудела, дернулась и неторопливо покатилась, набирая скорость.

Алика замерла, постаравшись отрешиться от происходящего. Как ни странно, повязка помогла ей сосредоточиться. Сначала девушка разглядела в темноте неяркие дрожащие всполохи, начавшие постепенно разделяться и сужаться в точки. Их было четыре. Они дергались, плавали в густой серовато-черной субстанции. И Алику вдруг пронзило понимание. Это ведь аурные метки Насти и трех бандитов прыгали перед глазами.

Волна восторга захлестнула девушку. Неужели ей удалось выжать из своего слабенького наследственного потенциала хоть какую-то пользу? Правда, что это за польза, она еще не понимала. И продолжала наблюдать. С видениями открывшаяся картина имела мало общего. Отец как-то пытался объяснить, каким образом действует дар Ведуна, но Алика поняла лишь одно: грядущие события и люди, в них вовлеченные, появляются в виде каких-то картинок, которые еще нужно правильно «прочитать». Тогда ей показалось, что дар Ведуна очень скучен и бесполезен. Маленькая Александра даже пожалела отца. Трудно, наверное, жить с такими способностями. Да и нужно ли заглядывать за грань, закрытую от взора обычных людей? Страшно.

Умиротворяющий гул мощной машины и злое сопение Анастасии не мешали Алике экспериментировать с открывшимися возможностями Дара. Она вытянула незримые руки и обхватила ими одну из светящихся точек. Неожиданно от нее в разные стороны потянулись дрожащие ниточки, обрывающиеся на разной длине. Было забавно и одновременно жутко. Алика догадывалась, что сия картина означает. Это были пресловутые тропинки Грядущего, хотя кто знает, как они выглядят на самом деле. Из десятка щупалец оборвались почти все, остались только две: зыбкие, плавающие из стороны в сторону. Интересно, кого она сейчас «прочитала»? Может, водителя? Или того, кто сидит рядом с ним? Нет, пока ей не по силам разобраться, нужен наставник-маг.

Машина остановилась. Неужели приехали? Недалеко же их увезли. Алика даже с завязанными глазами могла уверенно сказать, что большую часть времени бандиты петляли по улицам Лозанны. Какой смысл Мейеру увозить заложниц далеко? Это какой-нибудь загородный незаметный домик с надежным подвалом, откуда ни один крик не донесется.

Смешно, их и в самом деле заставили спуститься в подвал. Но перед этим разрешили снять повязки. Алика зажмурилась, чтобы электрический свет не ослепил сетчатку после долгой темноты. Через некоторое время она открыла глаза и успела разглядеть небольшую комнатку, больше похожую на кухню с длинным разделочным столом, имитирующим черный мрамор, с каменной мойкой, многочисленными навесными шкафчиками, обеденным столом, рассчитанным на три-четыре человека. А еще из кухни наверх вела деревянная лестница, под которой находилась какая-то дверь. Вот ее-то и открыл лысый здоровяк — кажется, его Мейер звал Бартоломео.

— Топайте вниз, — он поглядел на Настю и для наглядности ткнул пальцем. — Сидите тихо, не пытайтесь геройствовать. Будете вести себя хорошо и покладисто — скоро окажетесь дома.

Девушки, поддерживая друг друга на весьма крутой и узкой лестнице, спустились на самое дно погреба. Тусклая лампочка давала немного света, но и это уже было хорошо. Сидеть в кромешной тьме в незнакомом помещении, где кроме застеленного покрывалом топчана и пустых полок ничего было — тоскливое времяпровождение.

Бартоломео убедился, что узницы в порядке, не переломали себе ноги и руки, захлопнул дверь — и наступила тишина. Алика слышала, как учащенно дышит Настя, и накрыла ее холодную руку своей ладошкой.

— Не бойся, — сказала она. — Все будет в порядке. Нас вытащат отсюда.

— Какая же я дура! — неожиданно воскликнула Анастасия. — Дура набитая! Почему не дала сигнал ребятам? Они бы проследили за нами и спасли от этих головорезов!

— Ты еще не поняла, что случилось на яхте, когда в нее, как будто бы, ударилось бревно? — поморщилась Алика. Ей не хотелось, чтобы подруга устроила истерику, когда нужно объективно оценить свои возможности, о чем стоит говорить с Мейером, а о чем вообще лучше молчать. — Да там все подстроено было! Коллекционер в сговоре со шкипером. Якоб что-то сделал с яхтой, наплел нам про столкновение с бревном, а Мейер воспользовался ситуацией, чтобы увезти прямо в лапы к бандитам.

— Про бревно я не поверила, — взяв в себя руки, ответила Настя. — Не совсем я дура набитая. Там, на воде, были наши ребята. Они под видом рыбаков следили за нами…

— И ты молчала? — вспыхнула Алика. — Неужели нельзя было предупредить?

— А что это изменило бы? Мейер оказался прозорливым подлецом…

— Проклятье! — Алика не хотела верить в плохой исход. Мысль всегда старается найти лазейку, чтобы вырваться из плена страха и отчаяния. Но именно сейчас одна чертова мысль билась в виски: помощи от парней ждать не следует. Вряд ли они выжили после столкновения с яхтой. А если им повезло остаться невредимыми, то холодная вода и большое расстояние до берега гарантированно угробят их. Оставалась надежда на защитные амулеты, которые Колояр заставлял носить всех охранников, поехавших с ним в Испанию. В любое время, в любой день, не снимая.

— Мы, хотя бы, теперь знаем, что два перстня из «солнечного доспеха» есть у Мейера, — успокоившись, тихо сказала Алика. — Это точно они, у меня нет сомнений.

— И что нам дает твой вывод? — фыркнула Настя и забралась на топчан с ногами, поджала их по себя и запахнула плотнее шубу. В подвале было прохладно, но вытерпеть какое-то время можно. — Перстни мы выкрасть не сможем, зато сами расстаться с жизнью — легко.

— Мейер не идиот, — покачала головой Алика. — Он собрал достаточно информации про тебя, и рисковать не станет.

— Ох, наивная ты, Сашенька, — вздохнула Настя. — За древние артефакты такие войны идут, что куда там клановым. Режут людей как куриц. Безжалостно. Но ты права… Нас сразу не убьют, а выпытают, кто стоит за нами.

— Нельзя Колояра выдавать, — вскинулась Алика.

— Да рада бы, — нервно поежилась Настя. — Ты видела этих громил? Мы не перенесем боли, увы…

Алика вспомнила давний случай в археологическом лагере, когда Рахдай и Пахом ввалились к ней в палатку и стали требовать, чтобы она вызвала Колояра на встречу. Понятно, чего они добивались. И даже небольшое физическое воздействие до смерти напугало девушку. Права Настя, ох, права. Сломают их эти головорезы.

— Может, тебе удастся как-то послать сигнал через астрал? — с надеждой спросила Алика, и сама поняла, какую глупость спросила.

Окунева рассмеялась и продемонстрировала браслет. Нервное напряжение, так долго не отпускавшее девушек, дало о себе знать. Настя протяжно зевнула, закрывая ладонью рот

— Я хочу спать, — заявила она. — Ты можешь сколько угодно думать, как нам убежать, но я бы посоветовала тебе отдохнуть. Мейер еще той скотиной оказался, и нам потребуется много сил, чтобы его переиграть.

Глава 6

Грэйс заявился в гости к княжичу Павлу через пару дней после нашего визита к нему. Вальяжность и непоколебимая уверенность куда-то исчезли, и перед нами предстал человек, серьезно напуганный какими-то обстоятельствами. Первым делом он выхлебал пару порций шотландского виски, любезно предоставленного Павлом, и только потом растекся по креслу, нервно постукивая пальцами по подлокотникам.

— Уильям, дружище, вы еще не сказали ни слова, а я за вас стал переживать, — княжич переглянулся со мной, и незаметно для гостя, подмигнул. Кажется, наше предположение сбывалось. — Что произошло?

— А вы не слышали? — коммерсант повертел пальцами пустой стакан. — Нет, в самом деле? Возле моего дома произошло убийство, причем, в тот вечер, когда вы находились у меня в гостях!

— Неужели? — княжич великолепно сыграл легкое потрясение. — Поверьте, Уильям, я эти дни был чертовски занят, и даже времени газеты прочитать не было!

— Нашли труп человека, — Грэйс почему-то смотрел на меня, а я старательно морщил лоб, словно пытался понять, о чем говорит англичанин. Он же знает, что мой «инглиш» несовершенен. — Его как будто разорвала стая бродячих собак. Но у меня подозрения на вервольфа. В нашем районе вообще нет брошенных псов. Их регулярно отлавливают. Господин Волоцкий, может ли оборотень охотиться за одним и тем же человеком, или у него нет какой-то определенной избирательности?

— Доказательств таких нет, — я не стал нагнетать панику на бледного британца, но в тонусе поддержать его нужно, чтобы не расслаблялся. — Теоретически возможно все. Павел, ты можешь переводить господину Грэйсу? Чувствую, он меня не понимает.

Княжич кивнул и предупредил гостя, на что Уильям безнадежно махнул рукой.

— Так вот, — я скрестил руки на груди и прислонился к высокому модерновому шкафу, стоявшему в углу рабочего кабинета княжича. — Все, что я знаю, не претендует на научную точность. Существует всего два типа оборотней. Одни живут в отдаленных местах, в сельской местности, чтобы не попадаться на глаза людей. Они питаются, в большей степени, мясом животных, хотя и человеком не побрезгуют, если тот попадется им на зуб. Это природные вервольфы. Редкий тип, к сожалению. Другие оборотни живут среди нас и превращаются в зверей с помощью магических коктейлей, потому что сами не могут активизировать процесс изменения в своем организме. Им нужен толчок, подпитка.

— Почему вы сказали, «к сожалению» применительно к природным вервольфам? — поднял Грэйс палец.

— Природные оборотни стали редки, потому что их уничтожают гораздо активнее, — пояснил я. — Если бы меня спросили, с кем проще встретиться — с настоящей или с модифицированной тварью — я бы однозначно указал на природную. Модификанты с помощью магических препаратов становятся сильнее, устойчивее к ранам, и гораздо выносливее. Обычного вервольфа убить легче, как бы странно не прозвучал ответ. Я встречался с ними и приобрел нужный опыт.

— Да, впечатляет, — пробормотал Грэйс. — А откуда модификанты берут препараты? И как из обычных людей получаются подобные твари?

— Мне известно только одно: магические коктейли создают нечестивые люди. Их называют химерологами. Это весьма образованные люди, закончившие солидные институты, имеющие солидную практику по своей специальности. Что их толкает на подобные преступления — неизвестно. Самое сложное в начальном периоде — найти нужный генетический материал оборотня. Но если он у химеролога есть, дальше все идет по накатанной колее. ДНК твари, усиленная магическими препаратами, вводится в геном человека, запуская нужные цепочки мутаций. Уколы продолжаются до тех пор, пока не начнется процесс трансформации. Агрессивные модификаторы полностью изменяют человеческую природу, создавая оборотня. Потом, когда успех достигнут, наступает щадящая терапия. Один-два укола в неделю, например…

— Кошмар, — Грэйса ощутимо тряхнуло, и он снова попросил налить ему виски. — Это же бесчеловечно! Нужно бороться с подобными ублюдками от науки!

— Борются, — успокоил я гостя. — По крайней мере, в России точно им спуску не дают. Если ловят на горячем, судьба их незавидна. По закону, конечно, их нужно судить и наказывать в назидание будущим умникам. Но частенько пойманный химеролог вдруг внезапно умирает от остановки сердца или еще какой напасти…

— Может, так и надо, — кивнул Грэйс, парой глотков осушая стакан. — Осталось только выяснить, кто крутился возле моего дома.

— Уильям, дружище, а вы уверены, что это был оборотень? — поинтересовался княжич. Он тоже внимательно слушал меня, и сдается, сам впечатлился подобным откровением. — Я знавал случаи, когда обычные собаки загрызали насмерть человека. Ничего сверхъестественного в этом нет.

— У меня в полиции очень много знакомых, — покачал головой Грэйс, не соглашаясь с доводом Щербатова, — в том числе и маги-следователи. Информацию о появившемся оборотне они не хотят предавать гласности, хотя сами смущаются, словно не верят в произошедшее.

— Почему же? — спросил княжич.

— В Британии давно истребили всех вервольфов, — гость опять бросил на меня взгляд, как будто к их исчезновению оказался причастен я, и поправился: — Природных. В центре Лондона их никак не должно быть по многим причинам. Егеря постоянно прочесывают леса в графствах, проводят мониторинг. Полагаете, господин Волоцкий, это и есть искусственно выведенная тварь?

— Мистер Грэйс, я не утверждаю, что речь шла о вервольфе, — мне нужно было осадить ретивого англичанина от поспешного вывода. Не хватало лишних забот, чтобы отбиваться от расспросов полиции. А еще Лору предстоит прикрывать. — Дождитесь конца расследования. Егерей, наверное, уже привлекли к поиску…

— Егерей? — фыркнул Грэйс. — Да вообще никто не шевелится! Я же рассказал инспектору Виндишу о случае в парке. Думаете поверил? Ничего подобного. Списывают мои подозрения и страхи на нервное обострение. Мистер Волоцкий, я бы хотел попросить вашей помощи. Вы уже сталкивались с подобными тварями, даже убивали их и остались живы. А это показывает вашу компетенцию.

— Вы предлагаете мне заняться поиском собаки? — чувствуя удовлетворение, спросил я. Пока игра шла по нашим правилам, как и планировалось.

— Я абсолютно уверен, что вервольф охотится на меня, — с серьезным видом произнес англичанин, снова начав нервничать, постукивая по креслу уже не пальцами, а ладонями.

— Еще виски, сэр? — спросил Щербатов, вовремя подсуетившись с бутылкой.

— Да, пожалуйста, — Грэйс сжал стакан и смотрел, как напиток заполняет его. Как только уровень поднялся до половины, сделал предупреждающий жест. — Благодарю. Этого достаточно на сегодня. Вы окажете мне услугу, мистер Волоцкий? Я щедро вознагражу.

— Мы планировали завтра отъезд в Мадрид, — немного растерянно откликнулся я. — Не уверен, что смогу помочь.

— Если угодно, я могу поговорить с вашей очаровательной супругой, — не сдавался Уильям, все больше и больше заглатывая крючок. Не понимаю, что его так испугало. Ведь не играет, эмоции на лице написаны! — Мне нужна ваша помощь!

— Сэр, давайте откровенно, — вздыхаю я. — Откуда такой страх? Допустим, по Лондону разгуливает модификант-оборотень, и вы случайно наткнулись на него в парке. Потом делаете ошибочные выводы после смерти несчастного парня, загрызенного неподалеку от вашего особняка.

— Да не загрызенного, а с выпущенной требухой! — пьяновато воскликнул Грэйс, но выпитое все-таки расслабило гостя, и в голосе уже не чувствовалось истерики. — Но, хорошо, я вам скажу… Подозреваю, что меня хотят убить. Все дело в коллекции, а вернее — в тех самых перстнях, что вы имели счастье видеть.

— Перстни «солнечного доспеха»? — переспросил Павел.

— Именно. Поиски и коллекционирование подобных артефактов сродни хождению среди голодных крокодилов. Зазеваешься — сожрут вмиг.

Грэйс тяжело вздохнул, и сделав еще один глоток, продолжил:

— Между нами постоянно идет незримая и ожесточенная война за обладание древними вещицами. Мы порой не чураемся приобрести их в свое пользование разными методами. Скажу так: не все из них законны.

— Подозреваете, конкуренты послали оборотня? — сделав вид, что догадался, спросил я.

— Да, так и есть. Мой самый принципиальный оппонент — некий Марк Мейер, живет в Лозанне. У нас уже возникали трения по перстням «солнечного доспеха». Он перехватил у меня парочку подобных артефактов на аукционе и теперь стремится забрать остальные.

— Серьезное обвинение, — сказал Павел и посмотрел на меня. Я развожу руками, дескать, не знаю такого. Мне осведомленность княжича ни к чему. И так волнуюсь за девчонок. Как в воду канули. — Уильям, вы подозреваете этого Мейера?

— Хотелось бы верить в человеческую добродетель, да, к сожалению, мы не из той породы людей, — ухмыльнулся Грэйс. — А я ведь еще и бизнесмен. Мне вдвойне положено не верить. Если и не Мейер, то кто-то другой. Все дело в перстнях.

Если человек верит в то, что сам создал, не нужно разрушать его иллюзии. Хочет жить с ними — пусть живет. Мне даже не нужно прилагать усилий. Англичанин сам идет в ловушку.

— Вы говорили инспектору о своих подозрениях? — Павел стал ходить по кабинету, небрежно засунув руки в карманы брюк.

— Пока нет, — откликнулся Грэйс. — Меня же не допрашивали, а всего лишь уведомили о произошедшем. Это я по собственной инициативе интересовался у знакомых инспекторов и магов.

— А, может, Колояр, ты и в самом деле возьмешься за эту собачку? — воскликнул Петр. — Поможем хорошему человеку! Мы же, как-никак, партнеры по бизнесу…

— Мирослава будет против, — ответил я.

— Поговорю лично, — разыгрывал спектакль Павел.

— Хорошо, мистер Грэйс, — сделав вид, что сдался, я вздохнул. — Если жена согласится задержаться в Лондоне еще на пару дней, так и быть — поохочусь на тварь. Мне даже самому интересно стало. Только одно условие: в случае успеха ни при каких обстоятельствах не называть моего имени полиции.

— Слово джентльмена! — англичанин приложил руку к груди. — Можно узнать, что вы будете делать, Колояр? И как быть мне?

— Сейчас езжайте домой, — я задумчиво посмотрел на большой циферблат часов, висевших на стене, как будто решал сложную проблему, на которую не оставалось времени. — Из Лондона ни в коем случае ни ногой. Если вы правы, и за вами охотится вервольф, то лучше сидеть в особняке. Твари прекрасно находят след, где бы не находился человек. И мне будет легче контролировать вас, Уильям, когда вы рядом.

Грэйс, пока я давал указания, беспрестанно кивал, соглашаясь с моими словами.

— Прошу вас, Уильям, соблюдать все меры предосторожности, — надавил я. — На ночь закрывайте двери и окна, даже чердачные. К вам можно попасть через крышу внутрь дома?

— Есть два чердачных окошка, — подтвердил англичанин. — Через них трубочист вылезает на крышу, чтобы проверять дымоходы. Я питаю слабость к каминам, у меня их целых три по всему дому.

— Прекрасно, что вспомнили о них, — я сделал зарубку в памяти. — Ничего не бойтесь. Будем надеяться на лучшее, и смерть несчастного наступила не от зубов оборотня, а по банальной причине: его загрыз голодный и злой пес. И еще одна просьба…

— Хоть две! — англичанин с готовностью снова приложил руки к груди. Его стремительно развозило.

— Мне нужно будет осмотреть ваш дом. Это необходимо, чтобы составить план будущих мероприятий. Не люблю работать на территории, которую не знаю.

— Никаких проблем, мистер Волоцкий. Хоть сегодня приезжайте.

— Возможно, уже сегодня и навещу вас, если супруга не станет настаивать на отъезде.

— Не смею больше отнимать ваше время, господа, — Грэйс, получив то, что хотел, решительно встал, покачнулся, но сделал жест рукой, когда мы бросились к нему. — Не надо! Справлюсь! Буду ждать вас, Колояр. Что-нибудь потребуется для…охоты?

— Ничего не надо, — я сразу пресек попытку клиента влезть не в свое дело. Излишнее рвение и желание помочь профессионалу только мешают. — У меня есть все необходимое. Итак, держите со мной связь.

— Вам вызвать такси, дружище? — озабоченно спросил Павел.

— Ни в коем случае! Я сегодня с водителем. Он отвезет меня домой.

Мы проводили гостя до порога, попрощались с ним, и облегченно вздохнули.